Взяточники нашей Родины

 Лучше впасть в нищету, голодать или красть
 Чем в число лизоблюдов презренных попасть
 Лучше кости глодать, чем прельститься сластями
 За столом у мерзавцев, имеющих власть.
 Омар Хайям
       

       «Взяточники нашей Родины»
       
Глава 1 (таможенник)

Над Родиной всходило солнце.
Страна просыпалась. Народ спешил к своим рабочим местам. Кто на шахту, кто на поле, кто к плавильной печи, а кто к токарному станку. Спешил, чтобы приступить к честному и почётному труду, который обеспечит ему достойную и безоблачную жизнь.
В то время, когда народ, в это раннее утро, спешил на работу, начальник городской таможни, Костюков Валерий Викторович, спешил домой. Он не совсем хорошо себя чувствовал после проведённой в бане с молодыми барышнями ночи. Ему побыстрее хотелось добраться домой, объяснить жене, что он измотан ночной слежкой за контрабандистами, и, если бы не коньяк, который он изредка употреблял во время своего ночного дежурства для восстановления сил и согрева, у него, наверное, не хватило бы сил донести до конца свою нелёгкую, почётную, и ответственную ночную вахту.
Валерий Викторович, на своём новеньком джипе, который он купил исключительно на «честно заработанную» зарплату, подъезжал к родному дому. Несмотря на то, что от него несло как от пивной бочки, начальник городской таможни не боялся в таком состоянии садиться за руль. Во-первых, он относился к той категории людей, кому можно. Во-вторых, начальник местного ГАИ, был его «братом» по «ночным вахтам». Единомышленником по вопросу того, что «жить нужно уметь», а самое главное, он тоже, только что, отъехал от той бани, с которой возвращался домой Валерий Викторович.
Жена начальника таможни увидев с окна квартиры подъезжающего к дому дорогого супруга подумала: опять будет плести разную чушь про ночные дозоры. Но, по причине того, что он, как мужчина её больше не интересовал, а как добытчик устраивал, претензий к ночной работе мужа, у неё не было.
Валерий Викторович переступив порог квартиры, сделав страдальческое лицо, произнёс: дорогая, так было много работы… Дорогая же, держа в одной руке сигарету, а в другой утренний кофе, кивнула: мол, всё нормально, объяснения принимаются. Только осторожно намекнула: не попрут ли с такой хорошей, а главное доходной работы, за столь частые ночные дозоры, которые ты проводишь с таким большим рвением и усердием?
Валерий Викторович, прижав правую руку к сердцу, и преклонив голову, молвил: дорогая, как ты можешь такое говорить? Тружусь ведь, исключительно на благо Родины. Во имя её процветания и благополучия. Сейчас короткий сон, ванная, кофе – и снова на работу…
***
На работу идти нужно было и в самом деле. Ведь нужно было возвращать пропитое. А сегодня ночью он денег не жалел. Обсыпал ими обнажённых девиц. Заказывал в ресторане разные яства. Угощал собратьев по взглядам, и коллег по «ночным дозорам».
Пропито было столько, сколько простой семье  хватило бы на год.
Но Валерий Викторович, не переживал.
Сегодня же, на работе, всё будет восстановлено и возвращено. Как-никак, от него зависит как пройдёт таможенную проверку тот или иной груз. А чтобы он прошёл эту проверку успешно, проверяемый, должен себя правильно вести. А вести правильно, это значит не сердить начальника таможни. А если он не вернёт пропитого ночью, то он будет не то что сердиться, он, вокруг себя, всё будет рвать и метать. А проходящие досмотр, будут выполнять и инструкции, и постановления, и все его прихоти, и капризы. А они этого не желают. Поэтому, злить его не станут. А значит, пропитое ночью, обязательно вернётся. Ещё и с запасом. Для следующей «ночной вахты».
Валерий Викторович прилёг на диван. Закрыл глаза. Ему представилась родная таможня. Длинная вереница грузовых машин. Со всех концов к нему бежали владельцы товара и предлагали ему деньги: новые, хрустящие, в больших купюрах, огромными пачками, потом в больших полиэтиленовых пакетах, а потом – огромными мешками. Всё больше, и больше, и больше...
И уже засыпая, Валерий Викторович подумал про себя. В обед приедет на таможню новый клиент. Какой-то Акимов. Нужно будет ему разъяснить, что к чему. Как-никак, новый плательщик. А деньги, однако, лишними не бывают...

