Почему Маша не любит деревню

В свои 11 лет Маша ни разу не была в деревне. На море была, в Сочи, и в Италии была. А в деревне – ни разу. И вот мама и папа объявили, что предстоящее лето они проведут на природе, в деревне Свечкино, Тверской области. Еще в апреле папа ездил туда на разведку:
–Сказочный дом: сосновый, двухэтажный, сухой. Комнаты светлые, и полы теплые. До речки – пять минут, а лес – из окна грибы собирать можно.
Сказано – сделано.
Приехали. Правда, ехали почти весь день, из-за пробок.
На пороге дома стояла маленькая бабушка и как-то уж очень широко улыбалась совершенно беззубым ртом:
–Входите, не стесняйтесь! Вам теперь тут долго жить – все лето, Я говорю, три месяца жить. А мешать я вам не буду, в мою комнату вход отдельный. Я говорю, на кухне мне, старой, ничего и не нужно! – бабушка смотрела на Машу и маму: – А вас две хозяюшки.
–Вы всегда на лето дом сдаете? – спросил папа.
–Ой, что ты, сынок. Первый год. Соседка надоумила. Че, говорит, дом пропадает? Найди, говорит, хороших людей и сдавай им избушку-то. А я, думаю, и правда. Вот и попросила сына объявление дать…
–А сын-то, чего не приезжает?
–Сын-то? – бабушка задумалась. – А че ему ездить, у него семья, в Ленинграде они живут, далеко-о… Че ездить-то? Детишки маленькие, его любезная врачом работает! Я говорю, врачо-о-ом – любезная-то! Пойду я, а то дел много у меня. Побегу.
Бабушка сгорбилась вся, взяла палку длинную и пошла. В лес... Потом развернулась и добавила:
–Я говорю, грибы вчера посадила, подросли, поди, собрать надо!
Мама, папа и Маша смотрели ей вслед. Бабушка шустро поднялась по тропинке к лесу и замелькала между деревьями.
–Пап, а грибы разве сажают? Я думала, они сами в лесу растут.
Папа смотрел на маму в некотором замешательстве и не обратил внимания на машин вопрос:
–Странная какая-то. Может она «того» от старости? Или пьет?
–Что пьет не похоже – дом чистый и сама аккуратная. Просто у нее с сыном, наверное, проблемы, а ты спросил, вот она и разнервничалась, – мама стояла на пороге дома, в котором вся семья должна была провести три незабываемых месяца.
Целых три месяца!!!
На следующий день собирали вещи. Собирали быстро, сначала всё без разбора сгребли в чемоданы, потом затолкали их в машину. Когда вперед ехали, чемоданы были привязаны на крыше и в багажник аккуратно сложены, а теперь – все на заднее сиденье свалено.
–Ерунда какая-то, – тихо возмущался папа. – Почему ты у нее на поводу всегда идешь?
–Это не шутки, Павел. Ребенок до полусмерти напуган. Я еле-еле уговорила ее утра дождаться. С этим не шутят, нельзя детям не доверять.
–Ты сама-то веришь в это? – папа ходил, курил. – Какие домовые?!
Вообще-то папа сам радовался, что они уезжают, вчера он хотел спросить у кого-нибудь из соседей, где лучше рыбу ловить. Но, сколько ни ходил по деревне, ни в одном доме никого не обнаружил. Все избы были серые, покосившиеся, двери ­– нараспашку, во дворах – никаких кур, все крапивой заросло, только вороны в тишине шныряют. И – ни души. Но папа об этом никому не сказал, боялся волновать.
Маша выбрала себе спальню на первом этаже. Хотя комната оказалась похожа на пенал, она была уютной. Солнце клонилось к закату, и яркие лучи освещали большой кованый сундук, а в нем – одна лишь старая синяя чашка с треснутой стенкой и мешочек с травой. Зато на сундуке сидела фарфоровая кукла с рыжими волосами, зелеными глазами и в красном бархатном платье. Кукла улыбалась так, что было видно ее зубы. Маше это очень понравилось. Она сдула с куклы пыль и посадила на стул.
