Реакция короткого замыкания

               
                I

Эта история началась за две недели до Нового года. Кассир банка Виктор Гришин уходил последним. Собственно говоря, открывать и закрывать отделение было его святой обязанностью, как материально ответственного лица. Поэтому он приходил на работу раньше всех, а уходил последним.

Эта привычка у него сложилась с тех времен, когда он впервые, будучи  молодым  выпускником  экономического  вуза  переступил порог  банка, эта привычка  у  него  сохранилась, когда  в  течение  трех  лет, он  сделал блестящий  карьерный рывок  и,  неожиданно для многих, был  назначен  начальником отделения, это же  сохранилось  после  того как  он  вновь  стал  кассиром  и  начал  ловить  на  себе  презрительно - недоумевающие взгляды  молодых  сотрудников.

Педантичный  и  аккуратный, до  брезгливости, он  наводил порядок  на  столах  в кассовом  зале, хотя  этим, вполне, могли заняться  утром приходящие  уборщицы.
На одном из столов  валялись  испорченные  небрежным  заполнением  бланки: приходные и расходные  ордера,  рекламные формуляры, платежные  поручения. Подойдя к  столу, Гришин  поднес  к  нему  пластмассовую  урну и стал сгребать  эти  листки.

 В  дальнейшем,  он так  и  не смог дать  себе  отчет, что  привлекло  его  внимание  к скомканному  бланку  расходного  ордера,  лежащему несколько  в  стороне от  остальных  бумажек.  Поставив  урну на пол, Виктор  развернул  бланк и  прочитал: « В  моем  кармане  пистолет. Быстро  и  не  привлекая  внимания,  передайте мне всю валютную  наличность…»
На бумаге была попытка  написать  еще  что-то, но  в  авторучке, очевидно, закончилась  паста  и  на  бланке  пошли  нервные  линии,  так  как  бывает, когда  человек  хочет  « расписать» ручку.

Виктор машинально раскрутил  пластмассовый  корпус  и, убедившись,  что  паста  действительно  закончилась,  также  машинально, достал  из  стола  бухгалтера - операциониста,  стержень с пастой  и   вставил его  в  ручку.
Затем, опять  несколько  раз   перечитал  надпись.
Кроме  содержания,  что-то  было  в  этой записке   необычно,  что, называется,  « цепляло  глаз». Наконец  он  понял -  в  словах  буква « Т» была  написана  как  « М» с параллельной  черточкой,  наверху.
« Так  сейчас  никто  не  пишет,- подумал  он, - либо неграмотный,  либо, наоборот,  например,  филолог. Странно!  А еще,  эта записка  предназначалась лично мне…!»

В  отделении  было два  кассира,  но именно  Виктор  Гришин – был  валютным.
 Виктор  собрал все испорченные листки, побросал их в корзину для мусора, подумал немного и  выбросил  записку, после чего вышел на улицу.
Некоторое время  он  постоял, глубоко вдыхая  холодный воздух, затем запер дверь банка и побежал в соседнее  круглосуточное кафе, позвонить на пульт охраны. Затем опять вернулся, дождался, когда на двери загорится световой  индикатор  сигнализации, после чего медленно пошел в сторону дома.

Отделение банка находилось  рядом  с  центральным  рынком, кругом было много магазинов и  торговых  точек.  На  небольшой  площади  перед  автобусной  остановкой  несколько  кавказцев  вовсю  торговали  елками.
Несмотря на поздний вечер,  ощущалась  предновогодняя   торговая  суета.

Вечером,  сидя  дома  перед  телевизором,  Гришин  не  мог сосредоточиться  на программе.
Все  время всплывали фразы из  записки,  все  время  память  останавливалась на чудных  буквах «Т».
« Надо было оставить эту записку,- подумал  Виктор, - показать коллегам…».
При воспоминании о  них  настроение  испортилось. Усилием  воли он  отогнал  от  себя  эти  мысли.


Сигнал  тревоги – сирена  находилась  в  здании  еще  с  советских  времен.  Сам  колокол  помещался  на фасаде,  выходящим  на  улице. Современную  систему также  смонтировали.  В отличие  от старой,  современная система  была  беззвучна,  только  через  какое-то  время  на  пороге  появлялись  вооруженные  милиционеры.  В силу  своей  беззвучности,  она не  вызывала  доверия  у руководителей  банка,  к  тому  же  ее надо  было  дважды  в  день  программировать  на  специальном  пульте.

Поэтому,  начальник  отделения  Семен Лещенко  проверял  каждое  утро  старую  систему. Всего  в  банке  было  четыре  кнопки  у  кассиров  и  одна  в  кабинете  у  начальника.

Пробное включение  всегда  было коротким,  к  нему  так  привыкли,  что  иной  раз  служащие,  да  и  прохожие  никак  не  реагировали.

Гришин  сидел  на своем  месте  в  кассе, когда короткий  механический  вопль  засвидетельствовал,  что  сирену  в  очередной  раз  испробовали  и  что  она  исправна. Как  обычно,  при  этом  звуке он  взглянул  на свои  две  кнопки,  находившиеся  на  стене  прямо  под  окошком.

Начальник  отделения  - Лещенко  вышел  из  своего  кабинета  и  махнул  рукой  Виктору. Они  вместе  вошли  в  подсобное  помещение,  спустились  в  подвал,  где  находились  сейфы  денежного  хранилища  и  сейфы  клиентов.  У  каждого  из  них  были  отдельные  ключи  от  сейфов,  которые  могли  быть  открыты  только  двумя  ключами  одновременно.

- Мне  кажется,-  сказал  Гришин,-  мы  в  последнее  время  держим  слишком  много  наличности  в  кассе.
- Сегодня  пятница,- напомнил  Лещенко.
Каждый четверг  в отделение  приезжали директор  и  кассир фирмы «Фрут-тайм»  и  приносили недельную  выручку  со  всех  своих  магазинов,  а  это  почти  двести   тысяч  долларов,  часть  из  которых  шла  на  текущий  счет,  а  большая – банковским  переводом  отправлялась  в  США,  для  закупки  новой партии  овощей  и  фруктов.

Каждую   пятницу, после  обеда,  в  отделение  приезжал  бухгалтер зерновой компании,  который  снимал  со  счета и  получал  наличными, приблизительно,  такую же  сумму. Поэтому,  так сложилось,  что  поступившую  валюту  в  эти  два  дня  в  хранилище  не  спускали,  а  держали  в  кассе.
- Сколько в  кассе  на  сегодня?-  спросил он.
- Сто восемьдесят  семь  тысяч  долларов, двадцать  три  тысячи  немецких  марок, восемьсот  тысяч  российских  рублей.
- Сколько  забирают  вечером?
- Двести тысяч  заберет!
- Хорошо.  Дойчмарки  и  рубли  спустите  в  хранилище,  двадцать тысяч  долларов  поднимите  в кассу. Свяжитесь  с  филиалом – пусть инкассацией  еще  подвезут еще  тысяч  сто. Новый  год  приближается,  будут  массово  снимать, и  менять  для турпоездок!
Пересчитав наличность  в  хранилище,  они синхронно закрыли  его  и  поднялись  наверх.
Гришин автоматически  выполнял  свои  обычные  обязанности,  а  мысли  то  и  дело  возвращались  к  вчерашнему  листку  бумаги.  Можно  было  бы  рассказать  остальным,  но  без  записки  не  поверят. Начальник  потребует  доказательств и, не  видя  их,  презрительно  посоветуется  заниматься  делом.  Остальные  выслушают  и  ничего  не  скажут,  а потом, за  спиной,  начнут  насмешливо  фыркать.

Операционистка  Марина  Чигляева?  Виктор  посмотрел  на  нее.  Год  назад  у  него  была  с  ней  непродолжительная  связь.  Нет,  она  тоже  не  поверит.

После  выходных  воспоминание  о  записке  стало  бледнеть  и  представлять  чем-то  ирреальным. Да  и  нахлынувшие  текущие  дела  не  давали  времени  на  рассуждения.  Виктор  был  завален  платежами  и  работал,  буквально,  не  поднимая  головы.

В  четверг  все  было  как  обычно -  с утра « Фрут-тайм»  сдал  свою  выручку  и  перед  обедом  наступило  неожиданное  затишье. Гришин  вскипятил  чай  и  стал  смотреть  в окно,  прихлебывая  из  стакана.  Возле  входа  он  увидел  ряженного  в Деда  Мороза  человека  с плакатом  в  руке.
Что-то  в  его  внешности  и  поведении  насторожило  Виктора,  и  он  стал  внимательно  разглядывать  человека.

Судя  по  фигуре,  он  был  молод, подтянут,  красная  шуба  и  шапка  были,  явно, не  по  размеру,  он,буквально, утопал  в  них. Все  лицо  было  закрыто  большой  белой  нейлоновой  бородой. Еще  Виктор  обратил  внимание  на  армейские  ботинки – берцы.

Из подсознания  всплыло,  что  Дед  Мороз  должен  быть  в  валенках,  но  погода  была,  как  обычно,  слякотная  и  ботинки  оправдывали  себя.
А  еще,  Гришин  обратил  внимание  на  плакат  в  руке  человека. Там  было  написано: « Не  забудьте  посетить  универмаг  №  1. Новогодние  и  рождественские  подарки   на  любой  вкус». Надпись  была  «самопальной»,  печатные  буквы  написаны  гуашью  вкривь  и  вкось,  а  самое  главное -  все  буквы «Т»  были  написаны  как  в  записке,  с  черточкой  сверху.