Глава 2 ( пожарник)

Заместитель начальника пожарной охраны, инспектор Кочергин Сергей Иванович, проснулся рано. Спал очень плохо. Ему не давал покоя проверяемый им мебельный цех. Всё, казалось бы, шло хорошо: и нарушения на объекте имеются, и провода не того сечения, и трубы не той краской покрашены, и котёл обогрева не той марки установлен... Всё хорошо. А вот денег никто не предлагает. Он уже и протоколы доставал. И на капоте машины их раскладывал. И авторучку в руки брал. Всё делал, как всегда. А денег, ему, никто не предлагал. Его многолетний опыт подсказывал: должны дать. Должны, но не давали. Сергей Иванович, ещё раз сделав умное лицо, прошёлся по цеху. И выключатели осматривал, и огнетушители разглядывал, и отопительный котёл простукивал. А руководство цеха, сопровождая его, всё не предлагало ничего и не предлагало. Ничего не предлагало. Ему уже и его начальник звонил. Интересовался, как идёт проверка? И может ли он рассчитывать на бесплатную кухню из этого цеха, или нет? Да и сам Кочергин, приехал сюда только для того, чтобы присмотреть себе новую мебель, которую он планировал поставить в новую, недавно купленную, квартиру. Которую он купил после проверки одного крупного частного объекта. И сделал прекрасный ремонт в этой квартире, после проверки объекта второго. И вот теперь, ему нужна была новая, хорошая мебель. И вспоминая добротную шутку своего начальника Забутного, что если пожарному инспектору что-то нужно, так что же ему  после этого, в магазин за этим идти…?
Нет! Ему нужно идти с проверкой туда, где лежит то – что ему нужно.
Вот инспектор Кочергин и пошёл прямиком в мебельный цех. А тут его так холодно встречают, что аж жуть берёт. Обидно, однако...
Оно, конечно, начальству мебельного цеха можно было бы и штраф за такое хамское поведение по отношению к пожарной инспекции выписать. Но как добротно шутит его начальник, товарищ Забутной, закрома Родины и наши закрома – закрома разные. О закромах Родины нужно помнить. А свои закрома – нужно пополнять! Притом, регулярно и постоянно!
Инспектор Кочергин уважал своего начальника. Брал с него пример. И во всём ему подражал. И если сказал начальник, где они будут брать мебель, там они её должны и взять. С этой целью и была устроена проверка мебельного цеха. А тут, получается загвоздка.
Целый день майор Кочергин проверял нужный объект. А мебелью ещё и не пахло!
Он, с недоумением смотрел на начальника цеха, и не мог понять, о чём тот думает?
Перед поездкой на проверяемый объект, инспектор Кочергин, думал, что как только он войдёт на территорию объекта, как только нахмурит брови, и как только достанет из планшета протокол, его тут же потянут, нет, не потянут, а на руках понесут за шикарно накрытый стол. С разных сторон начнут предлагать, предлагать, и ещё раз предлагать. И он, конечно же, в конце концов, согласится. Всё-таки, не зверь ведь. Согласится, за две кухни и одну мебельную стенку. Потом, быстро помчится с проверкой в соседнюю автобазу, на автотранспорте которой, он, планировал быстренько доставить эту мебель по назначению: домой себе, и домой шефу.
А тут такой непонятливый коллектив.
Он уже и шефу докладывал о проблеме. Просил шефа разрешить ему закрыть данное заведение до конца своей службы. На что, остроумный шеф ответил: правильное решение! Закрывай. А ту кухню, которую ты должен был для меня взять в этом цеху – купишь в магазине! И привезёшь мне!
И снова добротно пошутил: отвернув козочке головку, только один раз с неё можно шашлычок поесть. А приручив козочку, можно доить её постоянно! Слышишь Кочергин, постоянно...
Молодой! Никаких закрою! Это последняя мера! Работай! Разъясняй и приручай! И про кухню не забывай!
Поэтому, у майора Кочергина, ночь была неспокойная. И тревожная.
Но его немножко радовало то, что в самом центре города открылся новый торговый киоск какого-то предпринимателя  Акимова. Нужно будет заехать к нему, подумал Кочергин. Включить его в списки плательщиков. Много оттуда, наверное, не возьмёшь. Но лишняя копейка – не помешает.
Как говорит шеф, товарищ Забутной, курочка клюёт по зёрнышку...

Глава 3 (инспектор ГАИ)

