Незапланированная сцена

Предупреждение: гей-тематика.

А не спеть ли мне песню о любви,
Только что-то струна порвалась,
Да сломалось перо – ты прости,
Может, в следующий раз….
А сейчас…
Чиж

Он сидит напротив, такой близкий. Совсем чужой. Мой бывший парень. Мой первый любовник. Мой друг. Или уже нет?
Наши встречи успели стать традицией: каждый месяц мы сидим в этом кафе, он вертит в руках салфетку, а я смотрю на него, и в голове кружит: «Мой первый…такой близкий…уже нет». Потом, приносят наш заказ: кофе и кофе, мы радостно начинаем наполнять его сливками, сахаром, стучать ложечками о стенки чашек… Потом, каждый сделает по глотку, и он обязательно спросит:
- Как он? – И я отвечу тут же:
- Хорошо. Восстановился с боем - горе-студент. Если до конца года не отчислят, повезу его отдыхать на море, в Испанию. Он этим просто бредит, так что, шансы у нас есть. – Вижу, что мои слова ему неприятны, и нарочито бодро интересуюсь, – А как ты?
- Нормально. А он курить так и не бросил? – Вздыхаю только в ответ:
- Нет, не бросил. Но очень старается. Уже почти-почти. – Появляется идиотское желание защитить, оправдать даже в такой мелочи.
- Да? А Светка говорит… - перебиваю его:
- Давай лучше о тебе. – Он вздрагивает, берется за новую салфетку:
- Прости.
- Ничего. – Я дотрагиваюсь до его руки, тут вздрагиваем мы оба, он поднимает глаза, но: нет. Не хотел я ничего такого ему сказать. Просто друг, простая поддержка. Подмигиваю ему и заговорщицким шепотом продолжаю. – А ты все с тем же?
- Да. – Он цедит сквозь зубы, пронзая меня взглядом на каждом слове. – Надоело. Не люблю.
- Бросишь?
- Я хотел спросить у тебя. – Чувствую, что внутри что-то шевельнулось, но тут же прогоняю все эмоции.
- Я дурной помощник в таких вещах…- развожу руками. - Но он хорошей парень, очень тебя бережет… Почему ты?
Он резко выпрямляется:
- Почему? Надоело. Может, меня тоже тянет на экзотику. Хочу себе гламурного котенка, чтоб было, кого возить по курортам. – Он не дает мне вставить ни слова. – Что, я не прав? Он даже спасибо тебе не скажет. Как ты терпишь?
- Терплю? – Я спокойно жду, пока пройдет истерика. – У нас все хорошо. Меня все устраивает.
- Что? Секс? – Он словно выплевывает каждое слово. – Его задница? То, что он шляется по ночам? Или его постоянное вранье? Ты знаешь, его видели позавчера с…
- Хватит. – Я поднимаюсь. – Я не буду это слушать. Прости, я считал, что мы друзья, но как видно, нам лучше перестать…
- Подожди! – он подскакивает следом, хватает за руку… На нас с непониманием смотрит все кафе. – Не надо! Ну, прости меня…У меня трудный период…- умоляющий взгляд серых глаз.
- Ладно, посмотрим…- снова чувствую себя виноватым, тороплюсь уходить, но слышу в спину:
- Ты так любишь его? – Оборачиваюсь и смотрю ему в глаза:
- Максима? Я….