Мысли  не  покидали  Виктора, когда  он  сел   на  свое  место  и  продолжил  работу. Вечером,  когда  до  закрытия  остался  час,  Дед Мороз  зашел  в  банк. Гришин  сразу  же  увидел  его. Все  вокруг  стало  очень  реальным. Мысли  тоже  пришли  в  порядок: « Кроме  меня  никто  ничего  не  знает.  Может  произойти  все что  угодно».

Дед  Мороз подошел  к  столику, присел  на  стул  и  начал  писать. Он  был  единственным  клиентом  банка. Служащие  вполголоса  обменивались  безобидными  шутками  по  его  адресу,  он, скорее  всего, слышал,  но  даже  на  расстоянии Гришин  почувствовал,  как  ему  не по  себе  быть  в  центре  внимания.
Виктор  увидел,  как  рука  сама  протянулась  к  «тревожным  кнопкам»,  а  глаза  не  выпускали  из  вида  каждое  движение  Деда  Мороза. Почему  он  тянет  время,  пишет  эту  записку  прямо  здесь? Почему  не  заготовил  заранее? А  как  бы  я  сделал  сам?

Дед  Мороз  медленно  отодвинул  стул,  собираясь  подняться. Сзади  открылась  входная  дверь и  в  отделение  вошел  маленький  мальчик,  следом  молодая, но  уже  дородная  мамаша. Дед  Мороз стоял, держа  в  руке  листок  бумаги, правая  рука  была  засунута  в  карман  шубы.

- Здравствуй  Дед  Мороз!- пронзительно  крикнул  мальчишка. Тот  вздрогнул  и   после  небольшого  колебания, ответил.
- Мама,- опять  закричал  мальчик,- Деду  Морозу  тоже  нужно  ходить  в  банк!
Служащие  громко  засмеялись. Дед  Мороз сделал  еще  шаг в  сторону  кассы. Виктор  увидел,  что  у  него  напряженные  глаза,  в  них  сквозила  неуверенность  и  смятение. Сквозь  нейлоновую  бороду  просвечивала  пульсирующая  вена  на шее.  Дед  Мороз  уже  собирался  подать  Гришину  лист  бумаги,  которую  держал  в  левой  руке,  когда  мальчишка  дернул  его  сзади  за  полу  шубы.
- Дед Мороз! Дед Мороз! Я  хочу  пистолет!  Настоящий  пистолет!
Мужчина  вздрогнул,  в  его  лице  не  было  и  тени  улыбки.
- В  самом  деле?
- Я  получу  пистолет?-  Мальчишка  продолжал  держать  его  за  шубу.
- Да,-  ответил  тот,  лицо  его  окаменело.
- Я  получу  пистолет?  Дед  Мороз,  что  у  тебя  в  кармане? У  тебя  в  кармане  пистолет?
Мужчина  дернул  за  полу,  вырвал  ее из  рук  мальчика. Смех  в  зале  прекратился.
- Петя!- строго  вмешалась  мамаша.
- Мама,  у  Деда  Мороза  в  кармане  пистолет!
- Нет. Петя,  не  приставай  и не  говори  глупостей.
Дед  Мороз  спрятал  лист  бумаги  в  левый  карман,  вынул  правую  руку  и  отстранил  мальчишку. В  банк  зашли  три  человека.
- Я  забыл  взять  деньги…, я  сейчас  вернусь…
Мужчина  резко  повернулся  и  вышел  из  отделения.

Виктор  закрыл  окошко и  выставил  табличку  «Технический  перерыв», затем  быстро  вышел  из  кассы и  зашел  в  кабинет  начальника.
- Ну  ладно,- недовольно  сказал  тот, - идите,  лечитесь. Скажите  Марине, пусть  Вас  заменит,  а  основные  платежи, пусть  Оля  переключит  на  себя. Отделение  я  закрою  сам.

Лещенко  взглянул  на  Виктора:
- Да,  вид  у  Вас, действительно  неважный!

Гришин  выскочил  из  кабинета, подошел  к  Чигляевой,  затем  ко  второму  кассиру  Оле  и  передал  распоряжение, схватил  куртку  и  выскочил  на  улицу. Деда  Мороза  нигде  не было. Виктор  внимательно  осмотрел  улицу  и  вдруг  увидел  мужчину  лет  сорока  в  черном  драповом  пальто и  военных  ботинках,  который  нес  в  одной  руке  мешок, из  которого  выглядывал  конец  красной  шубы,  в  другой -  изрядно  подмокший  плакат.

Мужчина  вышел  из  подвального  помещения  торгового  центра,  очевидно,  из  туалета,  где  мог  переодеться.

Он  прошел  в нескольких  метрах  от Виктора,  не  обратив  на  него  ни  малейшего  внимания, открыл  дверцу  припаркованного  « Жигуленка», включил  зажигание  и  стал  прогревать  двигатель.
Гришин,  стараясь  не  выпускать его  из  виду, метнулся  в  сторону  переулка, примыкающего  к банку,  где  стоял  его  старенький  «Москвич».
Наконец, машина  неизвестного  тронулась  и двинулась  прочь  от  центрального  рынка.

Виктор аккуратно,  на  приличном  расстоянии,  следовал  за  ним. Наконец, автомобиль  подъехал  к  одному  из  общежитий  в  районе  Сухого Фонтана.
Мужчина  вышел  из  машины,  вынес  мешок  и  плакат,  закрыл  ключом  дверцу и  зашел  в  дом.
Виктор  немного  подождал,  но  потом  понял, что тот  из  дома  уже  не  выйдет,  плавно  тронулся, осветив  фарами  номер  машины  неизвестного.

Вернувшись  домой, он позвонил по  телефону  Марине:
- Я  не  помешал?
- У  меня  гости,- ответила  она,- давай  позже!

Часа  через  два  она  позвонила  сама:
- Ты  чего  звонил? Сейчас  можно  поговорить.
- Да нет ничего. Проблема растворилась  сама собой.
Положив  трубку,  он  сидел  неподвижно,  глядя  в  пустоту. Между  этими  двумя  звонками,  Виктор  Гришин  принял  решение,  которое  следовало  держать  при  себе.

Ночью он  долго  не  мог  уснуть. Вспоминалась  вся  его  жизнь. Учеба,  начало  карьеры,  женитьба,  рождение  дочери,  повышение  по  службе,  квартира, которая  досталась  им  после  смерти  его  тетки. А затем,  как  в  мелодрамах - неожиданное  возвращение  домой,  голая  жена  в постели  с  каким-то  мужиком,  драка, исчезновение  жены  и ребенка,  заочный  бракоразводный  процесс и,  наконец,  запой.

Он пил  неделями,  не  появляясь  ни  дома,  ни  на  работе. Оттуда его, кстати,  сразу  же  уволили. Затем  было  трехмесячное  лечение  в  отделении  наркологии  и  полная  отрешенность.

Через  полгода  Виктор,  все-таки, вернулся  в  банк,  но  опять  кассиром. Помог  отец,  который  был  однокурсником  управляющего  по институту,  да  и  сам  Гришин,   когда    руководил  отделением -  был  на  хорошем  счету.
Начальником  отделения  был  назначен  племянник  управляющего – Лещенко,  который  открыто  презирал  Виктора и  создал  такую  же  атмосферу  в  коллективе  по  отношению  к  нему.

Только  с Мариной  у  него  остались  доверительные  отношения.
« Мне  38 лет, холост,  старенькие  родители, двухкомнатная  «хрущевка» и  дряхлый  «Москвич» - полная  безысходность»- думалось  ему.


В  пятницу утром  Виктор  сел  на  свое  место за  кассой,  портфель  с  обедом поставил  под  стол.  Первое что  сделал – пересчитал  наличность  после  Марины, после  чего  составил  акт, на  котором  они  оба  расписались.
- Я  ничего  не получала  и  не  выдавала,- сказала  она
- Ну  и  хорошо,- буркнул  Виктор
- Сегодня  тебе  лучше? Так  что  ты  все-таки  хотел  вчера?
- Просто  поболтать!
- Головная  боль  прошла?
- Да!

Когда  Марина  ушла  к  себе, Гришин  вытащил  из  портфеля  пакет  с  бутербродами  и  выложил  их  на  стол,  рядом  с  телефоном.
Увидев,  что  за  ним  никто  не  следит,  открыл  ящик  с наличными   и, быстрыми  точными  движениями, стал  перекидывать  пачки  долларов из  ячеек  к  себе  в  портфель.  Затем  закрыл  его  и  задвинул глубоко  за  тумбу  стола. В  ящике осталась  меньшая  часть  суммы,  что-то  около  двадцати  пяти  тысяч.  В отделении  никто  ничего  не  заметил. Все  было  как  всегда.
Лещенко  проверил  сирену. Дед  Мороз  перед  зданием  не  появился.


На  обед  Виктор  не  пошел,  сказал,  что останется  на  месте,  чтобы  компенсировать  вчерашнее  отсутствие. Лещенко высокомерно кивнул и удалился.
Деда Мороза все еще не было. Гришин почувствовал, как его охватывает дрожь – вечер приближался, скоро должен был подъехать «зерновик» за своими деньгами, а денег в кассе не было. Как он объяснит их появление из своего портфеля, тем более что при получении обязательно будет присутствовать Лещенко. Выложить все обратно в стол?

Виктор узнал его сразу же, как только тот появился в двери.
Сейчас его внешность была совсем невыразительной: плащ-пуховик с поднятым воротником, кожаная кепка, надвинутая на лоб, темные очки и все те же армейские ботинки.

Было около 16-ти часов. Виктор почувствовал, как проходит дрожь. Мужчина направился прямо к нему и занял место в конце очереди. Новые клиенты в банк не заходили. Человек в пуховике подошел к окошку Гришина и сунул в кассу лист бумаги. Это был бланк расходного ордера, но надпись сделана на обратной, чистой стороне.

