Мозаика Собери свое счастье. Глава 14

Тишина… Был слышен лишь звук пролетающих мимо птиц, которые дружным строем носились на закате. Девушка наблюдала за ними из-под ресниц. Раз. И маленькие черные тени взмыли вверх. Два. Сделали петлю и помчались вниз. Они будто гипнотизировали своим полетом и отвлекали от навязчивых мыслей, которые так хотелось стереть из своей памяти.
Тяжело вздохнув, Мила потянулась и отложила в сторону книгу, которую она дочитала еще минут пятнадцать назад, но задумавшись, продолжала теребить в руках.
На соседний лежак села ворона и громко каркнула, пристально глядя на девушку. Мила вздрогнула и посмотрела на птицу.
- Кыш! – махнула рукой девушка. Ворона опять недовольно каркнула и, взмахнув крыльями, перелетела на перила, ограждающие этаж.
- Еще и возмущается, - буркнула Мила и, отложив книгу, легко вскочила на ноги.
Включив водонепроницаемый плеер, она вставила наушники в уши и подошла к краю бассейна. Надев очки для плаванья, подняла руки и посмотрела на птиц, за которыми наблюдала несколько минут назад. Те как раз начинали разворот, больше похожий на мертвую петлю. Поймав момент, когда птицы стремительно понеслись вниз, Мила оттолкнулась от края бассейна и скользнула в прохладную воду. Она ощущала себя птицей, которая вырвалась на свободу, и теперь несется навстречу своему счастью.
Проплыв несколько метров под водой, и оказавшись у противоположной стороны, девушка коснулась рукой бортика бассейна, вынырнула, а затем, глотнув воздуха, снова ушла под воду.


Когда сил плавать уже не осталось, она легла на воду и раскинула руки в стороны. Из наушников донесся голос Комарова.
«Что подарено - не теряй,
О потерянном не жалей.
Этот парень у входа в рай
Уже устал от слёз и соплей.
Но он видит нас насквозь,
И он не станет нам петь псалмы.
Он нам задаст лишь один вопрос -
Были ли мы, любили ли мы...»

«Были ли мы, любили ли мы», - повторила про себя Мила, вслушиваясь в слова песни, уже въевшиеся в мозг.
«Были ли мы, любили ли мы», - опять повторила Барсукова. Она вдруг представила себе этого мистического парня, который стоит у входа в Рай и задает всем один и тот же вопрос, возможно, самый главный вопрос всей жизни – любили? И глядя в глаза человека, в которых сосредоточены все знания Вселенной, Мила, не задумываясь, дала бы ответ.
- Любили… - прошептала девушка. - Сильно любили… Но какой от этого толк? Если сейчас осталась только боль.
Девушка провела руками по воде и заскользила по поверхности. Очередная песня закончилась, и Мила вдруг услышала надрывающийся телефон. Подтянувшись на руках, она вылезла из бассейна и, наспех вытерев руку, поднесла трубку к уху.
- Алё.
- Ну, наконец-то, Барсучок, а то я уж было начала переживать. Третий раз звоню.
- Прости. Я плавала.
- Тогда все понятно. Ты и бассейн – это серьезно. А весь мир при этом должен подождать.
- А что случилось? Чего вдруг так всполошилась?
- Да ничего не случилось. Просто мы тут собрались в бадминтон поиграть, а потом поужинать. Ты как? Хочешь вспомнить нашу юность? Когда нас Саша по корту гонял.
- Юность, - Мила хихикнула. – А сейчас мы старушенции что ли?
Тина рассмеялась.
- Мы, конечно же, молодые и красивые, только как вспомню, сколько лет назад это было, так чувствую себя пенсионэркой.
- Ха, насмешила, - продолжала веселиться Мила. – Пенсионерка ты моя...
- Настроение задорное. Это хорошо. Теперь ответь, поиграть хочешь?
- Хочу, хочу. Куда ехать?
- Никуда не надо ехать. Твоя задача собраться за полчаса и ждать Олежку у входа в дом. Он заедет за тобой, а я уж прям туда подтянусь, - Тина устало выдохнула, судя по голосу, день выдался тяжелый. - Да, будешь собираться, прихвати ракетки и мою одежду. Надеюсь, разберешься, где у меня чё в шкафу?
- Есть, мой генерал, - весело сказала Мила, приложив по-военному руку к голове, и отключилась. Улыбнувшись, накинула сарафан и быстрым шагом пошла в сторону лифта.

