Повесть Пять шагов из детства, глава пятая

Света. Ничего кроме сплетен.

Светка сидела на диване перед телевизором, лопала борщ из большой тарелки, щелкала пультом телевизора, а подбородком прижимала к плечу телефонную трубку.
– Ну же, сука, – шептала она, – соединяй, соединяй, соединяй!
После пары минут безуспешных попыток линия наконец нашлась. Третьи сутки по Московской области гулял антициклон, ураганный ветер не прекращался, и телефонная связь была стабильно ниже среднего. Если быть точнее, то по всему городку отрубилось еще и электричество, но Светка этой проблемы не ощущала, в подвале коттеджа был свой генератор, выписанный папой из Москвы. Говоря откровенно, в своем отлично оборудованном доме Светина семья не заметила бы даже апокалипсиса, так как у них имелись, помимо генератора, еще и котел отопления, личная водокачка, кабельное телевидение на восемьдесят шесть каналов.
Но вот телефонную связь даже ее папе было не купить никак, а Светке срочно нужно было дозвониться Камилле. Просто офигеть как нужно.
И, когда линия наконец худо-бедно заработала, Свету постигло еще одно разочарование. У Камиллы дома никто не брал трубку. Светка уныло доедала борщ и считала длинные гудки.
– Коза рогатая, – вслух произнесла Света и поставила грязную тарелку на пол подальше.
Она походила по комнате туда-сюда, попинала свои разбросанные тапки. Потом позвонила Миле снова. Потом начала терзать пульт телевизора и дотерзалась до какого-то якутского канала новостей. Узкоглазый диктор, который лепетал–лепетал на своем непонятном языке, а потом вдруг произносил четко и внятно русское слово вроде «инаугурация» или «чемодан», после чего вновь принимался болтать, Светку очень развеселил, и она хохотала над ним минут пять. Потом эдакое пещерное развлечение ей надоело, и Светка снова принялась мучить телефон. И, о радость, после шестого гудка она наконец услышала слегка запыхавшееся «Алло», произнесенное, несомненно, Милкиным голосом.
– Милка! – заорала Светка. – Ты че делала, до тебя ж невозможно дозвониться?!
– А зачем я тебе нужна? – снисходительно поинтересовалась Камилла.
– Надо, – сбавила тон Светка. – Поболтать надо.
– Минуточку.
Через пару минут Света услышала:
– Я тебя снова внимательно слушаю, говори.
Светка встала с дивана и стала кружить по комнате, запинаясь то о тапки, то о тарелку из-под борща. Она всегда ходила кругами по комнате, когда говорила по телефону о чем-то хоть немного важнее погоды на завтра, потому что находилась в состоянии вечной нервозности. Однако, хитро это скрывала.
– Камиллочка, ты в курсе, что произошло вчера?
Из трубки донесся тихий смешок.
– Не представляю даже.
Светка разволновалась до такой степени, что начала переставлять на подоконнике горшки с цветами.
– Милка! Я ж серьезно!
– А что? Я вправду не в курсе.
«Правильно, ты ж ни на кого, кроме своего Сеньки, внимания не обращаешь!» – хотела было сказать Светка, но вовремя опомнилась.
– Ну ты же помнишь, как Надька подловила какого-то пацана в «Фантазии»?
– Это ты о том мальчике, которому едва шестнадцать?
– Ну, он сказал, что ему семнадцать...
– Ну и? – поторопила Мила.
– А Яна начала к нему клеиться.
– Это меня не удивляет, – из трубки снова донесся смех непонятного значения.
– Ты не поняла! – с жаром воскликнула Светка, буйно жестикулируя свободной рукой в пустоту комнаты. – Она же его у Надьки из-под носа увела! А Надя-то! Она с ним танцевала! Влюбилась как кошка! А он! А Яна! Ваще!
– Ты тише, – вмешалась Камилла. – У меня уши заложило, и я ничего не поняла, кроме того, что Наде понравился этот мальчишка, а Яна весь вечер просидела у него на коленях.
– Ну да, только это еще не все, – продолжала Светка. Ее глаза горели, руки тряслись – через Светкино тело словно пропускали электрический ток свежих сплетен. – Помнишь, он Надьке все начало вечера глазки строил, комплименты делал, звал танцевать?
