У меня к тебе странный вопрос

Ася сидела по-турецки на мягком ворсе персидского ковра. Сверху на неё падал красноватый круг света лампы. Стены комнаты были оклеены тяжёлыми бордовыми обоями и разукрашены причудливыми масляными полотнами, изображавшими что-то манящее и непонятное. Огромный мягкий диван. Старый, мудрый, потёртый временем и сотнями поп. Зелёные шёлковые занавески. Тишина. Ася читала.
— Почему у меня нос холодный и мокрый? — спросил Маркиз. Он сидел рядом с батареей, прямо под занавеской. Ася вздрогнула. Задумчиво подняла голову.
— Потому что ты сопливый, — ответила она и продолжила чтение.
— Я думаю, что эта твоя шутка совсем не удалась, — Маркиз, похоже, обиделся. Девушка в ответ только покачала головой, всем своим видом показывая, что она занята очень важным делом.
— Я думаю…
— Тсс, ты не видишь — я читаю?
— Вижу.
— Вот и не мешай мне, кот.
Маркиз недовольно засопел. Ася перевернула страницу.
— И они жили долго и счастливо, — Ася оторвалась от книги, захлопнула её и растянулась на ковре, подложив руки под голову, — И умерли в один день. От передозировки веретена… Это ещё что такое?
Маркиз мягко запрыгнул Асе на живот и уселся там, обернув себя хвостом, самый кончик которого, нервно подёргивался.
— Приласкай меня!
— Чего, прости, сделать?
— Я — кот. Мне нужно немножко тепла и любви. Приласкай меня!
Красноватые огоньки лампы плясали в его глубоких зелёных глазах. Маркиз подозрительно улыбался.
— Как?
— Ну, не знаю! Почеши за ушком! Погладь! Потормоши, в конце концов!
Ася аккуратно поднесла руку к голове Маркиза, а затем внезапно резко и быстро «потормошила» его так, что у кота получилась причёска а-ля «у меня на башке прошёл ураган». Он вскрикнул и выпустил когти. Ася зашипела.
— Ты что, дурак? Больно же!
И в этот момент открылась дверь в комнату. Взору высокого молодого человека, появившегося на пороге, предстала довольно забавная картина: лежащая на полу Ася, держащая за лапы взлохмаченного Маркиза, — оба раздражённые и нелепые.
— Максим? — промямлил Маркиз.
В глазах парня промелькнула искорка негодования, но через мгновение он спокойно смотрел на кота.
— Я предупреждал? — спросил он.
— Предупреждал.
— Ну тогда разговор окончен, — Максим посмотрел в глаза девушке, — ну а ты что скажешь?
— Маакс, — протянула Ася, но парень повернулся спиной и вышел из комнаты, аккуратно закрыв за собой дверь. Девушка грубо спихнула с себя кота и резко встала. Подошла к двери и решительно опустила ручку. Ничего не произошло. Дёрнула пару раз посильнее. Заперто. Тогда Ася в сердцах пнула дверь ногой, отчего со стены упала одна из картин.

***

— Боже мой, кот, что ты делаешь? — удивилась Ася, поправляя повешенную на место картину.
— Я? Умываюсь. И послушай: меня зовут Маркиз. Мар-киз. Мне было бы очень приятно, если бы…
— Ты лижешь языком собственные волосы! Какая гадость! Фу!
Маркиз поперхнулся. Он откашлялся и уставился на Асю. Затем сложил лапы на груди и облокотился о батарею. Девушка сделала пару мягких шагов по ковру и уселась на своё прежнее место, под круг света лампы.
— Почему Макс разозлился?
— Я не выполнил его просьбу.
— А я тут при чём? Зачем он запер дверь?
Маркиз удивлённо вскинул брови.
— Ты что, не помнишь?
— Нет. Не помню чего?
— Ну, хотя бы, как ты попала в эту комнату?
Ася поморщила лоб. Затем встала и сделала пару кругов по комнате. Потом села на диван и закрыла лицо руками. Через пять минут раздумий она сдалась.
— Нет. Не помню. Я не помню, как я сюда попала. Я не знаю, что это за место. Я не понимаю, почему сейчас я разговариваю с… котом, и даже не помню, о чём только что прочитала в книге.