В ожидании Олега, Барсукова сидела на ступеньках с телефоном в руках и, пристально глядя на экран, пыталась пройти очередной уровень «Angry Birds». Она была так увлечена игрой, что не заметила, как рядом сел молодой человек и заглянул ей через плечо.
- Черт, - воскликнула Мила, когда поняла, что опять не удалось пройти уровень.
- Надо было вот эту птичку сюда кинуть, - зашептал ей на ухо Столетин. От неожиданности девушка вздрогнула и едва не выронила телефон. Посмотрев с укоризной на молодого человека, выдохнула:
- Уф, напугал меня! – она стукнула его кулачком по плечу.
- Ой, какие мы пугливые, - улыбнулся Олег и, поднявшись, протянул руку. – Пошли, а то твоя подруга такое устроит, если мы опоздаем. Она страшна в гневе!
Мила улыбнулась, представляя грозную Тину, и, держась за руку парня, встала на ноги. Они подошли к машине.
- Садись, - открывая дверцу, сказал Олег.
- Я на заднее, - она дернула ручку. – Не люблю сидеть впереди.
- Но…
Мила перебила его и, улыбнувшись, открыла дверцу.
- Ну, что «но»? Там что, уже мест нет? – глядя на молодого человека, она плюхнулась на сиденье.
- Hi, - раздался приятный мужской голос.


Испугавшись, Барсукова подпрыгнула на сиденье и ударилась головой о крышу. Потирая ноющее место, повернула голову и с удивлением уставилась на незнакомого азиата. Он ей широко улыбнулся и, сложив руки у груди, слегка наклонил голову:
- Савади кап!
- Hi! – автоматически ответила Мила, продолжая удивленно смотреть на него, хлопая глаза.
- Меня зовут Фай, - на русском языке, но с очень сильным акцентом заговорил молодой человек. – А тебя как зовут? – он замер в ожидании ответа.
Если б было куда упасть, то девушка бы точно рухнула. Видя ее изумленное лицо Олег, поглядывающий в зеркало, с трудом сдерживал смех.
- Я мало знать русский. Очень сложно, - парень закивал головой, в подтверждении своих слов. Он протянул руку и опять назвал свое имя.
- Фай.
- Ой, - девушка покраснела, - прости, я не представилась. Меня зовут Мила.
- Ми-ла. Окей?
- Окей, - кивнула она.
Олег повернул ключ в замке зажигания и пристегнулся.
- Все формальности улажены. Едем, - сказал молодой человек, и машина тронулась с места.
Еще раз вглянув на нового знакомого, Мила быстро отвернулась к окну.

Первую партию подруги играли в паре и проиграли. Счет не был таким уж разгромным, но Мила, совершенно не любившая проигрывать, злилась на себя, на свое тело, которое не хотелось подчиняться.
- Барсучок, ну чего ты? – зашептала ей на ухо Тина. – Не на корову же играем. А ради удовольствия.
- Я должна собраться! Я не могу вот просто так взять и проиграть! – сквозь зубы ответила Мила и постучала себя ракеткой по ноге.
- Ты только не переусердствуй со стараниями. Мы тут частенько гоняем, а ты давно не играла. Смотри, не растяни себе чего-нибудь.
- Я постараюсь, - Мила недовольно посмотрела на Фая. – Блин, ну как же он классно играет.
- О да. В этом он шикарен.
- Слушай, а он кто? Таец?
- Таец, таец, - сказала Тина, кивнув в сторону молодых людей. Олег, поймав ее взгляд, махнул им рукой, подзывая. – Ну, что, Барсучок, отдышалась? А то нас зовут играть. А про Фая я тебе потом расскажу.