Инспектор ГАИ, Холодный, проснулся в превосходном настроении.
Вчера он очень хорошо поработал. Тормознул две «фуры». Проверил с усердием. Результатами проверки остался доволен. Какие-то ворюги ехали. Только он подошёл к машине, как те сразу же, начали предлагать ему договориться на месте. Но инспектор Холодный, никогда не спешил с принятием решения. Он давно уяснил одно важное правило: клиент должен созреть. Почувствовать неотвратимость наказания. Осознать степень своей вины. И только тогда, когда он поймёт, как он не прав, можно ему дать надежду на то, что он имеет шанс уладить вопрос по-хорошему и на месте.
Капитан Холодный всегда был спокоен.
А чего ему волноваться. В ГАИ он давно. С помощью своей палочки-выручалочки, он отремонтировал квартиру, купил машину, устроил в институт дочь, одел и себя и всю свою родню.
Когда с коллегами делили участки, кому и где проверять, то ему достался почти самый лучший. В день получалось не много не мало, но половина месячной зарплаты выходила.
У него были составлены им же самим, свои расценки, на все виды нарушений. За многие годы работы он уже знал все, так называемые, рыбные места. И всегда подъезжал к ним в самый нужный момент.
Так что, инспектор ГАИ, капитан Холодный – жизнью был доволен.
Рано утром он встречал при выезде с лесопарковой зоны всех тех, кто оттуда возвращался с песнями после ночных гулянок. Потом быстренько переезжал на другое место и ждал тех, кто со вчерашним перегаром выезжал на работу. После чего, опять же быстренько, мчался к оптовой продовольственной базе, проверять прибывших издалека дальнобойщиков.
После чего наступало затишье. Половина дневного плана уже была в кармане. И он, смело мог заехать в любимый ресторанчик, отобедать.
После обеда, отдыхая в тенёчке возле новеньких Жигулей с надписью ГАИ, отмахиваясь веткой от назойливых мух, он любил поразмышлять о том, как несправедлив мир. Он, сколько лет трудится на благо Родины, а что имеет… Три квартиры да две машины. Ну ремонт везде сделал. Ну мебель неплохую прикупил. Ну на курорт съездить может. Ну на чёрный день кое-что имеется. И всё!
Так ведь он, за это, и в жару и в холод, и в дождь и в снег, стоит на страже Родины.
А вот судья, или к примеру скажем, начальник таможни. Они ведь на дороге с дубиной не стоят. А что имеют…
Несправедливо!
Так размышлял заслуженный инспектор ГАИ, собираясь на службу. Нужно пересматривать расценки. Давно пора. А то на фоне коллег, начинаю выглядеть нищим.
Кстати, подумал про себя Холодный, там какой-то Акимов, открыл в моём районе торговый киоск. Нужно будет заехать и проверить, согласована ли установка с ГАИ. Много там, конечно, не возьмёшь. Но, хоть что-нибудь, а всё-таки радость. Ведь деньги лишними не бывают…
      
Глава 4 ( СЭС)

Марина Петровна почти не спала…
В её бальзаковском возрасте, ей, уже ничего не хотелось: ни спать, ни есть. Одни мысли её и радовали, и тревожили. То о том, что через два месяца на пенсию. То о том, почему от неё сбежало семеро мужей? То о том, какой противный кот у соседей. То о том, что не плохо было бы заменить руководство города в полном составе. И, конечно же о том, что её, редко бывающий трезвым начальник, ну явно не на своём месте.
Единственной радостью Марины Петровны была работа. И не вся работа, а проведение проверок. Как-никак, она врач. Инспектор санитарной эпидемиологической станции города. И она поставила себе задачу, уберечь город от разной заразы. А лучшим средством для такой борьбы – это всё позакрывать. Закрыть всё!
Для этого она, с утра и до самого вечера, ходит по городу, и проверяет. Проверяет и закрывает.
А проверяемые, эти никчемные людишки, пытаются с ней договариваться. Глупенькие. Предлагают ей то деньги, то продукты. Одним словом – взятки. Оно и не плохо. Там колбаски дадут, там мясца, там деньжат предложат. Всё это конечно хорошо. Но Марина Петровна, давно заметила, что несмотря на то, что всё это, её, конечно радует, но неимоверное блаженство, она испытывает только тогда, когда другим плохо.
Пришла она с проверкой на объект, а там все в панике. А Марине Петровне радость. И больше всего ей доставляло удовольствие, когда она создавала массу проблем тем, у кого был относительный порядок. Она в таких случаях думала: ага, подготовились. Ну что ж, посмотрим кто кого. И бралась за работу…
Приведя себя в порядок, Марина Петровна, осмотрев себя в зеркале, собралась на выход. Вдруг зазвонил телефон. По определителю номера она узнала своего начальника.
Что ещё нужно этому алкоголику с самого утра?
Подняв трубку, она услышала голос начальника:
- Здравствуйте, Марина Петровна. Я попрошу вас об одном одолжении. У нас в городе открылся новый торговый киоск. Какого-то предпринимателя Акимова. Так вы зайдите к нему, и узнайте, что к чему. Посмотрите состояние. Вы же помните, нам нужно делать в поликлинике ремонт. Так намекните ему, что мы с радостью примем от него помощь. Много с него, наверное, не возьмёшь. Но, хоть что-нибудь, и то польза. Постарайтесь, Марина Петровна, убедить этого товарища в том, что отказывать местной СЭС – неразумно. Неразумно…
- Будет сделано, товарищ Стебельков. Проверю мерзавца, обязательно проверю…
И Марина Петровна, нахмурив брови, шагнула за порог.
Её курс лежал прямо к киоску…

Глава 5 (Зам начальника ОБХСС)