Не дождавшись ответа, Светка страстно продолжила:
– А во второй половине вечера, когда пацан с нами пообвыкся, что было, знаешь?
– Знаю, – неожиданно весело сказала Камилла. – Он осмотрелся, увидел нас всех, понял, что я с Семеном, и что Яна рохле–Наде даст сто очков вперед, и начал клеиться к ней. Вернее, это она начала...
– Все потому, – перебила Светка, – что Антон Янку на хер послал! Ему с ней неинтересно. Он ее трахнул пару раз и уехал на фиг, в Москву, у него там сто таких, как она, и все одинаковые. Да и она не особо расстраивается. Он ей не больно-то нравился. Только обидно ей, что она одна, что даже у Надьки появился мальчик, пусть малолетка, да и из себя ничего не представляет, ну она и...
– Элементарно позавидовала, – подхватила Милка.
– Вот-вот! – закричала Светка. Настал черед кульминации. – А что было потом, ты же не знаешь!
– Знаю, Надька не выдержала, как они облизывались и на нее смотрели весь вечер, и умотала... ну там и мы с Сэмом ушли...
Света моментально сделала стойку и мысленно приказала себе не забыть эту пикантную деталь.
– Да это не все! У этого лоха оказался богатый дядя, у которого есть шофер. Рулит на такой шикарной тачке. Ну кольца!
– Не кольца, а «Ауди», – поправила Мила.
– Неважно, – отмахнулась Света, – важно другое. Этому шоферу, видать, сказали забрать Влада с пьянки, а Влад Янку с собой захватил! Правда-правда, я сама видела, они сидели на заднем сидении, обнимались, целовались! С языками.
«Надо же», – подумала Камилла, – «какая глазастая! Я думала, Светка надралась как мартышка с бутылкой, и ничего не соображала, а она еще и языки увидела...»
– Что было, что было, – Светка говорила с таким восторгом, как будто была искренне рада за всех – и за Влада, и за Яну, и за Надю, и за себя. – Но я еще главное не сказала!
– Что еще? – несколько устало поинтересовалась Мила, но Света показалось, что подруга ужасно заинтересовалась.
– Я домой одна пошла, – прошептала Светка. – Решила срезать и пошла через новостройки, ну там, в новом квартале. Прошла буквально пять минут от ресторана, и, ой мама!
– Что? – Камилла изобразила интерес.
– Я увидела их машину! – торжествующе возвестила Светка. – Кольца, темная. Цифра 99 на регионе. Я все точно запомнила.
Света сделала паузу, и Милка зевнула.
 – В машине они были вдвоем, – забормотала Света, – и машина тряслась. Даже шины скрипели. Я подошла поближе, к ветровому стеклу, а остальные окна БЫЛИ ОТКРЫТЫ, представляешь, шофера не было, а Влад сидел на заднем сидении, и Янка сидела на нем, живот к животу, как тогда в ресторане. Ко мне спиной. Ноги по бокам. И они двигались, двигались...
Светка зажмурилась, рассказывая.
Она так и простояла, разинув рот, возле машины, в течение всего действа. Бесстыдно опущенные окна пропускали каждый звук. Светка прекрасно видела, как секунд через тридцать наблюдения мальчишка, почти полностью скрывшийся под Янкой, расслабился и растекся по сидению. И как Яна по инерции продолжала двигаться, не сразу поняв, что все уже закончилось. Она недовольно отклонилась назад и, еле протиснувшись голым задом, уселась между двумя передними сидениями лицом к мальчишке.
– И это все?! – недовольно воскликнула Яна. – Это все?
– Яночка, – пробормотал Влад, делая попытки приобнять Янку за талию. – Янулечка. Ты самая лучшая. Спасибо тебе.
Видимо, он был не в себе, раз не заметил Светку, отпрянувшую в сторону, но недостаточно далеко, чтобы ее не увидеть.
– Значит, – перебила Яна, – тебе теперь Надька не нужна?
– Кто?! – изумился Влад. – Эта малолетка? Эта маменькина дочка, которая вечно краснеет? Которая с крысиными волосами?
Янка захихикала.
– Да я, – распалялся Влад, – да я теперь и в сторону ее не посмотрю! Ты мне одна нужна. У меня до тебя никого не было...
– Оно и видно, – нахально сказала Янка. Влад покрылся девичьим румянцем.