Девушки заняли свои позиции. Однако первый же удар в их сторону, и воланчик, пролетев мимо ракетки Милы, плавно опустился на пол. Гол. Барсукова зло посмотрела на него, чувствуя, что звереет. Собрав все свои силы, она так рьяно кидалась за воланчиком, будто от этого зависела ее жизнь. Мила носилась по корту, не замечая Тину, которая порой отскакивала в сторону, чтобы подруга не сбила ее с ног. И, наконец, счастье улыбнулось им. Девушки забили гол, потом еще один. Воодушевившись, Мила с новыми силами принялась бить по воланчику, направляя его так, чтобы у противника не осталось даже возможности дотянуться до него. Матч закончился под победный выкрик Барсуковой. Она подхватила подругу и закружила ее.
- Пусти, сумасшедшая, - хохотала Тина.
- Мы выиграли, Тинка, выиграли!!! Санька может мной гордиться!!! – радостно воскликнула Мила, поставив подругу на ноги.
- Еще как может гордиться, - тяжело дыша сказал Олег, похлопав девушку по плечу. – Ты фактически сама всю игру сделала.
- Спасибо, - смущенно сказала Мила. – Я очень хотела выиграть.
- Это невозможно было не заметить, - улыбнулся молодой человек. Он обвел друзей взглядом. – Ну, что, еще партейку или по домам?
- Можно и еще одну, - согласилась Мила, остальные одобрительно кивнули.
- Тогда, чур, я с Алей, - Олег подскочил к девушке и обнял за плечи.
- Хорошо, - пожала плечами Барсукова. – Фай, ты согласен? – она посмотрела на тайца.
- Да, - он утвердительно кинул. - Ты хорошо играть, Мила.
Его улыбка была невероятно очаровательной, а взгляд такой пронзительный, что девушка, опять смутившись, быстро опустила глаза. Где-то в подсознании мелькнула мысль, но обдумывать ее времени не было. Олег, потянув Тину за руку, громко скомандовал:
- Занимаем позиции.

Подача была разыграна, и четверо молодых людей забегали по площадке, хотя сил было не так много, как вначале игры. От духоты дыхание было тяжелым, а жара и нагрузки заставляли сердце больно биться о грудную клетку. Мила в какой-то момент даже пожалела, что согласилась еще сыграть. Ее организм явно устал, а в голове появился неприятный шум…
- Черт, - в сердцах воскликнула Мила, когда в очередной раз она не уследила за воланчиком. Стиснув от злости зубы, она приготовилась отбить удар, как вдруг перед глазами все поплыло, а в ушах появился противный свист. Собрав всю свою силу, она попыталась вынырнуть из этого состояния. Но ей никак не удавалось сконцентрироваться. Ноги стали ватными, а в глазах окончательно потемнело. Мила сделала шаг и, сквозь оглушительный звон в голове, услышала испуганный крик:
- Берегись!
И скулу тут же резанула жгучая боль.
- Ай! – воскликнула Мила. Выронив ракетку, она схватилась за лицо и начала падать, теряя сознание.

Темнота медленно отпускала. Девушка почувствовала, что болит не только скула, но и пол-лица. Застонав, она медленно открыла глаза. Нечеткая картинка постепенно приобретала очертания, и Мила увидела до боли знакомый взгляд черных глаз.
- Рома, - прошептала она, с трудом разлепляя губы.
- Барсучок, очнулась, - воскликнула Тина. Барсукова повернула на голос голову и с трудом попыталась сфокусироваться. – Напугала нас. На, попей водички.
Все еще не понимая, где находится, Мила послушно коснулась губами края бутылки и жадно глотнула. В голове немного прояснилось, и девушка начала осознавать, что лежит на полу, положив голову на колени нового знакомого. А он, склонившись над ней, прикладывает к ее щеке прохладную бутылку с водой.
- Ты… - она запнулась. – Ты не Рома.
- Я Фай. Олег – друг.
- Да, - она смотрела в его карие, почти черные глаза, которые так напоминали ей того другого, который вот так же смотрел на нее, и ей вновь стало не по себе.
- Мила, вот, - раздался голос Олега. Он присел рядом и, помогая девушке сесть, дал понюхать ватку с нашатырем. От едкого запаха девушка вздрогнула. На глаза навернулись слезы. Окончательно придя в себя, девушка прижалась к подруге.
- Ну как, жива? – Тина погладила ее по волосам.
- Нормально. Небольшая слабость и щека вот болит, - она прикоснулась к щеке и, почувствовав резкую боль, сморщилась. - Что произошло?
- Ты вдруг остановилась, как вкопанная. А Фай не заметил. И отбитый им воланчик со всей силы полетел прямо в тебя. Хорошо, что тебя качнуло, и он не впечатался по прямой, а прошелся по касательной, - начала объяснять Тина. – Ты вскрикнула и начала падать. К счастью, Фай успел тебя поймать. А то бы ты одной ссадиной не отделалась, - услышав это, Мила мельком взглянула на парня, а потом опять перевела взгляд на подругу. А Тина продолжала тараторить:
- С чего вдруг падать-то надумала? Неужели такой удар сильный был? Может, к врачу?
- Успокойся. Не надо врача. Я в порядке. Мне плохо стало еще до этого. Скорее всего, от жары и перенапряжения давление упало.
- Это ты называешь «в порядке»? - Тина помогла подняться подруге на ноги. - Голова не кружится?
Мила сделала шаг и посмотрела на Чайкину.
- Видишь, я нормально хожу. Голова на месте. Только щека болит, - она прикоснулась к лицу. – Сильно.
- Надо лед приложить, - сказал Олег. Он взял девушку за подбородок и внимательно посмотрел на ссадину.– Хотя синячок небольшой будет все равно.
- Сорри, - сказал молчавший до этого момента Фай.
- Не парься, Фай, - посмотрела на него Мила и махнула рукой. – Это я сама виновата. Когда играю, забываю обо всем. Вот и загоняла себя, - она перевела взгляд на Тину. – Сдается мне, на сегодня я отбегалась.
- Тогда закругляемся.
Мила кивнула и поплелась к раздевалке. Голова еще немного кружилась от духоты. Хотелось залезть под холодный, насколько это возможно, душ и смыть с себя усталость, которая внезапно навалилась на нее. А еще больше, хотелось отделаться от пугающего наваждения: склонившийся Фай с взглядом Ромы…