— Книге? Какой книге? — Маркиз улыбался широкой довольной улыбкой. Ковёр был пуст, там, где пару минут назад лежала закрытая книга, ничего не было. Ася осмотрелась внимательно и махнула рукой.
— Неважно. Это всё похоже на сон, только больно уж реальный.
В воздухе воцарилась неловкая тишина. Маркиз довольный стоял у батареи, а Ася пыталась вспомнить хоть что-нибудь, но у неё ничего не получалось. Через некоторое время она бросила свои тщетные попытки и решила выбраться из комнаты. Она подошла к шторам. Маркиз с удивлением посмотрел не неё.
— Что ты собираешься сделать?
— Вылезти через окно! Шучу, кот. Осмотреться по сторонам. Узнать, где я. Или хотя бы какое сейчас время суток.
Ася взялась за штору и уже хотела её отдёрнуть, когда Маркиз вдруг остановил девушку.
— На твоём месте я бы не стал этого делать.
Ася задержалась.
— Почему это, позволь спросить?
— Потому что ты испугаешься.
— Испугаюсь?
— Ну да. Столкнёшься и неизвестным и испугаешься.
— Что может быть неизвестного за окном?
— Всё, что угодно. Ты ведь ещё не знаешь, что там?
— Нет.
— И тебе не страшно?
— Нет!
Ася отдёрнула штору и действительно испугалась. Там не было ничего, кроме очередной картины маслом, бордовых обоев и швабры. Испуг был именно в тот момент, когда она уже отодвигала штору, но ещё не видела, что там, за ней. А потом остались лишь огорчение и раздражение.
— Мог бы и сразу сказать, что там ничего нет.
— Откуда я мог знать, что за шторой? Я туда никогда не залезал.
— Дей-стви-тель-но? — съехидничала Ася и снова уселась на ковёр. В дверь постучались.
От стука со стены с глухим грохотом снова упала картина. Головы Аси и Маркиза синхронно повернулись в сторону выхода, причём у кота уши встали торчком. Впрочем, он тут же потерял к стуку всякий интерес. Девушка же встала и подошла к дверному глазку.
— Ася, я снова тебя предупреждаю.
— Что, на этот раз нельзя посмотреть в глазок, да? Мне кажется, что ты просто параноик.
— Как знаешь, — Маркиз зевнул, — вперёд!
Ася прижалась к глазку.
— Темно. Ничего не видно.
— То есть, как это? Ну-ка, подними меня…
— Чего? Да ты себя в зеркало видел хоть раз? Я же надорвусь!
— Не смешно!
Маркиз подошёл к Асе и сел перед ней. Девушка взяла кота на руки и поднесла его к глазку.
— Хмм. И действительно. Опускай.
В дверь снова постучались. Кот и Ася вздрогнули.
— Кто там? — крикнула девушка. В ответ раздалось напряжённое сопение, как будто кто-то не мог попасть ниткой в игольное ушко. Маркиз насторожился.
— Мне кажется, это какое-то животное. Тигр. Или медведь.
— Ага. Они всегда стучатся в двери, перед тем, как войти, — Ася улыбнулась, но как-то не очень уверенно.
— Опусти меня, пожалуйста.
— Подними-опусти! — проворчала Ася и аккуратно поставила кота на пол, — ты уже надоел, волосатый.
Маркиз фыркнул и прошагал к дивану. Запрыгнул на него и улёгся, свернувшись калачиком.
— Ты здесь всего-то с полчаса, а уже привлекаешь к себе внимание. И это при том, что даже не выходила из комнаты. Ты очень эмоциональна. Это твоя сила и твоя слабость, — кот зевнул, — если ты хочешь отсюда выбраться, тебе придётся кое-чему научиться. Ты готова?
В дверь снова постучались. Затем заскреблись. Ася удивлённо посмотрела на Маркиза.
— Ты хочешь меня чему-то научить? Ты думаешь, что я готова учиться у кота? — Ася хохотнула, — Ты с ума сошёл. Я скорее попрошу у медведя, как мне выбраться отсюда, чем у тебя.
Дверь пошатнулась от очередной попытки её открыть кем-то снаружи. Ася отступила на шаг.
— Что ж, спроси.
Со стены упала ещё одна картина.
