Мозаика. Собери свое счастье. Глава 16

Отложив утюг в сторону, девушка устало села на диван. Последние несколько дней вымотали ее окончательно. Она так устала от постоянных переживаний, почти перестала спать и с трудом заставляла себя съесть хоть что-нибудь. Даже мамина еда, которую Мила всегда так любила, не вызывала у нее аппетита.
Отвлекая ее от мыслей, запел мобильный телефон.
- Привет, Олькин, - сказала Барсукова.
- Привет. Как ты там?
- Нормально. Почти все упаковала, - Мила посмотрела на набитые вещами чемоданы. – Осталось по мелочам собрать и свалить на фиг.
- И как ты это все потащишь?
- А я сейчас только рюкзак возьму с самым необходимым. Ромка приедет, мы остальное и перевезем.
- Ну и подождала бы его. Чего в спешке срываешься?
- Не могу, Оль. Кончился у меня бензин. Мама со мной не разговаривает, папа весь на нервах мечется между нами. Да еще и Серега.
- Все еще дежурит?
- Угу.
- А ты точно все хорошо взвесила?
- Оль, не начинай. Никто в мире не сможет меня переубедить, - занервничала Мила.
- Хорошо, хорошо. Не шуми, - миролюбиво сказала Ольга. – Я просто еще раз хотела убедиться, что ты точно знаешь, что делаешь.
- Абсолютно точно!
- Ну, смотри, - Оля замолчала, а потом быстро добавила. – Прости, Милочка, у нас тут «авария». Так что я тебе позже перезвоню.
- Беги. Лешке привет, Кирюшке поцелуй. И смотри не перепутай. Пока.
- Ладно, не перепутаю. Пока, дорогая.
Мила отключилась и пошла на кухню. Включив чайник, она услышала стук в дверь. Подошла, посмотрела в глазок и, тяжело вздохнув, открыла. На пороге стоял мальчишка лет семи и протягивал ей букет красных роз.
- От дяди на черной машине, - сказал он и хитро улыбнулся.
- Спасибо, - сказала Мила.
Мальчик показал язык и, рассмеявшись, побежал вниз по ступенькам, выкрикивая на ходу:
- Тили-тили тесто, жених и невеста!
«Да уж, невеста...» - криво улыбнулась Мила и захлопнула дверь.
Она положила розы на тумбочку у входа и подошла к окну на кухне, осторожно глядя вниз из-за занавески.
Мартынов стоял, облокотившись на свою машину, и смотрел на окна квартиры Барсуковых.
- Опять на посту? – раздался голос Саши, который вышел из ванной, приглаживая мокрые волосы.
- Опять, – грустно ответила девушка и посмотрела на брата.
Он подошел к ней и прижал к себе, кидая взгляд за окно на Сергея.
- Мучается бедолага.
Со дня их последнего разговора Сергей каждый вечер приезжал к их дому и стоял так по нескольку часов, а какой-нибудь мальчишка, гуляющий во дворе, приносил цветы «от дяди на черной машине».
– И что нам с ним делать?
- Не знаю... Я ему все сказала. А он звонит, смски шлет, думает, что все дело в нем. Я уж и не знаю, как ему объяснить, что дело во мне. Это ведь я не хочу так дальше жить.
- Любит он тебя. Что уж тут поделаешь?
- Такой виноватой себя чувствую, сил нет. Скорее бы послезавтра. Хочу в Питер, к Ромке.
- Ты вроде как говорила, что его нет еще дома?
- Ну и что? Я пока красоту наведу, вкусняшек приготовлю и буду ждать его. Сюрприз устрою в виде себя любимой. Это в любом случае лучше, чем каждый вечер видеть Сережино несчастное лицо под окнами. Небось, уже весь двор нас обсуждает.
- Да ладно тебе, не парься. Пообсуждают и забудут. Поверь, цены на продукты и квартплата интересуют всех гораздо больше, чем твоя жизнь.
- Надеюсь, - девушка прижалась головой к его груди. – Сань, я так устала. Хочется уснуть и проснуться через пару лет.
Брат погладил ее по голове и поцеловал в макушку.
- Все наладится. Время – оно лечит, знаешь ли. А что касается Сереги... Хочешь, я с ним поговорю? Возьму бутылку, сядем, выпьем. Если надо, я и поплакать могу, на брудершафт, - ухмыльнулся Саша.
- Делайте, что хотите, - махнув рукой, Мила отодвинулась  от брата и опять замерла у окна.
- Тогда я так и сделаю. Поработаю сегодня психологом.
Молодой человек убежал в свою комнату одеваться. Улыбнувшись, Мила крикнула ему вслед.
- Эй, психолог, ты не забудь, что тебе завтра на работу.
- Серьезно? – наиграно удивился Саша, выглядывая из своей комнаты. – А я-то, дурак, думал, что среда - выходной. Оказывается, ошибался, - он подмигнул сестре, а потом уже серьезно добавил. – Не парься, я отгул возьму. Работа, штука нужная, но близкие люди – они, знаешь ли, дороже, - он исчез в своей комнате, появившись вновь через минуту. - Ну что, сеструха, до завтра?
- До завтра.
Девушка опять повернулась к окну и вздрогнула. Ей показалось, что она столкнулась взглядом с Сергеем. К счастью, ей это только померещилось. Мартынов переводил взгляд с одного окна квартиры Барсуковых на другое, будто пытаясь разглядеть, за каким из них прячется Мила. К нему подошел Саша и протянул руку. Они поздоровались, перекинулись парой слов. Минуту спустя Сергей уже нехотя открывал дверцу машины и, бросив последний взгляд на окна, садился за руль. Машина загудела и мгновением позже скрылась за поворотом.
А Мила долго еще стояла у окна, глядя на темнеющее небо. Ей вдруг внезапно захотелось вернуться в свою юность, когда не было проблем. И даже те, что были, не казались такими уж катастрофическими.

