Ошибка Часть 3, глава 3

ГЛАВА 3.

Алёшка в этот вечер возвращался с тренировки домой в одиночестве. На последние три или четыре занятия Владимир не показывался. Возможно, что Алексей и не придал бы этому особого значения, вспомнив разговор с Володей, когда тот сказал: “Я уже, Алёша, натренировался за свою жизнь”. Однако внутреннее чувство, а главное, знание характера своего друга, подсказывали ему, что с Володей что-то происходит.

 К Ларисе домой он ходить не любил, заметив как-то, недружелюбный взгляд её, наполненный некоторой ревностью. На тренировке ребята, которые знали Володю, сказали, что на работе его видели все эти дни. В эту пятницу и мама, и бабушка собирались к Сашенко солить капусту.
 
Зайдя домой, после школы, Алексей прочитал записку, в которой Татьяна Сергеевна предупреждала, что они с бабушкой останутся там ночевать. Попутно она пригласила прийти и Алексея, если тот захочет.

“Нет, милые мои дамы, я не захочу. И что мне там делать без Вовки? А вот возможность избежать воспитательного процесса почти на сутки — это здорово!”, — так дословно вслух он прокомментировал прочитанную записку.

На улице стоял октябрь — замечательная пора в городе, когда после первых сентябрьских дождей и короткого похолодания, вдруг подул юго-западный ветер, неся черноморское тепло. Вновь вернулось весеннее настроение, сбивая, как бы обычный ритм, в перемене времён года.

Он многое перенял уже от своего старшего друга, в том числе и ходить пешком на длинные дистанции. В этот прекрасный вечер Алексей шёл, наслаждаясь, теплом встречного ветра и приятной истомой во всём теле, после усиленной тренировки мышц. Пройдя уже три четверти пути, он подходил к площади Ленина. Шёл, особенно не обращая внимания, на прохожих, погрузившись в обдумывание некоторых из своих предстоящих планов.

 Однако, подойдя к месту, где был цветник с розами, он случайно, бросив туда взгляд, заметил высокого парня, который поднялся со скамейки. Этот человек качнулся в обе стороны, едва, удержавшись на ногах, затем всё же выпрямился и пошёл несколько впереди Алексея.

—Надо же так нажраться! — мелькнула в голове у него мысль.

Уже через минуту Алексей догнал, идущего впереди него парня, и, поравнявшись с ним, полюбопытствовал взглядом. Он чуть не остолбенел, узнав в этом человеке Владимира. Алексей сначала обогнал его на несколько шагов, а затем перегородил Владимиру дорогу, что называется, “нос к носу” с самым нахальным и самоуверенным видом.

Сашенко сначала, не узнав его, метнул довольно строгий взгляд на такую вольность со стороны незнакомца. Но, как только он признал Алексея, сразу расплылся в улыбке, взял Алёшку своими руками за голову, привлёк к себе и поцеловал.

Алексей, видя что, его любимец сегодня под хорошим “градусом”, решил немного поупражняться в сатире и юморе.
—Вы это как, Владимир Андреевич, всех приветствуете подобным образом или избранный круг?
—Только избран… избранный, — заплетающимся языком произнёс Владимир.
—Понятно, — протянул Алексей деловито. — А куда вы путь держите, мистер Сашенко?
—К вам.
—Ясно. А по какому поводу вы сегодня в таком виде?
—В каком?
—Рубашка вылезла из брюк, мотня расстёгнута. Вы оказывали половые услуги страждущим или по - надобности?
—По ннадоб…надобности Алексей Викторович. Ну, вы и змей; глумитесь далее… Я всё равно тебя люблю! — сказал Владимир и положил свою руку на плечо Алексея.
—Ну ладно, о любви мы дома поговорим, — сказал Алексей. — Так ты серьёзно шёл к нам?
—Конечно, я уже почти неделю тебя не видел и стал скучать.
—Вовка, где это ты так пригубил?
—Тут недалеко, в одной компании.
—Хороша компания, почему они тебя отпустили в таком виде домой?
—А я сам не остался. Вышел покурить во двор, а потом ушёл.

Алёшка взял Владимира под руку и через некоторое время они уже подошли к подъезду дома. Вдруг Владимир резко остановился.