Прикладывая к щеке лед, который где-то раздобыл Фай, Мила задумчиво смотрела в окно машины. Щека горела и слегка опухла, но девушка на это не обращала внимание. Она никак не могла выкинуть из головы мысли о новом знакомом.
«За что мне это все?» - пробормотала Мила, вспоминая его взгляд.
- Что ты сказала? – спросила Тина, пристально глядя на дорогу. – Я не расслышала.
- Да так, сама себе на судьбу жалуюсь, - ответила Мила. Она посмотрела на подругу и вдруг спросила:
- Тинусь, а Фай откуда взялся?
- А чё, понравился, да? – заинтересовалась Тина.
- Я просто так спросила. Интересно кто он, почему русский знает.
- Русский знает, потому что учился в Москве. И зовут его не Фай, а Аричарт Аморнсупасири.
- Как? Арчи... - Мила зашевелила губами в попытках повторить. Потом бросила непосильную для себя задачу. - Божечки, я такое ни вжисть не запомню, - она покачала головой.
- Тут дело практики и привычки. Я ж запомнила. Но не могу не согласиться, нам, фарангам, проще ники запомнить.
- А Фай что-то означает? Или так, от балды?
- Ну, это вроде как огонь, огненный.
- Так он, оказывается, горячий парень.
- Еще какой. Ты не смотри, что он тушуется перед тобой и молчит. Просто вы мало знакомы. А вообще он у нас «ух» какой.
Машина остановилась на светофоре. Чайкина откинулась на сиденье и хитро посмотрела на подругу.
- Ты присмотрись к нему. Симпатичный мальчик и из хорошей семьи. И не просто из хорошей. Его семья очень состоятельная. У них несколько курортов по всему Таиланду.
- Ого.
- А ты думала, - Тина снова повела машину. – Мы других не держим, - девушка повернул руль, и они въехали на улочку, ведущую к дому.
- А в Москву-то его чего понесло? Родители заставили?
- Неа. Он сам. Сначала тут универ закончил. Потом в России второе высшее получил. Он у нас дизайнер интерьеров. И еще рисует офигенно.
- Прикольно. А вы как с ним познакомились?
- Фай с Олегом пересеклись, когда мы с их отелями начали работать. Они быстро нашли общий язык, дайвингом вместе занимаются.
Заходя в квартиру, Тина бросила рюкзак на пол, а ракетки аккуратно повесила на стену.
- Слушай, Барсучок, а может мы тебя за Фая замуж отдадим?
- С ума что ль сошла? Какой замуж. Да и вообще…
- Знаю, знаю… «Но я другому отдана и буду век ему верна», - процитировала Тина.
- Ну, как бы так.
- Пиво будешь, верная ты моя? – Тина открыла холодильник.
- Буду. И кушать тоже. Между прочим, мне помимо бадминтона обещали ужин.
- Первую часть поставленной задачи я выполнила, а вот вторую сейчас исправим. Думала, мы в ресторан пойдем, но сегодня, видать, не судьба.
Тина, усадив Милу за стол, начала накрывать к ужину.
- Кстати о Фае. Я наблюдала за ним, и, знаешь, мне кажется, что ты ему понравилась. Ох, как он бросился к тебе, чтобы ты на пол не грохнулась. Я думала, убьется парень, - Чайкина подмигнула. - А как он нежно тебя на ручках держал. Сплошное мимими, - она хихикнула.
- Даже не уговаривай. Он милый, но я… - Мила вдруг вспомнила взгляд парня и едва не поперхнулась пивом.
- Ты чего?
- Черт, а ведь он мне Рому напомнил… Глаза… Взгляд…
- Даже так? Значит, все-таки зацепил наш мальчик.
- Да ну ее эту любовь. Только одни страдания. С меня достаточно и слез и мучений.
- Кстати, вернемся к вопросу о любви. Сдается мне, ты решила зажать самую интересную часть твоей душещипательной истории.
- Ты про Питер, что ли? – спросила Мила.
- Нет, блин, про твой перелет в Таиланд! – уперев руки в бока, сказала Тина.
- Может не надо?
- Ну, уж нет, Барсучок, раз уж начала меня окунать в свои проблемы, хочу знать все. Или почти все. А то, как я смогу понять, кто у вас тут прав, кто виноват.
- Ладно, ладно, не возмущайся. Расскажу тебе про Питер. Только отпусти меня сначала в душ.
- Смотри, я не усну, пока ты мне сказку не расскажешь.