– Скажи, Янусь, – залебезил Влад, усаживая Яну себе на колени (Светка поспешно перебежала так, чтобы Яна ее ни в коем случае не заметила), – мы же теперь будем встречаться?
Яна молчала.
– Мне всего семнадцать, но это ничего, Янусь! – быстро сказал Влад. – У меня много денег, я тебе буду подарки дарить, цветы.
Яна опять ничего не ответила, и Влад, очевидно, понял свою ошибку. На хрен нужны его деньги девчонке, чьи родители втрое богаче него.
– Я буду тебя любить безумно! На руках носить!
Яне, наверное, ужасно надоел весь этот бред, и она его решительно перебила:
– Болтать вы все умеете! Ты чем докажешь свою любовь, а?
«Ёпты, любовь! Какая любовь после трех часов знакомства?!» – ужаснулась про себя Светка, но, почти не дыша, продолжала стоять.
Влад неуверенно посмотрел на Янку (в отличие от Яниного, его лицо Светка отлично видела), и не нашел, что сказать.
– Я тебе помогу, – смилостивилась Яна. – Это будет несложно. Ты Надьку хорошо запомнил? Она меня сегодня обидела.
– Чем?!
– Тем! – рявкнула Янка. – Ты видел, во что она себя превратила? Волосы покрасила, спину выпрямила! Пацана закадрила! Понял, о чем я?
– Нет, – честно сказал Влад.
– Короче, – тихо сказала подлая девчонка. – Никто не смеет быть лучше меня. Ни в чем. Она посмела сегодня выглядеть лучше меня. Она посмела высунуться. Я этого не потерплю. Я привыкла, что они все хуже меня. Светка с Сашкой уродины (Света едва не задохнулась от ярости. В голове мелькнула мысль, что Санька уж точно не стала бы стоять тихо, а кинулась бы на Янку с кулаками, но тем не менее Света никуда не ушла, ничего не предприняла, кроме того, что села на корточки, чтобы стать еще незаметнее). Надька мымра и трусиха, блаженная такая. Камилла нищета облезлая. Но ее я, по крайней мере, уважаю, и плевать я хотела, с кем она там встречается и спит, но Надька... Последние грибы на дыбы! Ненавижу выскочек!
– Так что я должен сделать?
Послышались звуки поцелуев. Света привстала и увидела, что Янка елозит губами по мальчишкиной шее.
Влад снова полез целоваться, но Яна его решительно отстранила. Она резко подняла голову. В глазах засверкали фанатичные огни.
– Не дай ей стать лучше меня, Владик, – прошептала она. – Скажи ей при всех, что она ничтожество. Что она ничего не стоит. Что она никто и звать ее никак. Пусть знает свое место. Докажи свою любовь.
И, несмотря на протесты Влада, Яна быстро слезла с него, натянула валявшуюся рядом юбку, подобрала с пола туфли, и тут Света сообразила, что в самое ближайшее время Янка выйдет из машины. Поэтому Светка опрометью кинулась бежать прочь со стройки, и конец разговора не услышала. Асфальт гулко отзывался на удары Светиных каблуков, и почти так же гулко стучала венка на виске. Света начала задыхаться. Она быстро свернула за угол и как следует отдышалась. После, приведя себя в порядок, Света быстро пошла домой по ярко освещенным улицам. В голове прокручивались подсмотренные события, Света качала головой и про себя изумлялась, какая же, однако, Янка сволочь.
Правда, сегодня Света ей еще не звонила. Зато Сашка рано утром позвонила и напомнила об объявленном бойкоте.
Света закончила повествование и замолчала. В трубке слышалось Милкино дыхание.
– Вот как, – пробормотала Мила. – Ну и дела...
– Ты поддержишь бойкот? – спросила Светка скорее для формы, потому что была уверена, что, конечно, поддержит. Сама она давно определилась со своей позицией. На Надю Светке, возможно, было плевать, но Яна задела ее до глубины души. Со всей своей хитростью Света не разгадала мыслей «подруги» и не ожидала услышать от нее такое нелестное мнение о своей внешности.
Камилла, однако, не спешила с ответом.
– Я еще не знаю, – спокойно ответила Мила. – Яна двуличная тварь, я давно об этом подозревала. Но меня это не касается.
– Как... не касается?! – опешила Светка. – Вы же... Мы же все подруги!