— Кто так вешает картины, что они падают от какого-то дурацкого стука в дверь? — Ася пыталась как-то отвлечь себя от происходящего, сама не понимая зачем. Получалось с трудом. Маркиз с интересом наблюдал за ней и предпочитал не отвечать на риторические вопросы. Дверь содрогнулась от очередного стука.
— Да что ж такое-то…
Будь она у себя в квартире, Ася почувствовала бы приближение паники. Как минимум позвонила бы в милицию. Но только не в какое-то там пошлое 02 (мальчики по вызову круглосуточно), а в родное 44-е отделение и срывающимся голосом позвала бы к телефону знакомого оперативника. Если бы он не дежурил в тот день, то паника началась бы незамедлительно, сопровождаясь диким количеством хаотических действий.
Но она была не дома. И телефона не было. И милиции. И знакомого оперативника. Был только кот. В глубинах сознания просыпалось такое знакомое чувство… Истерика.
— Как же там обычно в книгах-то делают? Аутотренинг, самовнушение, всё будет хорошо, мы все умрём… — Ася не замечала, что думает вслух. Ответная реплика Маркиза заставила её вздрогнуть.
— Книги… Ты же столько читаешь! А зачем?
— Чтобы казаться умной.
— Опять язвишь? Я же тебя серьёзно спросил.
— Кот, ну это же очевидно! — Ася ненавидела объяснять очевидные вещи. Наверное, потому что не умела.
— Ты имеешь в виду, что, читая, ты чему-то учишься или над чем-то задумываешься? — Маркиз смотрел на девушку как-то недоверчиво и слегка исподлобья.
— Бла-бла-бла, — Ася выразительно помахала руками в воздухе.
— Но ведь ты так ничему и не научилась!
— А почему больше не стучат? — она решила сменить тему, так как не могла контролировать ход разговора. В качестве ответа на заданный вопрос со стены упала очередная картина. Ибо в дверь снова очень настойчиво постучали.
— То есть ты хочешь сказать, что не нуждаешься в моих услугах?
— Да, именно это я и хочу сказать, кот! Сама разберусь.
— Ну тогда я пошёл.
— Куда, разреши спросить?
— А вот хотя бы за штору! — и Маркиз действительно ушёл за штору, — если я тебе понадоблюсь — только крикни.
Прошло пять минут.
— Ну ладно тебе прикалываться! Вылезай.
В ответ — тишина. В дверь продолжали ломиться. На стенах оставалось уже меньше половины картин.
— Коот?
Тихо.
— Маркиз?
Ни звука. Ася подскочила к шторе и отдёрнула её. Пусто. Никого. Только швабра и картина. Картина и швабра. И бордовые обои. Ася села на пол. Внезапно растворилась дверь.
На пороге стоял не медведь, нет. Это был невысокий лысый старичок в затёртом залатанном пиджачке, синих спортивных штанах с пузырями на коленках и в оранжевых резиновых шлёпанцах. У старичка были желтоватые маслянистые глаза, гнилые зубы и косматые брови. Волосы также торчали из его ушей и носа.
— Здравствуйте, — вежливо сказала Ася, поднялась с ковра (старичок оказался на полголовы ниже неё) и сделала гротескный реверанс.
Старичок в ответ не сказал ни слова. Он засопел и, расставив руки в стороны, медленно, вперевалочку, побрёл на Асю. Девушка испугалась. Старик улыбался кривой слюнявой улыбочкой. И чем больше страха было в глазах у Аси — тем шире эта улыбочка становилась. Вот уже между ними оставалось не больше метра расстояния, девушка шлёпнулась на ковёр, вжалась спиной в ширму и что было сил закричала.
— Маркиииииииз!!!
Кот выбежал откуда-то из-за дивана, быстро оценил ситуацию и сделал длинный и высокий прыжок старичку на лысину, при этом страшно зашипев и выпустив когти. Как только Маркиз приземлился ему на голову, став похожим на лохматый парик, тот стал уменьшаться в размерах. Старичок становился всё меньше и меньше, и, наконец, вовсе исчез под Маркизом. Кот с наслаждением поточил когти о ковёр и подошёл к ревущей на полу Асе. Он запрыгнул к ней на руки и, брезгливо поморщившись так, чтобы она не видела, позволил девушке уткнуться лицом в свою шерсть. Когда плач Аси перешёл в неверные всхлипывания, Маркиз заговорил.