—Всё, дальше не пойду.
—Это как же, ты же сказал, что соскучился по мне или это громкие слова?…
Эта фраза привела в замешательство Володю и рассмешила Алексея. Он ведь понимал, почему Владимир не хотел подняться в квартиру, он стеснялся того , что его в таком виде могут увидеть мать и бабушка Алексея. Он стоял в это время, немного покачиваясь, и, силясь, выдавить хоть какую-нибудь мысль из пьяной головы, для принятия дальнейшего решения.
—Не могу, Алёшка, мне стыдно будет показаться вашим на глаза, — сказал он.
—Значит ты не так пьян, если соображаешь такие вещи, — несколько иронично произнёс Алексей, а потом добавил. — Ладно, Вовка, пошли домой. Сегодня все наши вместе у вас дома капусту солят, а потом в лото, наверное, до утра играть будут. Так что мы с тобой одни…

Поднявшись в квартиру, и, войдя в коридор, видя пьяную неуклюжесть Владимира, Алексей помог ему развязать шнурки и снять обувь.
—Вовчик, дальше ты сам раздевайся. Я не камердинер, а ты пока не граф. И потом мне нужно ставить чай.

Алёшка отсутствовал минут пятнадцать. Когда он вошёл в комнату, то увидел Владимира, сидевшего на диване, в одних трусах, а рядом на полу лежала вся его одежда, и работал телевизор. Алексей, присмотревшись, заметил, что последний его не смотрит, а дремлет с полуоткрытыми глазами. Он зажёг свет, и Володя открыл глаза.

—У меня всё готово, пошли на кухню… Ба! Что я вижу? Вовка, у тебя, наверное, стереотип, как зашёл куда-нибудь в дом, так сразу раздеваться. Это своеобразная подготовка к сексу? Я уже пожалел, что парнем родился, а то рядом с таким красавцем…
—Но ты же сам мне сказал, чтобы… — улыбнулся Володя.
—Ладно, ладно. Я же шучу, — засмеялся Алексей
—Ну ты и змей Алёшка!
—Ты мне уже это говорил.
—У меня был один такой друг, по женской части, который… которой тоже доставляло удовольствие подтрунивать надо мной всё время. А что из этого вышло?
—Ну и что вышло, Володя?
— Она исчезла, как утренний туман…
—Со мной это тебе не грозит. Ты меня, Вовка, даже если гнать будешь — я не исчезну.
—Гнать ты сказал, — обнял Владимир Алексея за шею, — вот ты доболтаешься у меня, что я тебе всыплю за эти слова.
—Фу! Ты чёрт! Чем это от тебя воняет, Вовчик. Какую гадость ты хлебал? Никак спирт?
—И спирт тоже.
—А-а! Проводишь, значит, время в компании расхитителей социалистической собственности, — с насмешкой сказал Алексей.
—Почему это расхитителей?
—Потому, Вовчик, что тебе должно быть известно, что в нашей стране в магазинах спиртом не торгуют. Его воруют на производстве.
—Слушай, маленький чёртик, ты сегодня уже весь яд вылили или осталось ещё?
—Хватит на вечер, — рассмеялся Алексей, — пошли ужинать и пить чай.
—Алешка, я хочу принять душ.
—После еды и примешь.
Они сидели и ужинали,
продолжая разговор. После ужина Владимир принял душ и улёгся в такую благодатную постель. Алексей решил, наконец, прояснить для себя одну давнюю ситуацию, тем более что хмельное состояние его друга способствовало “развязыванию языка” без особого труда.

