Попутчики

  Хотя на улицах города уже буйствовала рано пришедшая в этом году осень, но железнодорожный вокзал, казалось, ещё жил обычной летней жизнью: согласно летнему расписанию приходили и уходили поезда, а редкие пассажиры, покидающие город, торопились поскорее занять свои места в тёплых вагонах. Они, спасаясь от пронизывающего до костей сырого осеннего ветра, поспешно проходили в открытые двери вагонов, стараясь не задерживаться на перроне. И не витало в воздухе вокзала то ликующее настроение безмятежности, которое появляется только в летнее время, когда толпы отпускников с затуманенными от предстоящего отдыха у моря глазами заполняли этот же перрон в ожидании подачи долгожданного поезда. Тогда на их лицах без особого труда можно было прочесть всю гамму чувств от предвкушения возможности в скором времени нырнуть с разбега в ласковую воду тёплого моря и поплыть, рассекая волны упругими взмахами рук. И их провожающие тоже вносили посильную лепту в создание непередаваемой атмосферы расслабленности и покоя, давая советы о том, как уберечься от солнечных ожогов в первые дни пребывания в южных краях. Но все, кто собирался уезжать, воспринимали эти советы, как правило, со снисходительной улыбкой на лицах, потому что в мыслях они уже видели себя бронзовыми от загара, сидящими на берегу моря  и слушающими непередаваемый шум прибоя. А что может быть приятнее предвкушения скорого отдыха под пальмами с фужером красного молодого вина в руке?

  В одном из купе скорого поезда южного направления четыре пассажира принялись деловито обосновываться в этом  небольшом замкнутом пространстве, которое дало им пристанище на время поездки. Кое-кто из них вышел в коридор, в окна которого с перрона заглядывали немногочисленные провожающие. Наконец поезд тронулся с места и стал медленно набирать скорость, а провожающие принялись усиленно махать руками, шагая какое-то время рядом с отходящим вагоном. Вскоре и они, и здание вокзала остались далеко позади, а за окнами вагона замелькали многоэтажные дома и заборы, за которыми притаились заводские корпуса с мрачными стенами.

  - Мужчины, вы побудьте, пожалуйста, некоторое время в коридоре и полюбуйтесь из окон городскими пейзажами, пока мы переодеваемся, - предложила  попутчикам  интеллигентного вида дама в очках.
  - Само собой разумеется, сударыни, - ответил ей  мужчина лет шестидесяти, у которого голова была тщательно выбрита и напоминала собой отполированный до блеска бильярдный шар из слоновой кости. Сам он был довольно плотного телосложения, и если бы не опирался на палку с набалдашником в виде головы льва, вырезанной искусным мастером резьбы по дереву, то никому бы и в голову не пришла мысль о том, что он по своим годам уже перевалил рубеж, отделяющий пенсионеров от мужчин трудоспособного возраста.
  А его пожилой сосед по купе, вынужденный на время переодевания дам тоже любоваться фасадами зданий, мелькающими за окнами вагона, был по внешнему виду похож на писателя Чехова после окончания его длительного путешествия на остров Сахалин. Он был довольно высокого роста, имел впалые щёки и грудь, и хотя выглядел чем-то озабоченным, но его губы и слегка прищуренные глаза излучали улыбку, свойственную доброжелательным людям.

  Наконец двери купе распахнулись, и мужчинам было разрешено присоединиться к попутчицам, которые уже облачились в домашние халатики и сидели в непринуждённых позах, и, казалось, совсем не обращали внимания на своих спутников.
  Одна из них, дама в очках бальзаковского возраста с короткой стрижкой на голове, увлечённо просматривала деловые бумаги, время от времени, делая в них какие-то пометки. Иногда она отрывала глаза от листов бумаги и задумчиво глядела в окно, за которым уже мелькали домики пригородных посёлков. Её сосредоточенный взгляд и тонкие плотно сжатые губы невольно навевали мысль о тяжкой доле деловой женщины, бизнес-леди, которая даже в поезде не даёт себе возможности хоть немного расслабиться и отвлечься от вороха срочных дел, которые она не успела завершить до поездки.

  А вот её соседка по купе оказалась полноватой светловолосой женщиной лет пятидесяти, добродушно улыбающейся, с ямочками и румянцем на щеках. Она, не обращая внимания на соседей, что-то перекладывала в дорожной сумке и часто поднимала кверху глаза, сосредоточенно вспоминая, всё ли захватила с собой в дорогу.

  - Вы как хотите, уважаемые попутчики, но я предлагаю всем отужинать, - предложил соседям по купе лысый пассажир, доставая из объёмной сумки и выкладывая на столик съестные припасы. – Предлагаю также всем желающим заняться дегустацией моего фирменного напитка, который в народе называется самогоном, кстати, настоянным на зверобое.
  И он выставил на столик бутылку этого самого фирменного продукта домашнего изготовления, который просвечивал сквозь стекло посуды рубиновым оттенком.

  - От хорошего напитка грех отказываться, - ответил на заманчивое предложение соседа пассажир с внешностью Чехова, также выкладывая собственные продукты на столик.
  - А я предлагаю всем угоститься пирогом с рыбой, который испекла мне в дорогу моя дочь, - предложила светловолосая попутчица, разворачивая на столике кальку, в которой был упакован пирог.

  Лысый пассажир разлил из бутылки напиток в каждую из трёх кружек, выставленных на столике.
  - А вы, уважаемая соседка с деловыми бумагами, не желаете приобщиться к нашему обществу и отведать моего напитка? – обратился он к даме в очках, которая основательно углубилась в чтение деловых бумаг.
  - Спасибо за приглашение, но  в дороге с незнакомыми людьми я спиртные напитки принципиально не употребляю, - ответила дама,  оторвавшись на минуту от изучения очередного листа деловой документации.
  - Так в чём же дело? Выпьем немного, заодно и познакомимся! Меня, кстати, зовут Степаном Николаевичем. А вас как прикажете величать? – не унимался лысый пассажир.
  - Меня зовут Тамарой Петровной, если  вас очень интересует моё имя. Но от своих принципов я никогда не отказываюсь, и пить с вами  не стану.
  - Вольному – воля! Наше дело предложить, а вам – решать, пить с нами или нет, - ответил ей лысый пассажир. – А я предлагаю  обществу выпить за всеобщее здоровье присутствующих и за благополучное завершение нашей поездки.

  Все дружно выпили и принялись  закусывать.
  - Я вынужден отдать должное вашему самогону, уважаемый Степан Николаевич, - напиток у вас получился высшего качества. Я проживаю в сельской местности в Тамбовской области, и в жизни мне пришлось разного самогона перепробовать, но ваш продукт превосходит по качеству даже лучшую водку из самого дорогого магазина. Кстати, зовут меня Петром Ивановичем, и работаю я в сельской средней школе учителем физики, - проговорил пассажир, как две капли воды похожий на Антона Павловича.
  - А меня зовут Мария, - представилась обладательница румяных щёк, которые после выпитой порции самогона ещё сильнее разрумянились.
  - Мне приятно слышать хорошие отзывы о моем продукте, который я всегда тщательно фильтрую от сивушных масел. А для полноты ощущения я предлагаю провести повторную дегустацию этого горячительного напитка, - ответил хозяин самогона, разливая его по кружкам.

  Все выпили и стали угощаться пирогом с рыбой, который оказался на редкость вкусным кулинарным изделием.

  - Признаюсь вам честно: мне всегда нравились беседы в вагоне во время дальней поездки - продолжил Степан Николаевич. – Пассажиры, как правило, считают, что им больше в жизни никогда встретиться не придётся, и поэтому всегда делятся с попутчиками своими тайнами, порой глубоко в душе запрятанными, которые они даже близким родственникам не всегда рассказывают. В таких случаях беседы попутчиков бывают очень доверительными, и от общения с ними получаешь громадное удовольствие. Я раньше каждый год в этом поезде ездил отдыхать по путёвке в санаторий и всегда общался с приятными людьми во время поездки.
  - А мне ни разу в жизни не удалось побывать в санатории, хотя врачи настоятельно  рекомендуют  съездить в лечебницу на море  и поправить себе здоровье, - проговорил с грустью в голосе учитель.
  - А почему не удавалось съездить? Может быть, вам путёвки не выделяют на школу? – участливо спросил Степан Николаевич.
  - Путёвки-то выделяют, но больше в зимнее время, а у нас в школе меня зимой некому подменить.  Летом же во время каникул и путёвок не бывает, и работы в огороде с избытком хватает.
  - А у нас, на Кировском заводе, где я до пенсии работал, с путёвками никогда проблем не было, особенно в осеннее или зимнее время. Я даже умудрялся каждый год дважды съездить в санаторий, - поделился воспоминаниями Степан Николаевич.
  - А как это вам удавалось делать, ведь всем полагается всего лишь один только раз в году получить путёвку? – спросила молчавшая до этого Мария.
  - Всё делалось на вполне законных основаниях. Один раз я отдыхал летом, и мне как передовику производства никогда отказа не было. А второй раз я ездил осенью или зимой. У нас на заводе часто бывали переработки, особенно в конце каждого месяца. А я копил отгулы, и когда их у меня набиралось достаточное количество, то обращался в завком профсоюза с просьбой выделить мне путёвку. Обычно в это время года желающих отдохнуть в санаториях бывает очень мало, и путёвки «горели», и мне не только вручали её с благодарностью, что я взял её, но почти всегда выделяли денежное пособие для проезда к месту лечения.

