Снимается кино

 

 

    Алё, Вер! Ты? Вечно не узнаю.… Ну, прости – давно не звонила. Нечего рассказывать было.… Сейчас?.. Потому и звоню! В общем, тут история со мной… Супружник спит? Я не очень отвлекаю?
   Ой, Вер…- представь, пятую ночь в кино снимаюсь! В настоящем, без вранья. По дому не примываюсь, обеды не варю. Когда успеть? В семь вечера как штык в костюмерной, напяливаю тряпки. Нет, не грубо. Видела бы ты этот «костюм»…
    Да ты не торопи. Я по порядку хочу, с расстановкой…
    Зашла я на днях в библиотеку, для Ленки про смутное время спрашивала. А когда ей самой? В школе допоздна торчит. Или не в школе - не об этом речь. Беру, случайно совсем, районку в руки. А там – ба-а!- объявление: требуются люди для съемок фильма в массовые сцены. Я краем уха уже что-то слышала про фильм. Думала – брехня. Ну, какое кино в нашем городишке! Кинотеатра, и того нет, одни телевизоры по квартирам. Самодеятельность только для малых детей, чтобы дома не мешались. И вдруг нате вам  – кино! Меня, веришь ли, будто кулаком в грудь вдарили: иди! Задохнулась ажно.
Прямым ходом помчалась в дом культуры на смотрины. Да знаю я – кастинг это называется. Да уж кто мы такие, чтобы про кастинги говорить. Погляделки. Всего лишь.
    Только в кабинет вошла, фотоаппарат – чик! Я и рассмотреть толком ничего не успела. Девчушка какая-то торопит: телефон оставьте и ждите вызова. Если повезет. Следующий!.. Три сотни человек приходили показываться. Выбрали сорок. Меня, представь, тоже. Погоди поздравлять, до конца дослушай. Это ж каторга…
    Здесь никто раньше в кино не снимался. Писали, что грек – режиссер-то у нас грек – семь лет по России ездил, натуру для эпизодов фильма своего искал. Да все по ночам, привычка у него такая. И вся жизнь его фильмов тоже в сумерках происходит. И однажды, каким-то чудом в наши края набрел. Глянул и говорит: космос! Съемки здесь и нигде более. Быстро всякая техника понаехала. Актрису из Франции привезли. Местных для подмоги наняли. И началось.
    Плохо, что днем свою работу работать надо. Сплю урывками, часа три всего. А потом до утра съемки, топчусь на мосту и даже воротник от ветра и снега поднять нельзя. Потому что в кадре до этого он опущен был. И вот – стоишь, чемодан плечи тянет, на голове кубанка чужая, свалявшаяся, лоб от нее сухими корками пошел. На мосту от прожекторов киношных светло. А кругом, как в мешке – сплошная черень в желтых дырках.
    На каком мосту? Есть у нас один, за городом, через Волгу. Горбатый, фонари в ряд, внизу два шлюза для прохода кораблей – туда-обратно. Охраняется. Людям ходить запрещено, а греку особое одолжение сделали.
   Можно сказать, подфартило. Я уж и не помню, когда видела город ночью, со стороны. Даже не знала, что столько света в нем. Звезды блекнут. От ветра огни по нашим горам-долам так и бегают. Пришлый человек, в темИ-то, и не разберет, что здесь вьяви творится: где верх, где низ, где дорога, например, а где люди живут.…Может, потому и – космос?... Живем-то на самом деле скучно. Хлеб жуем, да смерти ждем. Всех дел. Я вот, словно сурок, сплю двадцать лет – и что? Здоровья прибавилось? Или новое что во сне увидала?.. И ты не приедешь никак. Подругу бывшую повидать не хочешь…
    Занятно, что ни говори: мать по ночам занесло в кино сниматься, невесть откуда взявшееся, а домашние ее спят, сами по себе. Ленка, понятно, всю неделю от  телевизора не отлипала. Я обычно не разрешаю. Полночь – и хватит, если это суббота. А тут хоть засмотрись. Ладно, иногда можно, нужно даже. Серега, вон, напьется, бывает, в дым, так потом месяц глядеть на водку не может. 
    Теперь у них своя жизнь, у меня – своя: из ночи в ночь, на промозглом мосту дежурю. Вокруг такие же, дурью промышляющие, как сказала бы покойная свекровь. Молча ждем, что делать скажут. То бегали, то под гармонь танцевали, обнимали друг дружку на радостях. Хорошо, что с погодой повезло. Минус пять, в декабре-то. Пятью градусами больше, перемерзли бы. Валенок нет ни у кого. Когда костюмы собирали – рибуши всякие, Москва автобус тюков навезла, - о морозах никто не думал. Главное – образ. Кто я – не знаю. Некрасивая тетка в старом пальто. Между прочим, настоящий черный драп. Чистошерстяной. Всякая приставшая волосинка красуется, как на экране. Весь мусор, что в тюках был, с лацканов не оборвать. В этаком наряде могу уборщицей быть, или дворничихой. Но нет, бери выше – политэмигрантка, говорят. Бегу, значит, из СССР вместе с другими бедолагами. А мост наш – пограничная зона двух стран. Нашей и то ли Венгрии, то ли Австрии – я до конца не поняла.