Проснувшись, заместитель начальника городского ОБХСС, Константин Николаевич Штацкий, пытался вспомнить где он… И с кем провёл эту ночь.
Оглядывая одним глазом комнату, где он возлежал, Константин Николаевич, пришёл к выводу - он не дома. И раньше здесь никогда не бывал.
Константин Николаевич начал мучительно вспоминать концовку вчерашнего вечера.
Он вспомнил, как проверял в конце дня центральный гастроном. Вспомнил, как поучал директора магазина, что воровать у народа не хорошо. Как пугал толстого завмага Колымой. Вспомнил, как директор, побледнев, попросил его пройти в отдельный кабинет. Вспомнил накрытый стол. Как провозглашал тосты о Родине. Как призывал персонал магазина жить только по закону. Потом танцы. Потом молодые продавщицы. Потом, далеко за полночь - его проводы. Весь магазин махал ему вослед.
Вспомнил огромный баул, которым нагрузили его, проверяемые им, продавцы. Кроме этого, Константин Николаевич вдруг вспомнил толстый конверт. Да. Ведь завмаг, на прощание, в качестве благодарности за понимание и за человечность во время проверки, вручил ему набитый купюрами, конверт.
Так и сказал: это вам, Константин Николаевич, для восстановления здоровья, потраченного вами, в нелёгкой борьбе с расхитителями богатств нашей Родины.
Константин Николаевич, обмотавшись одеялом, поднялся с постели. С кухни доносились приятные запахи. Он, приоткрыв дверь спальни, увидел стройную длинноногую молодую даму. Обернувшись, барышня хлопнула в ладоши: ой, Константин Николаевич, вы уже проснулись. Как хорошо. А я блинчики к завтраку вам готовлю. Вы вчера так много работали. Такой уставший зашли в кафе, где мы отдыхали с подружками. С огромной китайской сумкой на плече. Вы сказали, что это какой-то «вещь док». И что вы, конфисковали его у расхитителей нашей Родины. И со словами, дамы, разрешите представиться, штаб-с капитан Штацкий, присели за наш столик…
Барышня громко засмеялась.
Вы, во время своего представления, ещё хотели прищёлкнуть каблучками. Но, по причине огромной усталости от погони за «врагами», не удержались, и упали прямо на руки какой-то, сидящей за соседним столиком, пожилой дамы. Она громко закричала. Но вы, встав перед дамой на колени, начали целовать ей сначала руки. А потом, вас вежливо остановили…
Вы такой джентльмен, Константин Николаевич. А какой щедрый. Вы заказывали шампанское много, много раз. А потом, осыпали всех присутствующих деньгами с конфискованного, как вы сказали, у расхитителей, конверта.
Штацкий, закрыл глаза. Ёлки палки. Вот это допился. Он кинулся к костюму. Проверил карманы. Там было пусто…
Он снова побежал на кухню. Лапонька. А кому я эти деньги отдавал? Ну как же, Константин Николаевич, всем молодым девушкам кафе. Вы подбрасывали их вверх и кричали: берите, берите – я себе ещё нарисую.
Константин Николаевич, закрыл ладонями лицо. Какой позор. Какой позор…
Зая. А сумка, сумка куда делась?
Ну как же, Константин Николаевич, вы же и с сумки всё раздавали молодым девушкам. И тоже кричали, что и сумку завтра же, снова нарисуете.
Вы такой весёлый и щедрый. Какой прекрасный был вчера вечер. Как в сказке.
Константину Николаевичу стало плохо. Всё то, что он вчера «напроверял», что было им добыто непосильным трудом – улетело.
Кошмар.
- Может вам пивка, Константин Николаевич, громко хохоча, спросила красавица.
- Лучше валидолу, промычал штаб-с капитан.
Глядя в окно, Константин Николаевич соображал как же ему быть. То, что он вчера гульнул, это ерунда. А вот то, что роздал всё конфискованное им добро – это плохо. От сволочи, подумал он. Какие невоспитанные. Как все зарятся на чужое, таким трудом добытое. Сегодня снова придётся организовывать рейд. Но в кабак больше ни ногой. Хотя нет. В кабак пойду. Но всё то, что сегодня конфискую, перед кабаком, оставлю дома. Хватит добром разбрасываться, хватит.
Он, взбодрившись, выглянул в окно. На другой стороне улицы, какая-то продавщица, открывала ставни киоска. Что за киоск, подумал Константин Николаевич? В моих списках он не значится.
Лапа, обратился он к хозяйке квартиры. А что это у вас за новый киоск открыли?
Да. Ответила лапа. Второй день работает. Хозяин - какой-то частный предприниматель, Акимов.
Т – а – а – к, подумал про себя, капитан Штацкий. Сегодня же навещу этого Акимова, с проверкой!
С киоска барыши хоть и небольшие, но дело даже не в барышах - а в принципе.
Его офицерская «честь» ему всегда подсказывала, что никакими доходами брезговать не надо.
В том числе и доходами, от киоска какого-то там, Акимова.