— Ну что, ты передумала, или мне снова уйти?
— Кто это был, Маркиз? Что это было?
— Ну вот, — кот ухмыльнулся, — теперь она называет меня Маркизом.
— Ну извини, извини, — Ася ненавидела просить прощения, — я теперь всегда буду называть тебя так! Что хотел от меня старикашка?
— Ты сама приманила его.
— Я?
— Да. Своим испугом. Помнишь, когда ты отдёргивала штору? А я предупреждал, кстати.
— Но… Но при чём здесь это?
— Да при том, что здесь, чем ты эмоциональнее, тем больше народу к тебе будет цепляться.
— Здесь? Здесь — это где?
— В доме…
Маркиз слез с рук девушки и запрыгнул на диван. Скрипнули пружины.
— В доме? Чем этот дом отличается от миллионов других домов?
— Тем, что это дом Максима — вот чем. Дверь, кстати, распахнута. Это может быть небезопасно.
Ася встрепенулась и посмотрела в дверной проём. Там белела стена общего коридора и зеленели листья какого-то тропического растения. Сама дверь медленно покачивалась взад-вперёд на невидимом едва заметном сквозняке. Из коридора тянуло запахом жареной картошки и раздавались какие-то невнятные похлопывания. Каждые десять секунд. Как будто кто-то ронял на пол деревянный поднос с гвоздями… Девушка поднялась с пола и подошла к двери. Посмотрела на Маркиза.
— Я пошла искать отсюда выход, Маркиз. Ты со мной?
Кот с недоверием покачал головой.
— А ты уверена, что хочешь этого? Гораздо проще переждать в этой комнате какое-то время, а там видно будет.
— Ну, Маркиз! Без тебя мне будет страшно.
Ася стояла в дверях с умоляющим видом. Кот улыбнулся и спрыгнул с дивана.
— Ну хорошо, пойдём!
И они бок о бок вышли из комнаты в коридор. Дверь с громким стуком захлопнулась, заставив девушку и кота подпрыгнуть от неожиданности. Где-то внутри комнаты раздался звук падающей со стены картины.
— Ну вот мы и выбрались, — мрачным голосом констатировала Ася, озираясь по сторонам.
Маркиз промолчал, глубоко вздохнув.
По коридору, между стоявших в горшках огромных диффенбахий, порхал махаон. Он покружил над Асей, легонько касаясь её волос мохнатыми лапками, и сел ей на голову. Разложил и снова сложил свои гигантские узорчатые крылья.
Ася открыла рот, чтобы что-то сказать по этому поводу, но потом передумала и зашагала вниз по коридору. Кот гордо вышагивал рядом. На голове девушки покачивался махаон.
Слева и справа в стенах были двери — огромные и малюсенькие, с причудливыми номерами, перекошенные, разноцветные, нелепые. Белоснежных стен и потолка было практически не видно из-за овивавших их тропических растений. Некоторые из ламп дневного освещения не работали, образуя эдакие тёмные пространства. От всего этого веяло какой-то неизведанностью, опасностью и вместе с тем, — уютом.

***

— Привет, маленькая.
— Что?
— Привет, маленькая, говорю.
— Ааа. Привет, маленький. Вообще-то мне уже три года.
Девочка в миниатюрном кимоно слезла с дивана и ушла играть со своими сверстницами, оставив Переводчика одного. Он был несколько смущён и чувствовал себя не на своём месте.
Из угла, с высокого стула, за ним следила невысокая молодая воспитательница. На вид ей было лет семнадцать, не больше.
Девочки взялись за руки, стали водить хороводы и петь песни. Это было удивительное и странное зрелище. Пели они правильно, в несколько голосов, можно сказать, волшебно пели.
Светлая дверь распахнулась, и мимо Переводчика проехали на велосипеде две девушки. Паркетный пол поскрипывал под колёсами. Ту, что сидела за рулём, Переводчик не рассмотрел, но зато от той, что на багажнике, он не мог отвести глаз. Так они с ней и смотрели друг на друга, не отрываясь, пока девушки не исчезли за поворотом коридора. Их уже и след простыл, а Переводчик всё ещё видел перед собой два карих, чуть раскосых, глаза и ярко-красные волосы незнакомки. Только спустя полминуты, он заметил, что нервно подёргивает ногой, и расслабился.