  - Вам везло, а я  лишь один раз в жизни отдыхала по курсовке в Ессентуках, да и то лишь после того, как за меня похлопотала перед дирекцией фабрики наш лечащий врач, - проговорила Мария. – А моя соседка по лестничной площадке каждый год отдыхает в санатории. И всем нам, соседям, она хвастается, что может поехать в любое время и в любой санаторий – у неё появился влиятельный любовник - сам председатель  профкома.

Степан Николаевич только развёл руками:
  - Хорошо устроилась ваша соседка, хотя стремиться в здравницу сейчас уже не имеет смысла. Раньше в санаториях  неплохо лечили, и все лечебные процедуры назначались бесплатно. Я тогда мог сыграть в бильярд или в теннис, не заплатив за это ни одной копейки, а сейчас совсем другое дело, – за всё нужно платить. Мне как инвалиду с большим трудом удалось получить путёвку в нашей районной социальной службе. И еду я сейчас на лечение с невесёлым настроением, потому что заранее знаю: многие процедуры мне будут не по карману. Сейчас санатории для инвалидов больше напоминают благоустроенные богадельни, чем лечебницы. Так что, уважаемый работник просвещения, вы немного потеряли из-за того, что вам не досталась путёвка в здравницу на берегу моря, а то пришлось бы вам захватить с собою очень толстый кошелёк, иначе всё ваше лечение ограничилось бы принятием бромных ванн и успокоительного чая на ночь.

В это время в дверь постучали, и в купе заглянул смуглый паренёк.
  - Есть среди вас желающие сыграть в карты? - спросил он, оглядывая цепким взглядом пассажиров купе.

Все промолчали, никто не изъявил желания испытать удачу в картёжной баталии.
 
  - Но я же вижу, что среди вас есть желающие, только они очень скромные люди, - не унимался картёжный зазывала, подсаживаясь рядом с учителем. – Вот ты, папаша, неужели, не хотел бы честно выиграть приличную сумму денег и привезти их домой в семейный бюджет?
  - Но я  никогда в жизни в карты на деньги не играл, и даже не знаю, ни одной картёжной игры, кроме как в «дурака», - ответил Петр Иванович, отодвигаясь от непрошеного гостя.
  - Это дело поправимое, мы тебя обучим, и ты быстро научишься играть на деньги, ведь новичкам всегда везёт в карты.
  - Вы  играйте без меня, а мне учиться уже поздно.
  - Пошли, дедуля,  с нами, и ты не пожалеешь!
  - Молодой человек! Оставь пожилого человека в покое, ты же видишь, что он не желает с вами играть в карты, - раздался голос Степана Николаевича.
  - А ты бы сидел, дед, и не вякал, когда тебя не спрашивают! – с угрозой в голосе обратился к нему картёжный зазывала.
  - Я-то сижу, но если я встану, то ты, сопляк, ляжешь, и долго встать не сможешь, это я тебе обещаю как бывший десантник, - ответил ему лысый пассажир, сжимая в руке палку.

  Зазывала взглянул на неё и, оценив обстановку, решил не испытывать свою  спину и поспешно покинул купе.

  - И откуда столько мрази развелось на нашей земле, ума не приложу? Хоть и любят у нас в последнее время винить во всём советскую власть, но раньше столько жуликов в нашей стране всё-таки не было, а сейчас на каждом углу в Питере эти отбросы общества  можно встретить, - с негодованием в голосе проговорил Степан Николаевич.
  - Вы глубоко заблуждаетесь, уважаемый сосед, всё это было и в советский период нашей истории, но тогда об этом в газетах не писали, а описывались лишь небывалые трудовые подвиги советских людей, - вмешалась в разговор  дама в очках, откладывая в сторону деловые бумаги.
  - Я согласен с вами полностью, Тамара Петровна, мошенники и тогда встречались, но не в таких огромных количествах, какие мы сейчас наблюдаем. А чему нам удивляться, если воровством и казнокрадством заражена вся наша правящая верхушка?
  - Вы слишком сгущаете краски, уважаемый сосед! Не секрет, что правящая верхушка и во времена развитого социализма тоже скромностью не отличалась.

  - А я и не отрицаю, что тогдашние руководители нашей партии порой злоупотребляли своим служебным положением, но всё тогда делалось скрытно, без той помпы высокомерия, которая обязательно присутствует в поведении нынешних слуг народа. А наша партия очень многое делала для простых тружеников.
  - И что же такого хорошего сделала ваша партия для них за семьдесят пять лет правления, кроме строительства лагерей на Колыме? Вы как бывший её член можете хоть что-то вспомнить?
  - Почему же – бывший член? Я и сейчас состою в партии коммунистов, и могу многое перечислить, если вы забыли. Это и бесплатная медицина, и возможность каждому труженику получить бесплатное жилье, а их детям - бесплатное образование и отдых летом в пионерских лагерях. И все мы тогда были уверены, что у нас всегда будет работа с приличным заработком, а цены не будут так бешено скакать вверх, как это происходит сейчас. И безработных тогда не было, и бомжи не рылись в мусорных контейнерах в поисках еды, а о наркомании почти никто понятия не имел.
  - Вы забыли только упомянуть о диких очередях в магазинах за дефицитом и преследование инакомыслящих за малейшую критику тогдашнего режима, - с ехидством заметила Тамара Петровна, поправляя у себя очки.
  - Это мне стало напоминать дискуссию, - подметил Степан Николаевич.
  - Боже меня упаси с коммунистами дискутировать, - с вызовом ответила деловая женщина.
  - Это почему же, позвольте вас спросить?
  - Да потому, что если вам, старым большевикам, хоть что-нибудь не понравится в споре, так вы сразу же за костыль хватаетесь и начинаете им стучать, по чему попало, даже по спинам оппонентов, доказывая этим свою правоту.
  - Зря вы обо всех нас так думаете! Мы, коммунисты, всегда чужие мнения спокойно выслушиваем, даже если они не совпадают с нашими взглядами. И можете не волноваться за свою спину – я этой палкой угощаю только жуликов, один из которых недавно заглядывал к нам в купе. А вы, судя по вашим высказываниям, придерживаетесь буржуазных взглядов.
  - Вы угадали, я придерживаюсь западных ценностей и не вижу ничего плохого в этом. И моя партия, в которой я состою, стоит на платформе капиталистического развития нашего общества.
  - Это может только во сне присниться – стойкий коммунист и убеждённая сторонница капитализма едут в одном купе и мирно беседуют между собой, - с улыбкой заметил учитель.
  - Неужели, товарищ педагог, вы нам прикажете вцепиться друг дружке в волосы и каждому доказывать свою правоту? Сейчас не то время, когда подобные споры решались на баррикадах, сейчас правоту нужно доказать весомыми аргументами. А дискуссировать мы, коммунисты, тоже умеем, можете в этом не сомневаться, - миролюбиво проговорил Степан Николаевич. – А скажите нам, уважаемая Тамара Петровна, что хорошего принёс простому народу тот дикий капитализм, который насаждают нам его поборники, придя к власти в нашей стране?
  - Да оглянитесь же вокруг, неужели вы не заметили тех изменений, которые произошли у нас? Эпоха развитого социализма канула в прошлое, а вместе с ним исчез дефицит товаров. Сегодня полки в магазинах завалены ширпотребом и людям нет необходимости простаивать часами в очередях, надеясь хоть что-то купить.
  - Я полностью с вами согласна - у меня полжизни прошло в этих проклятых очередях, а иначе пришлось бы мне тогда всё покупать втридорога у спекулянтов или ходить в обносках, - вырвалось у Марии, которая до этого лакомилась пирогом дочери.
  - И мне тоже приходилось не один раз проводить досуг в этих бесконечных очередях, - вмешался в беседу учитель. - Жаль было не только зря потерянного времени, но больше всего я возмущался хамским поведением работников прилавка, которые считали себя избранной кастой, приближённой к правящей верхушке, а всех покупателей – низшим сословием.

