X Прыжок в пустоту

Питерское лето перевалило за половину, и Марина осознала, что уже много недель не встречалась с Филиппом. Ей нестерпимо захотелось с ним повидаться. А он почему-то все не появлялся. На этот раз она решила сама подняться к нему. Верхняя площадка, два лестничных марша к чердачной двери. Домом, что ли ошиблась? Быть не может! Дверь с висячим ржавым замком опутана древней паутиной и пылью, которую явно не тревожили несколько месяцев, если не больше. Она в замешательстве, желая убедиться, что это не сон, подергала замок. Проушина вылезла из трухлявого дерева вместе с ржавыми гвоздями. За дверью оказался явно необитаемый чердак с трухлявыми балками, без пола, со старыми дымоходами, с заплесневелыми перекрытиями и несколькими дырами в кровле, сквозь которые просвечивало небо. Может, все-таки промахнулась подъездом? Она выбралась на улицу, прочесала весь квартал и убедилась, что такой дом только один, и ошибки никак не могло быть. Что такое? Галлюцинация? Душевное расстройство? Наваждение? Петербургский морок? Если ему вздумалось скрыться, каким образом можно было привести чердак в художественно нежилой вид? Она еще раз поднялась в лифте на верхний этаж, ступила на лестницу к мансарде. Из-за квартирной двери с накинутой цепочкой высунулась старуха, как воскресшая процентщица из романа Достоевского, и заскрипела:
– И что вы тут шаритесь по чердакам? Лазят всякие, не то бомжи, не то наркоманы или ворюги, – осмотрела Марину с головы до ног, – а с виду приличные вроде. Идите отсюда, а то милицию вызову, там разберутся...
– Заткнись, карга, – миролюбиво приказала Марина, чтобы угомонить старушку. – Там, наверху, никогда не было жилой мансарды?
– После войны жили, так с тех пор времени пятьдесят лет прошло! Нечего мне тут заливать, уходите по-хорошему, не то щас пойду звонить в милицию!
«Неужели так сходят с ума?» – размышляла Марина несколько дней, пока к ней не заглянула Софья. По приезде из Индии Софья с месяц пребывала в уединенной медитации, затем приводила в порядок дела со недвижимостью, так что не сразу нашла время для звонков и визитов. Они снова сидели у Тумановой в каморке, говорили об Индии. Марина на всякий случай не стала рассказывать приятельнице о своей романтической истории, словно и не бывшей наяву. Только присматривалась, так ли подруга её воспринимает, как обычно, так ли непринуждённо держится. Та по-прежнему принимала в ней деятельное участие.
– Скажи, тебе не бывает иногда одиноко? Зная тебя достаточно, думаю, тебя навряд ли посещает такое чувство. Тебе не давит на психику неопределенность и отсутствие стабильного дохода? Ты встречаешься со знакомыми? Выходишь в последнее время куда-нибудь развлекаться?
Марина нахмурилась и отвела взгляд в угол:
– Все больше отсиживаюсь в своей норе. После ухода с последней работы у меня не осталось ни особого желания, ни денег для развлечений. Ты права – мне никогда не бывает одиноко. Разумеется, сам факт существования близких по духу людей греет сердце, помогает в минуты слабости и скорбных раздумий о собственной несостоятельности. Да ведь в этом мире всякий человек неизбывно одинок. Он может думать, что у него есть любящие родители; но они стареют и уходят. Дети вырастают и отдаляются; они живут своей жизнью и ценностями другого поколения. Любовные страсти перегорают; любимые могут изменить или, того прискорбнее, умереть. В силу эфемерности бытия, разрыв, разлука или смерть – неизбежный конец всех человеческих отношений. Но в духе не может быть одиночества – это царственное уединение, когда только и возможно быть собой. Уединение – праздник духа. Если как следует поразмыслить и отсеять все субъективное и второстепенное, что на самом деле человеку нужно для счастья? Всего два элемента – иллюзия безопасности и самореализация. Я говорю, иллюзия, потому что, как ни старайся уберечь себя от реальных или мнимых угроз, мир полон бед и катаклизмов. Я имею в виду ту или иную степень физической, продовольственной, экономической безопасности, которая избавляет от беспокойства о завтрашнем дне. Самореализация – в каком-либо деле, искусстве, науке, религии – это уже сугубо личное дело; вернее, высший долг. Всякий человек рождается в мир со своей неповторимой сущностью, и обязан реализовать ее, чтобы привнести во вселенскую картину бытия недостающий штрих. Люди навешивают на себя и ближних уйму выдуманных долгов и обязательств, тогда как есть один главнейший долг – перед собой, своим высшим Я. Есть ещё, чем без крайней необходимости не следует пренебрегать – забота о старых да малых. Все остальное – условно и относительно.