    Не жди - в кадре меня и не видно будет. Непримечательная я. Может, из-за одёжи. И чего режиссер удумал? Не одевались при Брежневе так. Уж слишком. Будто все из подполья выбрались. Я дома брошку копеечную нашла – к шапке прицепить. Какая ни есть паршивенькая бабенка, а все-таки не зря за границу бежит. Понадобилась там кому-то. Что ж она, до этого, под забором валялась, чтобы мусор на себе носить?..  Вот я и подумала: пусть хоть брошка будет. Никому не видно, а ей – самоуважение. Так Регина, главный художник, не разрешила. Если вам так уж хочется, говорит, можете себе эту брошку на грудь нацепить. И отвернулась, в заботах вся.
    Эх, знали бы москвичи, какой актрисой я в молодости была!..  Помнишь, мы в народном театре даже Лопе де Вега ставили? Овечий источник. Я Паскуалу играла, а ты… Точно – Лауренсию! Давно было, двадцать лет тому. Самодеятельность. Рассосались потом, обычные люди. Рассказать бы кому, но хвастать не хочется. Да и что толку, если никто здесь слыхом не слыхивал о Лопе де Вега.
    - Фильм «Собака на сене» помните? – пыталась я как-то ясность внести.
    - Ну.
    - Он по пьесе этого Лопе  поставлен.
    - И что?
    - Что-что… Хрен через плечо!
    О чем говорить, когда нечего говорить… Фуэнте Овехуна и король! Вилы в руки и кидай всех через плетень! Помнишь?..
    Многие в городе думают, что массовке за ночную работу деньжищи платят. Ага, выкуси. Завидуют, а сами не в курсе. Мы тут все – энтузиасты. Может, поначалу кто о деньгах и мечтал, но когда объявили, что съемки будут по девять часов, 250 рублей за ночь – ни один не возмутился и не плюнул. Жалко, конечно, забесплатно морозиться, но надо так надо. Искусство же. Когда еще доведется?..
    Тут парень один есть, я по-первости всё наглядеться не могла. На него легко смотреть: он от земли глаз не поднимает. Вроде ему в ухо что-то непрестанно нашептывают, а он слушает. И ничего другое вокруг ему неинтересно. Белобрысый весь. Ресничками белыми шевелит, губенки сжаты. Раза два всего посмотрел на людей. Жгучие такие глаза, внимательные. Взглянул, и тут же – долу, будто стыдно ему за нас, или страшно. Чудной мальчишечка. Зачем пришел? На бедного не похож. Тоже, наверное, грудь зашлась. Такая, вот, массовка.
    Завтра у нас будет последнее ночное стояние. Техника уедет, все тут скрутят, разберут – словно и не бывало… 
    Полы дома вымою, когда высплюсь. Трешь-трешь, конца не видно. День ото дня уже не отличить. А тут – как привет  из прошлой жизни… Не знаю, как твой, а мой мужик никогда особо не интересовался, что я из себя представляла в юности. Дескать, мало ли! Все одно – травой поросло. Но странное дело: узнал, что в кино ухожу, даже не вякнул. Пять дней по утрам намазывает мне хлеб маслом. Чего ты ржешь! От него обычно кружку чая не дождешься налить. Сама за всеми прислужничаешь. Я думала, он изворчится из-за этих съемок. Бу-бу-бухтеть начнет. Нет! Возвращаюсь, а он спозаранку на ногах, яичницу жарит, хлеб маслом мажет. Не знаешь, что это значит?.. Ну почему, я довольна. Странно просто… Ладно, ближе к теме. Не расплатишься потом за разговор…
    Вчера у нас перерыв затянулся, осветители меняли фонари на столбах. Все бегали у главной героини, француженки, автограф брать. Я не лезла. Любовалась просто. Понятно, красивая. Но знаешь, я ей сочувствовала: надеть такие заношенные шмотки это - подвиг, да еще зимой. Но она молодец, не капризничает, хоть и серая вся от пожитков наших. Давеча вообще интересно было. Снимали со словами – француженка играла кусочек роли.