Лысый пассажир поднял кверху руку, пытаясь успокоить соседей:
  - Вот вы все ругаете старые порядки, но взгляните открытыми глазами на современные супермаркеты, и вы наверняка заметите, что многие покупатели приходят туда как в музей – купить они ничего не могут, ввиду того, что денег у них практически нет. А могут они себе позволить лишь прогулку с пустыми корзинками в залах этих супермаркетов. Особенно это относится к нынешним пенсионерам с их нищенской пенсией в кармане, которым только и остаётся, что с тоской смотреть на ценники. А при советской власти на сто двадцать рублей пенсии, которые получали большинство пенсионеров, можно было безбедно жить и ещё помогать своим детям и внукам. И чувствовали они себя уверенно в жизни, не будучи обузой близким им людям. А сейчас размер подачки, которую наше правительство называет пенсией и выплачивает старикам, по покупательной способности в пять раз меньше той пенсии, которую давала советская власть. Вот и вынуждены старики собирать пустые бутылки, чтобы не умереть от истощения.
  - Вы только забыли уточнить, что только в Москве,  в Ленинграде и в Киеве можно было хоть что-то купить на эти сто двадцать рублей. А в других городах магазинные полки пустовали, и пенсионеры волей-неволей вынуждены были покупать продукты на рынках, а ширпотреб – на барахолках у спекулянтов, где всё стоило в три-четыре раза дороже, чем в магазинах. И поэтому почти везде по всей стране реальные размеры их пенсий были в несколько раз меньше той суммы, которую они получали тогда от родного государства, - заметила дама в очках.
  - Я хотел бы добавить, что не все тогда получали пенсию в размере сто двадцать рублей. Моя мама всю  жизнь проработала в колхозе, а ей была назначена пенсия, вы не поверите, - всего двенадцать рублей в месяц, - вмешался в спор учитель.
  - А моей маме вообще пенсии не назначили, хотя она тоже проработала в колхозе всю жизнь, - сказала Мария, тяжело вздохнув при этом. 
  - Вы меня простите, но у любого деревенского жителя имеются собственное хозяйство и огород, да и в колхозе можно было при желании неплохо подзаработать, - заметил Степан Николаевич. – Я всегда удивлялся, когда нас посылали от завода на уборку урожая: мы, как проклятые, копаем картошку или морковку, а сельские жители в это самое время разъезжают с мешками по базарам, вместо того, чтобы трудиться на колхозных полях.
  - А чему здесь удивляться, если за их труд тогда платили копейки? – вступил в разговор учитель. - Вы, Степан Николаевич, очень заблуждаетесь, если считаете, что в колхозе можно было хорошо подзаработать. Когда я учился в институте, то на каникулах решил поработать в колхозе, чтобы помочь матери. Меня зачислили в бригаду грузчиков, которая перевозила зерно с колхозного тока, где оно сушилось, на элеватор. Работа была у нас, я вам скажу, очень даже нелёгкая – приходилось по крутому узкому трапу таскать на спине  многопудовые мешки с зерном, чтобы ссыпать его в приёмный бункер  элеватора. Под вечер так, бывало, натаскиваешься, что еле ноги можешь передвигать. Но иногда зерно оказывалось недостаточно сухим, и нам приходилось сушить его под солнцем на току элеватора, да ещё и охранять  ночью от грабежа. В таких случаях из колхоза нам привозили еду, даже сметана с мёдом появлялись в нашем рационе. Мы, естественно, радовались, как дети, что нас кормят, словно курортников.Но, когда закончились мои каникулы, и я пришёл в контору колхоза за расчётом, то мне сказали, что я оказался должен колхозу приличную сумму денег, потому что мои трудодни, которые мне начисляли за работу грузчиком, не покрыли   стоимости тех продуктов, которыми нас кормили. И конторские работники умудрились вычесть мой долг из трудодней моей матери, которая всё лето горбатилась на прополке сахарной свёклы.
 
  - Я тоже целый месяц проработала на прополке этой самой  свёклы, - поделилась  воспоминаниями Мария. - В нашей школе на каникулах из учеников девятого класса организовали комсомольско-молодёжную бригаду из девушек и направили с тяпками в руках в поле. Мы целый месяц  без выходных дней пропалывали свёклу под палящим солнцем, и за каждый отработанный день бригадир записывал нам по половине трудодня, хотя мы работали от зари и до зари. Мы месяц занимались прополкой, а потом все девчонки разбежались по домам. Я на свекольном поле заработала пятнадцать трудодней, а осенью на один трудодень в тот год колхозникам выдавали по двести граммов пшеницы. Так я даже не стала получать свои три килограмма зерна, которые мне начислили. И когда после окончания школы комсомольские работники стали нас агитировать организовать молодёжную бригаду, чтобы работать на полях колхоза, никто из выпускников нашей школы не согласился тогда на такое предложение – все предпочли уехать подальше от колхоза.

  - Я не понимаю, чем вам не нравятся колхозы? В Израиле полно коллективных хозяйств, и от желающих в них работать, отбоя нет, - заметил лысый пассажир.
  - Уважаемый Степан Николаевич! В Израиле действительно имеются коллективные хозяйства, кибуцы, но государство там не вмешивается в деятельность этих хозяйств и не грабит их, поэтому эти кибуцы процветают. А у нас в советское время райкомы вашей партии бесцеремонно командовали колхозами, порой бездарно, указывая даже, когда колхозники должны сеять, а когда начинать убирать урожай. И всё зерно уполномоченные райкомов выгребали из колхозных кладовых, оставляя колхозникам крохи, - ответила дама в очках. – Вот вы являетесь ярым сторонником колхозного строя, и у вас наверняка имеется садовый участок за городом. Почему бы вам, не провести агитацию среди  соседей по садоводству и не организовать вместо вашего садоводческого товарищества колхоз под каким-нибудь громким названием, например: «Заря коммунизма»?

  - Что за ересь пришла к вам в голову? – возмутился Степан Николаевич. – Я на этом участке сам выкорчевал все деревья, благоустроил его, домик своими руками построил, так зачем же мне нужен какой-то садоводческий колхоз? Чушь какая-то!
  - Не говорите так категорично, уважаемый сосед, - возразил ему учитель. - Со мной на одном курсе учился приятель из Уфы, точнее, - из её пригорода. А там расположены несколько нефтеперерабатывающих заводов. И городские власти в голодные военные годы выделили их работникам по небольшому наделу бросовой земли по склону реки Белой, чтобы те могли подкормиться выращенными на них овощами. Когда участки были освоены и фруктовые деревья достаточно подросли, то в райкоме партии родилась идея организовать из стихийных садоводов садоводческий колхоз. По задумке партийных функционеров все члены этого колхоза должны были работать не на своих участках, а там, где им укажет их бригадир. И никаких фруктов и ягод они не должны были рвать до тех пор, пока не поступит распоряжение о сборе урожая.
  - Что, и своему ребенку нельзя было бы ягоду сорвать даже на собственном участке? – спросила с удивлением Мария.
  - Да, такое было решение партийных властей. А после сбора урожая, часть его передавалась бы в детские сады, а оставшаяся часть делилась бы между членами этого колхоза пропорционально количеству дней, отработанных каждым в коллективном садоводческом хозяйстве.
  - И чем же эта история закончилась? – с нетерпением спросила Мария.
  - Да ничем! Все как один садоводы категорически отказались принимать участие в этом мероприятии. Большинство из них раньше горбатились на колхозных полях, и колхозная жизнь им надолго запомнилась. Они решили лучше отказаться от собственных участков, чем бесплатно работать по указаниям бригадира.
 
  - Я согласен, что раньше были некоторые перегибы наших властей, - примирительно проговорил стойкий коммунист. – Но вы все наверняка можете вспомнить, что тогда постоянно досрочно вводились в строй новые заводы и фабрики, даже пятилетки выполнялись досрочно.
  - Я расскажу вам о досрочном строительстве в нашем селе, - решил поделиться невесёлыми воспоминаниями учитель. «Сверху» было спущено указание: построить ещё одно здание школы, ввиду того, что классы в ней были переполнены. Было даже запланировано оборудовать в этом здании большой спортивный зал, не хуже, чем в городских школах, в котором могли бы проводиться многие спортивные соревнования. Но райком партии принял решение построить это здание на год раньше запланированного срока и обязал железобетонный завод обеспечить строителей необходимым количеством бетонных блоков и свай. А у завода уже был свёрстан собственный план, мощностей не хватало, и на стройку здания стали поступать бетонные блоки, которые были раньше забракованы. Строители построили здание на год раньше срока, но после этого перед началом  каждого учебного года  учителям нашей школы приходится заделывать щели в стенах здания, а вместо большого спортивного зала получился длинный узкий коридор, в котором не могло быть никакой речи о проведении каких-либо соревнований. Но работники райкома отрапортовали руководству о досрочном завершении стройки, и наверняка даже благодарности и премии получили за это, только для школы это досрочно построенное здание никакой радости, кроме хлопот, не принесло.
  - Я вижу, что вы, уважаемый Петр Иванович, очень скептически относитесь к деятельности нашей партии. Вы разве не состояли в её рядах?
  - Господь меня миловал от такой участи, хотя наш директор школы, ярый сторонник диктатуры пролетариата, всячески пытался заставить меня вступить в вашу партию, грозя  неизбежными карами в случае моего отказа, и наоборот, обещая, всевозможные блага в случае, если я обзаведусь партийным билетом. Но я устоял от такого соблазна и не жалею об этом. Я не спорю, что среди членов вашей партии было много людей, которые искренне верили в коммунистические идеалы, но правящая верхушка партии давно превратилась в обособленную касту функционеров, считающих себя небожителями, которые и довели нашу страну до экономического краха. Кроме откровенного вранья и лицемерия, которые процветали махровым цветом в их среде, я ничего положительного в их деятельности так и не заметил.
  А вреда ваши партийные идеологи нанесли нашей стране предостаточно. Взять хотя бы наглядный пример, как нелепая идеологическая установка отбросила нас на десятки лет назад в области радиоэлектроники. Какому-то недалёкому по уму партийному функционеру взбрела в голову бредовая идея объявить кибернетику продажной девкой капитализма. А наши доблестные чекисты взяли под козырёк и пересажали по лагерям большую часть учёных, которые занимались проблемами кибернетики, а кое-кого и расстреляли. В результате их «плодотворной» деятельности, мы значительно отстали от мирового прогресса в этой области, и даже сейчас не в состоянии догнать передовые страны-производители компьютерной техники. В наших магазинах продаются  компьютеры  только импортного производства. Даже такие государства, как Китай, Корея и Малайзия, которые в недалёком прошлом были самыми отсталыми странами, запрудили наш рынок своей радиоэлектронной бытовой техникой. А где же наши производители? А ведь в своё время наши учёные во многом заложили основы кибернетики.