Виктор взял листик и прочитал уже знакомые ему слова, написанные печатными буквами: «В моем кармане пистолет. Быстро и не привлекая внимания, передай мне всю валюту». Те же характерные буквы.

Удивляясь собственному хладнокровию, Виктор выдвинул ящики стол так, чтобы грабитель мог видеть, и стал выкладывать на стойку пачки купюр. Мужчина вытащил из кармана матерчатую сумку и принялся быстро складывать туда деньги.

Опустошив верхний ящик, Гришин выдвинул средний. Когда дело дошло до нижнего, дверь в кассовое отделение скрипнула и на пороге появилась Марина. Грабитель быстрым движением достал из кармана газету и положил ее на стойку, затем под газету что-то подсунул. Это был пистолет. Мужчина чуть улыбнулся и поднес указательный палец к губам.

Виктор оглянулся и увидел оцепеневшую Марину. Он хорошо рассмотрел выражение ужаса на ее лице. Наконец он закончил передавать купюры на стойку. Грабитель сгреб последние банкноты, кинул их в сумку и стал удаляться.
Гришин увидел, как плащ мелькнул в окне банка. Он нащупал «тревожные кнопки». Как только послышался шум мотора, он нажал на обе кнопки одновременно. Вой сирены накатился как лавина.

                II

В ближайшие полчаса в отделении стало не продохнуть: управляющий филиала со свитой ревизоров, милиция госохраны, милиция из уголовного розыска, следователи из милицейского управления и, наконец, телевизионщики из «Криминального курьера». Последних, вообще непонятно кто вызвал, но управляющий не стал возражать. Реклама, даже такая, была выгодна, банк все равно на слуху.

Каждый требовал от Гришина и Марины подробного, в деталях, отчета. Записку, оставленную преступником, криминалист тщательно упаковал в целлофан. Были сняты отпечатки пальцев со всех сотрудников.
Начальник отделения Семен Лещенко сразу потерял свой лощеный представительный вид, сник, сгорбился и даже как-то постарел. Управляющий, его дядя, не обращал на того ни малейшего внимания, что уже было грозным признаком. В то же время, к Гришину он подошел и молча, одобряюще потрепал по плечу.

Наконец к банку подъехала какая-то очередная милицейская машина, и Виктору с Мариной было предложено проехать в управление для допроса. Перед уходом кассир незаметным движением ноги задвинул портфель в расщелину между тумбой и стойкой. Помещение закрыли, и один из милиционеров налепил на дверь бумажку с печатью росписью.

Сидя в машине, Марина крепко сжала руку Гришина.
- Пожалуй, не слишком-то храбро я себя вел, - сказал он.
- Ты сделал единственно правильную и разумную вещь.
В милицейском управлении следователь показал им альбом со множеством фотокарточек. На тридцать шестой Виктор узнал человека в пуховике. Он не предвидел такой возможности – и сейчас удивился своей выдержке. Марина тоже никак не среагировала.

Вскоре после шестидесятой фотографии они сдались. Следователю кто-то позвонил, и вид  у того стал угрюмый. Что-то у них не складывалось. Тем не менее, допрашивал он их еще в течение полутора часов.

Показания были отпечатаны, и Гришин с Мариной их прочитали. Виктор, подписывая, удивился, что рука выводит подпись твердо, как всегда.

- Я вас больше не задерживаю, - хмуро сказал следователь, - если понадобиться, то еще вызовем. Куда вас отвезти?
- Простите, - сказал Гришин, - я забыл в кассе свои вещи, у меня там остался портфель с недоеденными бутербродами, а завтра суббота. Можно забрать?
Следователь, молча, кивнул.

- Скажи, Витя, - сидя на заднем сиденье, спросила Марина, - тебе было страшно или интересно?
- И то и другое понемножку.
- Ну что же, во всяком случае – все позади. И нас покажут по телевизору.

Милицейская машина подвезла Виктора к банку и поехала дальше.  Банк был уже заперт, все любопытные, ранее толпившиеся у входа, уже разошлись. Позвонив на пункт охраны, Виктор зашел в помещение.
В воздухе стоял запах табачного дыма. Начальство и милиция пока топтались в помещении, курили не церемонясь.
Дальнейшие действия Гришина отличались быстрым автоматизмом.

Он открыл дверь кассы, достал портфель, переложил денежную наличность в целлофановый   пакет. Затем быстро метнулся к ящику с ключами в операционном  зале, схватил связку ключей и помчался в подсобное помещение, где открыл дверь хранилища и спустился в сейфовый зал.  Увидев  немаркированную дверцу под №  56, он нашел  ключ  на связке, открыл  ячейку  и  переложил туда все деньги. Отцепив ключ от связки, он положил его в карман. Затем повторил все действия в обратном порядке. Поднявшись в зал, заполнил карточку и контрактный договор  на первое, пришедшее ему в голову имя – Резун В.В. и вложил карточку с копией договора в ячейку.

Все  свои намерения и действия Виктор рассчитал точно: среди операционистов не было постоянно закрепленного человека за банковскими ячейками. Поэтому в случае чего, появление новой карточки никого не озадачит. Одни подумают на других. Тем более, Марина Чигляева, нынеший операционист, оформляющая  данное направление,  отличалась рассеянностью  и забывчивостью.

Закончив, Виктор посмотрел на часы. На все про все ушло двенадцать  минут. Это вписывалось в легенду о том, что он забирал вещи, если кому-то придет в голову проверить время снятия и постановки на сигнализацию.
Уже сидя дома, он почувствовал, как его стала бить сильная дрожь. Выпив полстакана водки, стал постепенно успокаиваться. Позвонила мать с упреками, что они о случившемся узнают последними.

Позже, сидя у телевизора, он увидел свое лицо: спокойный человек, осторожно выбиравший слова. Потом крупным планом показали записку грабителя. И опять  его лицо. На экране он говорил: « …когда я прочитал его записку, то сразу стал выгребать  деньги из ящиков стола. Я понял, что угроза серьезная и у него действительно пистолет в кармане. А затем он его выложил на стойку и прикрыл газетой. Из соображений безопасности я не включил сирену, пока оно не покинул банк".

Затем показали Марину. Она дала только общее описание грабителя. Особо подчеркнула, что видела пистолет под газетой и жутко испугалась. Затем был Лещенко. Вид у него был растерянный и подавленный. Репортер спросил, сколько наличных денег было в кассе:
- Это, в большинстве случаев, на усмотрение кассира, но я с себя вины не снимаю, поскольку вся ответственность лежит на мне.
Потом крупным планом репортер:
- Насколько  удалось установить, грабитель  унес двести пять тысяч долларов. Преступление расследуется крупными силами милиции. Надеемся на скорый результат. Хотя на след пока напасть не удалось…

На следующий день, Лещенко сразу подошел к Виктору.
- Между нами должна быть полная ясность. Сегодня я пошлю докладную управляющему. Она будет нелестная для Вас. Вы можете, если хотите, прочитать ее и приложить к ней свои объяснения. Вы действовали вопреки моим указаниям  уменьшить сумму находящихся в кассе наличных.
-Я не буду ничего  читать,- ответил Виктор,- если понадобятся мои объяснения, то я их дам, но не Вам  и не заранее…
- Как угодно,- поджал губы Лещенко,- ничего личного, работа есть  работа…
- Вот именно,- холодно ответил Гришин,- ничего личного!

С утра было полно посетителей. Многие пришли просто поглазеть. Кое-кто из постоянных клиентов, подходя к  кассе, комментировали  событие: « Правильно поступили», «… с теледебютом!». Некоторые  клиенты приходили узнать, как отразится это ограбление на их вкладах. Виктор  всех успокаивал, особо рьяных посылал к начальнику. Все это время  он мучительно рассуждал, правильно ли поступил, спрятав деньги в банке  под  вымышленной фамилией.
 
А  если бы  он просто зарегистрировал сейф под  своим именем? Нет, он поступил правильно! Никто не станет проверять все сейфы. Никто не вспомнит,  откуда появился В.В. Резун. А если начнут вспоминать? Неприятное чувство -  ожидание какой-то  непредсказуемой беды  стало овладевать  им. Тут он вспомнил, что квитанцию и ключ от сейфа  лежат у него в кармане пиджака. Виктор прикоснулся и тут же отдернул руку. Показалось, что за ним наблюдают. Интересно, а что думает об этом всем грабитель. Он, наверняка, смотрит телевизор и читает газеты и будет удивлен, какую сумму он вынес. Как прореагирует?

Размышления были прерваны появлением следователя, который принес новые фотографии преступников. Гришину и Марине опять стали их показывать. Виктор некоторые рассматривал подолгу, как будто колебался. Глядя на фотографии, он думал о своем. Вынести деньги из банка не составит труда, но куда их девать. Нести домой? Открыть сейф в другом банке? А если за ним следят?
Ощущение нарастающей беды усилилось. Первое – надо надежно спрятать ключ. А с деньгами решить, когда все успокоится.

Приехав домой после работы, Виктор начал искать место, где спрятать ключ и квитанцию. Он вспомнил, когда-то прочитанный  детектив, что лучше всего прятать на видном месте, достал из кухонного шкафа банку с остатками  недоеденного, уже засахарившегося варенья и  утопил там ключ. Квитанцию спрятал в книге Шишкова « Угрюм-река»  на 56 странице. После этого успокоился и перевел дух.
Поздно вечером, когда он уже собирался лечь спать – зазвонил телефон.
- Алло.
На другом конце провода явственно услышал чье-то дыхание
- Алло,- повторил он громче.
Трубку положили.