– Не касается, – повторила Камилла. – Мне лично ничего плохого Яна не сделала. У нее своя жизнь, у меня своя.
– Она говорила о тебе гадости!
– Нет, я не могу точно знать, что она говорила.
– Не веришь мне?!
– Верю, но ты могла ошибиться, не расслышать.
– А Надя! Тебе за нее не обидно?! – Светка от отчаяния прибегла к последнему аргументу.
Камилла усмехнулась.
– Тебе самой за нее не обидно, Светочка. Ну и мне тоже. Я ничего не смогу поделать с тем, что моя подруга неудачница. И не надо делать вид, что тебя это волнует!
Светка остолбенела и долго не могла найти, что сказать.
– Мы же подруги...
– Да, ну и что? – Камилла задала вопрос таким естественным тоном, что сбила Свету с толку окончательно.
Девчонки немного помолчали.
– А правду говорят, – нашлась Света, – что ты с Сеней спишь? Причем за деньги?
Голос Камиллы резко похолодел.
– Да ты собирательница сплетен, Света, – задумчиво протянула Милка.
– Нет, ну так все говорят! И мы все так считаем, – добавила Света, чтобы побольнее уколоть Милу.
– Ничего кроме сплетен, – отрезала Мила, – тебя не интересует, так? Это все сплетни. И тебя моя настоящая жизнь не касается. Несмотря на то, что мы вроде подруги.
«Вроде», – машинально отметила про себя Света.
– Я ничего не собираюсь тебе объяснять, – продолжала Камилла. – не хочу, чтобы ты потом перезвонила кому-нибудь и доложилась обо мне так же, как доложилась о Яне. Ненавижу, когда обо мне сплетничают!
– Милка, я...
– Еще раз говорю, моя личная жизнь – это моя личная жизнь. Янкина жизнь – это ее жизнь. А в чужие жизни лезут только те, у кого нет своей, верно? Наверное, в этом дело! Мой совет: найди себе нормального мальчика, а к людям в души не лезь!
– Да о чем ты говоришь?! – разозлилась Светка. – Как ты можешь?
– Могу, – спокойно ответила Мила, – потому что я абсолютно права. Будет лучше, если ты никому не будешь рассказывать о том, что видела. Для твоего же блага...
– Я уже рассказала, – брякнула Светка и прикусила язык.
– Кому, кроме меня?
– Надьке...
– Ну ты и дура! – разъярилась Милка. – Зачем было портить ей нервы? Ну, по крайней мере она будет готова к тому, что ее ждет. Наверняка Влад сдержит обещание.
Света угукнула, про себя отметив, что Камилла говорит о том, что ждет ее подругу, ужасно равнодушно. Мила решила, что Светка рассказала ей всю правду.
Только установив худой–бедный мир, Света распрощалась с Милой и положила трубку. Кое-что Мила так и не поняла.
На самом деле Света довольно детально описала Наде увиденный процесс, не пожалев красок, передала все, что думает о «подруге» Яна, процитировала все признания в любви. Однако, Света ни словом не обмолвилось о готовящемся позоре. Она сама не поняла, что заставило ее так поступить. В любом случае, никому не следовало об этом знать.

Пришла суббота. По субботам вся молодежь традиционно отправлялась "гулять".
Мест для гуляния было в городе не особенно много. Одна дискотека в Доме Культуры, несколько кафешек подешевле (в заведения сортом выше малолеток не пускали) да "базар".
Базаром называлась местность, где лет тридцать - сорок назад, по рассказам местных жителей, был большой рынок. Эту пору не застали не то что девчонки, но даже и родители их. Однако, название "базар" жило и процветало (где географические лингвисты? они бы объяснили этот феномен). И именно туда чаще всего ходили по субботам девчонки. Особенно в теплое время года.
Потому что там было бесплатно! Приходи и сиди.
Сидели на бревнах, обильно сваленных около чьего - то забора. Также - на лавочках у чужих ворот. Или просто на траве, подстелив джинсовку.
Сейчас для травы было еще холодновато. Но "базар" уже несколько недель активно посещался всей городской молодежью.
Светка всегда была неформальным организатором всех субботних вылазок. Не всегда у Сашки и Камиллы (раньше, до Сэма) имелись деньги на дискотеку. Поэтому Светка обзванивала всех и собирала на "базар".
- Алло! А Надю можно?
