Вообще-то я на рыбалку собирался

Иногда находит блажь, и я начинаю напевать какую-нибудь песню. То есть, не просто взял и напел от притока хорошего настроения, тут же забыл и загугнивил другую. А как вечная любовь – прилипает герпесом и не отваливается. Люди творческие психопатичны, хорошее настроение к ним приходит резко и уходит тут же. Причем состояние духа тем темнее, чем ярче только что светил кураж. Всё очень похоже на приход всеобъемлющего счастья при ирригации чужого гаража тремя литрами «жигулевского» и следующим за этим глубоким разочарованием при попытке застегнуть застегнутую молнию. Но во время приступа эйфории и за мгновение до депрессии опытные люди с набитой правой всё-таки умудряются написать либретто к «Всё для тебя» и сценарий к новому сезону «Глухаря». Счастье же поэтов и драматургов средней руки коротко как тревожный сон эротомана: пролог возбуждает мгновенно, но сразу за ним следует невнятный эпилог, и ты просыпаешься, и в руке не женская грудь, а черт знает что. А песня всё рвёт и рвёт душу.

Словом, запел я в субботу, закончил в понедельник. Пел на крыше. Только не нужно ошибаться, в спешке можно нарисовать иллюстрацию к роману Эмили Бронте: звёздная ночь, развесившая уши Полярная звезда, на насесте плачущие куры, а на коньке крыши – фраер-менестрель в белоснежной рубашке. Всё не так трогательно и без кружев – заставили меня дом в деревне красить.

Я из деревни был вывезен как Тургенев, не познавшим близости с женщиной мальчиком. Утратил признаки видовой принадлежности, от родной речи отвык, обратился в маргинала, гомосексуалистами шитые вещи стал носить, словом, пал. Тесть говорит: «Иди, покрась лоб у крыши». Лет тридцать назад я бы, конечно, сообразил что делать. А нынче вот погружаюсь в меланхолию, внутри себя пытаясь найти правильный ответ на вопрос где лоб у крыши. А то, ведь, пока народ в поле, покрасить всё что угодно можно. На доме много пригодных для дизайнерских вмешательств мест, на мой взгляд. А крашу я так, что потом не отдерешь. Я и клею так же.

Дурацкая полемика с тестем ситуацию только осложняет. Лоб у крыши, оказывается, «с обратной стороны жопы». И так ехидно и снисходительно отвечено, доложу я вам. Но он не понимает, что ставит себя в абсолютно уязвимое положение. Отвечать с умным видом, где у крыши жопа, вы понимаете, будь ты хоть сто раз крутым, невозможно. Я и лоб-то допускаю не вполне, а тут… и сразу вопрос: «Папа, вы знаете всё, вы пожили немало, а потому ответьте, не тая: разве жопа - это обратная сторона лба?». Смотря у кого, отвечает мой тесть. И смотрит на меня долго и внимательно.

Не пью. К не обнаруживаемым в медицинском справочнике Видаль химическим соединениям равнодушен. Травы меня интересуют только как часть творчества Есенина. Но приходит день, и появляются они. Тесть и его идеи культурной программы для зятя на ближайшие выходные. С приложениями в виде трех банок синей краски и кистью, которую нужно сначала отбить пяткой на бетонной плите, потом растолкать в дизельном топливе, потом размять о забор и, в конце концов, увидев на жестяном обжиме масонский знак «1989», поразмышлять о вечности.

Выяснилось: лоб у крыши треугольный. Я как-то раньше не замечал его размеры, лоб и лоб. И только теперь, когда встал вопрос о его покраске моими руками, и отскочить было нереально, почувствовал себя безоружной белой крысой в руке любопытного санинспектора. Я был раздавлен и смят, потому что такого лба не видел даже у историка моды Васильева. Это пирамида Хеопса в пропорциях 1: 10 в пользу лба. Из каких соображений был сделан этот лоб, внутри которого висят на алюминиевой проволоке шесть оранжевых веников, мне совершенно непонятно. Там можно разместить на ночлег Кантемировскую дивизию или проводить финалы Ролан Гаросса.