  - Поверьте мне на слово, Петр Иванович, что если бы мы находились у власти все последние годы, то наша партия ликвидировала бы это отставание в самые короткие сроки, - заверил учителя стойкий коммунист.
  - Извините меня, уважаемый Степан Николаевич, за мою прямоту, но вашему утверждению я верю с большим трудом. Вот в чём ваша партия действительно очень преуспела, так это в массовом выпуске политической литературы. Мне лично очень досадно было на то, что я не мог купить для себя не только книги по новым достижениям науки и техники, но даже произведения литературных классиков были недоступны для меня и наших читателей. Зато полки в отделах политической литературы в книжных магазинах ломились от книг и брошюр партийных вождей и идеологов марксизма-ленинизма, хотя покупатели в эти отделы почти никогда не заглядывали. Сколько же древесины извели наши целлюлозно-бумажные комбинаты, изготавливая бумагу, предназначенную для печатания политической макулатуры? И куда она девалась после долгого лежания на полках книжных магазинов?

  - А я скажу вам, куда она девалась, - вмешалась Тамара Петровна. - Она навязывалась всем библиотекам в качестве нагрузки к тем книгам, которые они покупали в книжных библиотечных коллекторах, и на полках этих библиотек оседала мёртвым грузом. Ваши партийные идеологи  тешили себя иллюзиями, что читатели в библиотеках будут читать только эти книги и брошюры. Но читатели на них внимания не обращали, и пылилась эта макулатура на библиотечных полках до того самого дня, когда коммунисты оказались не у руля нашей страны. Неужели вы, Степан Николаевич, надеетесь, что ваша партия, наследница КПСС, применяя старые методы агитации, сумеет победить на предстоящих  выборах в Государственную Думу?
  - Можете не сомневаться, уважаемая Тамара Петровна, мы обязательно победим, и притом с огромным перевесом над другими партиями. А ваша партия капиталистической ориентации не сможет преодолеть даже семи процентный барьер, ведь нашему обществу чужды идеи дикого капитализма, где нет такого понятия как социальная справедливость.
  - А скажите нам, Степан Николаевич, а что станет делать ваша партия, если она победит на выборах и придёт снова к власти?
  - Мы бы в первую очередь восстановили Советский Союз и прекратили бы этот творящийся в стране бардак.
  - А как вы собираетесь Союз восстанавливать? Станете вводить на территории бывших союзных республик танки и ограниченные контингенты войск, как вводили их в Афганистан?
  - Зачем же нам размахивать дубинкой, если имеются другие действенные средства  для достижения этой цели.
  - Если не секрет, так поделитесь, пожалуйста, с нами, Степан Николаевич, какие у вас, у коммунистов, могут быть средства для воссоздания Союза, кроме железного кулака, - ехидно допытывалась деловая дама в очках.
  - Есть такое средство, и называется оно: всеобщая стачка! Если все трудящиеся бывших республик разом забастуют, выставив требование к своим властям о создании единого государства, то перед волей народов власти вынуждены будут объединяться в Союз.

  - Я очень сомневаюсь, что трудящиеся независимых прибалтийских республик, да и других республик тоже, захотят бастовать во имя создания нового тоталитарного монстра.
  - Но это рано или поздно произойдёт, я в этом абсолютно  уверен!
  - Пока жители России живут в нищенских условиях, никто даже под дулами танков не захочет с нами объединяться. А как только мы заживём по-человечески, как в Швеции, например, тогда от желающих с нами дружить отбоя не будет, - заметил учитель.
  - А ещё, если бы мы пришли к власти, - продолжил убежденный коммунист развивать планы своей партии сделать население страны счастливым, - то не позволили бы кучке олигархов безнаказанно разворовывать народное достояние, накопленное не одним поколением простых людей. Если бы триллионы долларов, которые они перевели в западные банки пошли бы на нужды нашей промышленности и сельского хозяйства, то наше население жило бы не хуже жителей Швейцарии или Швеции. А для этого мы бы вернули всю власть Советам, в которых народные избранники стояли бы на страже народных интересов.
  - Под руководством вашей партии, разумеется? – ехидно спросила деловая дама.
  - А почему бы и нет, если наш народ выразит доверие нашей партии и захочет, чтобы она снова стала руководящей и направляющей силой в нашем обществе. И райкомы, а также обкомы партии мы бы восстановили, чтобы они оперативно руководили нашей страной. Ведь ход истории нельзя повернуть вспять. Каждое общество переживает несколько стадий своего развития: капитализм, социализм и, наконец, коммунизм как высшая стадия развития человечества.
  - А с чего вы взяли, уважаемый сосед, что человечество будет развиваться только по той программе, о которой вы нам сейчас поведали?
  - Так это каждому школьнику известно! И Карл Маркс утверждал в своих трудах, что человечество только таким путём будет развиваться, - с немалым удивлением в голосе ответил лысый пассажир.
  - По-вашему, выходит, что ваш Карл Маркс – истина в последней инстанции, и его теоретические изыскания не подлежат сомнению?
  - А какие могут быть сомнения? У нас в стране были и феодализм, и капитализм, а затем мы, большевики, построили социализм. Это – факты истории, и их невозможно кому-либо оспорить, даже  вам, либералам.
  - И вы называете тот репрессивный строй, который вы, коммунисты, построили, социализмом? Какой же это социализм, если простые люди в стране ходили голодными и оборванными? Вот в Швеции, которая официально провозглашена буржуазной республикой, действительно имеются все признаки социального государства, и  население там благоденствует. А ваш социализм, даже с человеческим лицом, как вы его недавно обозвали, хуже феодального строя, - с возмущением в голосе проговорила деловая дама.
  - И всё же я уверен, что человечество придёт к коммунизму, пусть через трудности и лишения, но это рано или поздно осуществится.
  - Я вижу, Степан Николаевич, что вы - неисправимый ортодокс, - заметил учитель.
  - От вас, Петр Иванович, я не ожидал, что вы, интеллигентный человек, станете выражаться бранными словами.

  - Успокойтесь, Степан Николаевич, у меня и в мыслях не было намерения вас оскорбить. Слово «ортодокс» характеризует человека как  убеждённого и непримиримого последователя какой-либо идеи. По вашим высказываниям я и предположил, что вы - пламенный борец за правое дело.
  - Это - другой разговор! А наша партия ещё поруководит нашим обществом во благо простых людей.
  - Но ваша партия уже управляла нами, и население страны  уже  сполна насытилось  плодами этого руководства. Почему же раньше, когда вы, коммунисты, были у власти, вас мало волновало, что народ голодает,  невзирая на досрочные выполнения пятилеток, а сейчас вы вдруг стали радеть за бедных и обездоленных? И как вы будете решать проблему с продовольствием, если западные страны после вашего прихода к власти прекратят его поставки  в нашу страну? – не унималась дама в очках.

  - Будем рассчитывать на свои силы, будем восстанавливать колхозное хозяйство, которое раньше кормило всю страну и которое вы, демократы, в настоящее время разрушили.
  - Но на селе уже работать некому, остались там одни старики  доживать свой век в развалюхах, да сельские люмпены -  поголовно спившаяся часть сельского населения. Они ещё обитают в заброшенных деревнях, но за пустые трудодни вряд ли станут пахать на колхозных полях, - заметил учитель. – Вначале вы, коммунисты, обескровили деревню, а после вас реформаторы окончательно её разорили.
  - Зря вы так о своем народе отзываетесь, Петр Иванович! Вспомните историю: даже в самые тяжёлые годы наши люди всегда находили в себе силы, чтобы выдерживать самые трудные испытания. Вспомните Великую Отечественную войну, в которой наш народ проявил массовый героизм под руководством, между прочим, нашей партии. И подвиг Александра Матросова совершили сотни его последователей с именем вождя на устах. Я не уверен, что в наше время солдаты станут закрывать своими телами амбразуры дотов с именем рыжего «прихватизатора», который обещал две автомашины за один ваучер. Такие люди, как он, много бед нашей стране принесли, и главная беда в том, что по их вине нынешняя молодёжь потеряла веру в светлое будущее нашей страны, в справедливую власть, и клюнула на наживку лёгкой жизни. Но, если задаться целью: воспитать молодёжь в духе патриотизма, то наша держава ещё сможет продемонстрировать свою силу на международной арене. И здесь всё зависит от школы. Что заложат учителя в умы школьников, такое поколение мы и получим в будущем. А сейчас в некоторых школах даже наркотики можно купить свободно и предмет по сексу собираются ввести в школьную программу.