Саша появился дома на следующий день в одиннадцатом часу, не выспавшийся и слегка помятый. Не снимая обуви, он практически влетел на кухню и, налив стакан воды, залпом выпил его. Потом налил еще один. Мила, сидевшая за столом с ноутбуком, молча наблюдала за братом, с трудом сдерживая смех.
Допив стакан воды, Саша устало посмотрел на сестру.
- Как в песок, - страдальческим голосом произнес он.
Захлебываясь смехом, Мила с трудом произнесла:
- Вы что, всю ночь квасили?
- Всю, не всю, но то, что бурно - это факт. Я, если честно, концовку плохо помню, - еще одна порция воды была влита в его несчастный организм. – Черт, голова раскалывается, сил нет. Еле доехал, - молодой человек потер виски. – Смеешься, да? Весело? Из-за тебя, между прочим, пострадал!
- Ну, прости меня, Санька. Я больше не буду. Просто вид у тебя потешный, - виновато сказала Мила. – Покормить тебя? Я борщик сварила, как ты любишь. Чувствовала, что посиделки с Сережей не пройдут даром.
- Борщ – это хорошо. А если еще и таблетку какую-нибудь дашь, цены тебе не будет.
- Иди обувь сними и руки помой, а я на стол накрою.

Через полчаса Саша был уже за столом, жадно поглощая борщ. Сидя напротив, Мила смотрела на брата, терпеливо ожидая его рассказа. Когда тарелка опустела, Саня отодвинул ее в сторону и, откинувшись на спинку, сцепил руки за головой. Он посмотрел на сестру и сказал:
- Ну не смотри ты на меня такими несчастными глазами, - он потянулся и зевнул. – Санечка покушал, Санечка может говорить, - слушая его, Мила улыбнулась. - Поначалу разговор у нас не клеился. Говорил в основном Серега, а точнее орал! Потом алкоголь сделал свое дело. И сумасшедший крик поутих, превращаясь в поток боли. Все эти дни он варился в собственном соку, держа всю боль глубоко внутри и пытаясь понять, как такое могло произойти. И вот его прорвало. Он все говорил, говорил... Когда он устал и затих, заговорил я. Попытался донести до него то, что никогда не знаешь, какой судьба может преподнести сюрприз. Серега опять начал орать. Я думал, он вышвырнет меня из дома. Кричал, что убьет Рому, потом тебя, а потом и себя. Мне даже как-то жутковато стало. Но вместе с криком из него выходила злость. А к концу второй бутылки мы, обнявшись, желали вам с Ромой счастья. На третьей бутылке память меня окончательно покинула. Проснулся я на диване в комнате с дикой головной болью. Серега сидел на кухне за столом, так и не сомкнув глаз. Думал, видать.
- И что? – осторожно поинтересовалась девушка.
- Не переживай, все хорошо. Смертоубийства не будет. Ни приезжать, ни звонить он больше не собирается. Просил передать, что несмотря ни на что, любит вас обоих и очень надеется, что вы будете счастливы. Ну, а ты всегда можешь на него рассчитывать.