- «…дальше будет еще интереснее"...
До открытия банка оставалось  еще несколько минут  и  начальник, Семен Лещенко,  вслух читал милицейский обзор, который ему дали с утра в филиале. В операционном зале собрались все сотрудники. Даже уборщицы оставили  свои мешки с мусором и напряженно слушали.
-«… когда кассир, и не думая передавать  наличные, попытался привлечь внимание сотрудников, фальшивый Дед Мороз начал отступать, вытащил пистолет из кармана своей шубы. Затем сбросил с себя шубу и шапку, грабитель выскочил на улицу и  растворился в толпе.  Описание этого человека удалось получить самое неопределенное -  возраст 25-40 лет, среднего роста, глаза светло серые. Кассир сомневается в подлинности пистолета.  Очевидно, недавнее успешное ограбление соседнего банка спровоцировало попытку дилетанта".
Прочитав сообщение, Лещенко выразительно посмотрел в сторону Гришина:
- Вот как поступают настоящие мужики. Я имею  в виду кассира.
- Благодарю покорно,- ответила Марина,- дождаться пока всех перестреляют. В следующий раз, Семен Алексеевич, Виктор пошлет его к Вам. Вот и проявите свою храбрость…
- Я не хотел никого обидеть, - отыграл назад Лещенко,- я думаю, что следующего раза не будет. Руководство заключило договор с милицией. Теперь, кроме кнопок, у нас в  рабочее время будет дежурить вооруженный охранник.
Виктор встретился взглядом с Мариной. Ему показалось, что она уже некоторое время наблюдает за ним.
 -Ты не звонила мне вчера вечером?
- Звонила? Когда?
- Вчера вечером, довольно поздно.
- Нет!
- Кто-то звонил, но я не успел поднять трубку. Я подумал, что это ты.
- Нет, я не звонила.

Вечером, как только Виктор открыл дверь своей квартиры, у него появилось ощущение близкой опасности. Что-то было не так – появился какой-то незнакомый запах в прихожей.  И в комнате тоже, хотя, на первый взгляд, все было как прежде: на полке книга Шишкова, на кухне – банки. Гришин для убедительности потыкал ножом варенье и, убедившись, что ключ на месте, успокоился. Тревога нахлынула на него с новой силой, когда открыв платяной  шкаф, он увидел, что полотенца лежат в беспорядке.
« Может мать приходила и хозяйничала?- подумал  и тут же отбросил эту мысль. Он ей давно запретил прикасаться, а тем более, перекладывать  его вещи и она с этим смирилась, наводила порядок только на кухне.

Внезапно зазвонил телефон. Виктор снял трубку и поднес к уху.
- Это я, - произнес голос на другом конце линии,- просто я!
-Кто говорит?- Гришин услышал, как внезапно охрип его голос.
-Давай поговорим о числах. Например, если из двухсот пяти тысяч вычесть двадцать пять – сколько останется?
Виктор положил трубку. Телефон зазвонил опять, на десятом звонке он поднял трубку.
- Остается сто восемьдесят тысяч!
- Вы ошиблись номером.
- Нет, не ошибся. И  не смей больше ложить трубку. А то я потеряю терпение и поднимусь к тебе.
- Что Вам нужно?
- Это другой разговор. Как тебе удалось провернуть? Я заглянул во все три ящика стола. Хитер! В таких случаях говорят – снимаю шляпу! Ну ладно, хватит лирики. Будем говорить о деле. Деньги у тебя. Ты все это провернул очень хитро и, когда-нибудь, расскажешь об этом. Но сейчас это не главное. Сейчас речь идет о том, как нам с тобой разделить эти деньги. Ты слушаешь?
Виктор сделал глубокий вдох.
- Я не знаю, кто Вы, но понимаю, что у Вас не в порядке с головой. Сейчас я позвоню в милицию и …
- И что ты там скажешь? Что порядочному кассиру угрожает опасный грабитель? После успешного ограбления?
- Я могу сообщить, что Вы мне угрожаете убийством!
- Ты мог бы это сделать. Но не сделаешь. И о ком ты сообщишь? Ты же понятия не имеешь, кто я. Разумное объяснение есть только одно, а тебе, меньше всего нужно, чтобы оно, хоть на секунду, пришло в голову ментам.  Именно  поэтому ты и трубку еще не положил.

Виктор бросил трубку. Телефон сразу же зазвонил. Он опять  поднял ее.
- Брось психовать,- послышался голос,- я не хочу причинять тебе зло. Пока что! Давай поделимся. Двадцать процентов - это тридцать шесть тысяч. Как тебе?
- Я никак  не могу понять, о чем Вы говорите? Вы угрожаете мне?
Человек на другом конце линии ненадолго замолчал.
- Ладно, я понял. Сорок процентов -  семьдесят тысяч!
Он опять замолк. Дыхание стало напряженным. Ждал.
- Ну, ты пока не готов к деловому разговору. Хорошо, я позвоню завтра. В это же время. Не будешь брать трубку, приду к тебе в квартиру.

Послышались короткие гудки. Виктор лихорадочно заметался по квартире. Нож? Нет, не поможет. Он стал подтаскивать холодильник к входной двери, потом принес одно за другим кресла и стал баррикадироваться.
В подъезде послышались шаги. Он выключил свет в квартире и стал смотреть в глазок. На лестничную площадку поднялись две пожилые женщины и позвонили в дверь. Не дождавшись ответа, они стали звонить соседям. В открывшиеся  двери стали  давать религиозные брошюрки.
Около полуночи, Виктор, не раздеваясь, лег на диван, максимально подтянув к нему телефон.


                -III-

Очнулся Гришин ранним утром, когда было еще совсем темно. Осторожно отдернув шторы, он осмотрел улицу. Потом, не зажигая свет, приготовил себе кофе. Выпив две кружки, он пришел в себя.

«Я схожу с ума, - подумал он, - страх парализовал меня. Зачем ему вламываться ко мне? Убивать? А деньги? В квартире он все осмотрел, но не нашел. Надо выждать! Он наверняка «в бегах» и долго не сможет крутиться вокруг меня».

Виктор заметно успокоился: «Нет смысла менять замки. Этот человек – профессионал, и откроет любой. Надо стараться быть меньше в одиночестве, и тогда он меня  не достанет».
Перед обедом какой-то мальчик лет четырнадцати сунул ему в кассу письмо в конверте без надписей. Увидев любопытные взгляды сотрудников, Гришин удивленно пожал плечами и вскрыл конверт.

Там лежал листок со знакомыми печатными буквами: «Сколько?». На обороте была надпись мелким шрифтом: «Как насчет встретиться и договориться?».
Зазвонил телефон. Виктор сразу узнал голос.
- Это я. Письмо тебе доставили? Я хочу сказать, что нам надо встретиться  и договориться!
- Вы ошиблись номером. Это банк!
- Да, я понимаю – ты не можешь говорить.
- Я повторяю – это банк. Вы не туда попали.
Гришин бросил трубку. Подняв голову, он увидел, что Марина пристально на него смотрит.

По пути домой Виктор порвал письмо в мелкие клочья и выбросил их из машины.
Вещи в его квартире были все перевернуты, на кухне – сброшенные на пол тарелки и кастрюли, ящики письменного стола валялись на полу, их содержимое было рассыпано, белье было вышвырнуто из шкафа. Было видно, что шарили за книгами на полках. Виктор задернул шторы, потом проверил наличие ключа и квитанции и немного успокоился.
Зазвонил телефон:
- Ну ладно, ты их спрятал не дома. На этот раз я убедился. Извини, что оставил беспорядок. Ну что – встретимся? Молчишь…, ну тогда я поднимусь.
Виктора внезапно осенило. Положив телефонную трубку, он осторожно отодвинул штору и выглянул в окно. На противоположной стороне улицы из телефонной будки вышел знакомый тип.

Через несколько минут, когда Гришин соорудил из мебели баррикаду, раздался дверной звонок. Сердце бешено колотилось, когда он смотрел в глазок: темные очки, кепка, надвинутая на лоб.… Позвонив несколько раз, человек сунул ключ в замочную скважину и попытался открыть дверь. В подъезде хлопнула входная дверь, и человек сдался. Вытащил ключ и сказал:
- Я знаю, ты сейчас видишь и слышишь меня. Рядом есть забегаловка – «Карат» называется – я буду ждать тебя там, в течение получаса. Обещаю полную безопасность. Просто поговорим.

Гришин услышал удаляющиеся шаги на лестнице. Через некоторое время он увидел, как человек прошел мимо кабины телефона и завернул за угол. Чувство уверенности в себе вернулось. Он оделся, вышел из дома и пошел в кафе.

Вместо того чтобы войти сразу, Виктор прошел мимо по противоположной стороне и спрятался за грузовиком, стоящим прямо напротив «Карата». Оттуда он аккуратно осмотрелся.

В кафе было немного посетителей. Человек сидел за отдельным столиком, что-то отхлебывал из чашки и одновременно курил. Рядом сидела компания из четырех мужиков бандитской внешности. Человек что-то сказал им, и они загоготали. Виктор почувствовал, как у него  немеют руки и подкашиваются ноги. Это западня!

Он осторожно вышел из-за машины и ускоренным шагом двинулся домой. Возникшая   было уверенность, растворилась как туман. А что если грабитель вернется с этой вот компанией, схватит его и будет пытать?!

Прошло полчаса, и он увидел, как к телефонной будке подошел грабитель. Тот был один. Зазвонил телефон. Виктор схватил трубку.