Глава 6 ( предприниматель Акимов )

Проснувшись утром, предприниматель Акимов, прислушался. Опять холодильник не работает. Что за невезуха. Холодильник – и тот выкаблучивается. То не включается, то не выключается.
Собрав постель, Акимов подошёл к холодильнику. Ну ты что? Денег на твой ремонт нет. Стукнув по нём, и услышав знакомое урчание, предприниматель отошёл от непослушного хранителя скромного провианта городского бизнесмена.
Пока вскипал чайник, Акимов занялся своим утренним моционом.В ободранной ванной комнате, выдавив из почти что пустого тюбика остатки зубной пасты, и взглянув на себя в зеркало, он проговорил: да… И это ванная комната бизнесмена. И с сожалением подумал: ёлкин цвет. За те деньги, которые, только за последний месяц, с него содрали всякого рода проверяющие, хватило бы и на ванную и на новый холодильник, и на ремонт старющих Жигулей.
Не пойму, думал он. Ну как удаётся коллегам, уживаться со всеми этими ходоками от различных учреждений, которые от утра до вечера, только проверяют, проверяют, и проверяют.
 Ну да ладно. Сейчас, благодаря своим дружеским связям, удалось подписать выгодный контракт с Москвой, на поставку грузовых автомобилей, передаваемых с армии в народное хозяйство. С последующим их использованием на стройках западной Сибири. Дело предстоит хорошее. Старые знакомые вставили в схему. Будут делать предоплату. Главное, нужно найти необходимые контакты здесь на месте. У кого покупать необходимую технику. Нужно заехать на таможню. Начальник таможни Костюков, по телефону, обещал всё объяснить, разжевать и проконсультировать. Заодно и познакомиться надо. Работа предстоит сложная. Личное знакомство с начальником таможни – не помешает.
Тут ещё купил, по случаю, киоск. Бизнес не большой, и незаметный. Никто с проверяющих, на него, наверное, и внимания не обратит. Торгуй себе спокойно пряниками да бубликами. Как-никак, а какая-то финансовая помощь будет. И главное, будет хоть какая-то стабильность. А там, и автомобили начнём экспортировать в Россию. Наконец-то отремонтирую ванную, куплю новый холодильник, и нормальный телевизор. А то уже перед соседями стыдно. Предприниматель называется. Телевизору уже почти 20 лет.
Ну ничего. Сколько трудов прилагается к тому, чтобы ситуация изменилась. Нужно трудиться. И главное не раскисать.
Побрившись и умывшись, попив быстренько чайку, предприниматель Акимов вышел из квартиры.
Перед выходом из подъезда, он вспомнил, что вчера не проверил почтовый ящик. Открыв ячейку, он увидел пачку писем.
Первое письмо было с городской налоговой администрации. В нём сообщалось о том, что он, предприниматель Акимов, нарушил ряд постановлений. Список нарушений прилагался. И что ему следует оплатить штраф в сжатые сроки.
Второе письмо было из городской очистки. Данная структура изложила свои претензии относительно того, что он, предприниматель Акимов, открыл киоск, не подписав с ними договор на уборку мусора. Что такие как он, такими вот поступками, загрязняют наш город, нашу Родину, и нашу планету. К письму прилагалось требование об уплате штрафа за начало деятельности без согласования с данной службой. И требование подписать договор на централизованный вывоз мусора от киоска, с обязательной ежемесячной уплатой энных сумм, в пользу этой, по словам написавшего данное требование, уважаемой организации.
Акимов выругался. Только вчера открылись. Один день проработали. И уже сколько внимания. Ну, наверное, это последние неприятности, касающиеся киоска.
Третье письмо было из горисполкома. В нём говорилось о том, что владелец киоска не может оставаться равнодушным к проблемам города. И что он, Акимов, имея в своём активе определённые финансовые излишества, а иначе за что он купил киоск, просто обязан прислушаться к зову городских властей, и помочь родному городу. В письме указывалось, что любая помощь от него городу - будет не лишней. И ещё, администрация города предлагает ему свою дружбу. А для этого он должен взять шефство над стоящим возле его киоска, столбом, на котором висит фонарь освещения улицы. И если он, предприниматель Акимов, не против подружиться с городской администрацией, то он должен пропустить электрический кабель, подключенный к этому столбу через электрический счётчик, который стоит в его торговом киоске. И этот поступок, будет первым его предпринимателя Акимова шагом, на пути к дружбе с городской администрацией.
В письме говорилось, что платить за свет, который будет освещать улицу города – это большая честь. И большое счастье. И что на это право претендовали многие. Но городские власти решили удостоить этой высокой чести, именно его. Так сказать – авансом. И он, Акимов, должен этой честью дорожить. И оправдать это высокое доверие городской администрации.
Акимов выругался ещё раз.
Вот это да. Вот это незаметный бизнес. На второй день работы – и такие сюрпризы.
Ну да ладно. Наверное, это последние неприятности, связанные с киоском.
И предприниматель Акимов направился к работающему второй день, купленному им неделю назад, киоску.