Воспитательница встала со своего стула и обратилась к Переводчику на японском. Тот удивлённо вскинул бровь.
— Не понимаешь, что ли?
— Нет, извините.
— Вообще-то, на этом диванчике нельзя сидеть людям.
— Вы хотите, чтобы я освободил его?
Тут снова прибежали маленькие девочки, видимо, напелись и натанцевались, они атаковали диванчик и облепили Переводчика со всех сторон. Одна малышка даже устроилась у него на голове.
Он сидел, довольный, на диванчике, игрался с ними, заставляя их заливаться звонким смехом и мурлыкать. Трудно было определить, кем были эти малышки. Крохотные тельца уже были развиты довольно хорошо, но не достигали в высоту и полуметра. У них были непропорционально большие головы, острые ушки и тонкие пальцы. На каждой — цветастое кимоно и заколка в чёрных волосах.
— Нет, что вы, сидите. Тем более что я не могла бы назвать вас человеком. А вы им понравились!
Внезапно здание задрожало от глухого низкого рокота, затем скрежета, затем рёва, наконец, перешедшего в мерное механическое гудение.
Воспитательница повернула голову в сторону дверей лифта, так, что по её длинным белым волосам прошла волна.
— Странно. Кто-то пользуется лифтом. Должно быть, какой-нибудь смельчак. Не многие из него выходят в здравом уме.
Переводчик покосился на пять рядов индикаторов этажей, которые беспорядочно мигали, попискивая. У него зародилось странное предчувствие резкой смены событий, но он не придал этому большого значения и продолжил играться с малышками.

***

— Оп-па! Смотри, Маркиз, — лифт!
Ася стояла напротив одной из дверей в стенах коридора. Они с котом прошагали уже не меньше нескольких километров, и девушка порядком подустала.
— Даже не думай об этом, — сказал Маркиз, но было уже поздно. Ася нажала на кнопку вызова. Двери мгновенно с грохотом распахнулись перед друзьями. Кабина была тесной и обитой какой-то мягкой материей, словно комната изолятора в дурдоме. Справа, на стене, висела огромная панель с пятью рядами кнопок.
— Ого! Сколько здесь этажей?
— Ася, послушай меня, не надо захо… Ася!
Девушка шагнула в кабину, и дверь с неизменным грохотом захлопнулась, отрезав её от Маркиза. Где-то в глубине дома заработали генераторы, и заскрипели старые механизмы…
— Маркииз! Коот! Иии! — завизжала Ася, обернувшись на захлопнувшиеся двери и осознав, что оказалась в ловушке. Она подбежала к створкам и принялась колотить по ним кулаками. Лифт, загудев и заскрежетав, тронулся и поехал вниз.
— Ааа! Как его остановить? — Ася запаниковала. Тут её взгляд упал на огромную разноцветную панель с кнопочками. Самая большая из них располагалась снизу. Красного цвета. На ней белыми буквами было написано заветное слово «СТОП». Ася присела на корточки — кнопка была почти у самого пола — и нажала на неё. Лифт резко остановился, уронив девушку на пол. Затем, буквально через секунду, снова поехал, но на этот раз — вверх, ещё больше прижав Асю к полу.
Ася открыла глаза. Её мутило. Вокруг, в тесной кабинке лифта, стояли какие-то безликие люди в деловых костюмах и переговаривались друг с другом глухими загробными голосами. Кто-то наступил девушке на волосы, кто-то отпихнул её руку ногой.
Внезапно стены лифта развалились и их осколки, со скрежетом задевая стены и выбивая искры, полетели в низ шахты, дна которой не было видно. В воздухе осталась висеть, подмигивая кнопками, панель управления. Люди прижались плотнее друг к другу, но не выказывали никакого беспокойства по поводу происходящего. Кабинка снова начала своё движение, но только не вниз и не вверх, а вбок. Гудение механизмов стало невыносимо громким. Девушка закрыла уши ладонями.
Лифт, покачнувшись, остановился напротив светлого пятна дверей в стене, не доехав до него каких-то два метра. Люди запаниковали и перешли на повышенные тона. Затем, словно сговорившись, они начали подпрыгивать. Дружно. Вместе. Раз, два, три, прыжок! Пол прогибался под их весом. Ася, уже мало что соображавшая от страха, смотрела на это безумие и не шевелилась. После пятого прыжка трос не выдержал, и лифт, набирая скорость, полетел вниз.