—Ты не спишь? — спросил он Владимира.
—Нет ещё, — ответил тот.
—Как самочувствие после чая и душа?
—Я как на свет народился. Алёшка, тебе надо в театр сатиры с твоими данными подкалывать.
—Ты что, отвергаешь мой талант живописца? — сказал Алексей с пафосом и насмешкой.
—Вот опять я слышу сарказм, значит я прав.
—А мы живём в стране сарказма. Ты посмотри вокруг повнимательней… Я поэтому очень люблю сказку про Буратино, там мои любимые герои.
—Кто? Папа Карло и Буратино?
—Нет, не угадал. Мои любимцы кот и лиса.
—Почему?
—Потому что они, единственные персонажи, которые реально смотрели на окружающую действительность. Они учат в стране дураков уму разуму самих дураков. Дураки они ведь ждут чуда в жизни. У нас так вся страна ждёт…коммунизма.
—Я думаю, старик, что у нас его уже никто давно не ждёт.
—Володя, давай к делу. Дай мне слово для начала, что ты ответишь мне на любой вопрос, который я тебе задам.
—У меня нет от тебя секретов, ты это и сам знаешь. Спрашивай.
—Мне нужно знать фамилию, имя и отчество “Её”.
—Кого?
—Вовка, не прикидывайся наивным, ты знаешь, о ком идёт речь. О прекрасной незнакомке, убежавшей два года назад и, обронившей, туфельку в твоей душе.
—Золушка.
—Ну вот, а ты говоришь — я юморист. Ты не слабее, но я серьёзно, Вовка…
—Ямпольская Ирина Борисовна.
—А где они жили?
—На улице Артёма в трёхэтажном доме.
—А-а! Я знаю. Это элитарный дом, там живут “шишки”. И когда и куда они двинулись дальше?
—Два года назад, летом, они уехали в Москву.
—Как я понял, их не устраивало твоё социальное положение.
—Видимо так.
—Вот это да! С каких это пор, евреи стали пренебрегать чистокровными казаками?
—Алексей, — строго сказал Владимир, — чтобы в дальнейшем я этого не слышал. И потом казаков чистокровных, как ты говоришь, уже давно нет. У нас в анкете у всех рабоче-крестьянское происхождение.
—Тогда мне не понятно все, если так быстро…
—Ты же сам сказал, что мы живём в стране дураков, — перебил его Владимир с улыбкой. — И потом, Алексей, ты на сто процентов характером смахиваешь на твою предшественницу: экспансивный, властный максималист и самый порядочный и, любимый мною, пацан в жизни…
—Мне приятно это слышать! Поэтому сарказма больше не будет, и я умолкаю. Спокойной ночи, Вовчик!
—Взаимно, Алёша!


Когда утром Алексей открыл глаза, то увидел Владимира, сидевшего на кровати, который читал книгу. Алёшка некоторое время смотрел на него, пока тот не улыбнулся.

—Доброе утро! Как почивали, Алексей Викторович?
—Отлично! А почему ты не разбудил меня раньше?
—Хотел, чтобы ты подольше поспал.
—Вовчик, и какие планы у тебя на сегодня?
—Как и у тебя, наверное. Сегодня суббота — наш с тобой день.
—К Ларисе, значит, не пойдешь. Понятно. Значит, сейчас позавтракаем и пойдём к вам на Авиационную улицу, тем более что нас туда приглашали. Ты читал записку на столе?
—Да читал.
—Вовчик, всё забывал спросить у тебя об одном деле. И вот вспомнил. Ну как, ничего нового неизвестно о судьбе старика, который пропал тогда?
—Пока ничего нет. Исчез начисто.
—А как ты думаешь, что могло случиться? Ты ведь его знал.
—Да, я знал Александра Ивановича. Его секретарь, на которой он хотел жениться, утверждает, что это сделали его родственники.
—А это похоже на истину?
—Есть там один, Вадим Петрович, муж дочери Сотникова, так он весьма смахивает на бандита... Не хотели, наверно, чтобы делить имущество.
—А там было что делить?
—Не то слово Алёша. Там боярские хоромы и ещё много кое-чего другого к ним.
—А ты с ними часто общаешься?
—После исчезновения Александра Ивановича, только Лариса ходила туда. Она шьёт для хозяйки.

Алексей немного задумался, а Владимир смотрел на него в этот момент, как на самый дорогой предмет и чему- то улыбался.

—Вовка, я не барышня, меня не охмырить твоим оружием, так что не улыбайся. Я всё равно тебе пропишу псалтырь по полной программе за твои подвиги.
—Алёшка, ты однозначно напоминаешь мне одного человека, — рассмеялся Владимир — Я сильно тебя беспокоил своим поведением вчера?
—Мне приятны эти беспокойства и заботы, но надо с этим заканчивать. Я что-то не пойму, что в тебя вселилось? Все эти пьянки, которыми ты увлёкся, твои похождения с бабами. Все способы перепробовал а?
—Ты всё хочешь знать?
—Как всегда — о тебе всё.
—Что предлагали, — те попробовал, улыбнулся Владимир.
—Пришёл черёд мне предложить тебе свой способ… Ты должен начать подготовку в институт. Я говорил с мамой. По физике и математике она тебе поможет вспомнить то, что ты уже забыл за это время. Не позднее лета 1979 года мы оба уже должны быть в Москве. Я поступаю в текстильный институт, на факультет прикладного искусства, а ты выбирай сам.
—Это серьёзно?
—Абсолютно серьёзно. Неужели ты подумал, что если я поступлю учиться, то позволю тебе здесь оставаться?