- Спасибо тебе, Санька, - Мила подошла и крепко обняла брата.
- Да мне-то за что?
- За то, что выслушал его, поговорил.
- Да не проблема. Он ведь мне друг, - Саша поцеловал сестру в щеку. - Хороший он парень. Жаль, что так все получилось.
- Саня!
- Да я так, больше не буду. Как я уже сказал как-то, это твоя жизнь.

***

- Вот вы где! – воскликнул радостно Олег и подошел к девушкам, сидящим на краю деревянного пирса. – Я вас уже полчаса по всему берегу ищу. Думал, вы в баре заседаете.
- Нафиг нам бар, когда нам и здесь наливают, - хихикнула Чайкина и подняла пустую бутылку в качестве доказательства.
- О, вы ее всю выдули? – Олег присел рядом и внимательно посмотрел на девушек.
- Ну а чё? Смотреть на нее что ли? – отмахнулась от него Тина и попыталась встать, но ее лишь качнуло в сторону. – Эх,- выдохнула она устало, и легла на пирс.
Мила посмотрела на подругу и, решив, что это не самая плохая идея, хотела прилечь рядом.
- Так, барышни, а ну-ка пойдем! Спать в домике будете!
Мила, у которой нервы оказались сильнее алкоголя, послушно поднялась на ноги. Олег, оценив ее состояние, склонился над Тиной.
- Алечка, вставай.
Но девушка уже сладко спала. Столетин подхватил ее на руки.
- Мил, держись за меня.
- Не переживай, я в порядке. Дойду, - достав фонарик, она включила его.
Они медленно шли по дощатому причалу, пристально глядя себе под ноги. Когда ноги коснулись прохладного песка, Мила с облегчением вздохнула.

Уложив Тину, которая тут же повернулась на бок и обхватила длинную подушку, Олег лег на раскладушку и посмотрел на Милу:
- Ложись, отдыхай.
- Ага, - выныривая из своих мыслей, девушка выключила свет.
Она лежала и смотрела в потолок, мысленно прокручивая в голове события того вечера, пока сон не навалился на нее тяжелой пеленой.

Хруст бьет по сердцу. Она оглядывается, не понимая, откуда раздается этот хруст, как вдруг видит: к ней медленно идет Сергей, наступая на тюльпаны. Шаг... Хруст... Еще шаг... Опять хруст... Цветы стонут и плачут. Она садится на корточки, пытаясь спасти оставшиеся в живых цветы, но он больно хватает ее за руку и рывком поднимает. Она смотрит ему в лицо, и ее сердце сжимает ужас. Его глаза пусты, а на безжизненном лице застыла боль. Она пытается вырваться из его цепких рук, но он вдруг сам отпускает ее и падает на стонущие тюльпаны. Его тело, лежащее среди цветов, медленно растворялось в тумане... «Это ты виновата в том, что я умер!» - обрушилось на нее. И она, не выдержав, громко закричала, чтобы заглушить его голос...