У Аси захватило дыхание. В животе появилось ужасное щекочущее давление. Она закричала, и к её крику присоединились люди в деловых костюмах, стоявшие вокруг. Когда давление в животе стало невыносимым, лифт внезапно остановился. Люди исчезли, а стены были на своих привычных местах. Раздался музыкальный звук «ти-лим», и двери раскрылись, впуская в кабинку поток слепящего зеленоватого света. Ася стремглав выскочила из неё, обо что-то споткнулась и растянулась на паркетном полу. Двери лифта закрылись.
Лежащую на полу Асю со всех сторон облепили миниатюрные девочки в японских кимоно. Они мелодично верещали что-то на непонятном ей языке, копошились крошечными ладошками в её волосах, щекотали ноги, тянули за уши. Одна из малышек ковыляла, прихрамывая, со стороны дверей лифта. Видимо именно об неё Ася и споткнулась на выходе.
Тут внимание девушки привлёк черноволосый молодой человек, сидящий на диванчике поодаль и с удивлением разглядывающий её. Ася покраснела, неуклюже поднялась (малышки разбежались в разные стороны), поправила платье и сделала реверанс. Молодой человек привстал, вежливо кивнул головой и сел обратно.
— Вы не подскажете, где я нахожусь? — Ася рискнула завести диалог с незнакомцем.
— Это четвёртый этаж, сударыня.
— Четвёртый этаж чего?
— Дома Максима, конечно.
— А, ну да… Я — Ася.
— Очень приятно. Переводчик.
— А имя?
— Переводчик — это и есть моё имя. Других у меня никогда не было.
Ася осмотрелась по сторонам. Белоснежные двери лифта, выкрашенные бирюзовой краской стены, белый потолок, неоновые лампы. Белые стеклянные двери. Чем-то напоминало школу. В голову полезли мысли о Маркизе. Как скоро он сможет найти её здесь?
— А вы не видели здесь кота?
— Маркиза?
— А вы его знаете?
— В этом доме нет других котов. Нет, я давно уже его не встречал.
Переводчик показался Асе чересчур серьёзным и вежливым. Его чёрные глаза смотрели как-то отрешённо, бледное лицо говорило о том, что на солнышке или хотя бы в солярии его владельца никто никогда не видел.
— Можно я посижу с вами на диване?
— Думаю, никто не будет против.
Ася присела, скрипнули пружины. Малышки тоже залезли на диван, облепив со всех сторон молодых людей. Они часто зевали и закрывали глаза. Видимо, приближалось время тихого часа. Через пять минут они уже спали. Кто на подушках, кто на спинке дивана, кто на плечах и коленях Аси и Переводчика. Девушку тоже начало клонить в сон. Пейзаж вокруг стал расплываться. Откуда-то издалека раздался телефонный звонок.

***

Перед глазами у Аси расплывалась серая мерцающая пелена. Как будто она проснулась и хотела открыть глаза, но ресницы склеились и не давали ей увидеть комнату, в которой она спала. Телефон зазвонил снова. Ася протянула руку куда-то в пустоту и нащупала трубку.
— Алло, — спросонья прохрипела она.
— Алло. Ася? Ты почему трубку не берёшь? — раздался взволнованный женский голос.
— Я сплю, мама.
— Не забудь, что тебе в Университет вставать через полчаса.
— Но ведь это ещё только через полчаса! — парировала Ася. Глаза по-прежнему не хотели раскрываться. Серая пелена покрылась радужными пятнами.
— Ладно, я тебе ещё попозже перезвоню! Смотри не проспи, — сказала мама и повесила трубку.
Ася опустила руку на одеяло и почувствовала, как проваливается куда-то вниз. Это ощущение ей понравилось, и она начала представлять, как выпрыгивает из самолёта, летящего над кукурузными полями. В лицо ударил поток свежего холодного воздуха, приятно засосало под ложечкой, внизу раскинулись живописнейшие пейзажи. Ася надела специальные очки и завизжала от восторга. Какое-то движение справа заставило её вздрогнуть.
Переводчик сидел на корточках рядом с лежавшей на полу Асей. Девочки уже проснулись и обступили её со всех сторон.
— Я что, уснула? — спросила Ася.
