3. дохлый и сорок килограмм долларов

3. ДОХЛЫЙ И СОРОК КИЛОГРАММ ДОЛЛАРОВ.

Как Дохлый обнаружил 40кг долларов, останется для всего мира чернейшей тайной, загадкой будет его появление в комнате без окон, скупо меблированной с огромным изображением мастурбирующей феминистки на стене и жёлтым овальным столом, на котором лежат семь разноцветных презервативов да одноразовый транспорт со стерильной стрелой. Наконец-то Дохлый пришёл как то в себя, отдышался и раскрыл этот тяжеленный чемодан.


Время за стенами комнаты 13.45. Светит солнце, в тени +38С, люди сонные муравьи, ползающие среди фонтанов, зелени парков и бодрых продавцов пива, горластых морожениц, что-то должно быть дальше, но это безликое, неодушевлённое в пыли, сокрыто своим приближением. Раздался звонок телефона. Лысеющий добряк мэр города миллиона башен снял трубку и по обыкновению, деловито сказал – Слушаю - Вы мэр?- спросил уставший голос из трубки – Да - ответил мэр - Знаете, дружище мэр, я хочу купить у вас центральную площадь, вместе с революционным памятником. Вам двадцати килограмм сто долларовых купюр хватит?- подобное неожиданное предложение поставило мэра в тупик, потому что он не знал, сколько это - Что за дурацкие шутки!- раздражённо крикнул мэр и повесил трубку. Дохлый пожав плечами, надул первый, бесцветный презерватив - Ты будешь зваться Мойдодыр - и он глуповато хихикнул, прикасаясь к объёмистому капиталу фальшивых купюр.


Тайна мертвецов, это уже новость, которая ходит улицами и заодно с толками продаётся из рук в руки. Ближе к 17.44 серьёзные лица с пистолетами, знали о разбогатевшем Дохлом, который надувал второй жёлтый презерватив, окрестив резинку "НАР". Посмотрев с сочувствием на надутую безопасность, Дохлый изрёк - Вот оно всё, но в кране нет воды, электричество осталось в полусевших батарейках, а телефон продан на гуманитарной распродаже. Красный с усиками, уже вздутый и зажатый между лбом и оконным стеклом, Дохлый назвал "Мачо чили". Там за стенами сползало в унитаз солнце, и появились мелкие, бледноватые прыщи звёзд, Дохлый созерцал происходящее без должного энтузиазма и аппетита - Ночь будет всего лишь зимой, которая ни черта не принесёт, только холодные батареи, долги, чуждых постояльцев и вновь украденный телевизор - он смолк.


Точка, от которой идёт время кипения, час ожидания в тишине до привычного звонка в дверь квартиры. Минутки букашки подкожные, что шмыгают, шастают по всему телу, а воздух в лёгких такая секундная слабость на выход и рождение зелёного "Шишка". Он собственно то, что способно смешно болтать из-за забавных дырочек эрозии - Дыряв, и вздут - хмыкнув, подытожил Дохлый. Пиная вполне живой и свистяще говорливый, зелёный презерватив, умирающий без человеческой крови, а от исходящего воздуха. Так часто бывает, что один и это не одиночество или изолированность в однополое сообщество. Просто один, ещё раз на один с кучей фальшивых долларов и даже не гавноед миллионер, а не кто, что наполняет воздухом презервативы и собственно можно заказать эту панельную девицу, но кто она? и где телефон? зачем шевелиться, будучи богатым засранцем?


Простое, оригинальное убийство ночных часов, заключено в надувании чёрного "Киллера" с ароматом смородины и синего "Джима", который загнут в жутких рвотных спазмах, хотя это латекс, резинка для мочилова мух, сперматозоидное гетто, некий хохотун с просроченным историческим сроком. Дохлый думал о последнем. Оставить на чёрный день или надуть? Дилемма проедала плешь. Как же так? Я богат, словно этот долбанный арабский шейх, а сижу в этом унитазе, надувая резинки? Дохлый сорвался с места, в его голове вертелся вполне реальный план предстоящего движения. Но сперва он выжрал венами ресурсы и свалился трупом в туалете, слушая и не слыша журчание весенних ручьёв, как шепчут червяки подснежники и тихо лопаются почки. Он слеп с открытыми глазами, видя, что заворачивается в радужное покрывало отсутствия там и отторжения здесь. Сейчас уже падает занавес и начинается бытие, если, всё протекает в отдалении и течения нет, огни погашены, бьет шагом набатным колокол, ты ждёшь его, но припрутся они, будут морочить голову, путать рассудочность судьбы, ты конкретно в эфире, радио относительности ждёт твоих слов.