- Ну ладно, козел, не хочешь делиться – отдашь все! Сам принесешь   и, еще, будешь уговаривать, чтобы я взял!  Я знаю, что у тебя есть престарелые родители -  с ними, может, случится  что-нибудь страшное. Отцу на голову упадет кирпич, а матери какой –нибудь мерзавец плеснет в лицо кислоту, а может быть, они просто пропадут.… Подумай до утра. Утром я позвоню на работу, и ты коротко скажешь: Да! Только в этом случае я все остановлю. Будь здоров, козел!

Виктор положил трубку. Сердце бешено колотилось, мысли разрывали мозг: « Господи! Как я о них не подумал? Это очень серьезно… Черт с ними с этими деньгами… А может поделиться. Нет – он все равно отнимет все. Надо отдать все и забыть… Что я о нем знаю. Ничего! Это он так думает! А все-таки кое-что знаю. Знаю фамилию, знаю что уголовник, знаю, где живет… Если сдать его в милицию? Как  обосновать? Сказать, что вспомнил фотографию? Сомнительно. А вдруг он меня заложит? Доказательства… Их у него нет. У ментов тоже не будет, зато будут подозрения и за мной начнут следить. Про деньги придется забыть! Что я еще о нем знаю? Что он Дед Мороз? И что? Дед Мороз пытался ограбить банк, но убежал.…Это мысль! Надо проверить! У меня есть время до утра!»

Гришин быстро оделся и выскочил  на улицу. Во дворе стоял его « Москвич». Он сел в него и медленно двинулся в сторону Сухого Фонтана, к общежитию, где он видел грабителя.

Подъехав туда, он ничего не обнаружил. Местность была абсолютно пустая. Посидев полчаса в машине, Виктор уже собрался ехать обратно, как вдруг увидел, подъезжающий к дверям, уже знакомый, «жигуленок». Из него  вышел мужчина со свертками в руке. Открылась задняя дверца и Виктор увидел женский силуэт. Они оба зашли в дверь общежития и через две минуты в одной из комнат на первом этаже зажегся свет.

Гришин неслышно прокрался к окну, но ничего не увидел, так  как оно было занавешено. Вернувшись в машину, он стал сосредоточенно размышлять, но так, ни к чему не пришел. Затем он  увидел, что дверь открылась и на пороге появилась женщина в сопровождении грабителя. Свет   из подъезда мелькнул на мгновение, но Виктор опознал его. Женщина показалась также смутно знакомой. Они говорили о чем-то  около минуты, затем женщина обняла его и пошла в направлении автобусной остановки. Мужчина зашел в здание общежития. К этому моменту Виктор уже принял решение.

Он отъехал от здания до ближайшего телефона-автомата. Набрав номер – 02-  зажал нос пальцами, а рот закрыл своей вязаной шапкой (он видел это несколько раз  в  теледетективах) проговорил в трубку гнусавым голосом:
- Это друг Деда Мороза. Я хочу сказать, где вы могли бы найти человека, который оделся Дедом Морозом и пытался ограбить банк…
- Одну минуту, соединяю…
Он услышал несколько щелчков, наверное, подключали магнитофон. Он постарался еще сильнее изменить голос, изо всех  сил сжимая нос.
- Алло!
- Я бывший друг человека, который переоделся Дедом Морозом и пытался ограбить банк. Сейчас вы можете его взять…
- Кто это говорит?
- Это неважно. Я уже сказал – бывший друг. Не теряйте зря время. Пишите адрес: Сухой Фонтан, ул. Террасная 5. Это  общежитие. Комната на первом этаже, не то № 5, не то № 7. Ну, короче, захотите найти – найдете. У него оружие. И он есть в ваших картотеках!
- Вы не хотите назвать себя?
- Нет,  не хочу. Все!

Виктор положил трубку и, наконец, отпустил нос, который сильно болел.
Он подошел к машине и сел в нее. Подумал, что хорошо бы дождаться и посмотреть, что будет дальше, но  потом решил, что безопаснее будет уехать. Он  вспомнил о своей разоренной квартире -  ее нужно поскорее привести в  порядок. Приехав домой, быстро расставил все по своим местам. Никто больше не звонил и не приходил.


                - IV-

Наступило 31 декабря. Не успел Виктор приехать на работу, как там его  уже встречали.  Один из знакомых уже милицейских оперов предложил ему и Марине проехать в прокуратуру.
- Там все объяснят, - хмуро заметил  он, отсекая дальнейшие вопросы.

 В прокуратуре Центрального района их ждали. Следователь, средних лет мужчина,  улыбчивый с большими залысинами и серыми глазами. « Похож  на артиста Солоницына»,- отметил про себя Виктор. Представился  Гнатюком  Виталием Николаевичем.
- Теперь я веду дело,- пояснил он.
- Какое дело?- поинтересовался Гришин
- Я сейчас покажу несколько фотографий. Внимательно посмотрите на них, может быть, кого-то опознаете, - сказал следователь, игнорируя вопрос Гришина.
Он разложил на столе шесть фото размером 9*12 и впился взглядом в лицо Виктора. На второй фотографии тот сразу опознал грабителя, но несколько минут внимательно осматривал и другие. Также поступила и Марина.

Понимая, что за ним внимательно следят, Гришин взял в руки фото грабителя и сказал:
- Мне кажется, что этого человека я уже где-то видел…
- У Вас хорошая зрительная память. Фотографию этого типа уже предъявляли для опознания в милиции. А Вы? – обратился он к Марине.
Та пожала плечами.
- Это фальшивый Дед Мороз. Вчера он был убит при задержании, так как стал отстреливаться. Что с Вами? – следователь обратился к девушке, - Вы сильно побледнели. Все в порядке?
Та слабо покачала головой.
- Ну, вот и хорошо, продолжим. Этого человека зовут Сергей Столяров. Грабитель-рецидивист. Пытался ограбить соседний банк, но в последний момент передумал. Кстати, его же отпечатки обнаружены и в вашем банке. Есть насчет этого какие-то мысли?
- Я помню, что за день до ограбления к нам заходил мужчина в костюме Деда Мороза, но почти сразу ушел – сказал, что забыл дома кошелек. А перед этим он стоял у банка с рекламным плакатом. Но он не был похож на этого, - Виктор ткнул пальцем в фото.
- Может быть, может быть, - рассеяно ответил следователь. Очевидно, какая-то мысль посетила его при этом. – Ну ладно, сейчас я составлю протокол  и отпущу вас.
Несколько минут он сосредоточенно заполнял бланк, затем протянул его Гришину. Тот подписал. Такая же процедура последовала с Мариной.
- Если что-то вспомните, звоните мне в любое время, - следователь улыбнулся и протянул им свои визитки.
Виктор замялся на пороге комнаты:
- Простите, а почему это дело стала вести прокуратура?
- Ну, во-первых, труп. Но тут все в порядке. Прокурор признал правомерным применения оружия милицией при задержании – этот тип отстреливался конкретно. А во-вторых, в деле об ограблении не все так просто. В его комнате был оборудован тайник: в нем нашли двадцать пять тысяч долларов. Они в банковских упаковках вашего банка. На этих деньгах ваши, Виктор Михайлович, отпечатки пальцев. Ваш банк Столяров не грабил, тем не менее, деньги у него найдены. Вернее, часть денег. А тот, который грабил, нигде не засветился. Можно предположить, что большая часть денег у него.

На  Столярова  милицию вывел анонимный телефонный звонок. Кто звонил? Подельник? Сомневаюсь. Захотел бы избавиться – сам бы убил и денег не оставил. Уж будьте уверены – не для того он грабил, чтобы потом отдавать обратно. Видите, сколько   непонятного!

В любом случае, я добился разрешения прокурора… ну, в общем, за Вами и Чигляевой установили наблюдение на какое-то время. Вдруг грабитель захочет к Вам в гости заглянуть. Но не волнуйтесь, все будет нормально. С наступающим Вас, - решительно закончил следователь, пожимая Виктору руку и осторожно выпроваживая того из кабинета.

В отделение Виктор доехал в состоянии  близким к  обмороку. В голове крутились какие-то бессвязные обрывки мыслей. « Из огня да в полымя.… Откуда это выражение. Не помню. А ведь еще совсем недавно, я прекрасно жил без этих денег. Теперь за мной официально следят.… А может, поставят  « прослушку». А с кем мне обсуждать? Грабитель убит! Подельника не существует.… А женщина? Следователь явно подозревает меня, но не может или не хочет это сформулировать.… Теперь главное не суетиться! Ни черта у них на меня  нет! Время … Время работает на меня. Они не могут вечно вести это уголовное дело. И вечно  следить за мной не  будут.  Надо исключить всякую случайность с ячейкой. Но это после Нового года. Надо забрать деньги и перепрятать в другом месте. А сейчас надо успокоиться, не привлекать внимание!» Постепенно он стал успокаиваться.

Поскольку день был сокращенным, Лещенко объявил, что рабочий день закончен и высокопарно поздравил сотрудников, пообещал премии в начале января. В это никто не поверил, из-за ограбления и хронического невыполнения плана. Племянник управляющего оказался бездарным руководителем,  и  его отставка была только делом времени, о чем шептались девчонки - операционистки.

Виктор, как всегда, последним вышел из банка и запер дверь. Сдав под охрану, он сел в машину и поехал к родителям встречать праздник. По дороге, все-таки решил заехать домой, переодеться в праздничный костюм.