  - Нашли крайнего – школу. Да вы хоть представляете себе, какие копейки платят учителям за их нелёгкий труд? - возразил сельский учитель. - Раньше на селе учителя были самыми уважаемыми людьми, а сейчас на них смотрят как на неудачников в жизни. Из-за низкой оплаты труда мужчин-педагогов в школах почти не осталось. В нашей школе, например,  остались всего двое мужчин: я и военрук, который постоянно не «просыхает». А все остальные педагоги – женщины, а у них своя логика – женская, которая в корне отличается от мужского мировоззрения. И если представить себе, что мальчик в школе воспитывался женским коллективом без участия мужчин, а после её окончания он попадёт в армию, где от него станут  требовать совершить подвиг, то я не уверен, что он его совершит.
 
  - Вот и вырастила современная школа полуграмотных шалопаев, которые разъезжают на бешеной скорости на папиных «Мерседесах» и прожигают жизнь в барах и ресторанах. И ничего святого у них за душой нет! Станут ли они нашу Родину защищать, если внешний враг на нас нападёт? - с возмущением в голосе проговорил убеждённый коммунист.

  - Я поняла, почему вы так негативно относитесь к нашей молодёжи. Вы им просто завидуете чёрной завистью, - проговорила деловая дама. – Ведь сейчас молодые люди многое могут себе позволить: хорошо зарабатывать и покупать дорогие вещи, посещать ночные клубы со стриптизом и ездить отдыхать за границу. А вы в своей жизни были лишены всего этого, каждый ваш шаг контролировали партийные органы, и кроме комсомольских собраний, субботников и встречных планов по повышению производительности труда у вас ничего другого не было. Вот вы и злитесь на молодёжь за то, что им якобы с неба свалились все доступные сейчас блага, а вы всю жизнь вкалывали, и нормальной жизни так и не видели.

  - Зря вы так отзываетесь о жизни моего поколения, многоуважаемая Тамара Петровна. Да, время нам выпало трудное, мы всю жизнь работали, не разгибая спины, но и у нас у каждого была своя личная жизнь, и не было того распутства, которое сейчас наблюдается. Так что ещё неизвестно, кто был более счастлив в молодые годы: нынешнее поколение, которое всё меряет деньгами, или наше, у которого были твёрдые идеалы построения светлого коммунистического будущего.
  - Насчет светлых коммунистических идеалов и веры нашего народа в них я бы так однозначно не говорила - не все горели желанием стройными рядами шагать в светлое коммунистическое будущее. Ваша партия  жестокими репрессиями против  собственного народа подорвала его веру в возможность построения самого справедливого общества на нашей планете. Число жертв  в годы репрессий исчисляется десятками миллионов. А сколько народов по инициативе вашей партии депортировано из родных мест?
  - Вы имеете в виду переселение чеченцев и ингушей в казахские степи?
  - И их тоже, хотя можно привести также и другие примеры.
  - Но это была вынужденная мера. Шла война, решалась судьба нашего социалистического государства, а в тылу у нас  стало разрастаться партизанское движение чеченцев, что поставило под угрозу снабжение нашей авиации смазочными маслами. Ведь тогда авиационные масла изготавливались только на Грозненском нефтеперерабатывающем заводе, и оставить авиацию без них в столь критическое для страны время любой Верховный главнокомандующий не согласился бы. Воевать с чеченскими партизанами было тоже бесперспективно, ввиду того, что они пользовались поддержкой со стороны местного населения. Поэтому нашей властью и было принято решение выселить всех чеченцев с их территории, а с одними бандитами в горах наша милиция легко справилась.

  - А зачем та же власть выселила калмыков и крымских татар, ведь их территории были освобождены от немцев, и какой-либо угрозы со стороны мирного населения не было?
  - Не скажите! Угроза от них исходила, и немалая. Перед отступлением немецкое командование построило в калмыцких степях тщательно замаскированный аэродром и помимо самолётов, оставила на нём огромное количество авиабомб и других боеприпасов. А когда их войска откатились далеко на запад, в нашем глубоком тылу участились случаи бомбёжек этими самолётами важных военных заводов и железнодорожных станций. Представляете себе картину: за тысячи километров от линии фронта фашистские самолёты безнаказанно бомбят наши важные стратегические объекты, ведь истребительной авиации в нашем глубоком тылу не было, она вся находилась на передовой. И охранял этот аэродром конный корпус калмыков, которые верно служили фашистам. Калмыки, кстати, прирождённые наездники, отлично знали местность и легко задерживали всех наших разведчиков, которые пытались установить местонахождение этого вражеского аэродрома. Это и стало той последней каплей, которая решила судьбу калмыков как предателей нашей Родины.
  - Но в Крыму вражеских аэродромов ведь не было, так за что крымских татар депортировали?
  - Крымские татары тоже запятнали себя сотрудничеством с фашистами во время временной оккупации Крыма.  Они, как правило, служили у немцев проводниками в горной местности, и многие  наши партизаны погибли по их вине. И уже после освобождения Крыма, когда туда приехал маршал Ворошилов, уцелевшее местное население, в основном, – русскоязычное, категоричным образом потребовало от него выселить всех крымских татар с полуострова, что и было сделано нашей властью.
  - Вас послушаешь, то может создаться такое впечатление, что наши сотрудники НКВД были самыми гуманными людьми, и репрессии ими проводились только против настоящих врагов нашей страны, - снова съязвила неугомонная дама в очках.
  - А оно так в основном и было, и если бы не жёсткие меры чекистов против внешних и внутренних врагов, то нас бы фашисты разгромили за очень короткое время. А то, что вы слышали и читали в средствах массовой информации, контролируемых либералами, о якобы их зверствах   против мирного населения – это, по большей части, чистая выдумка, распространяемая агентами международного империализма. Были, конечно, перегибы на местах, но не в таких же масштабах, как нам пытаются доказать либералы всех мастей.
  - Из-за этих перегибов моего отца сослали на Колыму за один килограмм зерна, которое он нёс в карманах домой, чтобы накормить нас, четверых голодных детей. После этого мы его больше не видели, – с грустью в голосе проговорил сельский учитель.
  - Вы называете перегибами тот факт, что большинство церквей на территории нашей страны были закрыты и превращены в склады, а священнослужители в основной массе были расстреляны или упрятаны в лагеря? – спросила Тамара Петровна.
  - Но это были попы, которые религиозным дурманом отвлекали несознательных людей от цели нашей партии: построить светлое будущее без эксплуатации паразитов. А попы и были теми самыми паразитами на трудовой шее у народа, так чего же их жалеть?
  - Вы хотите нас заверить, что партийные функционеры вашей партии не были паразитами и не сидели на шее у народа?
  - Они то, как раз, и были теми тягловыми лошадьми, которые вынесли на себе все трудности построения социализма в нашей стране, занимаясь мобилизацией советских людей на трудовые подвиги.

  - К вашему сведению, Степан Николаевич, эту работу они проводили методом репрессий, а из-под палки никогда не рождались настоящие патриоты своей страны. И хотя они попытались переделать Божьи заповеди на коммунистический лад, назвав их: «Моральным кодексом строителя коммунизма», но никого эти лицемерные заповеди за живое не взяли. Совсем по-другому поступали священнослужители, которые призывали верующих  любить ближнего своего. И если хоть один из десяти прихожан, послушав проповедь священника, отказывался от намеченных тёмных дел, то даже этот факт говорил в пользу Церкви, чего не скажешь о методах непримиримой классовой борьбы, которые навязывали нашему народу ваши партийные идеологи, - заметил учитель физики.

  - Давайте не будем больше ворошить прошлое, а поговорим лучше о нашем будущем, - предложил Степан Николаевич. – А оно у нас не очень светлое, как обещают нам наши новоявленные реформаторы. Количество олигархов в нашей стране продолжает расти, их капиталы бешено увеличиваются, а наш народ нищает и постепенно вымирает. Десятки миллиардов долларов ежегодно разворовывается ненасытными чиновниками, и мало кого из них посадили, даже если они были схвачены за руку.
  - Но это всё издержки переходного периода от тоталитарного режима к демократии, – ответила сторонница капиталистического образа жизни.
  - Что-то этот переходный период сильно затянулся, а смертность в нашей стране уже многие годы превышает рождаемость, того и гляди, что скоро её население  уменьшится до числа жителей-кочевников в пустыне Гоби, - не унимался стойкий коммунист. – А сколько беспризорников ночует по подвалам и вокзалам, об этом демократы хоть имеют какое-нибудь представление? Даже после Гражданской войны столько беспризорных детей в нашей стране не было. Сейчас – это голодные волчата, но скоро они превратятся в голодных волков, и зря надеются олигархи, что им удастся спрятаться в особняках за высокими заборами.