Потом, хоть и смеркалось, спустились на речку. Папа оправдывался, потому что до речки было не пять, а, наверное, двадцать минут. Но все равно, искупались, и радовались, что вокруг никого нет:
–Вот где покой!
Потом пили чай с колбасой, сыром, сгущенкой и печеньем. Играли в дурака. А когда совсем стемнело, и комары искусали все ноги, пошли спать. Бабушка, хозяйка дома, так и не вернулась.
Машина кровать оказалась совсем неудобной. Перина была слишком мягкой, одеяло, наоборот, жесткое, а подушка и вовсе каменная. Да еще окно выходило в лес, и из-за этого темнота в комнате была очень густой.
Сон никак не приходил. Маша приподнялась на кровати, взглянула в окно и едва не вскрикнула. Закрытые створки оказалось открытыми, а на подоконнике каким-то образом очутился самовар. Он был ужасно большой, круглый и зловещий, но самое главное – самовар пыхтел и шевелился, а из трубы шел дым и улетал в лес. Маша приготовилась спрыгнуть с кровати и броситься к родителям, но вдруг кукла, сидевшая на стуле, встала и подошла к подоконнику:
–Ну, наконец-то! Вечно вас ждать приходиться!
–Не серчай, хозяюшка! – ответил самовар. – Как только вскипел, так и пришел!
Маша вжалась в перину, натянула на себя одеяло и боялась ни только пошевелиться, но и вздохнуть.
А тем временем кукла продолжала спокойно беседовать с самоваром. Ее голос был скрипучим, как у пилы:
–Ладно, прощаю, но только в последний раз чтобы! У меня дел полно, а вы меня задерживаете. – Кукла прошла мимо машиной кровати к сундуку, достала оттуда чашку и мешок с травой и вернулась к окну. Потом она все шуршала, вынимала траву из мешка и шелушила ее над чашкой. После того как послышалось журчание воды, и по комнате разошелся приятный аромат, самовар сказал:
–Хорошая у тебя, хозяюшка, заварка.
Кукла огромным глотком отхлебнула чаю и хлопнула ладонью по подоконнику:
–Вы можете себе представить, что моя бабка учудила?
–Чего?
–Пустила в дом людей!
–Ох! – громко вздохнул самовар, так что у него внутри все забурлило. – Что ты говоришь?!
–Что слышите, то и говорю. Денег, видите ли, захотела заработать! Видно, умом подвинулась! Тут живых-то не было с позапрошлого века! – она опять отхлебнула чаю, едва ли не всю чашку, и как-то обрадовалась: – Ух, ее сегодня Главный накажет! Прямо представить радостно, что он с ней сделает!
–А люди? Люди-то? Что ж так и будут тут жить? – спросил самовар.
–Скажете тоже! Завтра уедут. Дочка их вот, на кровати сидит, нас слушает. Сейчас к маме побежит! – она сделала последний глоток и вытерла губы. – Утром уже уедут.
Кукла убрала чашку и мешок в сундук, залезла на подоконник и, вместе с самоваром они выпрыгнули на улицу.
Окно закрылось. В комнате стало тихо. Только из леса слегка доносился то ли смех, то ли ругань.
В постели родителей Маша уснула только, когда рассвело. До этого она не сводила глаз с маленьких окон и прислушивалась. Всю ночь Маше казалось, что по двору бродит какой-то беспокойный дядька с невероятно длинной шеей. То уйдет, то опять вернется, и всё руками машет. И вроде бы он кого-то еще приводил, и оба они возмущались, что возле дома стоит машина.

Деревни Свечкино нет ни на одной карте Тверской области. Такое поселение было, но в середине XIX века сгорело. Никто ничего там больше не строил. Боялись люди, что в этом месте поселилась нечистая сила.