Владимир просиял от этих слов. Сейчас он понял, наконец, как он был нужен Алексею и понял, что аналогичное чувство полностью заполнило и его душу. Да! Он не мог и представить себе, что может хоть сколько нибудь долго не видеться с Алёшей.

—Я только думаю про маму, как она отнесётся.
—А ты что, маменькин сынок, что ли? — шутливо бросил Алексей.
—Да я не про это. Я не боюсь от неё уехать, я боюсь её оставить.
—Об этом не беспокойся. Проработку мамы Ани я уже давно веду и есть хорошие результаты. Я скажу тебе больше: и мои предки, и твои — все согласны, чтобы мы ехали учиться оба. А там — глядишь, и предмет твоих вожделений найдётся…
—А если предмет замужем и у неё куча детей?
—Вовчик, за два года куча детей может быть только у сучки или кошки. Это, во-первых. А во-вторых, тебя бы это очень остановило?
—Нет, не остановило бы. Меня интересует только одно слово, которое я хочу услышать от неё. Она мне должна сказать либо “останься”, либо “уходи”. Во втором случае я смогу забыть её сразу и навсегда. Но это сейчас не главное. То, что для меня было главное, так это ты мне уже сказал…
—Ты считаешь, что друзья должны быть вместе всегда.
—Настоящие, Алёша, должны быть вместе всегда. Это не дружба, когда о тебе вспоминают раз в полгода или ещё реже. И уж, тем более, когда от тебя что- либо нужно. Понимаешь, Алексей, настоящий друг должен жить твоими интересами, а ты его… И если что- то происходит, так и узнавать он должен первым, а не из газетного некролога.
—Вовка, чувство юмора у тебя много выше, чем я раньше мог подумать, — рассмеялся Алексей. — Скажи мне лучше вот что: ты серьёзно порываешь с Ларисой? И почему?
—Я не могу её крутить мозги далее. Я стараюсь не обманывать её и себя относительно нашего союза. У меня нет с ней духовного общения, а это для меня… ты сам знаешь. Другое общение происходит при мысли, что это Ирина. И не только с ней…
—Вот это да! Ну, Вовчик, тебя хорошо Ямпольская приворожила, наверное, опоила чем-то, особенным.
—Наверное, — улыбнулся Владимир. — Ты что, слыхал о таких делах?
—Да, мама и бабушка как-то говорили про одну тётку, как она мужика удерживала, добавляя в красное вино это… ну, словом, что у женщин бывает раз в месяц.
—Ну и как, помогло ей это?
—Вот это я уже не ведаю, ибо не дослушал до конца их разговор… Ты Ирину любишь до сих пор? — резко меняя тему, спросил Алексей.
—Да, Алёша, до сих пор.
—А как всё ж таки вы расстались?
—Это самая большая загадка для меня. Это совпало ещё с одним событием.
—Каким?
—Это произошло одновременно с тем, как я познакомился с вами.
—Значит, мы виноваты, — сухо заметил Алексей.
—Ну зачем ты так. Вы здесь не причём.
—Это ты так думаешь. А я факты сопоставляю. Это случилось у тебя сразу после визита к нам домой. Я говорил с Анной Ивановной. И тот приход поздно вечером к нам, помнишь?
—Этот день я ещё долго помнить буду, — ответил Владимир с оттенком грусти, — впрочем, как и тот — на озере.
—Я её найду, Володя, и при первой встрече скажу, что она глупая женщина, раз могла так уехать от тебя.
—Нет, Алексей, тут я сам попробую, если…
—Долго ты собираешься, — перебил Алексей, — давно бы смотался в Москву. Гордый ты, чёрт возьми! Так, как же адресок её раздобыть? Если её папаша “наверху”, то в адресном столе их не будет. А она ничего тебе не говорила о своих подругах здесь?
—Здесь живёт её близкая подруга, которую зовут Валентиной. Но я даже фамилию не знаю её. У них была домработница, тётя Тося. Отчество тоже не припомню.
—А надо бы вспомнить, Вовчик. Надо бы!
Алексей заметил, что продолжение этого разговора сейчас больше не уместно: Володя помрачнел. Он решил переменить тему.
—А что, Вовка, когда ты мне будешь давать уже полный курс не в теории, а на практике.
Володя сходу поймал мысль Алексея, которая прозвучала в его вопросе
—Алёша, этому можно научиться, проявив терпение. Чтобы понять Ушу надо, чтобы его воздействие сказывалось на каждой клетке организма. И теория здесь не та, что даётся в школе по различным предметам. Это осознание себя частицей всего космического мироздания. Осознав это, ты ощутишь, как легко тебе управлять собой; твоё тело обретёт как будто крылья. А, кстати, ну-ка, назови мне восемь принципов быстро!
—Следование, давление, обман, отскок, опережение, ускользание, соизмерение, удар, — отчеканил Алексей и засмеялся.
—Чего ты “ржёшь”?
—Да так. Вовка, может, и о заповедях поговорим.
—Давай, назови десять заповедей.
—Не отвлекайся, используй знания для самообороны; будь скромен, почтителен, вежлив, честен, доброжелателен…