  - Мне их, детей, конечно, очень жаль, но мы вступили в рыночные отношения, и не все наши граждане приноровились к новым экономическим условиями, поэтому естественная убыль населения оказалась выше, чем была ранее, - заметила деловая дама.
  - И вы, демократы, можете спокойно об этом рассуждать, словно это не ваш народ вымирает, а жители какой-то банановой республики, которая расположена где-то там, далеко на экваторе? - возмутился Петр Иванович.
  - Я тоже сожалею о том, что наиболее незащищённые слои нашего населения вынуждены страдать в этот переходный период. Но я уверена, что наши предприниматели и наша национальная элита в скором времени выправят это положение, и они создадут все условия для нормальной жизни всех без исключения людей.
  - Это кого же вы, Тамара Петровна, называете элитой нашего общества? Не этих ли молодчиков в малиновых пиджаках и с растопыренными пальцами? – взвился лысый пассажир.
  - А почему бы и нет, хотя сейчас  малиновые пиджаки никто из серьёзных бизнесменов уже не надевает. Большинство из них вполне порядочные люди, которые заботятся не только о своём собственном кармане, но и о всеобщем благе.
  - Да большая часть из них вышла из криминального мира, или тесно повязана с ним. А такие личности ни стыда, ни совести не имеют, и готовы за копейку любому горло перегрызть. Нужно быть очень наивным человеком, чтобы ожидать от них приступа доброты и благотворительности, - высказался Степан Николаевич, крепко сжимая свою суковатую палку, которой он бы с большим удовольствием прошёлся по спинам ловкачей в малиновых пиджаках.
  - Как вы знаете, уважаемый сосед, пират Морган был в своё время одним из самых безжалостных морских разбойников, от руки которого пострадали  многие невинные люди. А его потомки стали вполне цивилизованными предпринимателями, которые основали крупную промышленную корпорацию и сейчас входят в элитную прослойку американского общества. И у нас тоже в недалёком будущем всё станет на круги своя, всё образуется, и наследники тех, кто ходил в малиновых пиджаках, получив хорошее образование в Англии, станут у нас настоящей элитой.
  - Я всегда думал, что элита общества должна состоять из наиболее грамотных и компетентных людей, для которых понятие чести не пустой звук. Наши же новоявленные нувориши о чести имеют  смутное представление. Большинство из них отличается необычной алчностью и неразборчивостью в средствах, и в их среде обман – обычное явление при достижении своих корыстных целей. И живут они по закону джунглей, который гласит: опоздавшему к разделу добычи – голая кость. А бедственное положение остальной части населения их совсем не волнует, - высказался сельский учитель.
  - В нашем селе, - продолжил он с грустной улыбкой, - тоже объявилась своя доморощенная элита. Обучался когда-то в нашей школе ученик, от головы которого знания отскакивали, как горох от стенки.  Сколько с ним ни билась наша учительница русского языка, но в слове «корова» он умудрялся делать две грамматические ошибки. После окончания школы он на какое-то время уехал из села в погоне за длинным рублём, а когда вернулся, то притёрся к районному начальству. И оно сумело пристроить его к нам главой сельской администрации. Хотя его зарплата стала в несколько раз выше зарплаты учительницы русского языка, но он всё так же упорно продолжает в слове «корова» делать две ошибки. Зато гонора у него от сознания своей значимости появилось более чем достаточно.

  - Я не понимаю, почему вы так ополчились против наиболее активных людей нашей страны? Фактически они подняли нашу промышленность после жесточайшего кризиса. Да им нужно в ножки поклониться только за то, что наши магазины забиты сейчас всевозможными товарами и простым людям нет необходимости томиться часами в очередях, - высказалась сторонница капитализма.
  - А вы приглядитесь внимательнее к тому ширпотребу, который продаётся в наших магазинах. И вы заметите, что почти весь он завезён к нам из-за рубежа, где наши бизнесмены его закупают на деньги от продажи нефти и газа. А наши новоявленные хозяева заводов и фабрик, на которых раньше вырабатывалась своя собственная продукция, обеспечивавшая потребности всей страны, не торопятся вкладывать деньги в налаживание собственного производства. Мы скатились до такой черты, что даже мочалки стали закупать в Финляндии! – возмущённо высказался Степан Николаевич.
  - У нас действуют законы рынка, и если предпринимателю дешевле купить товар за рубежом, чем изготавливать его у себя, то он, скорее всего, купит его за границей, - поделилась знаниями о рыночных отношениях деловая дама.
  - Так мы в скором времени всю собственную промышленность загубим, - отозвался учитель. – Наши правители деньги от продажи нефти в новые технологии не вкладывают, а размещают их в Стабилизационном фонде в американской валюте. Цены на нефть в любой момент могут упасть до самого низкого уровня, а мы останемся с отсталой промышленностью и не будем способны конкурировать даже со слаборазвитыми странами.
  - Но Стабилизационный фонд – это  фонд будущих поколений, который поможет им избежать потрясений при мировых финансовых кризисах.
  - Если у нас не будет своей высокоразвитой промышленности, то этих денег нашим потомкам хватит лишь на короткое время. И потом ещё неизвестно, кто в будущем будет иметь доступ к этому фонду, может быть, им будут заправлять те же жулики, которые создают у нас финансовые пирамиды.  Ведь наши нынешние правители кристальной честностью не обладают, а заражены бациллами коррупции, и их больше заботит наличие денег в собственных карманах. Да и американское правительство в случае необходимости всегда может заморозить наши валютные средства на счетах своих банков. И с чем же останутся наши потомки, когда они окажутся у разбитого корыта? – не унимался лысый пассажир.

  - Я с вами полностью согласна, что коррупция разъедает основы нашего общества, но нужно признать, что в данный момент она является той смазкой механизма нашего государства, без которой он бы остановился, - оправдывала руководителей страны деловая дама.
  - Хорошая смазка, ничего не скажешь! – возмущённо воскликнул лысый пассажир.
  - Не удивляйтесь, уважаемый Степан Николаевич, мы живём в такое время, когда нас уже лечат врачи с дипломами, купленными за взятку, судят судьи, которые не только дипломы юристов приобрели за деньги, но и свои должности тоже купили. И этот непривлекательный список можно продолжить до бесконечности, - невесело заметил сельский учитель. – Наш народ уже привык к материальному неравенству, и люди понимают, что тот, кто больше и лучше работает, должен и больше зарабатывать. Но всех возмущает та несправедливость наших властей по отношению к своим гражданам, которая господствует сейчас во властных структурах. Раз всё продается и покупается, откуда у народа появится доверие к этой власти?

  - У нас в городе орудует банда молодых отщепенцев, которые терроризируют жителей нашего района, и главарём в этой банде является отморозок, для которого никакие законы не писаны. Эти подонки уже изнасиловали нескольких молодых девушек, а двоих даже убили. Все об этом знают, но ничего поделать не могут, ведь у главаря этой банды отец является крупным бизнесменом, а тётя работает судьёй в районном суде, и она их покрывает, - с горечью в голосе высказалась Мария.
  - Почему же жители вашего города не обратятся в милицию? - поинтересовался Степан Николаевич.
  - Обращались, и не один раз, но начальник нашей милиции  построил себе недавно громадный особняк в престижном месте по соседству с домом этой судьи, и они дружат домами, - продолжила делиться  проблемами своего города Мария. – А директор нашей швейной фабрики распродала много нового оборудования на сторону, и деньги себе прикарманила. И никакой управы на неё нет! Все работники фабрики получают мизерную зарплату, хотя себе она установила громадный оклад. К ней даже подступиться нельзя – её охраняют телохранители с бычьими шеями и с татуировками на руках. Так что, этот капитализм много горя принёс простым людям.

Помолчав немного, она добавила:
  - В нашем доме в небольшой квартирке давно ютится большая семья. И они задумали купить квартиру, чтобы хоть как-то улучшить свои жилищные условия. Каждый из взрослых работал на двух работах, а отец троих детей подрабатывал ночами частным извозом. Деньги они как дольщики отдали строительной  компании, надеясь в скором будущем приобрести себе жилье. Но компания разорилась, деньги с её владельцами исчезли в неизвестном направлении. Искать их никто не собирается, даже уголовное дело милиция не возбудила. А семья осталась без денег и без квартиры. От безысходности отец детей повесился, хотя по своему характеру был он очень трудолюбивым человеком и не пьющим, что среди наших мужиков сейчас встречается крайне редко, - закончила невесёлый рассказ Мария.