Больше всего Светка жаждала сводить на базар именно Надю. Потому что очень - очень - очень хотела бы посмотреть бесплатный спектакль. В главных ролях: Надя, Влад, Яна.
- Надюша! Иди, тебя Света!
Надина идеальная мама узнавала всех подружек мгновенно, даже если они были из - за ангины охрипшие.
- Да, - сказала тусклым голосом Надя.
После скандала в "Фантазии" Надя пару дней вообще не посещала школу. (Светка не удивилась бы, если б узнала, что Надя всю жуть про "Фантазию" и Янку доложила своей мамуле. Вот уж никогда Светка не разговаривала с родителями о своих проблемах. Это только новых проблем наживешь по самые уши!)
Потом Надя в школе появилась, но ходила вялая, бледная, как обдолбанная. Ни с кем почти не разговаривала, сразу после уроков - домой.
- Надь, пойдешь сегодня гулять?
- Не хочу, - ответила Надя.
- Надюх, ты что, все из - за той истории паришься? Да плюнь ты на эту тварь Передельскую! Это ж не человек! Шлюха врожденная. Мы ей бойкот за тебя объявили.
- Вы - то здесь при чем?
Светка сглотнула от удивления. Все - таки, Надька чудненькая. Так ее природа сработала - с ошибкой в программе.
- Надя, ты же наша подруга. Если она так с тобой, то она так ко всем нам относится.
Светка снова вспомнила про "уродину", которой пожаловала ее за глаза Передельская, и даже руки у нее затряслись от злости.
Очень зудело в мозгу и под языком - рассказать Надьке про гадостный Янкин план.
Но какая - то садистская деталька в Светкиной душе была очень мощная и цеплючая, она затормозила весь механизм.
- Сходим, развеешься. Погодка такая хорошая. Я смотрела прогноз, вечером - аж плюс пятнадцать.
- Нет. Не хочу.
Светка уговаривала еще несколько минут. Но Надя уперлась, как баран - нет, и все. Такие люди всегда упертые.
Надька вообще будет лечить эту душевную царапину много лет, даже и после школы. В некоторые царапины попадает инфекция. И они болят и гноятся весьма долго.
Расстроенная Света набрала номер Камиллы, с которой слегка побаивалась говорить после отповеди.
- А Камиллы нет, - ответила Милкина вечно уставшая и раздраженная мать, - с женихом в Москву укатила. Вчера еще.
Ну вот. Светка разочарованно посмотрела в окно - там вовсю надрывалось весеннее солнышко.
Осталась Сашка.
- Саш! Пойдем вечером на базар, потусим?
- Окей, - легко ответила Сашка, - а девки идут?
- У Надьки стресс, у Милки - Сеня. Вдвоем мы с тобой остались.
Светке грустно было, потому что получалось совсем, как гадина Передельская сказала. Остались две уродины бесхозные - Света и Саша.
Ничего! Ничего! Ядовитая мыслишка успокоила Светку. Придет ****ища Передельская со своим Владом, а Наденьки нет!
Пусть обломается, ха, ха.
Смех, правда, был невеселый. Нехорошая история получалась с компанией. Рассыпалась компания на глазах.

- Привет! Хай!
Сашка со всеми легко здоровалась, по - пацански жала лапы парням. Она очень броско прикинулась - черная курточка до талии со стразами, на талии джинсов - пояс из толстой цепи, на голове - искусно закрученная бандана. Света, конечно, знала цену этим креативным шмоткам из секонд - хэнда (ящик "вещи по 15 руб."). Цепь вообще Сашка у Демина из 10 "б" выпросила, от коровы цепь. Просто Сашка начистила ее пастой гойе, вот и сверкает...
При этом, на Сашку обращали внимание больше, чем на Свету в одежках из бутика.
Вот какова сила слова! А раньше, до слов Передельской, Света считала, что себя симпатичной, думала, что нравится мальчикам.
- Дарофф, Светик!
Борюсик подкатил со своими приятелями. Он был у них самый мелкий, зато на самых крутых понтах. Светка обнялась с ним. И с остальными тоже. Все были из окрестных деревень. Всегда приезжают в городок на субботу погулять.
- А чего это вы вдвоем? Где Янка, Милка?
- Милке не до них, - ответил насмешливо Гоша, двоюродный брат Борюсика, - она по субботам на площади Трех Вокзалов, снимается.