Переводчик улыбнулся и кивнул головой.
— Ты упала с дивана и даже не заметила этого. Я охранял твой сон и отгонял кошмары веточкой.
В руках у переводчика действительно была какая-то веточка, которой он периодически покачивал из стороны в сторону над головой Аси.
— Кстати, Маркиз приходил, пока ты спала, — сказал он.
— А где он сейчас? — встрепенулась Ася.
— Как всегда. Рядом с тобой, — раздался голос Маркиза из-за спины.
— Ааа! Кот! Как я рада! — Ася набросилась на Маркиза и чуть было не придушила в своих объятьях. Маркиз всё это благородно вытерпел.
— Нам следует двигаться дальше, — сказал он, — на крышу дома.
— На крышу? — переспросил Переводчик, — А можно и мне с вами?
Маркиз и Ася переглянулись и пожали плечами.
— Да, можно, почему бы и нет? — сказал кот, и троица направилась в сторону дверей на лестницу, причём Ася по дуге, с запасом, обошла лифт стороной. Переводчик был бледным и хмурым и напоминал Асе Пьеро, только если бы тот был не куклой, а современным подростком.
Они поднялись на четыре этажа вверх, затем ещё на четыре, и ещё. Ася обратила внимание на то, что она совсем не устаёт от такого подъёма. В её доме она бы уже потом облилась, взбираясь на эту высотищу.
— А сколько здесь всего этажей? — спросила она.
— Столько, сколько пожелаешь, — ответил Маркиз. — И на твоём месте я бы уже пожелал, чтобы эта лестница закончилась, а то я умру тут со скуки.
— Сам и пожелай, — парировала Ася. Переводчик наклонился к её уху.
— Такие, как мы с Маркизом, не можем влиять на ход событий в этом доме. Ты сама должна захотеть, чтобы мы поскорее попали на крышу. Я бы даже сказал не захотеть, а «вознамериться», — сказал Переводчик и едва заметно улыбнулся.
— Может быть нам просто нужно двигаться быстрее? — спросила Ася и, не дожидаясь ответа, рванула наверх, прыгая через три ступеньки за раз. Через двадцать этажей она остановилась, склонилась над перилами и взглянула вниз. Бесконечная лестница. Перевела взгляд наверх. То же самое. Она присела на ступеньки, дожидаясь запыхавшихся друзей.
— Ещё пара пролётов — и тебе придётся взять меня на руки, — сказал Маркиз и высунул язык. Переводчик тоже взмок.
— Странно. А я не устала, — задумчиво протянула Ася.
— Конечно не устала. Ты ведь стоишь на месте. А мы поднимаемся, — сказал Маркиз. — Ладно, попробуем другим способом. Возьми меня на руки.
Ася повиновалась.
— Теперь Переводчик. Подойди поближе. Вот так. Обними её. Хорошо. Ася, теперь закрой глаза. Закрыла? Не подглядывай.
Асю окружила темнота. Она чувствовала вес Маркиза на своих руках, дыхание обнявшего её Переводчика на лице и лёгкий ветерок. Ветерок?
— Открывай глаза. Мы на крыше.
От высоты у Аси слегка кружилась голова. Ветер ерошил волосы и свистел в ушах. Переводчик слегка покачивался, а Маркиз щурился. Они были на крыше не одни. Высокая, немного сутулая фигура стояла на самом краю. Затем парень присел на корточки и, ловко упершись руками в край крыши, спустил ноги вниз, сгорбился и подложил левую руку под подбородок. В такой позе мыслителя он и оставался, пока Ася не подошла к нему вплотную.
— Макс, ты же знаешь, что я боюсь высоты. Ну не злись, а? — сказала она и положила руку к нему на плечо.
— Я и не заметил, как она оказалась в той комнате, видимо, задремал. Прости, — виновато сказал подошедший Маркиз.
Максим обернулся. Выражение его лица было таким, что, казалось, он вот-вот расплачется. В сером небе закаркали вороны. Почему-то пошёл снег. И каждая снежинка — маленькая и уникальная. Переводчик начал ловить снежинки на язык. Через мгновение он стал бегать по крыше, расставив руки в стороны и смешно подпрыгивая на каждом третьем шаге. Ася даже не заметила, в какой момент он превратился в такого же чёрного ворона, что кружили над крышей дома, и затерялся среди них.