Зайдя в квартиру, он  увидел знакомую картину чистоты, которую в преддверии  крупных праздников любила наводить  его мать. Очевидно, что и сегодня он приезжала и потратила несколько часов, чтобы все переставить по-своему. Переодев костюм, Виктор зашел на кухню и его, сначала, бросило  в пот, а, затем, обдало холодом. В стареньком серванте все было переставлено по-другому, а самое главное – отсутствовали банки, в числе их и та  с недоеденным вареньем и спрятанным в ней ключом… Виктор стал лихорадочно распахивать шкафы, затем осмотрел мусорное ведро, зачем-то вышел и  проверил балкон и только тут понял, что банки в квартире нет.
- Мама,- позвонил он по телефону,- ты наводила у меня сегодня порядок?
- Часа три потратила,- гордо ответила мать,- кучу дерьма выгребла...
- Подожди,- взмолился он,- а куда ты дела банки, которые стояли  в серванте на кухне?
- Как куда! Собрала в кучу и вынесла. Как раз приехала мусорная машина… Ты,  когда к нам приедешь. Мы тебя ждем!
- Уже еду,- ответил он.
На минуту показалось, что находится в кабине лифта, который на бешеной скорости спускается вниз.


… Квитанция на аренду сейфа  лежала на журнальном столике. Он подумал, что вернувшись от родителей и поспав, сможет все увидеть в новом свете  и найти какое-нибудь решение. Но просидев до поздней ночи, так и не уснув, стал в который раз изучать документ.
« Контракт на аренду сейфа – банковская ячейка № 56»- это  было написано в самом верху листа. Ниже располагались четыре квадратных поля. На каждом из них было написано название банка, номер отделения. Затем фамилия и адрес держателя (Резун В.В., адрес и паспортные данные с «потолка»).  «Ежегодная плата» – сумма эквивалентная 25 долларов США - такую сумму он видел на других контрактах. « Дебет» - он  оставил пустым. Наконец, была графа « Доверенное лицо  Держателя  сейфа». Это место, он тоже оставил пустым – как на других контрактах.  Когда Гришин был начальником, в  отделении еще не было банковских ячеек, что и объясняло пробел в его знаниях. Он благодарил бестолковость  Лещенко, за тот бардак, который  был ему на руку.

Пробежал глазами печатный текст, который знал  почти наизусть:
« Я, нижеподписавшийся, согласен взять в аренду… Аренда может быть прекращена Держателем в любое время при условии, что за месяц будет представлено письменное уведомление.  Сейф снабжен двумя ключами, один из которых  является  банковским, другой хранится у Держателя. Сейф может быть открыт только банком и Держателем одновременно…» Каждый раз, когда он читал последнее предложение, ему казалось, что надо перечитать еще, чтобы понять смысл. Он уже не помнил  точно, о чем думал в тот вечер, когда положил деньги в сейф, но мог восстановить тогдашние логические выкладки: имея доступ к ключам, оставаясь один в банке, он мог без труда открыть сейф, имея банковские ключи и ключ Держателя. Забрать деньги и уничтожить карточку.  В случае чего – отсутствие ключа Держателя и карточка не позволит сотруднику банка вскрыть ячейку. Казалось бы – идеальный вариант!
С другой стороны:
« Если Держатель потеряет свой ключ, об этом необходимо немедленно сообщить в банк, который не отвечает за последствия. За счет Держателя - замок будет сменен и выдан новый ключ".
« Замок будет сменен…»-  для этого  Резун В.В. должен предъявить  свои документы и подать личное заявление!
Оставался еще один  абзац, который, казалось, обещал какое-то решение, но он никак не мог сообразить какое:
« Если Держатель уполномочит нотариально третье лицо на допуск к сейфу, банк может считать эти полномочия действительными…»
Это ничем не помогало. По-прежнему нужен был ключ, либо документы на имя Резуна В.В. Он осознал, что собственная хитрость завела его слишком далеко.
Он теперь не видел никакой возможности добраться до денег. Даже если банк переведут в другое место или здание обрушится, или будет потоп, ядерный взрыв или еще что,  сейфы отправят в хранилище главного офиса и будут держать там вечно.
«Одно радует, - грустно подумал Виктор, - теперь никто – ни менты, ни бандиты, до этих денег не доберутся. Можно смело считать, что они потеряны, утоплены, сожжены…»

Четвертого января банк работал в обычном режиме. В обед, когда в кассу пришла Марина, чтобы подменить Гришина, он сказал:
- Приходил человек, очень взволнованный. Он потерял ключ от сейфа. Что мы делаем в таких случаях?
- Да просто пошли его ко мне. Странно, что он к тебе обратился. Он уже ушел?
- Ушел. Сказал, что еще поищет. А все-таки, что мы делаем в таких случаях?
- В каких?
- Ну, когда кто-то потерял ключ от сейфа.
- Да пошли ты его ко мне, если снова появится. Почему ты этим так интересуешься? Тем более, ты был начальником – должен сам это знать.
- Когда я был начальником, банковских ячеек не было!
- Да ладно, поняла я. Ходят упорные слухи, что племянник в ближайшее время получит коленом под зад. Может, тебя опять назначат?
- После того, как я отдал грабителю деньги? Ты шутишь?
- Нет, я серьезно. Девочки из филиала говорили, что ты у шефа очень высоко котируешься. А он – человек парадоксальных решений. Когда в соседнем банке кассир стал геройствовать, знаешь, что сказал шеф? Он сказал, что этот идиот подставил под пули всех сотрудников и клиентов. Хорошо, хоть Дед Мороз не стал стрелять! А если бы стал? А у нас – без риска. К тому же, банк застрахован. Как только управляющий получит постановление о приостановке уголовного дела – сразу подаст иск в страховую компанию. И те как миленькие выплатят! Понял теперь, почему он тебя уважает?
- Все это очень интересно, но я думаю, что ты заблуждаешься. Так что насчет сейфа?
Марина некоторое время смотрела на него и улыбалась.
- Ну, прежде всего мы выясним, тот ли это человек, за которого он себя выдает. А то иногда бывшие супруги пытаются добраться до чужих уже денег. Затем мы сообщаем в филиал, приходит завхоз со слесарем и за полчаса устанавливает новый замок. Устраивает такая информация?
- Нет. Я не мог не подумать, что если ты и слесарь вступите в преступный сговор, то можете обчистить все сейфы.
- Сейф вскрывается слесарем в присутствии завхоза, операциониста, то есть меня, владельца и начальника отделения. Потом составляется акт о том, что сейф вскрыт. Владелец ставит подпись, что в сейфе все ценности в наличии. После – акт о том, что держатель получил новый ключ. Сейчас, кстати, выдается два ключа, причем чтобы клиент все их не растерял, один ключ будет у нас на связке. Так что видишь, сколько должно быть преступников, вступивших в сговор.
- Ладно. Садись на мое место, а я пойду, перекушу, а заодно буду обдумывать более легкие способы разбогатеть…
Вернувшись с обеда, он сел за свой стол. Возобновилась обычная банковская рутина, и Виктор мог думать лишь о том, что это хождение по кругу измотало его настолько, что остались только глупые мысли.

На следующий день он снова, как бы невзначай, завел разговор с Мариной. Он заметил, что продолжение этого разговора ее раздражает.
- А если бы я подошел к тебе и сказал: «сейф номер такой-то - мой», а ты потом вызвала бы слесаря…
- Но у тебя нет контракта на аренду сейфа.
- Ты могла бы выписать его на мое имя.
- Могла бы. Но когда придет законный владелец и обнаружит, что его ключ не подходит, и сейф пустой? Ты думаешь, о чем говоришь? Проще разбогатеть, играя в лотерею, - улыбнулась она.
«Да, - подумал Гришин, - безнадега полная! Можно было бы вечером одному изменить контракт. Но вызвать слесаря, объяснить Марине, что заимел сейф и потерял ключи. А когда сейф откроют – при всех вытащить «пропавшие» доллары. Безнадега. К тому же, менты сразу за это дело уцепятся. Надо ждать. Чего? Счастливого случая, полагаю. Когда дело прекратят и банк получит страховку»

                -V-


Она появилась в банке после  рождества. Эффектная брюнетка лет 24-25. Покупая доллары, спросила у  Виктора, как  можно получить справку на их вывоз  при выезде за границу. Он  подробно, может быть даже излишне, объяснил ей. Девушка улыбнулась и пообещала приехать вечером, ближе к  закрытию, за ней.  День в отделении был рутинный, как всегда. Гришин забыл о девушке, однако за час до закрытия, она, действительно, появилась.  Виктор быстро отпечатал справку и пошел ставить подпись и печать к начальнику. Затем, не заходя в кассу, вручил ее девушке. Подойдя близко, он ощутил волшебный аромат французских духов и подумал, что и у него могли бы быть такие женщины, но…