Парни заржали. Санька громко возмутилась:
- Не гони, придурок! Фильтруй базар хоть иногда!
- Правда, Гоша, ты чего? Мила с парнем на серьезе встречается. А тут сразу наплетут, - сказала со страстью Светка, - не город, а помойка. Сплетники сплошные!
- Деффки, - загадочно прижмурил один глаз Борюсик, - а хотите траффки?
- Нет, - решительно сказала Сашка, - на фиг надо.
Светка помялась и тоже сказала - нет. Хотя далеко не так уверенно.
- Тогда просто постойте с нами.
Встали в тесную группку за тремя толстыми каштанами. И Борюсик с Таничем стали мастерить косяк. Было сложно делать это на весу, часть травы просыпалась.
 Сашка смотрела независимо в сторону. Типа - я не с вами. А Света с интересом наблюдала процесс.
Косяк пустили по кругу. Танич вдувал дым пацанам способом "паровоза", то есть - изо рта в рот. Сашка закурила свой LM. Света попросила:
- Дай мне тоже, Санек. Я не успела купить.
Вечно Светка стреляет сигареты. У родителей бабла куры не клюют. Просто Света ос - то - рож - ная. А то найдет мамашка сигареты в кармане, и перекроет денежный канал навсегда.
Когда косяк пошел по второму кругу, Борюсик непринужденно протянул его Светке. И она взяла. Не умеючи, конечно, как простую сигарету.
- Не так! - авторитетно изрек Гоша. - Задерживай дым! Глубже тяни! А то не вставит ни хрена!
У Светки глаза на лоб полезли - дым был вонючий и колкий. Будто полные легкие битых стекляшек насыпали.
- Брось, Света, - с легким отвращением глядя на подругу, сказала Сашка, - оно тебе надо?
Света не успела сказать - надо ли. Подошли еще несколько пацанов, стали здороваться, все были знакомые, вроде бы.
-Карпуха! Ты план употребляешь? - с притворным ужасом спросил Светку самый высокий, Негритенок.
Негритенок был на самом деле белобрысый, как моль, и сам курил траву почти открытым текстом. Парни засмеялись, а испугавшаяся Светка бросила остаток косяка.
 Сашка немедленно раздавила гадость кроссовком.
- Морозова! Ты прихуела совсем? - возмутился Танич. - Полкорабля истребила!
- Завали хлебало, - ответила Сашка, - научись разговаривать культурно, сапог валеный.
- Вот правильная девушка, - сказал один из вновь подошедших. Сашка посмотрела настороженно, поскольку комплимент мог быть всего лишь грубой подколкой. Так у нас в подмосковных деревнях водится. Хамье сплошное.
Парня она слегка знала. Он был гораздо старше ее, год или полтора как из армии. Кажется, погоняла Тюбик, потому что фамилия какая - то созвучная.
Он жил рядом с Сашкиной бабушкой. Бабушка уж три года как умерла, и Сашка на тот конец города не ходила.
- Да. Я невысоко ценю косяки в этой жизни, - ответила Сашка с легким вызовом.
Света смотрела пристально. Она особым своим паранормальным чувством усекла, что в воздухе повисла интрига.
Заинтересованность. Два пересекшихся взгляда.
Она не обладала завистью Янки Передельской. Желание окунуться в чужие чувства перевешивало желание чувствовать самой.
- Я тоже, - сказал Тюбик. И протянул руку Сашке, как мальчишке:
- Привет, Саня. Ты выросла - офигеть.
- Привет, - сказала смущенная Сашка. Было понятно - это не подколка.
Это первый в Сашкиной жизни пацан, глядящий на нее с мужским интересом.
Морозову заморозило. При всем своем внешнем нахальстве Сашка боялась парней и отношений с ними. Потому что, в отличие от Светки, знала все про себя: несексапильная фигура, бесформенные волосы, веснушки. Одежда, опять же, самодельная и за 15 рублей.
Светка дрожала от целого торнадо всяческих эмоций. Тем более - рядом нарисовалась парочка. Яна и Влад шли, держась за ручку.
Ромео и Джульетта, блин.
Яна была в коротенькой бархатной юбочке и сапогах - чулках на ослепительной шпильке. Шла и поглядывала во все стороны.
- О, вон ваша мадама из Амстердама! - заметил Борюсик.