Глава 7 ( 1-я встреча у киоска)

Марина Петровна, подходя к киоску, увидела стоящую возле него машину ГАИ. И что-то меряющего рулеткой инспектора Холодного.
А это что ещё такое, подумала Марина Петровна. Мы, городская санитарная эпидемиологическая станция, боремся за чистоту и здоровье трудящихся. А что здесь делает этот, не приносящий пользы обществу, Холодный. Марина Петровна вспомнила, как он, не один раз штрафовал при выезде из дачного посёлка, её двоюродного брата. Марина Петровна остановилась. Подожду. Заодно посмотрю, что он здесь делает и чего добивается. Если что не так – срочно накатаю статью в газету. Заодно, за брата посчитаюсь.
Инспектор Холодный, постукивая жезлом по начищенным до блеска сапогам, рассматривал проверяемый им объект.
- Значит, говорите, второй день работаете, спрашивал он у продавщицы? Не хорошо, не хорошо…
- Что не хорошо, осторожно переспросила продавец киоска?
- А это я объясню вашему начальнику, отвечал ей, поглядывающий на часы, Холодный.
 Марина Петровна начинала нервничать. Ну как так? Ну нигде не обходится без этого ГАИ. Что за люди. Мешают работать.
Предприниматель Акимов, подходя к своему киоску, услышал слова продавщицы: а вот и наш начальник.
Поправив фуражку, стоящий возле киоска капитан милиции, представился:
- Инспектор ГАИ – Холодный.
- Очень приятно ответил Акимов. Он не мог понять, какие претензии могут быть у инспектора ГАИ к нему, идущему пешком, человеку.
- Что ж это вы, товарищ предприниматель, нарушаете?
- Извиняюсь, не понял. Что нарушаем?
- Ну как что. Киоск ваш, стоит возле проезжей части. И по правилам, нужно соблюдать соответствующие меры предосторожности. Здесь ездят автомобили. К вашему киоску подходят граждане. А у вас, уважаемый – нарушения имеются.
От сволочь, подумала Марина Петровна. Опередил гад. Это ж надо. С самого утра припёрся. Сейчас разозлит клиента. Как после этого с ним работать? Ну да ладно. Подожду. Посмотрим, чем это всё закончится. Может и в самом деле на Холодного какой то компроматик заимею.
- Товарищ инспектор, о каком вы говорите нарушении?
- Ну как это о каком. Вы что товарищ предприниматель, думаете что к вам просто так, без всяких на то оснований, взял и прицепился работник милиции. Вы, наверное, забыли. Как-никак, в цивилизованном обществе живём. В правовом обществе. А вы ещё переспрашиваете какие это тут у вас нарушения. Даже вижу - сомневаетесь.
- Киоск ваш?
- Мой, ответил Акимов.
- А дорогу видите?
- Вижу, ответил Акимов.
- Вот и чудненько. А знаете какое должно быть расстояние от киоска до проезжей части?
- Нет не знаю, удивлённо посмотрел на инспектора Акимов.
- Шесть метров. И не менее.
- А у нас какое расстояние, с надеждой посмотрел на киоск Акимов.
- А у вас – пять метров восемьдесят пять сантиметров, отчеканил Холодный.
Точно сволочь, подумала ещё раз Марина Петровна. Выведет из себя предпринимателя. А это должна была сделать я. Поломал весь кайф, скотина. Ладно. Буду ждать.
- Товарищ инспектор. Вы это серьёзно. Из–за пятнадцати сантиметров этот сыр бор?
 Инспектор Холодный внимательно осмотрел Акимова.
- Это не сыр бор, как вы, уважаемый, выражаетесь. Это закон. А я его слуга. Написано в инструкции не менее шести метров – значит не менее шести. Инструкции  нужно выполнять.
Предприниматель Акимов призадумался. Скажите, а может ваша рулетка, того…
- Чего того, нахмурил брови инспектор.
- Может не точная, уточнил Акимов.