От воспоминаний опять испортилось настроение.  Брюнетка поблагодарила и тут же ушла. Гришин, как обычно, закрыл отделение и вышел на улицу.  Возле банка, на проезжей части  стоял автомобиль «Жигули», дверца водителя была приоткрыта, из кабины доносились сдавленные рыдания. Подойдя ближе, он увидел уже знакомую  женскую фигуру, вытирающую глаза платком.
- Добрый вечер.- Виктор подошел к машине,- Что случилось? Могу ли я чем-то помочь?
- Колесо,-  сдавленно сказала девушка и опять заплакала.
Гришин обошел автомобиль и увидел, что у него спущено правое переднее колесо.
- Давайте я его заменю,- сказал он,- откройте багажник, возьму запаску.
Девушка открыла багажник, но там запаски не оказалось вовсе.
- Я позвонила в сервис, а мне там нахамили и оскорбили,- опять заплакала она.
- Давайте вызовем эвакуатор. А домой  я Вас сам могу отвезти.
- Меня зовут Лена. Лена   Яковенко.
- Я знаю,- улыбнулся  он,- А я Виктор!
- Ну, вот и познакомились,- улыбнулась она,- простите, что так получилось.
- Как так?
- Ну, я отвлекла  Вас от дел…
- Ерунда. Мне особо спешить  некуда. Подождете, я пойду вызову эвакуатор. Какой  у Вас госномер?
Девушка на секунду замялась, а потом выпалила: У- 127- НИ, регион 15.
Виктора что-то кольнуло, где-то он уже видел или слышал такое сочетание букв и цифр. Но где?
« Я становлюсь подозрительным по каждому поводу. Это паранойя. Так нельзя". - Подумал он.
Когда они ехали -   молчали. Виктор погрузился в размышления, вел машину быстро, но осторожно.
- Я заметила  Вас, когда закрывали банк. У Вас был такой вид, будто  хотите побыть один. Может  и сейчас тоже?
- Нет, что Вы!- он очнулся от размышлений,- это у меня внешность такая.
- Вы знаете, я, тоже, быстро устаю от людей, суеты. Иногда подолгу гуляю в одиночестве, дома отключаю телевизор и только книги. Это происходит  в конце недели. А в понедельник меня уже тянет к людям. Я менеджер по продажам в « Фокстроте» и мне надо общаться. А для того чтобы качественно общаться, надо побыть в одиночестве.
- Так Вы не замужем?
- Нет,- опять улыбнулась она.
- А что Вы делаете, когда хочется на люди?
Она несколько мгновений  колебалась, прежде чем ответить.
- Иду на люди. Куда-нибудь в кафе или в ресторан, или  в кино, в надежде встретить знакомого.
Виктор подумал о длительном  вечере впереди.
- Если мы оба пойдем в один ресторан, то, наверное, встретим, хотя бы одного знакомого…
Она кивнула. Потом засмеялась.
- Это приглашение?
- Конечно,- ответил он,- конечно, это приглашение.
Две рюмки ликера, выпитые за то время, пока они ждали заказанные блюда, изменили девушку. Поза за столом стала более непринужденной, лицо раскраснелось.
- Я знаю кое-что о Вас.
Он замер.
- В самом деле?
- Я видела Вас по телевизору.
 - Вот оно что.… Ну, наверное, я не очень храбрым показался?
- Ну что Вы! Все было весьма   разумно. Что  Вы  чувствовали?
- Прошу прощения?
- Когда он стоял там и целился из пистолета.
- Он не то чтобы целился…  Пистолет  был в кармане, затем он его положил на стойку под газету.
- Мне кое-что пришло в голову.… Если не растеряться - ведь  Вы могли отдать ему  что-нибудь, а остальное положить себе в карман…
- Он заставил меня открывать попеременно один за другим ящики стола, он видел, что я достаю деньги и отдаю ему.
- По телевизору Вы хорошо смотрелись. Вы мне сразу понравились.
Разговор принял какое-то странное направление.
- Извините, я болтаю всякую ерунду. Я все время забываю, что тогда все было очень серьезно. Для меня это всего лишь развлечение. А здесь неплохо кормят.
Виктору было интересно наблюдать за девушкой. Она очень аккуратно пила и ела. Прежде чем заговорить, клала на стол вилку и нож и аккуратно промокала губы салфеткой.
- Мы могли бы как – нибудь  прогуляться вместе,- сказала она, перед тем как покидать ресторан.
Виктор пригласил ее выпить кофе у него дома и, после некоторого колебания, она согласилась.
Пока он готовил напитки, он бродила по комнатам. Когда он вернулся, она стояла у окна и смотрела вниз на улицу. Виктор поставил медленную классическую музыку. Подумал - еще несколько рюмок и я расскажу ей всю историю. Ему показалось, что мог бы все рассказать ей, несмотря на то, что она была абсолютно чужим человеком. Интересно, как она  это воспримет? Что потом произойдет?
Как будто читая его мысли, она сказала:
- Что, по-вашему, он делает со всеми этими деньгами?
- Вероятно, спрятал подальше и ждет…
- Чего ждет?

- Чтобы все улеглось, забылось.… А  может уже «оттягивается» на Бермудах…
- А чтобы сделали Вы? С такой кучей денег?
- Не знаю. У меня вообще бедное воображение. К тому же человек с моим достатком не может незаметно тратить большие деньги. Это сразу привлечет внимание.
- Да, вероятно, это так.
Она посмотрела на него очень внимательно и казалась  абсолютно трезвой.
- Лично я без труда нашла бы как истратить деньги.
 Она допила кофе и засобиралась. Виктор проводил ее до автобусной остановки, хотел проводить до дома, но она наотрез отказалась. Пока они ждали автобуса, он сказал:
- У меня нет ни Вашего адреса, ни телефона – на тот случай, если вновь повидаться.
- Я знаю,  где Вы работаете и живете. Сама дам о себе знать.

Вернувшись домой, он стал размышлять. Подавленность,  отпустившая на время, пока он был с девушкой, вновь охватила  его.
« Мне нужен кто-нибудь близкий, может быть она?»,- подумал Виктор.
 
Ночью  снились странные сны, он чувствовал, что задыхается, просыпался, потом опять засыпал. Проснувшись утром с тяжелой головой, вспомнил, где видел сочетание букв и цифр на автомобиле Лены.
Чтобы проверить свои предположения, Гришин позвонил в бухгалтерию торговой сети « Фокстрота» уточнить  начисление зарплаты на карточный счет Яковенко Елены. Бухгалтер- расчетчик ответила, что никогда не слышала этого имени.

… Прошло  три дня, прежде чем она снова дала о себе знать. Вечером заехала в отделение и предложила ему пойти с ней в кафе.
- Теперь моя очередь пригласить Вас. Я получила премию  и меня потянуло  на люди. Я хочу там встретиться опять с Вами.
Возвращаясь, он крепко прижал девушку к себе.
- Наверное, это неправильно просто разойтись по домам?
Она молча кивнула.
- Зайдем ко мне выпьем по рюмке…
Она сидела на диване, забравшись на него  с ногами, и отхлебывала шампанское из бокала.
Виктор поцеловал ее и она  спросила:
- А ты когда-нибудь думал о том, чтобы жениться?
- Ты выйдешь за меня?- прошептал он.
- Сначала, наверное, надо лучше узнать друг друга,- улыбнулась она.
Потом.… Потом, когда было уже довольно поздно, Виктор, босиком включил ночник у кровати. Принес сигареты и пепельницу. Сел на край кровати и, некоторое время, молча, смотрел на нее.
Когда он заговорил, голос  был удивительно спокойным и ровным:
- А теперь, я очень хотел бы знать кто ты такая и какого черта тебе от меня нужно?


                -  VI -


Если она и обдумывала сложившееся положение, то по ней этого никак не было заметно.  Спокойно смотрела ему в глаза и курила; через некоторое время он даже стал сомневаться, что она услышала его слова.
- В   « Фокстроте»  тебя никто не знает, адрес прописки не существует.
- Хорошо. Я никогда не работала в  « Фокстроте»…
- Значит, твой приход в банк не случаен?  Значит, тебе от меня что-то нужно?
- Хорошо сказано,- заметила она. От недавнего опьянения не осталось и следа. – Теперь мне было бы очень интересно услышать от тебя, как ты думаешь, почему я хотела познакомиться с тобой?
- Понятия не имею.
- Если мы будем разговаривать в такой манере, нам потребуется целая ночь. А ведь необходимо обсудить  много важного.
- Я спросил первый, так что начинай.
- Хорошо. Однажды я увидела тебя в банке. Я сразу влюбилась и узнала твое имя. А потом, я видела репортаж по телевизору и решила познакомиться.
- Не очень правдоподобная история.
-  Предложи что-нибудь получше…
- У меня нет истории получше. Я хочу знать, что тебе нужно.
- Ты прекрасно знаешь, зачем я здесь. Узнав, что я лгала тебе, тем не менее, встречаешься со мной, потом ложишься в постель. Если все так просто, как утверждаешь, то надо сначала спросить,  почему я лгу. Но ты этого не сделал, значит что-то нужно. Иначе ты бы меня просто бросил.
- Тебе не приходило в голову, что я просто…
- Только не надо больше о любви! Я думаю, что мы поймем друг друга.  Приготовь кофе, а потом мы поговорим как разумные люди.
Он вышел и поставил на плиту чайник, понимая, что  эта просьба, скорей всего,   вызвана, чтобы иметь время подумать. События развивались совсем не так, как  он предполагал, но и не так, как рассчитывала она.
Когда сели пить кофе, она сказала:
- У тебя было время заметить. Что я еще ничего плохого не сделала.
- О чем это ты?
- Ну, ты ведь мог подумать, что  я подослана милицией.  Я знаю, что он звонил из телефонной будки напротив, потом ждал тебя в кафе, а ты не пришел. Милиция этого не знает…
Он ничего не ответил и она продолжила:
- Мы оба знаем, что он пытался ограбить соседний банк, но потерял голову и сбежал. Я думаю, что в ментуре  ты его не узнал на фото сознательно. Ты хотел, чтобы его  взяли за другое ограбление, выследил и сдал его ментам.
Этому есть одно объяснение – ты не хотел делиться деньгами. И здесь ты преуспел. Он, опять, потерял голову и, его убили при задержании. Но в одном ты ошибся. Ты не подумал, что у него может быть помощник, сообщник.
- О чем мы говорим?
- Мы говорим о том факте, что ты меня еще не выгнал. Ты боишься меня, потому что знаешь: я срок не получу, даже если упрячу тебя в тюрьму. Ты боишься меня, потому что я умею думать как ты – логически. Я знаю, что деньги у тебя. Ты знаешь, что я это знаю. А еще ты понимаешь, что если я ничего не получу, то, вполне, могу рассказать все в милиции.
Виктор грустно подумал: « Еще один  хищник. А как хорошо начиналось…»
А вслух сказал:
- Что ты им расскажешь? Что была сообщницей грабителя, планировала как ограбить банки? Иди, рассказывай! Это все домыслы! Денег нет! И тебе их не найти! Кроме того, следователь прокуратуры что-то приблизительно подозревает, поэтому заявил, что за мной будут наблюдать, для моей безопасности, так как, тоже знает о сообщниках. Может и сейчас в квартире стоит прослушка? Я говорю это так, на всякий случай, чтобы у тебя не возникло мыслей, каким-то образом силой меня к чему-то принудить. Вот видишь, я ничего не сказал, а ты уже достаточно наговорила. Чего так побледнела?
- Да, - с трудом сказала она,- он предупреждал меня, что ты умен и  не теряешься в сложной обстановке. Кстати, как ты сумел убрать деньги так быстро? Он  сказал, что в ящиках было только двадцать пять тысяч. Мне просто любопытно.
- Сейчас я мог бы тебя выгнать. Ни в какую милицию ты не пойдешь…
- Я могла бы следить за тобой. Рано или поздно ты выкопаешь деньги и начнешь  тратить. К тому же нельзя исключать такое старомодное понятие как « месть».
- Ты сама говоришь, что мыслишь логично.
- Хорошо,- сказала она,  улыбаясь,- начнем сначала. Почему ты меня не выгоняешь?
- Не так давно мы неплохо проводили время.
- На моем месте могла быть другая.  Предложи что-нибудь  лучше.
- Предложи сама. А мне, действительно, было хорошо с тобой.
- Да,- она подняла глаза,- я хочу сказать, что иногда бывает хорошо с человеком. Если люди нравятся  друг другу и у них есть что-то общее.
- Например, деньги?
- Да и это тоже.
- Но ты знаешь, что деньги у меня.
- Это верно. Вот я и говорю себе: он хочет, чтобы я сделала то, что он сам сделать не может. Я это сделаю, но прежде, ты должен рассказать, как устроил фокус с деньгами.