  - Наша доблестная милиция  может воевать только с бабушками, которые продают пучки укропа возле продовольственных магазинов. А с бандитами они стараются не связываться, хотя некоторые милиционеры сами похожи на лихих людей с большой дороги. Подавляющее большинство наших граждан опасается их больше, чем уголовников. А армия во что у нас превратилась?  Никакой дедовщины раньше не было в армии, а сейчас старослужащие измываются над новобранцами, унижают их человеческое достоинство и делают их калеками. И никто из начальства не знает, как с этим злом бороться, - высказался стойкий коммунист.
  - Есть  одно средство, которое позволило бы избавиться от дедовщины, но наши правители никогда не решаться им воспользоваться, - сказал учитель.
  - А что за средство вы имеете в виду, уважаемый Петр Иванович? - спросил лысый пассажир.
  - Нужно всего лишь принять закон, по которому высокие руководящие должности могли бы занимать лишь люди, прошедшие воинскую службу, и не в каком-нибудь музыкальном ансамбле песни и пляски, а в боевых частях. Такие правила существуют во многих странах мира, даже наследные принцы в некоторых странах служат в пехоте простыми солдатами. И когда сыночки наших высокопоставленных чиновников станут служить наравне с детьми рабочих и крестьян, то, поверьте мне, их папаши сделают всё возможное, чтобы в армии дедовщины не было, и сама армия не напоминала бы собой сборище голодных изгоев в солдатской форме.
  - Но это же – нарушение прав человека, - возмутилась поборница капиталистических ценностей, - каждый гражданин нашей страны должен иметь право сам выбирать: служить ему в армии или нет.
  - А его никто не станет заставлять служить. Он сам будет выбирать: всю жизнь  проработать мелким клерком в конторе, не пройдя воинской службы, или иметь возможность занять высокую руководящую должность, отслужив положенный срок в воинской части. И сама армия от этого только выиграет, ведь в неё придут служить не полуграмотные сельские допризывники и дети рабочих, а она пополнится образованными и толковыми  ребятами из обеспеченных семей.
  - А зачем нашей стране содержать такую громадную армию, какая была при правлении коммунистов? – спросила деловая дама. - Одних только танков наша промышленность наклепала тогда более шестидесяти тысяч, гораздо больше, чем все страны мира. И теперь они ржавеют в нашей тайге, в песках Йемена и в джунглях Анголы. Наши бывшие правители только зря деньги на ветер выбросили.
  - Я думаю, что вы знаете поговорку, которая гласит, что если народ отказывается кормить свою армию, то ему придётся кормить чужое войско, - отпарировал стойкий коммунист.
  - А по нашему убеждению, армия уже не нужна нашей стране, ведь все народы объединяются в содружество государств и не собираются между собою воевать. Вот и нам необходимо тоже присоединиться к этому союзу, тогда и отпадёт необходимость тратить огромные средства на оборону, - прояснила Тамара Петровна точку зрения своей партии на армейские проблемы.
  -  Всё равно, эти средства  разворуют чиновники и олигархи, а народ всё так же будет бедствовать. Да при таком антинародном режиме, который сейчас правит в нашей стране, ничего у нас не изменится, - категорически заявил стойкий коммунист.

  - Меня больше всего беспокоит состояние нашей науки, которая сейчас находится в положении бедной падчерицы при богатой и глупой мачехе, - высказался  сельский учитель. 
– Я гостил у своей дочери в Питере, так её муж, кандидат наук, преподавая в институте, зарабатывает меньше кондуктора городского трамвая. И он поделился со мною нерадостными наблюдениями из институтской жизни. По его словам, после окончания института многие выпускники ставят перед собою цель уехать работать за границу. И многие из них уже уехали туда. Они неплохо устраиваются в ведущих фирмах, хорошо зарабатывают и не собираются возвращаться обратно домой. И получается, что наши институты готовят высококвалифицированные кадры не для своей промышленности, а для  потребностей зарубежных фирм. Но ведь обучить студента стоит для нашего государства немалых денег, и просто удивительно, что оно так легкомысленно разбрасывается молодыми специалистами. И поступить сейчас в институт талантливым выпускникам сельских школ  практически невозможно, везде нужны деньги, и немалые. А откуда они появятся у их родителей, которые еле концы с концами сводят? И выходит, что нашей стране не нужны собственные Ломоносовы и Лобачевские, которые могли бы нашу науку поддерживать на должном уровне. Ведь без своей науки мы навсегда останемся отсталой страной, без какой-либо надежды на лучшую жизнь.

  - И я об этом тоже говорю, что при нынешнем правящем режиме мы будем прозябать в нищете, - высказался стойкий коммунист. - Так, когда же мы, спрашивается, станем жить по-человечески?
  - Я могу предположить, что очень долгое время наш народ не будет жить достойно, – проговорил с грустью учитель физики.
  - Это почему же вы так предполагаете? – спросила его дама в очках.
  - А я  попытаюсь объяснить вам свою точку зрения. Как вы знаете из школьных учебников, в элементарной физике существует такое понятие, как коэффициент полезного действия.  Но этот коэффициент можно отнести не только к работающим механизмам и машинам, но и даже к государственному устройству любой страны: если все материальные средства государства используются во благо его населения, то оно процветает, и его граждане живут зажиточно. И, наоборот, если властью бездумно транжирятся эти средства, то это приводит к обнищанию простых граждан. Коммунисты, находясь, у власти семьдесят пять лет, почти все средства вкладывали в милитаризацию страны и на разжигание пожара мировой революции, хотя народ страны жил в беспросветной нищете, кроме номенклатурных работников, разумеется. А нынешние реформаторы, находящиеся в данный момент у власти, разворовывают большую часть доходов нашего государства, и наш народ  живёт значительно беднее, чем население любой цивилизованной страны Запада, но никого из наших правителей этот факт не волнует. Поэтому мы обречены и дальше прозябать в нищете, а все громкие обещания высокопоставленных чиновников улучшить нашу жизнь в каком-нибудь отдалённом году являются не чем иным, как чистой воды надувательством легковерных людей.

  - По-вашему, выходит, что мы станем с каждым годом жить всё хуже и хуже? – спросила с тревогой в голосе Мария.
  - Эта тенденция будет происходить постепенно, пока у нас ещё имеются в недрах запасы газа и нефти. Но как только эти запасы когда-нибудь закончатся, а по предположению серьёзных учёных их хватит ещё на пару десятков лет, то может разразиться жесточайший кризис в нашей стране, ведь мы свою промышленность почти загубили и на её восстановление средств не выделяли. И будем мы с протянутой рукой стоять у обочины прогресса и выпрашивать милостыню у проезжающих мимо нас на большой скорости представителей цивилизованных стран, правители которых вели более умную экономическую политику, чем наши бездарные управляющие у руля государства.
  - И что же, по вашему прогнозу, нас ожидает? – допытывалась Мария.
  - Мой прогноз неутешительный: дело может дойти до полного распада России как великой страны, что уже случилось с Советским Союзом.
  - Ну и жуткую картину нашего будущего вы нам нарисовали перед сном, уважаемый Петр Иванович, даже мурашки по коже забегали. Я предлагаю на этой безрадостной ноте закончить наши дебаты и всем хорошо выспаться. Приятной беседы у нас, к сожалению, не получилось, мы друг друга не переубедили, все остались при своих мнениях, и если у кого-то будет желание, то завтра с новыми силами мы сможем продолжить нашу дискуссию, - примирительно предложил Степан Николаевич.

Все согласились с этим предложением и стали готовиться ко сну.
  - Я сейчас пойду к нашему проводнику и попрошу у него специальную цепочку на дверь купе. Мне говорили мои соседи по дому, что у проводников эти цепочки имеются, и они обязаны их выдавать по просьбе пассажиров, - выказала необычное желание Мария.
  - Зачем вы пойдете к нему, женщина? Мы интереса для профессиональных воров не представляем – у нас нечего брать, и никто не станет  воровать наши вещи, - пыталась уговорить её дама в очках.
  - Но я всё же схожу к нему, а вдруг у него есть эта цепочка, и мы  сможем спокойно ночью спать.
Мария вышла из купе, но вскоре вернулась обратно.

  - А где же ваша цепочка? – спросил её лысый пассажир.
  - Проводник лежит в своем купе пьяный и лыка не вяжет.
  - Я ехал в Питер в этом самом вагоне, и с этим же проводником, так он всю дорогу был в состоянии алкогольного опьянения. А ехавшие со мной соседи по купе впускали и выпускали за него пассажиров на остановках и даже заправили наш вагон водой на одной из станций, когда её запасы у нас закончились, - заметил Петр Иванович.
  - Так почему же его с треском не выгонят с этой работы? – удивленно спросила Мария.
  - А у него жена работает начальником этого поезда, вот она и держит его при себе, но плохо контролирует, и  муж умудряется напиваться в её отсутствие.
  - Закройте, Мария, дверь купе на защёлку и ложитесь спать, и я уверяю вас: опасность вам не угрожает. И всем я желаю спокойной ночи! – проговорила Тамара Петровна.
  Пассажиры купе стали устраиваться на ночлег, а Мария ещё раз проверила, хорошо ли закрыта дверь и выключила свет.