    Нам велено было спуститься с моста, потом разбрестись в стороны от камеры. Она оставалась, и говорила в камеру текст по-французски. Очень тихо. Но еще тише было на площадке. Весь народ затих одним разом. Как в игре «ветер волнуется раз, ветер волнуется два, ветер волнуется три, любая фигура на месте замри». Ни писка, ни шороха. Прямо что-то неземное. Вот уж действительно, киношный мир – другой. Шли-шли, камера работала, рабочие суетились. И вдруг в момент застыли все и онемели. Царство Черномора. Я чуть не заплакала.
    А нынче почему-то особенно трудно было. То ли устали, то ли – что завтра последняя ночь. У группы каждая минута на счету. Нас с моста не отпускают. Ноги промокли, ничего не хочется. Но француженка рядом. Улыбаемся. Мужик из массовки поставил чемодан на снежное крошево, похлопал рукой: садись, мол. Француженка села. Мужик ей еще сигаретку свою вонючую предложил. Не отказалась. А что? Такой же человек, как мы. Сидит и ждет.
    Интересно, что останется у актрисы после этих съемок? Кроме денег, конечно. И славы, если фильм кому-то понравится. Чувство, что Россия – это продуваемый мост, на котором жмутся одетые в плохонькую одежонку люди? А по обе стороны – разные миры, в которые им одинаково страшно податься?.. Жалко, коли так. Хотя, что греха таить, показываем-то мы самих себя. То есть играем. А кого еще, если режиссер ни о чем таком нас не просил и актерскими задачами не нагружал. Режиссер с нами, между прочим, вообще не общается. Ни здрасьте – ни… посрать, как один парень, прости господи, выразился. Может, это нарочно, чтобы мы толпой себя почувствовали, стадом. Чтобы плохо внутри. Ведь гонят из страны людей! Передают с рук на руки, как товар.
    Режиссеры люди умные, да только и мы не дураки. Понимаем, что к чему. И вообще, спасибо, что нас – не других!- в кино себе взял. Подарок к Новому году сделал. Дай бог ему здоровья.   
    Нет, Верунь. Никому я, кроме тебя, про эти съемки рассказывать не стану. Не поймут. Скажут, и что здесь интересного – мерзнуть на мосту ночь за ночью. Так-то оно так, да все ж не так. Ощущение внутри… тихой радости будто. Я ведь думала, что ничего в моей жизни уже не произойдет. В молодости жутко психовала, когда кто-то рядом о внуках мечтал – эгоисты, говорила! Не для вашей прихоти детей рожают! А сама?.. Будет у Ленки ребенок – вот мне и будущее. Не будет – зря небо прокопчу. Ну не дура ли?.. Деградация, Вера. Деградация – не спорь!.. Так что, спасибо, что в хорошем деле дали поучаствовать.     Может, никогда уже не доведется. Но кто здесь поверит в праздник, описанный такими холодными словами?.. К тому же, город киношников-то так не видел. Было? Не было? Как проверить? Ночью нормальные люди спят. Массовка тоже скоро в себя придет. На мосту ни следа от нас не останется. Вот так все в пыль и превращается. Жалко…
    Помнишь, какими мы были, Вера?! Правильно, что не едешь на меня смотреть. Стыдно. Тетка с авоськами. Это я-то – заводила всего курса когда-то!.. Слушай.… Не хотела я об этом, но не могу удержаться… Помреж сегодня сказал, что греку некоторые из нас понравились. И у него есть мысли о продолжении темы. Ну, типа, что с нами за границей потом стало. Не исключено, что кого-то вызовут в Москву. Поначалу. А потом, может, в Афины или еще куда-то – снимать эпизоды. Со словами. Соображаешь, что это значит?! Про меня?... Нет, про меня лично ничего не говорил. Сказал – некоторые, без фамилий пока. А если я – там? Ой, Верка, разворошилось внутри уже! Страшно. Ежели что – ведь кувырком все полетит! Что делать-то, Ве…  Алё, Вера? Алё!.. Разъединили.

 


Рецензии
Марина доброе утро! Такие съемки в кино мне знакомы. Мне "повезло". Почему в кавычках? Дело в том, что мне пришлось попасть в специальный досрочный призыв в армию для участия в съемках фильма "Война и мир". Об этом, если хотите, можно узнать здесь http://www.proza.ru/2017/09/14/963 А Вам зеленая кнопка и пожелания соблюдать правило этого сайта: для удобства чтения необходимо разделять абзацы двойным пробелом. С теплом, Е.М.

Евгений Борисович Мясин   17.09.2018 11:15     Заявить о нарушении
Спасибо за подсказку и добрые слова, Евгений Борисович!

Марина Ксенина   17.09.2018 13:36   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.