– Ну, да, это, пожалуй, самое достойное, чем можно заняться в этом мире, не считая практики дхармы, – Софья взглянула на нее искоса испытующе. – Но если всякий человек неизбывно одинок, и земным отношениям неизбежно сужден конец, что на твоих одиноких заснеженных вершинах с любовью?
Туманова взглянула на нее растерянно, хмыкнула, и быстро перевела разговор в абстрактную область:
– Любовь – прежде всего духовная потребность. При этом физическое влечение – лишь отражение высшей потребности души на уровень тела. Секс не является необходимостью, такой, как воздух и пища, – пока, насколько мне известно, никто не умер от воздержания. Эту энергию можно прекрасно сублимировать в творческой или духовной жизни. Разве что, когда потребность в любви никак не реализуется, хотя бы в замещающем виде, человек может тронуться умом, впасть в физические или душевные расстройства, вплоть до самых диких, вроде бессмысленного убийства случайных встречных и поперечных. Вместе с тем, что мы можем знать о духовной жизни, если никогда не испытали человеческой любви? Любовь мужчины и женщины – только частная манифестация любви, хотя мощнейшая. Любовь, как и Бога, никто никогда не видел, но для любящего ее действие совершенно бесспорно, вне зависимости от того, верят тому окружающие или нет. У апостола Иоанна все заключено в одной фразе: «Бог есть любовь; пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем». По недоразумению многие люди называют любовью ту ограниченную эгоистическую привязанность, какую они только и способны испытывать. Решив, что они любят, они начинают требовать ответного чувства, ревновать, беситься; с большим или меньшим успехом пытаются манипулировать объектом своей истеричной страсти. Любовь в духе ничего не требует взамен, не интригует и не ревнует. Ничего нового – эти свойства совершенной любви перечислены в Новом Завете. Любовь –дар свыше. Я, как ты понимаешь, не принимаю во внимание дежурные влюбленности, которые посещают нас время от времени…
– Любопытно, с чего бы такие речи? Разочарование в очередной влюбленности? Или даже более тяжелый случай? Ты помалкиваешь с таким загадочным видом, что можно подумать невесть что! – подозрительно посмотрела на нее Софья, но, заметив, что Туманова замкнулась, деликатно перевела разговор на другую тему, начатую по телефону, – И что у тебя за очередная плутовская история?
– Ничего особенного. Некоторое время назад меня пригласили на собеседование в фирму, якобы специализирующуюся на переводах, и предложили сыграть очередную роль. То есть, сдать языковой экзамен за одну даму, которая в поисках лучшей жизни очень хотела вырваться с постылой родины в Канаду по программе профессиональной иммиграции. Как ты догадываешься, мне не составило труда благополучно сдать экзамен. Деньги в размере трех-четырех месячных окладов в этом несчастном журнале словно с неба свалились. После раздачи мелких долгов и текущих издержек у меня в даже осталось немного денег.
– Ты внешне похожа на эту даму?
– По правде говоря, не особенно. Пришлось по этому поводу пойти на невинную проделку с переклейкой фотографии в её паспорте.
– Как так, вы переклеивали фотографию!? Ничего себе, невинная проделка! Уголовное дело.
– Ну, вообще-то, не мы сами. Это делали в милиции. В паспортном столе, как положено, оформили все документы, паспорт настоящий, просто с другой фотографией. Даме, конечно, пришлось понести дополнительные расходы в связи с такой процедурой. Потом паспорт, в результате прискорбной бытовой случайности, приходит в негодность, и дама получает взамен новый документ с фотографией, похожей на себя...
– Неужели все до такой степени прогнило? Огорчительно это слышать, – вздохнула Софья.
– Собственно, в данном случае не произошло ничего страшного, никто не пострадал – просто даме недосуг перед отъездом совершенствовать английский язык. Надеюсь, у нее все сложится благополучно, и она быстро восполнит пробелы в лингвистическом образовании в аутентичной языковой среде…
– Чем думаешь заняться? Насколько я понимаю, ты не останешься в Питере на другую зиму?
– Нет. Вернусь в провинцию у моря. Там при скромной жизни смогу растянуть эти деньги на какое-то время.
– Ну, раз тебе надоели питерские плутовские сюжеты, думаю, это правильно. Я, кажется, начинаю с тобой соглашаться – в стране все сдано на откуп проходимцам и ворюгам разного пошиба. И в городе в последнее время совершенно мрачно, народ по сравнению с Индией такой озлобленный и подавленный, что здесь долго находиться невыносимо.

Продолжение http://www.proza.ru/2011/03/23/1420


Рецензии