- Милааа! Милочка! Проснись! – Тина тормошила подругу, которая уже перестала кричать во сне и теперь была больше похожа на тряпичную куклу.
- Алечка, давай я на ресепшн сбегаю, - сказал Олег.
- Лучше воды дай, и если не поможет, тогда побежишь, - сказала Тина, не веря, что на острове ранним утром можно найти врача. Она взяла из рук Олега бутылку с ледяной водой и, плеснув в лицо подруге, несколько раз хлопнула ее по щекам.
Мила сморщилась и открыла глаза. Столкнувшись с испуганным взглядом Тины, она резко села.
- Ты чего? – удивилась Барсукова.
- Я чего? – возмутилась Тина. – Это ты чего? Как закричишь во сне, - она нервно покусывала губу. – Мы с Олежкой подскочили, как ошпаренные. Начали тебя будить, а ты мечешься по кровати и не просыпаешься. Я так испугалась.
- Серьезно?
- Нет, блин, сижу тут, прикалываюсь в пять утра. Делать мне больше нечего, -
Тина вдруг расплакалась.
- Эй, Тинусь, все же хорошо, - Мила обняла подругу и погладила по спине. – Мне кошмар приснился. А чувствую я себя вполне нормально. Разве что голова болит, но это, думаю, уже отголоски вчерашних посиделок.
- Девоньки, если все в порядке, может, еще поспим немного, а? – сказал Олег и вернулся в свою кровать. Укрывшись с головой простыней, он притих, а потом внезапно сел и заинтересованно посмотрела на девушек:
- А скажите-ка мне, милые барышни, у вас всегда так весело, когда вы напиваетесь?
- В каком смысле?
- Никакого смысла, простое любопытство. Думаю, может, стоит от вас подальше держаться в такие моменты.
- А че, страшно да? – хмыкнула Тина, вытирая слезы. – Не боись, Олежа, мы обычно не буйные. Это сегодня неудачные воспоминания.
- Ладно, поверю вам на слово, - он опять лег и укрылся. – Тушите свет, небуйные.
- Тинусь, ты тоже ложись, а я пойду, воздухом подышу. Все равно не усну, - прижимая к голове холодную бутылку воды, Мила подошла к двери. – Голова сейчас взорвется от мыслей.
- Я с тобой Барсучок, - подскочила с кровати Тина. Схватив пачку сигарет, она вышла вслед за подругой.
После комнатной прохлады воздух на улице казался слишком тягучим и жарким. Мила тяжело вдохнула его и забралась с ногами в деревянное кресло. Голова гудела, а перед глазами все еще стояло мертвенно-бледное лицо Сергея.
- Это ведь не правда, - она потерла виски, а потом подняла голову, пытаясь удержать в себе слезы. – Он ведь не умер, да? Это всего лишь сон. Дурной сон.
- Ты о ком, - вытянув ноги, спросила Тина, и прикурила сигарету. – Кто тебя так всполошил то?
- Сережа... – Мила тоже потянулась к пачке. Она так была поглощена своими мыслями, что не заметила, как сломала сигарету. Табак посыпался ей на халат, в который она зябко куталась, не смотря на духоту. Отрешенным взглядом Мила смотрела вдаль, где над морем медленно светлело небо.
Она сделала глоток воды, а потом произнесла:
- Жуткий сон... Тюльпаны, которые Сережа рассыпал, и он сам. Только не живой. У него такой взгляд стеклянный был, что я испугалась.
- Чего это вдруг? – удивилась Тина.
- А я знаю? Вчерашние разговоры сильно меня растревожили.
- Не парься. Подсознание порой с нами играет. А сон... Он пройдет, забудется. К тому же, я точно знаю, что все в порядке с твоим Сергеем. Жив, здоров, работает, тренируется. Зуб даю! – улыбнулась Чайкина.
- А ты откуда знаешь?
- Саша написал, - смутившись, ответила Тина.
- Хорошо, что у Сережи все хорошо, - задумчиво сказала Мила и вдруг встрепенулась. На минуту забыв о своих проблемах, она ошарашено уставилась на свою подругу.
- Тинусь, мне показалось, или ты что-то сказала про Сашу.
- Не показалось, я действительно сказала.
- Ой, как здорово! Что ж ты раньше молчала-то?
- Да говорить собственно не о чем.
- Как это? Ты переписываешься с Санькой, а я ни сном, ни духом.
- Да было-то всего пару раз.
- Ну, и? – Мила была настойчива.
- Вот жеж любопытная какая, - улыбнулась Тина. – Ничего глобального. Он постучался в скайпе, спросил про тебя. Переживает сильно. Я ответила, успокоила, как могла. Потом спросила про Сергея. Так, из любопытства. Оказалось, что у него все нормально. Позже еще пару раз переписывались. И все о тебе, да о тебе.
- Тинусь, ты не представляешь, как я рада!
- Чему?
- Да вы, спустя столько лет, начали разговаривать. Я готова прыгать до потолка.
- Спокойствие. Не радуйся раньше времени. Возможно, что он так любит тебя, что ему наплевать на наши проблемы.
- Ну...
- Я не готова пока это обсуждать. Тем более, что обсуждать нечего. А вот ты, - Тина строго посмотрела на подругу, - раз уж разбудила меня, давай рассказывай, что там у тебя дальше случилось. А то Олежка нас вчера не вовремя нашел.
- Дальше хочешь?
- Очень!
- Дальше все совсем непросто. И хотя душа наизнанку, чую, пора заканчивать с этими душевными траблами.
- О, я наконец-то узнаю, с чего вдруг ты сбежала от своего идеального Ромки.
- Не такой уж он идеальный, - печально сказала Мила.