Он уже расслабился от травки, и вальяжно приобнял Светку за талию.
 Светка была не против. Хотя Борюсик - малолетка, но он крутой, папка у него - директор самого большого коровьего хозяйства. Создает иллюзию кавалера, опять же.
- Ворон крови жаждет, - сказала Сашка враждебно, - Надьку ищут.
- Зачем? - поинтересовался Гоша.
Девчонки не ответили. Набычились обе.
- Добрый вечер! - вызывающе сказала Яна, приблизившись к группе подростков.
Парни поздоровались. Светка и Сашка молчали.
- Девчонки, вы что это? Или вам похужело? Одноклассницу не узнаете? - спросила Яна нагло.
Сашка продолжала молчать. А Света сказала враждебно:
- Передельская, ты отлично знаешь, что мы тебе больше не подруги! Вали отсюда!
- Ни фига, деффки наши посрались! - воскликнул Борюсик.
- Вы мне не подруги? - Передельская вмиг озверела. - Это я вам не подруга! Чтоб я с такими водилась... со всякими убогими! Да мне по жизни стыдно было с вами на люди выйти!
- Ах ты, тварь! - крикнула Сашка.
Не успела больше ничего сказать, Яна заорала, надвигаясь на нее всем своим великолепным бюстом:
- Засохни, чучело! Вонь исподритузная! Проветри свои шмотки, сэконд - хэндом от тебя пасет!
Больше Яна ничего не сказал. Потому что Тюбик вдруг ловко схватил ее поперек туловища, вскинул на плечо и поволок прочь. Надо было видеть! Крутой Янкин попец практически открылся всем на обозрение. Поза была - в самый раз для комикса. И минимальная юбочка задралась, и ноги Янкины болтались беспомощно.
Хохот стоял неописуемый. Светка заливалась пуще всех и даже в ладоши хлопала.
- Отпусти! Отпусти, урод, сволочь!
Янка вопила до самого угла "базара" и улицы Циолковского, докуда Тюбик ее донес. Там он Яну отпустил. Она бросилась на него. И Влад тоже бросился.
- А тебе чего? - спокойно спросил Тюбик, перехватив Влада за запястье. - Больше всех надо? Тогда прими, мне не жалко.
И вмазал Владу с левой руки. Явно спецназовский прием. Влад брякнулся и, держась за лицо, разразился такими матюгами, что Светка зажмурилась.
Можно было ожидать страшенного боя не на жизнь, а на смерть. Бывали такие бои на базаре. В ход шли велосипедные цепи и монтировки.
Тюбик даже подождал, стоя над Владом. И испуганная Янка ждала. Однако, кроме нестандартных слов, от Влада ничего не последовало. Он встал, весь шатаясь, и побрел вдоль по Циолковского.
Напрочь забыв про Яну и свою любовь к Яне.
- Козлы поганые! - заорала Янка, и издали показала кулак всей компании. - Вам ваш смех поперек глотки встанет! Я сейчас отцу расскажу! Вы у меня в обезьяннике ночевать будете, гниды!
Про Влада она тоже не вспомнила. Побежала на своих шпильках в весеннюю синюю темноту.
Влад уже выполнил свою миссию в ее жизни.
Впрочем, через пять лет Яна встретила Влада в Москве, в общежитии института имени Патриса Лумумбы, где шло веселое отмечание Татьянина Дня. И даже переспала с ним ради ностальгических воспоминаний. Оказалось - такая фигня. Просто не стоит два раза пробовать одно и то же кислое яблоко в надежде, что оно поспело.
- Пошли отсюда, - сказал Борюсик, - эта долбанутая Передельская на все способна. Щас стуканет своему папику, а у меня два корабля травы в кармане. И выбрасывать жалко.
Перешли за старую типографию. Там имелся внутренний темный двор, давно брошенные доски, на которых можно приземлиться, и никакого постороннего глаза. С улицы проникал свет фонаря. С неба подмигивали довольно крупные для начала апреля чистые звезды.
- Нет, как круто! - восторгалась Светка. - По полной программе получила, гадина! Ты молоток, Витька!
Вот. Светка даже знала, что Тюбика зовут Витькой. Она всех в городе знала. Сашка ничего Тюбику не сказала. Ничего не требовалось говорить. Он шел рядом с ней. И сердце у Сашки стучало прерывисто и испуганно. Все ведь понятно, и не только ей - всей тусовке.