- Я попрошу вас, официально произнёс Холодный. А про себя подумал, не ошибся ли он. Ведь он нашёл эту рулетку впопыхах у тестя в гараже. А тесть, местный Кулибин, всё изобретает. Не напартачил бы чего-нибудь с этой рулеткой. Да, не проверил. Ну да ладно. Ещё поднажму, а там буду действовать в зависимости от того, как поведёт себя этот подопытный предприниматель.
- Ну так, а что же теперь делать? Акимов вопрошающе посмотрел на Холодного.
- Не знаю, не знаю, изображая задумчивость протяжно ответил Холодный. Придётся этот киоск оттаскивать на пятнадцать сантиметров от дороги.
- Да вы что это, серьёзно? Он же имеет бетонное основание. Как же его оттаскивать?
- Товарищ предприниматель! Я инспектор ГАИ, а не прораб на стройке. Как оттаскивать – это ваши проблемы. А моё дело следить за соблюдением инструкций.
- Ну, товарищ капитан. Да вы что смеётесь? Из-за пятнадцати сантиметров? Долбить бетон? А как же работал тот, у кого я этот киоск купил?
Ага. Подумал Холодный. Кажется, начинает соображать. Так сказать – правильно мыслить.
- Ну, как работал? Вот так и работал. С нарушением. Мы ж не звери. Как- никак стоим на страже народа! А предприниматель – он тоже народ. Вот мы и пошли ему навстречу. Взяли, так сказать, грех на душу.
- А как это можно? Переспросил Акимов.
- Вот так и можно, ответил Холодный. Мы ему помогли, а он помогал нам. Страна наша переживает не самый лучший период. Преступность подняла голову. Наша доблестная милиция, не щадя сил, беспощадно борется с ней. Тех лимитов, которые Родина выделяет на борьбу с преступностью, не хватает. Вот и приходится пользоваться помощью сознательных коммерсантов. А тех, кто нашей милиции помогает, мы прощаем за мелкие нарушения.
То есть, оживился Акимов, если я вам окажу помощь, то проблема с этими пятнадцати сантиметрами будет решена? Я правильно вас понял?
Холодный, огляделся по сторонам. Почти правильно! Не окажу помощь, а буду оказывать регулярно. Сколько будет оказываться помощь, столько же, киоск будет стоять на этом месте. Без перетаскивания.
Акимов призадумался.
- А сколько нужно оказывать помощи?
Марина Петровна перестала дышать. Стоя за киоском, она не всё слышала. А какую помощь требует этот мерзавец Холодный, ей, ну очень бы хотелось знать.
Холодный опять посмотрел по сторонам. Потом приблизившись к уху Акимова, что-то ему прошептал.
Как не прислушивалась Марина Петровна, так и не услышала главного. Негодяй. Подумала она. Осторожный. Ну ничего. Будет и на нашей улице праздник.
Акимов думал. Как же правильно поступить. С одной стороны ежемесячно отдавать названную Холодным сумму, будет накладно. Ещё неизвестно, какие доходы будет давать этот киоск. А если не приму условие, нужно будет нанимать людей. Подъёмный кран. Куча проблем. И так плохо – и так не лучше. Но, из двух зол выбирают меньшее. Пока нужно принимать условие Холодного, а там дальше увидим. Время расставит всё на свои места. Притом, нарушений по установке киоска больше нет. Как-нибудь выкрутимся.
- Хорошо, ответил Акимов.
- Хорошо, произнёс Холодный. Каждого тридцатого числа – я у вас. Желаю удачи в бизнесе.
Холодный прыгнул в милицейские Жигули. Отъезжая, он увидел закрывшуюся газетой Марину Петровну. Прячется, старая обезьяна, подумал Холодный. Жалко, пешком ходит, а то б она у меня каждый день штрафы платила. Как она задолбала своими проверками магазин сестры. Ну я отквитаюсь за все нанесённые нею обиды на её брате алкоголике. При первой же встрече заберу права.
Свинья, подумала Марина Петровна. Взяточник. Мешает нашей Родине идти к благополучию и процветанию. Когда-нибудь, я всё же прикрою магазин его сестры.
 