И вот стою я как дог на лестнице с банкой нитрокраски цвета ультрамарин в руке. И думаю о том, что если гравитационные поля существуют, то стану я первым в истории Руси покойником, которого русские бабы обмоют ацетоном. Лестница высотою пять метров, до конька от земли – семь. Я на верхней ступени. Обычно в такие минуты появляются и начинают играть Похоронный марш № 3  музыканты в черных как чума костюмах. Изредка барабанщик распоясывается и вставляет сногсшибательные композиции от Gans-n-Roses. Всё для клиента. А внизу от гобоя до кларнета прогуливается тесть и рассказывает, как дружно и быстро мы с ним – планировали в три недели, а уложились в две – построим в следующем году новый загон.

Наша строительная компания существует на рынке уже девятнадцать лет, а он всё никак не может привыкнуть, что если привлекать меня в качестве субподрядчика, то срок строительства нужно не укорачивать, а удлинять. Я же клею так, что потом не отдерешь. Лет восемь назад, помню, попросил он меня, пока на покосе, яму под новый туалет выкопать. В обед притарахтел и заботливо так спрашивает откуда-то сверху: «Славик, ты охренел?».

После третьего мазка по лбу мне пришел в голову Клод Моне. Когда я изнеможен физическим трудом, ко мне нет-нет, да заглянет кто-нибудь. В прошлый мой приезд заходил нетрезвый Белинский. И с порога: «А согласны ли вы с тем, Вячеслав, что романтизм в ранних произведениях Горького и не романтизм вовсе, а так, ***ня и ипохондрия?». – «Ну, тут вы не правы…», - возражаю я, откладывая в сторону лопату, лом, дрель, вилы и снова запечатывая упаковку ламината. А теперь вот Моне, молчаливый такой, весь виноватый, сел, «приму» курит. И смотрит невзначай, словно я и не помню, как ляпнул он однажды о Ван Гоге: «Этот человек или прославится на весь мир, или окажется в психушке», - ясновидящий наш. Я посчитал, сколько мазков умещается в один квадратный метр, потом прикинул площадь лба и как никогда прежде ясно понял, что прославиться на весь мир у меня не получится. Зато никто не ставит передо мной преград стать Ван Гогом на альтернативном пути.

«Может, тебя куном повыше поднять?», - освежает обстановку мой тесть и я торможу очередной мазок. Я не люблю, когда за моей спиной кто-то есть в принципе. Когда похоронный оркестр – это уже раздражает. Даже бесит. А когда фразы вроде этой произносятся, сразу разворачиваюсь. А тут попробуй развернись, когда в одной руке кисточка, в другой банка, а сам стоишь как витрувианский человек – беззащитный как дитя. Поначалу я подумал, что дед хочет похвастаться своими паранормальными физическими возможностями, оказалось – нет, кун – это такая приблуда у трактора, чтобы грузы поднимать выше себя.

Краску, дед сказал, лучше всего оттирать подсолнечным маслом. Лоб блестит как попа у сию минуту крещеного младенца. «Я сяду в машину, поеду по серпантину… к морю, красиво, увидимся в Портофино…»… Тьфу, мля!..


Рецензии
Доброй ночи. Приготовилась читать про рыбалку))) Но вы, видать, тоже от неё бы не отказались! Сразу оглушили просто творческими людьми, которые с набитой правой, Глухарём и либретто! Потом Тургенев догнал меня уже под кроватью( куда я упала от смеха) Какая фраза у меня прлучилась интересная, но удалять не буду))
Дальше - больше!!! Слёзы застигали мне глаза, но я победила и дочитала. Кстати, песни такой я не знаю. К счастью!!!!
Успехов. Вдохновения. В отпуск вырваться!

Ольга Колузганова   06.08.2016 00:04     Заявить о нарушении
На это произведение написано 15 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.