  А утром обитатели купе проснулись с ощущением тяжелейшего похмелья. Все усиленно тёрли себе виски, а женщины стали глотать таблетки от головной боли.
   - Чем же вы нас напоили, Степан Николаевич? - спросил учитель у лысого пассажира. –  У меня голова раскалывается так, словно по ней кто-то очень долго колотил дубинкой.
  - Ничего не понимаю, такое в моей жизни произошло впервые. Этот самогон пили многие мои друзья и знакомые, но ни у кого приступов головной боли не наблюдалось, - стал сокрушенно оправдываться лысый попутчик.
  - Но я  не пила его вместе с вами, так почему и у меня голова разламывается от боли? – заявила Тамара Петровна.
  - Что-то здесь не так, дорогие мои соседи! И дверь в нашем купе оказалась не закрытой на защёлку, - заметил лысый пассажир.
  - Но я  хорошо помню, как я её сама закрывала на ночь, - сказала Мария. – Может, кто из вас выходил в туалет или в коридор и забыл её закрыть? – спросила она попутчиков.

Но, как выяснилось, никто не выходил ночью из купе.

  - Вот что, уважаемые соседи! Проверьте все свои вещи и убедитесь, что они на месте, - предложил Степан Николаевич, доставая из багажного отделения сумку.
  Остальные пассажиры тоже стали осматривать личные вещи, и вначале даже казалось, что у всех они оказались в сохранности. Но вдруг Тамара Петровна зарыдала  и истерически закричала:
  - А где моя дамская сумочка? Она лежала у меня под подушкой.

  Она принялась лихорадочно перетряхивать постель, а затем подняла крышку багажного отделения и достала оттуда чемодан. Она вытряхнула на постель всё его содержимое, но сумочки там тоже не оказалось. На какое-то мгновение  она застыла в растерянности, а затем зарыдала.
  - Что же теперь будет со мною? – с большим трудом сквозь слёзы вымолвила она.
  - А что у вас пропало, Тамара Петровна? - участливо поинтересовалась Мария.
  – В этой сумочке я везла большую сумму денег – шестьдесят тысяч долларов. Пятьдесят тысяч – пожертвования  спонсоров в нашу партийную кассу, и я везла их в региональное отделение нашей партии на предвыборную кампанию, а десять тысяч – мои личные сбережения. Я везла их сестре на строительство нашего совместного дома в Воронежской области.

  - Так вы являетесь курьером вашей партии? Почему же вы не переслали эти деньги почтовым переводом или электронной почтой? – спросил Степан Николаевич.
  - Мы не хотели привлекать внимание наших соперников и прессу к тому факту, что наша партия  использует дополнительные средства на агитацию перед выборами в Думу.
  - Но вы вчера вечером всем нам говорили, что у вас лично  ворам нечего брать, а теперь оказывается, что вы везли огромную сумму партийных денег.
  - Меня инструктировали мои руководители перед самым отъездом, чтобы я не привлекала к себе внимание попутчиков и убеждала их, что у меня никаких ценностей с собою нет, - сквозь слезы проговорила Тамара Петровна. – Позовите, пожалуйста, проводника, - попросила она Марию.

  Та привела проводника, который являл собою заспанное существо со следами глубокого перепоя на лице.
  - Почему вы не следите ночью за имуществом пассажиров поезда и допускаете, чтобы их обворовывали? - набросилась на него дама в очках.
  - Я имею полное право ночью отдыхать между станциями, а за своими вещами пассажиры сами должны следить. А что у вас пропало? – поинтересовался заспанный проводник.
  - Деньги украли у меня, очень большую сумму.
  - Деньги нужно хранить в сберегательной кассе, - как герой одной известной кинокомедии изрёк проводник, которого явно потянуло  пофилософствовать при известии о пропаже денег.
  - Мне сейчас не до ваших дурацких шуток. Ваш поезд сопровождают сотрудники милиции?

  - А чёрт их поймёт, сопровождают они или нет, - они, то появляются у нас, а то исчезают надолго. Летом они наш поезд сопровождают чаще, а в это время года их и с огнём не найти.
  - Тогда я пойду к начальнику поезда жаловаться! Где он находится?
  - Ищите её во втором вагоне поезда, но она вам ничем помочь не сможет.
  - Это мы ещё поглядим, - гордо заявила дама в очках. –    А вы уж, пожалуйста, никуда не уходите, - обратилась она к своим попутчикам, направляясь в сторону второго вагона.
  - Вы хоть купе проветрите, а то запах в нём какой-то неприятный чувствуется, - посоветовал проводник, уходя вслед за дамой в очках.
  - Действительно, я давно почувствовал этот запах. До меня только сейчас дошло, что нас всех неизвестный злоумышленник отравил каким-то газом, чтобы мы случайно не  помешали ему делать своё тёмное дело, - сказал Степан Николаевич. – Я предлагаю открыть в купе окно и всем нам выйти в коридор вагона, пока оно проветривается, но никому никуда не расходиться, чтобы у милиции не пало подозрения в краже денег на кого-нибудь из нас.

  Все согласились с этим разумным предложением, вышли в коридор и столпились возле дверей купе в ожидании, когда свежий воздух выдует из него все следы злополучного газа.

  - Интересно знать, как вор догадался, что Тамара Петровна везёт такие деньжищи, которые мне за всю жизнь не удалось бы заработать? Ведь вор не рылся в наших вещах, а знал заранее, у кого они находятся, и кроме денег ничего из её  вещей больше не взял.
  - А здесь и гадать нечего! Наверняка многие её соратники  по партии знали, что она повезёт эти деньги, и среди них нашёлся человек, который в них очень нуждался. А в наше время за такие деньги многие, даже самые надёжные, казалось бы, люди готовы пойти на такое преступление, - высказал свою версию лысый пассажир, опираясь на  палку.
  - Я с вами полностью согласен, Степан Николаевич, что жажда наживы заставляет многих особей рода человеческого жить по законам джунглей, в которых нет места жалости даже к близким людям и идейным единомышленникам, - с грустью   в голосе констатировал Петр Иванович.

  На какое-то время  воцарилось молчание, каждый из попутчиков  стал обдумывать ситуацию, в которой он оказался. Наверняка представители правоохранительных органов станут выяснять у них все подробности ночного происшествия, и ещё неизвестно, удастся ли им доказать собственную непричастность к случившейся краже денег.

  Сельский учитель Петр Иванович, очень похожий на Антона Павловича Чехова, стоял у окна вагона и задавал себе вопросы, на которые не могли ответить лучшие умы многих эпох. Почему, размышлял он, человек разумный, вместо того, чтобы просто радоваться жизни и наслаждаться общением с особями, себе подобными, выясняет у них национальность, партийную принадлежность и финансовое положение в обществе? И почему у многих людей не исчезает тяга к чужому имуществу, а обман считается у них чуть ли не проявлением предприимчивости? Почему многие люди живут по закону ветхозаветных жуликов: «Обмани ближнего, ибо он обманет тебя, не забудь и о дальнем, ибо он приблизится и тоже обманет тебя. И возрадуется»?

  А за окном вагона величаво проплывали опалённые холодным дыханием осени берёзы и осины, красуясь в золотистом одеянии, совершенно равнодушные к страстям человеческим.
               
               


Рецензии
Да, Михаил, много проблем было поднято в Вашем рассказе... Читала с интересом. И нельзя сказать однозначно, кто прав, а кто ошибается... Всё так сложно. В любой эпохе были и есть свои плюсы и минусы. Конечно, люди старшего поколения скорее всего будут отстаивать прошлые времена, которые им, естественно, кажутся светлыми и безоблачными ещё и потому, что тогда эти люди были молодыми, полными сил (а это время любому из нас кажется лучшим!), а молодёжь, не знающая ничего другого, кроме сегодняшнего дня, будет считать, что надо жить именно так, как сегодня... Но мы имеем то, что имеем. И надо жить, и надо надеяться на лучшее! Спасибо за хороший рассказ. С интересом и в раздумьях, Алёна.

Алёна Токарева   19.01.2014 02:36     Заявить о нарушении
Алёна, я считаю, что из нашего прошлого нам всем нужно брать всё самое хорошее, что у нас тогда было, а из настоящего - изгонять плохое, что успело накопиться. Но, к сожалению, в нынешней жизни часто происходит всё наоборот, и этот процесс продолжает усугубляться, а реалии жизни оптимизмом не радуют. А жаль! Поздравлю Вас с Крещением
Христовым и желаю успехов в жизни и творчестве.
С уважением - Михаил.

Михаил Дышкант   19.01.2014 20:00   Заявить о нарушении
Спасибо, Михаил! И Вас с праздником!

Алёна Токарева   19.01.2014 21:36   Заявить о нарушении
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.