Глава 8 ( вторая встреча у киоска)

Марина Петровна, дождавшись когда машина Холодного скрылась за углом дома, сделав серьёзное лицо, вынырнула из-за киоска.
- Здравствуйте. Городская санитарно-эпидемиологическая служба.
Акимов и продавщица – переглянулись.
Марина Петровна, пристально рассматривала Акимова.
Так, думала она, слегка расстроен, после визита этого мерзавца Холодного. Ну да ничего. После моих предписаний, которые я ему сейчас накатаю, требования Холодного - покажутся детской шалостью.
- Ну что ж, показывайте ваше хозяйство, обратилась к Акимову Марина Петровна. Все разрешения, которые необходимы для начала работы вашей торговой точки. Санитарную книжечку продавца. Одним словом – всё, всё, всё.
Марина Петровна достала маленькое зеркальце с сумочки. Посмотрела не стёрлась ли помада на губах, и вошла в киоск.
- Так, тут у вас пончиковый автомат стоит... Ну товарищи… А допуск продавца к работе на данном автомате есть? А как работает ваша вытяжка? А какая констентенция выхлопных паров? А горячая вода есть? А проверка на наличие палочки? А сертификат на линолеум на полу. А сертификат на оконное стекло? А как быть с деревом растущим возле киоска? А трава? А проезжающие возле киоска машины - как они скажутся на продаваемом вами товаре ? А сертификат на краску, которой покрашен киоск? А как быть с птичками, летающими над киоском? А мухи? А вечером комары? С ними как быть, а?
Марина Петровна входила в экстаз. Акимов - начинал входить в транс.
Марина Петровна тыкала пальцем то в один то в другой угол киоска. Её правый глаз начинал судорожно подёргиваться. Она говорила о том, что её честь и её профессиональный долг, обязывают её встать на защиту нашего многострадального народа. Что она не может спокойно смотреть на то, что разные там, непонятно откуда взявшиеся дельцы, собираются травить её сограждан. Она не может допустить, чтобы продавщица, которая ещё даже не догадывается куда попала, задохнулась от угарных газов, издаваемых этим, непонятно откуда привезённым пончиковым автоматом. И что она, просто обязана, немедленно, закрыть этот киоск. Как вредный для здоровья окружающих, и как экологически опасный объект!
Акимов, открывши рот, смотрел на Марину Петровну.
Марина Петровна продолжала.
- Если каждый из граждан, проживающих в нашем городе, привезёт сюда по такому вот автомату, то мы здесь все просто задохнёмся. Наша нация просто вымрет. И она, когда-то давшая клятву Гиппократу – этого не допустит! Никогда! И ни за что!
Марина Петровна остановилась передохнуть. Заодно посмотреть, какое впечатление произвела на присутствующих её речь.
Осмотрев Акимова, подумала: готов! Сдался раньше, чем предполагала. Марина Петровна была собой довольна. Сейчас ещё немножко попугаю административной, а то и уголовной ответственностью, и сегодняшний день можно считать удачным.
- Так вот, уважаемый, как там вас?
- Моя фамилия Акимов.
- Очень хорошо, товарищ Акимов. Я опломбирую ваш киоск до устранения указанных мною неполадок. В случае невыполнения моих предписаний вы будете привлечены…
Продавщица нервно теребя новенький фартук, напугано смотрела на Марину Петровну. Думая про себя: вот это я устроилась на работу.
- Так что думайте, товарищ Акимов, думайте.
Что это она меня всё товарищем величает, подумал Акимов. Наверное коммунистка.
- Так что же мне делать? Акимов обратился к Марине Петровне.
- Как что делать? Устранять неполадки!
- Простите. А как же работал тот товарищ, у которого я купил этот киоск?
Марина Петровна в упор посмотрела на Акимова. Вот сволочь, подумала она. Правильно Холодный сделал, что к нему приехал. Ещё и выкручиваться собирается. Ты смотри. Ещё и вопросы коварные задаёт.
- Вот так и работал. Устранял предписанные мною недостатки.
- Да. Но мы ведь только открылись. Киоск работает второй день. Всё осталось в таком состоянии каким оно было при прошлом хозяине.
- Так! Сквозь зубы проговорила Марина Петровна. Не хотите по-хорошему. Теперь я вижу с кем имею дело. А вы не так уж и прост, как я думала. Вы не просто вредитель. Вы – просто преступник. Вы не любите нашу Родину! Вы не уважаете её законы, её парламент.
Марина Петровна достала с сумочки печать.
- Закрываю! Все на выход из киоска!
Через пять минут, киоск был закрыт и опломбирован.
Марина Петровна, с чувством выполненного долга, пошагала к другим киоскам, которые, прямо перед ней захлопывали ставни: кто на переучёт, кто на санитарный час, а кто и на санитарный день.
Акимов, матерясь, направился в свой офис.

Глава 9 ( первый облом пожарника)

Майор Кочергин мчался к киоску. Он уже представлял себе, как он, в своём отутюженном мундире инспектора пожарной охраны, предстанет перед глазами владельца киоска. Как тыкнёт пальцем в десятка два найденных им нарушений пожарной безопасности. Он представлял, как владелец киоска, после обнаруженных им, майором Кочергиным, нарушений, начнёт слёзно просить его уладить инцидент по-хорошему.
Но, подъехав к киоску, майор Кочергин почувствовал что-то недоброе. Уже почти одиннадцать часов утра, а киоск почему-то закрыт. Непонятно. Кочергин вышел из машины. Его сердце почувствовало что-то неладное. Только он собрался провести работу с вновь открывшимся объектом, как вдруг, с самого начала, начинают появляться какие-то неполадки.
Кочергин подошёл к киоску. Осмотрев закрытые ставни, он решил обойти вокруг объекта. Подойдя к расположенной с тыльной стороны киоска входной двери, Кочергин оторопел. Дверь была опечатана. Кочергин с недоумением посмотрел на наклеенную на двери бумажную ленту.
Вот это дела. Не успел я доехать до киоска, как его уже прикрыли. И кто же этот наглец, опередивший меня. Кочергин пристально посмотрел на печать поставленную на бумажной ленте. От блин. Санэпидемстанция. Ну никуда за ними не успеешь. Куда не ткнись, а они уже там. От сволочи. Не дают работать.
Кочергин призадумался. Как же теперь быть.
Ничего не поделаешь. Придётся подождать, пока откроются. А потом и я подъеду. Если не договоримся – тут же закрою...

Все фамилии и события вымышлены. Любое сходство считается случайностью.


Продолжение следует