Поездка к деду

Очень давно наша семья собиралась посетить эти места. Сначала об этом мечтал мой отец, потом его сестра, но в силу различных жизненных обстоятельств у них это не получилось.
Выросли мы, внуки тех, кто погиб за Родину. И тоже стали задумываться о том, что надо бы посетить ту землю, где воевал дед. Но в жизни всегда находилось что-то первостепенное, а эта мечта отходила на задний план.
И вот когда нынче весной именно в Смоленске случился съезд библиофилов, в котором можно было поучаствовать, я не стала долго думать и собрала чемодан.
Комфортабельный автобус наполнен людьми разных возрастов, национальностей, профессий и одной  общей удивительной страстью под названием  «библиофильство». Раз в году встречающиеся на таких вот съездах, они без умолку разговаривают, смеются, радуются.
И я радуюсь, глядя на них.
После почти бессонной ночи в поезде меня укачало в автобусе, и я задремала.

***
Внучка, здравствуй! Вот и дождался я встречи с тобой. Я знал, что ты когда-нибудь да приедешь. Я знаю, что ты помнишь меня, свечки в церкви за меня ставишь, в пометках пишешь. Да, уже 70 лет лежу я в этой земле…

***
Я открыла глаза. За окном мелькали поля и перелески. Шёл дождь. Я ясно слышала голос деда, которого никогда не видела. 8 апреля 1942 года он был убит и захоронен в братской могиле недалеко от деревни Долгинёво Гжатского района Смоленской области. Мы ехали по направлению к городу Гагарину. Так сейчас называется Гжатск. Значит, где-то в этих местах шли бои, в которых участвовал мой дед, красноармеец Иван Алексеевич Нестеров.
Из глаз невольно полились слёзы. Дождь тем временем закончился. Такое было чувство, что это дед побеспокоился о том, чтобы на время разогнать тучи.

***
Внучка, я всё понимаю… Лежу я на окраине опушки леса у деревни, которой давно уже нет. Зарастает земля деревьями. И только молодые люди иногда тревожат нас, старых солдат. Одни делают святое дело: по возможности по каждым найденным косточкам находят имена и с почестями перезахоранивают, их родных  разыскивают.
Но есть и другие, им  только бы разрушить, ищут ордена и медали, больше  ничего не надо. Да много ли нам наград давали в начале войны? Да и смертные медальоны  в бой мы не всегда брали, вот ведь дураки были. Кто-то сказал, что с медальоном скорее убьют…
Внучка, виноват, не помню, взял ли я в тот бой этот медальон. Не до того было, немцы так и напирали, раненых столько было, еле успевал оттаскивать. Пока тащил бойца в траншею, самого пуля настигала.

***
Автобус остановился у дорожного кафе. Все пошли перекусить, мне же есть не хотелось. Душили слёзы. Где-то  рядом, может, в этой стороне, может, в той,  лежит мой дед. А я слышу его голос…
Закапал мелкий дождик. Было такое чувство, что это мы с дедом плачем при встрече.
Автобус поехал дальше. Пассажиры оживлённо беседовали. Кто-то говорил о новой книге, кто-то о последних разысканиях, сзади шёл интересный рассказ об истории экслибриса какого-то художника.
Я смотрела на проносившиеся за окном поля и пыталась представить, что тут было семьдесят лет назад.
Небо было затянуто облаками, уходящими за горизонт. И когда выглянуло среди них солнце, вместе они образовали удивительную картину. Я вглядывалась в их причудливые очертания и видела поле боя, взрывы, бегущих солдат, среди которых был и мой дед – невысокий, коренастый, молодой. У меня сыну сейчас столько лет, сколько ему тогда было…

***
Внучка, прости, что не уберёгся, что с войны не вернулся, что папка твой без отца рос, а ты деда не знала… Защищали мы вас, крепко защищали. Гнали врага от столицы, что было сил, о себе не думали. А вы живите. За себя и за нас живите. А если вдруг повезёт – вдруг я был с медальоном? – и найдут меня люди добрые и весточку вам дадут,  вы уж приезжайте, похороните меня. Сами не сможете – моих правнуков пошлите. Хочу убедиться, что не зря кровь проливал…

***
Автобус ехал к Смоленску. Я видела вокруг себя счастливые лица интересных людей, прислушивалась к оживлённым разговорам, а где-то во мне – не в ушах, а, скорее, в душе, - всё ещё звучал голос деда.

На следующий день после обзорной экскурсии по Смоленску библиофилы собрались в библиотеке имени А.Твардовского на своё пленарное заседание,  я отправилась гулять по городу, нашла магазин цветов и купила гвоздики. У подножия одного из участков смоленской крепостной стены  находится Вечный огонь и Мемориальное кладбище воинов, павших в боях за освобождение Смоленщины в 1941-1943 годах.
Я возложила цветы. Слёзы  не давали смотреть на огонь. Я стояла и вспоминала всех своих родных, которые участвовали в этой войне, тех, кто вернулся, и тех, кто там остался. Больше других я думала, конечно, о деде Иване. Ведь он совсем, совсем близко, на Смоленщине.
Сквозь слёзы я смотрела на этот священный огонь и слышала:
Спасибо, внучка, за память…
Спасибо…
Спасибо…

Спасибо, дед, за победу!