Тут Алексей закатился попросту от хохота. Володя подсел к нему на кровать и взял своего друга за голову.

—Так скажи мне, я тоже последую твоему примеру.
—Правильно, Вовчик, ты сейчас сказал золотые слова. Тебе действительно, моему учителю, надо последовать давно моему примеру, ибо ты систематически нарушаешь главную заповедь: сдерживай своё половое влечение. Как с этим быть?
—Ну змей ты, Алёшка! Ну всё подметит, чтобы посмеяться лишний раз надо мной. Ирина была, насмехалась всю дорогу. Теперь наследничек у неё нашёлся.
—Ладно, ладно! Вовка, ты бесподобен в своей наивности. Не буду больше тебя подкалывать. Скажи мне если не секрет, где ты этому научился?
—Мой отец дружил с одним китайцем, который и сейчас живёт в городе. У него русская жена. Они одно время порывались уехать в Китай, но после заварушки в середине шестидесятых он не стал рисковать. Прислали ему родственники письмо с предупреждением, что если он вернётся, то его посадят. Так они и остались здесь жить.
—Ты у них бываешь?
—После смерти папы не очень часто, но раз в два или три месяца захожу обязательно.
—Он обучал тебя бесплатно?
—Конечно, за это нельзя брать денег.
—А долго это продолжалось по времени?
—В общей сложности лет десять.
—Вова, в армии тебе это приходилось применять?
—Как-то было на занятиях по рукопашному бою. Я показал несколько приёмов, командир просто обалдел. Я, даже в нарушение заповеди, хотел обучить некоторых ребят, у которых увидел способности к этому. Но вмешался замполит. Он сказал что, все эти приёмы нужны в спецшколах. А потом, дословно говорю: “Учить этому толпу — значит множить ряды потенциальных преступников”. Дважды предлагали мне пойти в разведшколу.
—И что же?
—То, что я перед тобой сейчас. Мои родители не разрешили. Папа такое гневное письмо прислал, написал мне, что, как я посмел даже подумать об этом. А слово родителей, — для меня закон.
—Я бы тоже тебя не взял в разведшколу.
—Алёшка, это уже набило оскомину. Я уже знаю, что ты скажешь. Ирина всю дорогу мне твердила тоже самое. И не только она. Меня это уже раздражает.
—Напрасно ты так думаешь. Тебе это говорят искренние люди, доброжелательные, а завистники наоборот молчать будут и желать за твоей спиной гадости тебе.
—Если словом “красота” характеризуют внешность только женщины, ты глубоко ошибаешься. Потому что в этом случае мужчины никогда не смотрелись бы в зеркало. Покажи мне такого? Каждый из них, собираясь ли на свидание, или, идя в присутственные места, где есть женщины, обязательно заглянет на своё отражение, чтобы лишний раз торчащий волосок уложить на место или ещё что-нибудь… И больше всего потом будут кричать о том, что красота не главное для мужчины именно те, кто сам не выдался ни ростом, ни…И каждая девчонка, которая выбирает себе парня, хочет, прежде всего, в нём видеть красивого человека, даже если он не таковой… Именно, хочет видеть, Володя. И потом, как сказал великий писатель, что “красота спасёт мир”. Я добавлю от себя лишь то, что красивый человек — это добрый человек. Это аксиома.
—Ты философ Алёшка!—
—Ты мне это уже говорил. Вова, ты всегда так мягко говоришь слова “папа и мама”?
—А как надо?
—Я тоже думаю, что так и надо говорить. Просто в анкетах у нас везде “отец и мать” фигурируют.
—Я знаю. Просто с рождения я так привык, и мне не нравится казёнщина.
—А как же, известный роман Горького?
—Может, ему так нравилось, может, у него была “мать”. А у меня мама. Ты знаешь, что я и ругательство по матери не переношу. Бывало, бил по физиономии за это.
—А скольким ты в состоянии разбить морду?
—Это не скромно, Алёша. Ты же сам видел на танцплощадке, когда ходили с тобой. И напоминаю тебе, чтобы без меня, ты туда не шастал, а то я сам тебе задницу намылю.
—Прекрасно, значит, чистая будет. Беру тебя в банщики.
—Ну как ещё с тобой… маленький злодей, — улыбнулся Владимир, — но в данном случае я не шучу.
—Ничего ты мне не сделаешь, потому что я для тебя — Христос! А смотреть было здорово на то, как ты их размотал. Там было четверо или пятеро. Давай побыстрее мне эту науку. Я тоже хочу быть, как ты.
—Ты должен помнить всегда одно, что самое отвратительное, это поднять первым руку на человека, зная, что он слабее тебя или беззащитен перед тобой. Я хочу научить тебя защищать себя и других, но не нападать.
—Хорошо мистер Сашенко! Я вам благодарен, — шутливо сказал Алексей и прибавил уже серьёзно — А я хочу, чтобы ты не был столь наивным и легковерным перед каждой сволочью. Надо быть хитрее, Вовка. Время сейчас отнюдь не благородных рыцарей Айвенго.
—И это обязательно должно быть.
—Обязательно. Сейчас, с окружающими тебя незнакомыми людьми, это должно быть обязательно. Биться с тобой на кулаках не каждый станет, а вот подгадить исподтишка смогут.
—Да у меня нет врагов, и быть их не может.
—Напрасно ты так думаешь. Людская зависть — это первый враг всему. Нельзя так самоуверенно заявлять.