Я захлопываю ноут, выбрасываю в окно сигарету и смотрю на часы. Семь вечера. Они сидят в кафе уже два часа. Паша и Вадик. Мой парень и его бывший. И говорят обо мне.
Щелкает замок – вернулся. Задерживается в прихожей, чтоб прибрать мои разбросанные сапоги: опять они в разных концах коридора – влетит. Пол-то помытый. И грязная посуда в раковине – забыл про нее. Короче, с приходом, милый.
Он заходит в комнату, целует меня, отстраняется, чтоб посмотреть.
- Макс, как дела в универе? – Тяжко вздыхаю:
- Пишу курсовик. – Он внимательно смотрит на чистый лист бумаги, и у меня начинается паника. – Паш, я помою посуду! – удивленный взгляд карих глаз, озорная насмешка на самом дне:
- Ты не заболел, солнце?
- А что, похоже? – опять я огрызаюсь.
- Нет. – Он нежно шепчет мне в ухо и целует мочку. – Ты такой красивый… - «Я просто улетаю. Млею и таю». Ага, дорогой, ты очень умен.
- Как он? – выдыхаю изменившимся хрипловатым голосом и сразу чувствую, как напрягаются Пашины плечи.
- Нормально. Но давай не будем сейчас? – Я вырываюсь.
- А когда будем?! Когда ты, наконец, образумишься и вернешься?
- Макс, ты сам не понимаешь, о чем говоришь. Ты переутомился. Чаю? – спокоен, как слон. Я в кровь скусываю губы, затем врываюсь к нему на кухню, в куртке и с сигаретой в зубах, выбиваю из его рук пачку с чаем и разворачиваюсь уходить… Не получается… Вместо этого, оказываюсь вжат в кухонный стол. Чувствую, как он прижимается ко мне – дыхание на шее, запах одеколона…
- Пусти…пусти, сволочь. – Лягаю его. И меня вжимают в стол еще сильнее. Руки он держит крепко.
- Гнида. Тварь. Ненавижу.
- Все?
- Ты думаешь, я не знаю, что они говорят за моей спиной? – Я продолжаю вырываться, но знаю, что не отпустит. Ох, какой же сильный…
- Ты ошибаешься, я давно уже всем все сказал. Мне с тобой жить, а не им. - Пытаюсь отлипнуть от жесткого и противного стола и прижаться к нему.
- Хочу секса. Сейчас. Грубого. – Слышу за спиной его негромкий смех и шорох молнии. Хотите – получайте. Мой парень, вообще, редко мне отказывает. Только вот ослаблять хватку не торопится: изучил уже все мои подлые приемчики.
Закрываю глаза. Вспоминаю, что всего месяц назад, как чумной убежал из дома, услышав на другом конце провода ненавистный голос того, другого. И поехал в клуб. Самый поганый, где не знакомятся, а снимают, причем быстро. Склеил парня, пошел с ним в туалет. И не смог. Испугался, что смогу заразить того, кто ждет меня дома. И как умудрился я так встрять? Помню, сидел на полу и бесился: я хочу, я сделаю… И, как наяву, видел его умные и печальные карие глаза, будто у породистой овчарки. Мой пес ждет меня дома. Позвонить, что ли, и сказать, чтоб выметался? А что? Я хочу трахаться. Хочу зажигать. Мне нужен вон тот парень в белой джинсе. Я не боюсь за себя, мне все похуй, но Пашка… Это, как убить ребенка, это хуже во сто раз, мне в аду будет казаться прохладно от такой вины. Значит, надо завязывать. Наигрались. Берусь за телефон…
Я пожертвовал всем ради него. А он не может сказать своей бывшей сучке, чтоб не смел больше нам звонить. Или я должен это сказать? Вцепиться в морду? А ради чего, ради этого болота? И когда я успел стать таким щепетильным? Раньше я даже смс забывал отправить со словами: «Пока, все было ничего». Что же теперь? Набираю его номер. Лихорадочно курю, считаю гудки.
- Максим, где ты? Я волнуюсь! – слышу шум на заднем плане. Удивляюсь.
- Ты не дома? – блять, хватит тянуть время, скажи ему уже!
- Я только что из Central Stage, думал, ты там. Макс! – он орет в трубку, когда на секунду появляются помехи.
- Нет…Паш… Паша послушай. Я делаю глубокий вдох (ну же!) и, наконец, решаюсь:
– Я передумал бросать курить! – черт! Черт-черт-черт-черт-черт…и два удара головой об стену. Больно. Прихожу понемногу в себя.
- Ладно. – Его голос очень спокоен, нейтрален. Так разговаривают с психопатами, которые стоят на краю крыши. – Где ты? – Я выдыхаю, называю адрес и название похабного притона и жду реакции. Но он только ответил:
- Еду. – И все.
Мы так и не поговорили об этом. Он приехал, увидел, что я трезв, и даже ничего не спросил. Просто сцапал, закутал в нормальное зимнее пальто и утащил домой отпаивать чаем и откармливать маминой стряпней. А я сидел и не вякал, что нехарактерно для меня вовсе. Просто грелся, постепенно оттаивая и обещая себе больше никогда его не пускать ни к каким Вадикам. Обойдутся… Мое. И пошли все… Паше тоже пойдут белые джинсы…