Не прошло и часа, как девушки, закутавшись в халаты, сидели у окна в комнате Тины. Из чашек по всей комнате разносился восхитительный аромат свежезаваренного чая. Откусив кусочек печенья, Тина сделала глоток и выжидательно посмотрела на подругу.
- Не смотри так на меня, а то я подавлюсь, - сказала Мила. – Я с духом собираюсь. Думаешь легко опять ворошить воспоминания?
- Я знаю, что не просто. Но по себе знаю, это необходимо, чтобы восстановить душевное равновесие. А то в сабай без этого никак не пустят, - она ободряюще улыбнулась.
- Вот только ради сабая расскажу. А так бы ни-ни, – ухмыльнулась Барсукова. – Ладно, не буду тебя мучить. Слушай… - девушка выдохнула, вспоминая тот день. Она купалась тогда в такой любви, о которой даже мечтать не могла. И от того, что это любовь закончилась так внезапно, от того, что она не успела ею полностью насладиться, было еще больнее.
Она поставила чашку на стол и, посмотрев в окно, тихо заговорила:
- Я еле дождалась поезда. Благо, билет мне Ромка через интернет купил.
- Прости, что перебиваю, но почему он сам не приехал?
- А у него паспорт в посольстве был. Ему визу для командировки делали.
- Ааа… Понятно. Ну, и что? Надеюсь, встреча прошла в теплой и дружественной обстановке.
- Еще какой… Я как увидела его на перроне, так сразу на шею ему и бросилась. Боялась, что это всего лишь сон, и если я этого не сделаю, Рома растворится в предрассветной дымке, - Мила мечтательно улыбнулась. От приятных воспоминаний по телу галопом поскакали мурашки. – Но это не было сном. Эта была самая приятная реальность, какую только можно себе представить. Я не помню, как мы ехали к нему домой, как вообще оказалась в его квартире. Единственное, что я помню это фантастические поцелуи, от которых меня унесло в параллельную вселенную…
- Ну наконец-то. А то я думала, что вы так и ходили по Питеру за ручку и смотрели на звезды.
- За ручку мы тоже ходили... Но в тот день мы наверстывали упущенное… Любили друг друга до одури, забыв обо всем… - сердце Милы забилось сильнее. – Когда силы закончились, мы вырубились. Спала я так крепко, как не спала уже последние несколько месяцев. Оказывается, что всего-то и надо было просто стать счастливой…

