Продолжение

          И так дружно мы проехали большую часть пути. И вдруг... В вагоне появилась соперница. На одной из станций      вошла молодая девушка. Морячок сразу подружился с ней. Я надулась, ревновала, и как бы они не старались меня развлечь, я не поддавалась.я ревновала. Страшно, вот это помню так ярко , хоть столько времени прошло, жизнь прожила. Так я и не приняла дружбу этой девушки, отворачивалась и не разговаривала.
          В Котласе нам надо было пересаживаться на пароход. И вот тут моя память даёт сбой- то ли мы сначала к бабушке в больницу попали, то ли сначала поехали в её дом. Но , тем не менее, на пароходе с нами плыл тот же морячок. Уж тут я отыгралась ... Смешно!Я не знаю, как у других, но во мне это женское начало проявилось ещё в ранние годы. Вот почему, я так и не поняла. То ли имя моё виновато? Уже в зрелом возрасте я прочитала характеристику своего имени. Оказалось, что Любы не умеют любить. Они умеют терпеть только тех, кто их любит. А может, это сосед мой Колька виноват. Он до безумия любил театр и читать. И когда мы играли в общем коридоре нашей сталинки, он пересказывал мне пьески и мы с ним разыгрывали всякие сценки из них. В них я играла королеву, а он рыцаря. Я повелевала, а он исполнял. А может, просто мой характер волевой и любовь к приключениям.
           А что касается нашей встречи с бабушкой, помню немного . Как мы шли по берегу моря. Кругом песок... Я стёрла себе ноги в кровь, он залезал везде. Шли долго и вдруг перед нами открылся белый городок. Это и был хоспис. Помню как мы вошли в большую палату, растерялись, там было очень много больных. А бабушкина кровать оказалась прямо напротив дверей. Мы подошли. Она была вовсе непохожа на мою бабушку Другая моя бабуля была высокая , мудрая, строгая. А тут лежала малюсенькая , худенькая, абсолютно белая женщина. Мама толкала меня в бок, мол, это твоя бабушка, подойди, обними. А я стояла и думала: бабушки такие не бывают. Но когда бабушка Юля заговорила слабым и нежным голосом, подозвала меня к себе. я почувствовала какой-то толчок и подошла. Она обняла меня , долго плакала и нас выдворили из палаты, чтобы не расстраивали её.
            Больше я её так и не увидела. Приехали мы в её дом, который поразил меня размерами. Высокий, бревенчатый, в два этажа, с высоким крыльцом с навесом. Большой двор
и за оградкой огород..