***
Девушка замерла перед закрытой дверью своего нового дома. Пошарив в сумочке, нащупала ключи и открыла дверь. Шагнув в квартиру, она радостно улыбнулась.
«Неужели я это сделала?» - мелькнуло у нее в голове. Оглянувшись, она вдруг услышала голос:
- Ромка, милый, уже не отвертишься. Еще чуть-чуть и станешь папой. Надеюсь, ты рад? – дернувшись, будто от удара, Барсукова медленно пошла на звук этого счастливого голоса. – Да все нормально, не переживай, - в приоткрытую дверь Мила увидела совсем молоденькую девушку. Она стояла у окна и улыбалась, разговаривая по телефону. - Восемь недель уже, - Мила почувствовала, как внутри все похолодело. Не в силах дальше слушать этот разговор, она попятилась назад. - Да не понятно пока кто, - опять смех. - Осталось только маму мою поставить в известность. А то без ее согласия меня в ЗАГСе замуж не пустят. Так что ты готовься к маме на поклон.
Мила слушала этот голос и понимала, что ее мир начинает рушиться. Любовь, счастье, будущее... Все это с треском ломалось вокруг нее и рассыпалось на тысячи осколков. С трудом сдерживая крик боли, Барсукова тихо пошла обратно к входной двери.
- Ромка, любимый, приезжай за мной скорее. Я так соскучилась, - донесся голос незнакомой девушки. Мила грустно вздохнула и тихо закрыла дверь.
«Не переживай, он уже скоро приедет», - мысленно ответила Мила незнакомой девушке и медленно поплелась вниз по лестнице. С каждой ступенькой силы покидал ее. Ей казалось, что еще шаг, и она рухнет прямо на бетонный пол.
- Девушка, вам плохо? – поинтересовалась пожилая женщина, выходящая из лифта этажом ниже.
- А? – Барсукова подняла голову и с трудом сфокусировалась на лице старушки.
- Вы хорошо себя чувствуете? – опять заботливо спросила женщина. – На вас лица нет.
- Я? – Мила посмотрела на эту милую бабушку, пытаясь понять, что ей говорят. Когда до нее дошел смысл слов, она всхлипнула. – Мне плохо... Мне невыносимо плохо. Не знаю, что делать дальше.
- А вы сходите к врачу, - посоветовала пожилая женщина и покачала головой.
- Увы, врач мне не поможет, - пробормотала Барсукова и опустила голову. – Я хочу домой. Мне надо домой, срочно!
Она вдруг с остервенением вытерла слезы. Посмотрев на женщину невидящим взглядом, девушка резко сорвалась с места и побежала вниз, не замечая ни головокружения, ни боли, разрывающей ее тело изнутри.


Рецензии