***
Мягкий свет белых питерских ночей господствовал в комнате. Развевались от небольшого сквозняка  шторы, изредка пропуская в комнату первые лучи солнца.
Закрывшись ладонью от одного нахального лучика, девушка повернула голову и посмотрела на спящего рядом молодого человека. Он обнимал ее, зарывшись лицом в ее волосы, и блаженно улыбался во сне. Мила осторожно наклонилась к нему и коснулась губами его губ. Он выдохнул и притянул к себе. И девушке вдруг стало так тепло и уютно, словно она всю свою сознательную жизнь шла именно к тому, чтобы насладиться этим моментом.
Его длинные густые волосы разметались по подушке. Мила провела по ним рукой, а потом запустила в них пальцы.
«А это оказывается приятно. А я все гадала, почему парни любят длинноволосых девчонок», - мелькнуло у нее в голове, и Мила улыбнулась своим мыслям.
Тихонько, чтобы не разбудить молодого человека, девушка выскользнула из любимых объятий и, сладко потянувшись, огляделась. По всей комнате «плавали» цветные шарики. Накануне она на них даже не обратила внимание. Слишком сильны были эмоции. Коснувшись одного из шариков рукой, Мила подкинула его к потолку. А потом взгляд упал на вещи, разбросанные по всей комнате. Девушка покраснела, вспоминая вчерашний день.
«Так, пора выныривать из эйфории в реальную жизнь» - подумала она, посмотрела на Романа, который во сне сладко причмокнул губами, и на цыпочках убежала в ванную.

Замотавшись в халат, который она нашла в ванной комнате, Мила подошла к окну, расчесывая волосы. Усевшись на подоконник, девушка посмотрела на просыпающийся двор.
Дворник, собирающий мусор, вокруг которого крутился черный пес. По тротуару вдоль дома бежал трусцой мужчина, рядом с ним семенил огромный ротвейлер. Из дальнего угла вырулила серебристая машина и, подъехав к шлагбауму, скрылась под аркой, ведущей на улицу.
- Ты мне приснилась? – раздался голос.
Барсукова выглянула из-за шторы.
- Я тут. И я вполне материальна.
- Это хорошо, - он быстро подошел к ней и, прижав к себе, тоже выглянул в окно. - Ты что там разглядывала?
- Да ничего особенного. Красиво у вас тут и очень уютно.
- Мне тоже нравится. Когда пришел смотреть квартиру, буквально влюбился в этот двор.
- А ведь раньше была другая квартира. Или я что-то путаю.
- Все правильно. Была другая. Ту я снимал, а это мои хоромы. Нравится?
- Из того, что успела посмотреть – очень.
- Останешься хозяйкой? – он пристально посмотрел ей в глаза.
- Ром… Я…
- Я не тороплю тебя… Просто мне нужно, чтобы ты знала о том, что я очень этого хочу.
- Спасибо, - она прижалась к его плечу. – Не бойся, долго думать не буду.
- Это не может не радовать, - сказал Роман и вдруг, подхватив девушку на руки, понес к кровати. – Ну, а думать я предлагаю в более романтичной  обстановке.

***
- Какие ж вы милые, - подвела итог Тина и посмотрела на подругу задумчивым взглядом. – Я слушаю тебя, а в голове все пытаюсь прокрутить ситуации, почему вдруг все это кончилось… Сегодня расскажешь?
- Тинусь, может лучше не сегодня… У меня чего-то голова разболелась, и вот это, - Мила прикоснулась к ссадине. - Такое ощущение, что у меня даже где-то внутри опухло. Каждое слово дается с трудом.
Тина включила торшер и внимательно посмотрела на лицо подруги.
- Немного опухло. Ссадина небольшая и синяк таки расцвел. Но в целом не так все страшно. Ты мазью намазала, которую в аптеке дали?
- Угу.
- Это хорошо. У них тут мазьки хорошие делают.
- Надеюсь, - Мила вздохнула и поднялась на ноги. – Пойду я спать. Чет совсем сил не осталось, - она взяла свою чашку и протянула руку к Тине. – Давай свою, я отнесу на кухню.
- Я сама отнесу, а ты, болезная, иди, ложись.
- Тинусь, я в порядке. К тому же хочу еще таблетку выпить, а то что-то совсем невмоготу эта головная боль…
- Ну, смотри, аккуратнее спускайся. Ежели чё, кричи, - она улыбнулась, - я как пионэр, всегда готова.
- Все будет хорошо. Что-что, а уж лекарство выпить я смогу без приключений.
- Ну, ну, - хихикнула Тина, глядя подруге в след.