Время сучье пространство и неврастеник в алых штиблетах, полосатом фраке этих чёрных, семейных трусах с пурпурными лилиями. Вопит, что он господь, а после, рыдая, извиняется, оправдываясь, что он велик, но так устал от вечного геморроя и приапизма на котором намотана вселенная. Скулит, завывая, заявляет убедительно, а может, заверяет нотариально, но за всем этим дерьмом мимики, есть желание человечины, нагловатое, сулящее кучу дерьма и проклятий. Его волосатый рот, глаза, язык, вставные платиновые зубы. Почему я понял, что всё слишком поздно? Это же суетный бес, злобный демон! Кровь по каплям, отсыревшая сера спичек, обилие прозрачной, даже стеклянной рвоты и соль воды, но это всего лишь начало. Раковина раскрывается и оттуда вырываются голодные лобковые вши, тухлые креветки с человеческими черепами, что ползут по замёрзшей чёрной пашне мозга. Кто-то кричит, прикрывшись околоплодной рубахой, но другие оцепенели в страхе, и молчат, они ждут тупо временных попусков, когда волна сонливого передоза схлынет и появится возможность безостановочно с остервенением трахаться, сношаться, быть белозубым живчиком в присосавшихся пиявках вагин.


Ударь его. Да не так сильно. Болван! Возьми, просто залепи оплеуху. Да не так же! Ты добьёшь его окончательно, кретин! Дохлому влепили менее ощутимый подзатыльник. Встряхнули, швырнули в десяти минутный полёт компьютерного файтера с дымом и искрами уничтоженного убийцы, потом в вену, что-то ввели и через минуту в заднице ожили зубастые глисты. Дохлый вскочил с выдохом - Ох, ****ь ну и проняло! Перед ним сидела, просто эффектная крашеная стерва. Хотя моложавость превращала её в остервенелую куклу из ужастика. Это была та самая обояшка, сероглазая Алиса, которая через полчаса будет зеленоглазой шатенкой, а ещё дальше облик её изменится, но эти два мордоворота рядом не станут, ни призывными лесбиянками, ни гадящими под себя педерастами. Вы ещё кто такие?- дрожа и стуча липкими зубами, спросил Дохлый - Где деньги гнида?- спросил один из бандюганов - Шишок знает - реакция на ответ была молниеносной, но что боль, если съедена ломка.


Девочка Алиса закурила, внимательно изучая человекообразное существо в углу - Разве господь не учил нас делиться с ближним человеком? Тебе же мил человек и тысячи хватит, чтоб светло дожить до гробовой доски, так почему же, мы ваше такое пупковое величество ломаемся, тянем вопросами время и вообще молчим. Давайте поговорим, если вам есть, что сказать - Дохлого мгновенно усадили на двуногий табурет. Теперь, миндалевидные глаза платиновой блондинки с нездоровым интересом изучали Дохлого, она не старалась скрыть своего любопытства. Но ему неудобно было сидеть. Что, же ваше святейшество нам поведает. Какую проповедь прочтёт?- сигареты у Алисы были дорогие, поэтому дым щекотал ноздри Дохлому, и он непроизвольно чихнул, забрызгав соплями белые туфли Алисы - Вы чрезвычайно не предсказуемый человек, как-нибудь в свободное время вы обязательно повторите этот трюк, на бис. Алиса затушила сигарету и зло, улыбнувшись, подошла вплотную к Дохлому. Она приподняла его подбородок и резким ударом локтя, сломала Дохлому переносицу. Хлынула обильно кровь, Дохлый стал захлёбываться и беспомощно лезть пальцами в нос, чтоб что-то сделать, уже слышался клёкот кашля, когда его поволокли в ванную.


Теперь комната была серой, никакой цветовой абстракции и лишь пять надутых презервативов без лиц, но с человеческой сущностью, мирно покоились на полу. Опухшее, синеватое лицо Дохлого было повёрнуто в сторону снова пускающей дым Алисы - Скверно выглядите любезный, побои вам не идут на пользу, поверьте мне, я женщина и знаю о мужской привлекательности многое. Может, вы хотите курить? Дохлый знал о женщинах очень мало. Это мало, было ничтожно мало, на уровне жёсткого порно и он заговорил - Детка, у меня в штанах двадцать сантиметров реальной любви, которой нужен вход во все твои дыры - и Дохлый, чуть было не вывалил содержимое своих штанов, а затем он расхохотался и ему сильно дали в зубы.