На досках сели так: Танич, Гоша, Негритенок. Напротив - Борюсик, Светка, Сашка, Тюбик. Борюсик обнимал Светку за талию со всей своей четырнадцатилетней развязностью. А Тюбик к Сашке не прикасался. Но его простое сидение рядом значило в сто раз больше, чем Борюсиковы объятия.
- Кто сэм будет? - спросил Негритенок.
Бутылка самогона, извлеченная из - под куртки, была грязная, а жидкость в ней - мерзкого цвета, прямо моча на анализ.
- Нет, - сморщившись, сказала Сашка.
Остальные пили из горла. По очереди. Когда очередь дошла до Светки, она тоже сказала - нет. Но Борюсик засмеялся и хлопнул ее по спине:
- Светуха, не отрывайся от коллектива! Сашка перед Витей понтуется, а ты чего?
Светка вдруг ощутила сильную и острую боль. Значит, понимают все. Значит, у Сашки тоже будет парень. А у Светки - единственной из бывшей компании - никого не будет.
Не в счет же эти малолетки - травокуры...
Светка взяла бутылку и хлебнула. Ужас! Жидкий огонь прокатился по пищеводу и вонзился в желудок. Все усилия воли Света бросила на то, чтобы не показать отвращения. Во рту немедленно возник препоганейший запах стоялых дрожжей.
- Фу, блин! - сказал Тюбик, только нюхнув из бутылки. - Она же неочищенная! Я такую шнягу не пью.
А когда очередь дошла до Светки, она хлебнула еще. Второй раз легче пошло. И рука Борюсика лежала уже на ее коленке. Все - таки, кавалер. Все - таки, тепло.
Потому что если Сашка была прирожденный художник, Камилла - дама полусвета, а Янка - актриса с погорелого театра, то Света родилась невероятным экстравертом. Ей требовалось кого - то организовывать, собирать, мирить, ссорить и получать от человеческой возни энергетическую подпитку.
Зачахнет Светка без компании.
А Витька посмотрел неодобрительно на Светку с бутылкой и сказал Сашке негромко:
- Пойдем на мостик, постоим?
Мостик был недалеко. Через крошечную речку мостик. Днем с этого мостика женщины стирали. А вечерами торчали на нем влюбленные. Так было заведено в городке.
 Сашка не переставала сегодня дрожать и что называется "чкериться".
- Пойдем, - сказала она только одно слово.
Она стеснялась своего хриплого мальчишеского голоса. Почему не дал ей бог к художественному таланту красивую богемную внешность?
Впрочем, Тюбику, похоже, нравились Сашкины голос, джинсы и веснушки в именно таком формате.
- А где Сашка? - спросила Света чуть попозже.
А Сашки не было. Света сидела среди пацанов одна! Под самогонкой уже все по барабану. Тепло и спокойно. Потом пришел еще Леха - Бембель с гитарой. И запели нестройным хором (Светка слов не знала, но пыталась подпевать)
По зыбучим пескам
Вдаль идет караван
Он везет анашу
В свой родной Пакистан
Девять дней без воды
Пить хотят верблюды
Помоги им, аллах,
Добрести без беды
Караванщик Али
 Забивает косяк
Три затяжки крутых
И уходит чувак...

- Ребят, пойду я, что ли? - Светка глянула на часы, и поняла, что еще полчаса лишних - и дома ее четвертуют.
Анаша, анаша
Анаша, жизнь моя
Без тебя, анаша,
Не прожить мне и дня.
Вдруг вдали за рекой
Показался конвой
Караванщик Али
 Вынул маузер свой...

Никто Светку не слышал. Она встала, и ей добродушно - нетрезвыми голосами сказали: "Ага, счастливо!"Так Светка поняла, что она никому души не греет. Просто подружка, одна из кучи. Она шла домой, и слезы стекали и охлаждали щеки. Светка не забыла бросить в рот "Ментос", чтобы мать не почуяла крамольных запахов. Не забыла так же и пройти мимо мостика через Петлянку.
Сашка и Витька Тюбик стояли на мостике, на плечах у Сашки была Витькина рука, и Сашка смеялась своим пацанским смехом.
Светка шла со своими слезами, одна. Одна осталась из всей компании.