Виктор привлек ее себе и стал шептать на ухо:
- Однажды Дед  Мороз решил ограбить банк. В первый раз ему помешала  обыкновенная ручка. В ней закончилась паста. Он не смог до конца написать записку, скомкал ее и оставил на столе. Ему и в голову не могло прийти, что кассир будет наводить порядок на столе и прочитает  ее.

Она  тихо засмеялась.
- Потом этот кассир очень внимательно наблюдал за всем, что происходит в банке и в его окрестностях. Он заметил вблизи Деда Мороза и чем больше за ним наблюдал, тем больше убеждался, что Дед Мороз ненастоящий.

Ты хочешь узнать,  как я связал записку с ненастоящим Дедом  Морозом?
На этот  вопрос я отвечать  не буду. Это моя тайна. Так вот, второй раз Дед Мороз решил ограбить банк, но ему помешал маленький мальчик. Он пристал к Деду Морозу, тот запаниковал и ушел. Тогда кассир проследил за ним. Доехал до самого дома и запомнил номер машины. Кассир трезво решил, что Дед Мороз попытается в третий  раз ограбить банк  и спрятал большую часть денег. Поскольку он его внимательно рассмотрел, то был готов к следующему маскараду. Он сразу узнал грабителя и отдал ему те деньги, которые оставил в столах кассы. А большую часть денег спрятал. Где?  Пока не скажу! Когда грабитель понял, что его  одурачили, он  стал делать одну за другой глупости: попытался ограбить  соседний банк,  попытался шантажировать кассира, угрожая ему и его семье. Это подтолкнуло кассира к действиям, и он сообщил в милицию. Последнюю глупость  грабитель совершил, когда стал отстреливаться от милиции.  Кстати, когда кассир следил за грабителем, он заметил рядом с ним молодую женщину, которая, потом приехала к  кассиру на «Жигулях» грабителя (с его номером).  Я не понимаю, как ты могла связаться с таким нервным типом. Я узнал его на фотографии сразу, но не сказал. Его могла бы опознать сотрудница, но не опознала. Его мог бы узнать кассир соседнего банка. Видишь, сколько ошибок! Вот такая история!  А  сейчас  подружка Деда Мороза и хитрый кассир сидят вместе. И подружка  Деда Мороза думает, где эти деньги сейчас? И как облапошить кассира и вытащить их у него. Ей даже кажется, что есть что-то такое, в чем она должна помочь кассиру – раз он ее до сих пор ее не выгнал.  Я, сейчас, приготовлю кофе. Разговор будет  долгим.

На следующий вечер Гришин задержался в банке дольше обычного. Они встретились у него дома. Он принес необходимые бланки, которые Лена заполнила под его диктовку.
- Запомни, как следует: ты подойдешь к операционистке Чигляевой Марине и заявишь, что потеряла ключ от ячейки. Она потребует от тебя документы и будет их сличать с карточкой. Твоя карточка уже стоит у нее в ящике. Держись уверенно, хлопай глазами и извиняйся. Если она спросит, как срочно тебе надо попасть в сейф – скажи, что чем быстрее, тем лучше.
Она вызовет слесаря, а пока он придет с новым замком и инструментами, ты будешь спокойно ждать. Вынимать старый замок будут в присутствии тебя и начальника отделения. Тебя попросят проверить, все ли в порядке.  Ты проверишь и подпишешь акт.
Потом слесарь вставит новый замок, ты получишь ключ и положишь в сейф какой-нибудь запечатанный конверт. Потом пойдешь к кассе, заплатишь за новый замок, а ключ отдашь мне. Вечером я буду закрывать банк и заберу деньги, а дома мы их поделим по половине каждому. Вопросы есть? Все, забирай квитанцию и уходи. Завтра предстоит тяжелый день. Все должно быть натурально.
Они посидели еще немного, выпили по чашке кофе, и Лена ушла.
Виктор лег на кровать и стал сосредоточенно размышлять.
«Дурочка! Она думает, что перехитрит меня. Заберет ключ и не отдаст его мне, а потом придет и заберет все, а я и не пикну. Она не знает, что сейчас принято решение с замками выдавать два ключа, один из которых остается в банке. Этот второй ключ я и возьму, а с ним – и деньги. А если она захочет  сразу забрать сразу наличность? Не думаю. А если все-таки отдаст мне ключ? Тогда придется делиться…»
Незаметно Виктор уснул.

Очнулся он от яркого света. Ужасно болела голова. Когда глаза привыкли, он с удивлением обнаружил, что находится в больничной палате. Рядом с кроватью стояла капельница, трубка которой была воткнута в его правую руку. Он опять закрыл глаза. Голова продолжала болеть. Он застонал. В поле зрения появилось улыбчивое лицо следователя Гнатюка.
- Вот, Виктор Михайлович, где пришлось встретиться.
- Что со мной? – с трудом разлепил губы Гришин.
- Это клофелин. Она пыталась Вас отравить. Мы за ней давно следим – это «подельница» Столярова. Следили за ней, и вышли, в итоге, на Вас. Она пыталась получить деньги из сейфа, мы ее взяли на выходе. Поправляйтесь, нам предстоит долгий разговор.
Он вышел из палаты. Тут же  вошел молоденький милиционер-сержант. Виктор снова застонал.

Э
                ЭПИЛОГ

Виктор Гришин дал следствию подробные показания по всей этой истории.
 Суд принял во внимание  чистосердечное признание и приговорил его к 3 года условно с испытательным сроком 3 года. Из банка он был уволен, но, как говорится, нет худа без добра -  стал частным предпринимателем, начал торговать бытовой химией и очень быстро  заработал гораздо больше  денег, чем тех, которые хотел присвоить. Все время, пока он был под следствием, рядом с ним была Марина Чигляева. Старый роман вспыхнул с новой силой. После  суда они поженились и, через год, у них родился мальчик. Виктор никогда не вспоминал эту историю. С Мариной у него состоялся только один разговор на эту тему: «… Что со мной произошло? Наверное, какое-то помутнение рассудка, короткое замыкание, острый приступ жадности. Легкие деньги - мечта о красивой жизни! Я поставил жизнь моих близких под  угрозу. Стал причиной гибели человека, пусть преступника… Жил жизнью загнанной  в угол крысы! Сейчас у меня процесс выздоровления, но я так до конца и не освобожусь от этих  воспоминаний, хотя и постараюсь!»

Лена  Яковенко по совокупности прошлых и настоящих преступления была осуждена на пять лет лишения свободы. В колонии заболела туберкулезом и после трех лет отсидки – умерла.

Управляющий банка приложил массу усилий и денег, чтобы эта история не попала в СМИ.  Начальник отделения Семен Лещенко  был уволен по собственному желанию, а отделение было расформировано как убыточное.
На площади перед  зданием  продолжается оживленная торговля, зимой бойкие кавказцы продают новогодние елки. Жизнь продолжает идти своим чередом!


                КОНЕЦ


Примечание: Реакции короткого замыкания - тип кратковременного психического расстройства могут развиваться у психически здоровых людей на фоне длительной психотравмирующей ситуации, переходить  в депрессию и  формироваться в сверхценную (навязчивую) идею, такую как: стать лидером в чем-то, стремительно разбогатеть, сделать какое-то фундаментальное открытие и др., не имея к этому ни малейшей предрасположенности. Человек начинает считать себя  «избранным» какими-то сверхъестественными силами, слышит «голоса»… Эти реакции  могут быть кратковременными  и пройти сами по себе, либо под воздействием внешних обстоятельств.

               







2015г.                А.Воронков.


Рецензии
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.