Барсукова закрыла за собой дверь и спустилась вниз. Дышать было так тяжело, что Мила постаралась как можно быстрее проскочить на кухню. Открыв холодильник, с жадностью вдохнула прохладу, окатившую ее с ног до головы. Взяв бутылку воды, девушка сделала глоток и пошла в обратный путь. Поднимаясь по лестнице, она вдруг вспомнила свой обморок и остановилась, чувствуя, как ноги предательски задрожали. Не в силах сделать шаг, она устало опустилась на ступеньки и приложила холодную бутылку к голове. Прикрыв глаза, попыталась отогнать наваждение по имени Фай, глаза которого ей показались такими знакомыми.
«Нервы… Это все нервы… Такого просто не может быть…» - Мила покачала головой. – «Рома, Ромочка, это ведь ты меня не отпускаешь так? Не даешь забыть себя. Вот я и ищу в каждом хоть что-то, что могло бы напомнить о тебе», - она тряхнула головой и попыталась рассуждать логически. – «Они не похожи, совсем не похожи. Но почему же меня так торкнуло?» - девушка сосредоточилась, вспоминая случай на бадминтоне. Его взгляд. Такой незнакомый и такой родной одновременно.
Мила прислушалась к себе. Ничего… Ни одного лишнего удара, все как всегда…
«Показалось, просто показалось… Хорошо, а то я уж было подумала, что у меня крыша едет».
Девушка выдохнула с облегчением и поднялась со ступенек. В комнате она выпила таблетку и плюхнулась на кровать.
«Рома, как же мне жить дальше? Я тоскую по тебе… Так сильно тоскую, что хочется выть от боли, которая рвет сердце», - она застонала.
Чувства нахлынули на нее. Зябко поведя плечами, она закуталась в одеяло и, посмотрев на ночной город за окном, с тоской начала вспоминать дни, проведенные в Питере. Это были самые замечательное время в ее жизни. И не только потому, что рядом был любимый человек. Сам город покорил ее и влюбил в себя. Она готова была часами бродить по его улочкам, ощущая дыхание Питера. Порой ей казалось, что город будто говорит с ней, рассказывая свою историю. А она мысленно благодарила его за то, что пустил в свою жизнь. И все было бы хорошо, если б не было так грустно. Каждый шаг, приближал тот день, когда им предстояло расстаться…

***
- Оставайся тут, у меня, - сказал Роман, когда они сидели на берегу залива в небольшом кафе и ужинали. - А я приеду через пару месяцев. И поедем вместе к Сереге.
- Я так не могу. Я ж сорвалась с места никому ничего не объяснив. Надо поговорить с родителями и с ним.
- Не хочу, чтобы ты сама с этим разбиралась.
- Но мне придется. Жить с ним я не буду, да и не имею морального права на это. Так что мне нужно будет объясниться, с чего это я вдруг решила свадьбу отменить.
Роман протянул руку и погладил ее по щеке.
- Как же я не люблю взваливать на женщин проблемы, в которых сам же и виноват.
- Не переживай, все будет хорошо. У тебя будет повод со всеми поговорить. Чувствую, они так просто не сдадутся. Одна надежда на Саньку. Уж он-то меня должен понять и помочь.
- Блин, так все не вовремя с этой работой.
- Не говори так. Работа есть работа. А я… - девушка протянула руку и коснулась его руки. – Я буду ждать тебя. И когда ты приедешь, мы решим, как нам жить дальше.
- А что решать? Сыграем свадьбу.
- Вот прям сразу свадьбу?
- А чего тянуть? Или ты надеешься встретить кого-то лучше меня? – он хитро посмотрел на нее и подмигнул.
- Ой-ой, какое у нас самомнение.
- А ты думала, что я весь такой положительный?
- Конечно! А сейчас вот начинаю думать, а не поспешила ли я в тебя влюбиться? - она показала ему язык.
- Поздно. Я тебя никому не отдам.
- Собственник?
- Еще какой, - Роман рассчитался за ужин и, поднявшись, протянул Миле руку. – Пойдем по парку погуляем или сразу домой?
- Идем домой… Это все-таки наш последний вечер и... ночь, - последние слова она произнеслаедва слышно. Но Роман понял ее. Дважды повторять ему не надо было.

***
Мила в очередной раз перевернулась на кровати, чувствуя, как голова готова взорваться от мыслей и воспоминаний.
«Шеридан», музыка «Сплин», свечи - это навсегда останется вкусом любви в душе Милы. Любви, которую девушка не в силах была забыть…

------------
Использован текст песни К. Комарова "Водолаз"


Рецензии