Я выгибаюсь под ним, когда он входит, наконец, немного отстраняя меня от жесткого края – черт, а ведь было очень больно! Живот, как в иголках… Стону. Его руки гладят мне бедра, приподнимают, я вскрикиваю – так глубже, но я оказываюсь навесу – хватаю его за руки, держусь крепко-крепко…- Не уроню…никогда – он выдыхает мне в ухо…Я только мычу в ответ, откинув голову ему на плечо… на полу хрустит рассыпавшийся чай…
Потом я слушаю плеск воды в душе и Пашкино фырчанье. Беру в руки его телефон. Вадик. Набираю номер…
- Паша! – Такое радостное! – Так ты…
- Это не Паша. Это Макс. Есть разговор. – На том конце провода тишина. Когда по всем правилам хорошего тона она становится слишком затяжной, я добавляю. – Не звони ему больше.
- Это он сказал? – Напряжение в голосе разбавляется гадкими вызывающими нотками.
- Нет, сука, это я тебе говорю. Завязывай.
- Или что? – Вот придурок. Значит, прав я оказался? Операция «Возврат» в самом разгаре?
- Или все. Мои друзья тебя найдут. А им «какая в жопу разница». Да и мне, временами, тоже. Экстрима захотелось, бля? Если узнаю, что ты его продолжаешь доставать, урою. А может, мне мужику твоему сказать? – Он молчит, но тут я понимаю, что задел. – Он, наверно, не нарадуется на себя. Такой мальчик-одуванчик, хозяюшка…
- Хватит. – Его голос звучит приглушенно. Ага! Значит, мужчина Вадика бродит рядом. И, судя по реакции, он похож на Пашу: двухметров и мускулист. Но я очень надеюсь, что весьма неуравновешен.
- Может, позовешь? Мы поболтаем…
- Перестань. Я не буду больше звонить. – И затем, набрав в легкие побольше воздуху, - Все равно, он скоро поймет, какая ты грязная шлюха. – И нажимает на отбой. Пока-пока. Ублюдок. Думаю еще пару секунд, затем выбираю опять его номер в телефонной книге, опция «удалить», нажимаю – гуд бай, мой мальчик. Все. Хватит. Накушались.
Когда я оборачиваюсь, Паша стоит в дверях. И я не спрашиваю, я понимаю сразу: давно и все слышал.
Он молча подходит и забирает у меня телефон…
- Па-а-ш! – Он одевает куртку.
- Пашка!!! – Повисаю на нем как на пальме. Он смотрит на меня сверху вниз. Странно так смотрит. От таких взглядов начинают бежать мурашки по позвоночнику: я сразу осознаю, какой он у меня крупный, и как, в случае чего он может… Кхм! Ага. Может, лучше в целях сохранности здоровья отпустить? Решаюсь, и сжимаю руки покрепче – нифига! Надо еще и ногами обхватить, для верности: если решил от меня вернуться к Вадику, то пусть так со мной и возвращается. Или прибьет. Зажмуриваюсь покрепче: сейчас начнется!
Потом врубаюсь, что что-то не так. Я не соскальзываю. Почему? А где, вообще, его руки? Мою пятую точку явно что-то поддерживает…и гладит. Ага, обе руки заняты, отсюда вывод: когда он решит мне двинуть, я точно замечу, ибо шмякнусь на пол.
- Макс, я так понимаю, ты в коем-то веке собрался сходить со мной за продуктами? Похвально! Только вот…почему в халате? – И в этот момент меня пребольно щипают за то самое место. Сволочь! Я, забыв о своем горе, бью его всем, чем можно, он тут же, не церемонясь, кидает меня на пол. Я весьма болезненно падаю, швыряюсь в него ботинком и – бля, попадаю! Караул! Спасайте Макса! С воплями уношусь в спальню, но, естественно, в районе порога мне под ноги со звонким «мяу» кидается рыжее чудище, и я не успеваю захлопнуть дверь… Меня догоняют, бросают, от души мутузят и затем, с еще большим удовольствием задирают халат…
Короче, в наказание я остался без ужина. И помыл всю посуду, оставшуюся с обеда. Не сиделось мне на месте… Правда, потом был отловлен и усажен за написание первой страницы курсовика на Пашины колени…
- Паш, у меня ребята тут рассказ просили…
- Испания…м-м-м.
- Садюга… Паш, а ты не злишься?
- Злюсь. Пиши.
- Из-за Вадика? – Изворачиваюсь, чтобы на него посмотреть.
- Макс… - Шепчет он мне. - Хочешь по секрету? Он меня задолбал! Давно, причем.
- А зачем тогда вы видитесь? – Вздыхает и смотрит вверх, будто, призывая потолок в свидетели моей тупости.
- Макс…ты когда-нибудь слышал такое словосочетание «хорошее воспитание»? Не? Зря! – Я пытаюсь его лягнуть, он ловит мою ногу…- Скажу тебе даже больше…- Опять начинает шептать мне в ухо. – Он достал меня очень-очень давно, когда еще мы были вместе… Иначе, я, собственно, его бы и не бросил. Логично? – «Этот мерзавец весь вечер теперь будет надо мной глумиться?» - … Я ушел искать разнообразия, а нашел тебя. Так бывает. – Он смотрит на меня задумчиво, я замираю от его взгляда…
- А я разве не разнообразие?
- Поживем – увидим…
Нет, ну и как мне было такое стерпеть? Пока Пашка, матерясь, вынимал из-за шиворота кнопки, я заперся в ванной. Второй раунд, поехали!


Рецензии
Ах ну какой забавный мерзавец!))))

Олесандра Румянцева   13.02.2016 13:08     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.