Наступила небольшая пауза в разговоре, и Алексей заметил, что Володя как бы не слышит его и думает о чём-то своём. Вдруг он словно встрепенулся и внимательно посмотрел Алексею в глаза.

—А может я и, в самом деле, неполноценный какой-то, — произнёс он с грустью, — мне и Лариса об этом сказала вчера…
—Нашёл, кого слушать, — перебил Алексей, — что там ещё молола тебе эта сучка?
—Алексей, зачем ты так? Она же тебе по возрасту мать.
—Затем. Она внушает тебе всякий бред, лишь бы удержать тебя. А то, что по возрасту она мне мать, так это к тебе больше относится, чем ко мне. Тебя всё время только и тянет на старух. Да и ты, как я понимаю, больше жалел её, чем она тебе нужна была на самом деле.
—Откуда ты всё это знаешь?
—Я это всегда читаю на твоём лице и в твоих наивных голубых глазах. Поэтому я предпочёл бы, чтобы для всех окружающих, ты паранджу с чачваном надевал.
—А что такое чачван?
—Это сетка из конского волоса, закрывающая лицо. Надо знать историю востока, Вовчик.
—Ты сегодня исповедал меня по полной форме? Всё узнал, что хотел, — спросил Володя улыбнувшись. — Ваша душенька, Алексей Викторович, всем довольна?
—Я всегда доволен, когда вижу твоё улыбающееся лицо. Я буду ещё более доволен, если ты, наконец, займешься делом. Я обалденно буду доволен, если ты, прекратишь ходить на мероприятия, подобно вчерашнему и будешь регулярно посещать секцию вместе со мной…И наконец, я очень буду доволен завершить сегодняшнюю полезную дискуссию и отправиться обедать, где нас, я предвкушаю, ждёт хороший красный борщ!


Рецензии