— И что я теперь ей скажу, когда она проснётся, Маркиз? — спросил Максим. — Она ведь многое запомнит.
— Ну, она подумает, что это всего лишь сон, — ответил кот.
— Ау, братва, я вообще-то здесь, — сказала Ася.
— А вот и не подумает! Я её хорошо знаю. Проснётся и тут же позвонит мне, — сказал Максим, пропустив слова Аси мимо ушей.
— Ну и что? Расскажет тебе всё, что приснилось, скажет, что ты тоже там был. И про твоего кота не забудет. А ты в ответ: «Да, это клёвый сон. Жаль, мне такие не снятся». Пройденный этап же! — сказал Маркиз.
— Так значит, я всё-таки сплю… — пробормотала Ася, но её никто не услышал. Максим и кот начали спорить уже на повышенных тонах. Девушка осторожно подошла к краю крыши и взглянула в уходящие вниз бесконечные ряды этажей.
— А если я сплю, значит, могу летать. Нет, ну правда. Только больно уж тут всё реальное, чтобы было сном, — думала Ася.
— Солнце, отойди от края крыши, пожалуйста, — окрикнул кто-то сзади. Ася обернулась и увидела свою бабушку.
— Хорошо, Ба, — крикнула она в ответ и послушно сделала два шага назад. Это заметили Маркиз и Максим.
— Ты её тоже видишь? — спросил Максим у кота.
— Бабушку? Ага.
— Поразительно. Это ведь не моя работа. Представляешь? Я и не знал, что в моём доме можно создать образы не моими руками, — сказал Максим.
— Вообще-то это уже не первый раз. Какой-то страшный мужик напал на нас прямо в комнате, — ответил Маркиз.
Его слова завершились восторженным визгом Аси. Она вообще не очень-то слушалась бабушку, а во сне и подавно. Два шага нужны были для разгона, чтобы прыгать уж наверняка. Последнее, что увидели Маркиз и Максим, были исчезающие за краем крыши ноги девушки. Они переглянулись и сорвались с места, словно на забеге на сто метров.
— За ней! — выкрикнул Максим и рыбкой спрыгнул с крыши. Маркиз последовал за ним. А через какое-то время один из воронов отделился от стаи и устремился вниз, вслед за котом. На крыше внезапно стало тихо. Вороны замолкли, ветер угас, снег закончился. Кто-то хлопнул чердачной дверью. Видимо, бабушка пошла по своим домашним и уютным делам.
Со всех сторон Асю окружало бесконечное одуванчиковое поле. Над головой сужал круги чёрный ворон. Определившись с траекторией, он аккуратно приземлился на Асино плечо, обдав её ветром из под крыльев. Девушка подняла руку к его голове и почесала шейку. Ворон зажмурился от удовольствия и взъерошил перья.
— Как я здесь оказалась? — спросила Ася у ворона, но тот ничего не ответил.
Кто-то легонько коснулся спины Аси. Девушка вздрогнула и отпрянула.
— Ну чего ты? — спросил Максим.
— Испугалась, — ответила Ася.
Маркиз тёрся о её ноги.
— Всё это правда сон? — спросила девушка.
— Да, — ответил Максим.
— А чей? Мой? Твой?
— Видимо, наш.
— А можно я позвоню тебе, когда проснусь? Ты ведь вспомнишь всё, что здесь произошло?
— Позвони, — сказал Максим и неожиданно повернулся к Асе спиной, — ты просыпаешься. Когда встанешь, постарайся повторить про себя все события сна, так ты их лучше запомнишь.
— А Маркиз? — Ася наклонилась и потеребила мягкую тёплую шёрстку кота. Пальцы почувствовали поверхность пледа, которым была укрыта девушка.
— Считай что я выдуманный персонаж. Может быть, мы ещё встретимся, — Маркиз подмигнул и растворился в воздухе.
— Переводчик? Кто такой Переводчик? — спросила Ася у ворона на своём плече, но тот лишь склонил голову, уставившись на девушку блестящим глазом. Внезапно всё утонуло в ярком белом свете.

***

Ася села в кровати, щурясь на яркое летнее солнышко. Протянула руку к мобильному телефону. Набрала номер Максима.
— Алло. Максим? Доброе утро. У меня к тебе странный вопрос…