Вернувшись из небытия в реальность, Дохлый увидел вечер за окном и силуэт курящей девушки, два мордоворота доедали пиццу. Умереть быстро или жить дальше, сейчас это в твоей власти - и Дохлый со сломанным носом и битыми зубами, задумался над этой дилеммой - А вы не солгали насчёт длины, да, да женское любопытство исходит из страстности, не любопытная женщина, увы, холодна - только сейчас Дохлый сообразил, что подобен Адаму. Знаете, я думаю, что в эту минуту, вас очень легко убить и не получить искомого. Можно конечно зверски провести комплекс усердной содомии, превратив исходное, тщедушное тельце, в ломоть кровоточащей плоти. Ответьте мне, как можно искренней, это поможет? Алиса улыбнулась и снова приблизилась к Дохлому - Через минут двадцать, тебя начнут грызть собаки. Суставчики твои, так заломит, защемит. Потик польётся холодненький. Сердечко застучит, как у спаривающегося кролика. О боге вспомнишь, маму - Ты согласна сделать минет за сорок кг долларов?- и Дохлый провёл языком по разбитым губам – Боюсь, меня этому не научили - глядя в упор, прошептала Алиса.


Она вновь сняла старую кожу, оскальпировала самостоятельно свой череп, вынула глаза, сложив эти аксессуары в крошечную сумочку, Алиса, щёлкнув пальцами, превратилась в оливокожую вамп с иссиня чёрным волосом и где то в глубине изумрудных глаз, искрился лёд холода, с которым она вопьётся в ещё живого человека. Как ваше самочувствие? Вижу, что отвратительно, а знаете, это радует, теперь нас не будут волновать взаимоотношения полов. Мы так сказать займёмся более зрелыми, более насущными проблемами нашего с вами бытия - Алиса улыбнулась и опять закурила. А Дохлый думал, что это Гудвин, великий и ужасный, бесполый мудак воплотившийся в теле этой молоденькой стервы, которая просто издевается, а не режет на куски. Гниль в желудке разрасталась и скоро это будет битое бутылочное стекло.


Алиса смотрела, как из уродца напротив, капает пенистая слюна, как это существо чешется, раскачиваясь из стороны в сторону, и глухо стонет, размазывая пену слюны, и вот рвотный спазм скрутил, выгнул человечка. Один из мордоворотов наступил на член уродца и заржал, видя, как тот жалобно заскулил, пытаясь оттолкнуться безвольно обвисшими руками - Чёрт возьми, Макс сгоняй за дозой, иначе этот торчь загнётся. Боже, это омерзительно, как же воняет, что это лезет? Алиса отодвинула стул - Никогда бы не подумала, что так может быть - и девушка снова закурила. Дохлый уже не думал, не мог считать, он знал, пора выбрасывать на ринг белое полотенце.


Вкатили дозу, и он мгновенно опьянел от пузырьков маслянистого шампанского, болтлво-говорливый язык, молол всё, что было там и не имело костной структуры или хитиновых доспех. Сейчас Дохлый перевоплотился в утёнка Даффи, шепелявил и обижался, нёс бред и мечтал о прыщах на языке, о бельме в глазу - Я отдам деньги и пойдём в кино, сегодня день немецкого порно. Можно я надену свой лучший костюм? Правда мы пойдём все вместе, взявшись за руки, купим всяких вкусностей, детально и вдумчиво просмотрим эпопею "Немецкие жеребцы 1-5" будет здорово. Только подождите немного, я надену свой лучший костюм и прихвачу баул с деньгами.


Настало оживление, потому что диалог сошёл с мёртвой точки, Алиса с интересом изучала слетевшего с катушек голого придурка, который корчил из себя утёнка Даффи, он прыгал на месте, махал руками, комично поскальзывался в собственной рвоте - Ну что же вы медлите аббат? Ведите нас к сокровищам!- подыгрывая происходящей нелепице, выкрикнула Алиса и всё это абсурдное, карнавальное шествие, одного сумасшедшего и трёх серьёзных людей направилось в ванную комнату. Дверь захлопнулась, ещё доносились шутки придурковатого утёнка Даффи, а после умолк и он.


Мир ночи с 2.00 по 3.30 скрывает множество тайн, которые лучше никогда не знать. Тайной для многих останется и произошедшее действие в тесной ванной. Последний белый "Храбрец" ребристый исчез в неизвестности, да и кого будет волновать судьба седьмого презерватива, разве что бомжеватого Мерлина, он же маг, поэтому такие вещи под его юрисдикцией.


Неделя немецкого порно кино, закончилась грандиозным побоищем ультрас на стадионе. Они не думали о превратностях порно индустрии, а просто срывали спинки сидений и разбивали в лепёшки морды, кроили черепа и, обозревая весь этот кровавый беспредел, Дохлый думал. Зачем? Прибыл ОМОН, вот ненависть, агрессия и нет какой-то стороны, какой в жопу футбол? Главное эта кулачная война без правил, где любой сопливый сосунок, чувствует себя, самой свирепой серой гориллой. Пока не получит в свою мелкую харю тупым предметом из сподручных и не заскулит от боли, явив на миг миру душу в теле. Дохлый допил пиво, направляясь за очередной дозой. Конец или начало, трудно ответить, Дохлый и сам не знал ответа, потому что ещё не найден секрет радуги, не окончен бег человека съевшего её.


Рецензии