Чертов уик-энд

Мы арендовали дом за городом, чтобы там отпраздновать день рождение моего лучшего друга Серёги. Машину я одолжил у отца. В пути мы то и дело обсуждали предстоящие выходные. Постоянно шутили и смеялись, было действительно весело. Нам редко, когда удавалось вот так собраться всей нашей дружной компанией вместе. Последний раз это было, кажется, пару месяцев назад и закончилось не очень удачно: Сашка сильно напился и упал в канаву, потом ещё оказалось, что подвернул ногу. Ну, да неважно. Нас было пятеро: вышеупомянутый Александр, который с пьяни начинал чудить так, что обязательно попадал в неприятную историю; Серёга - именинник, ради которого здесь все и собрались, Света - подруга детства, а вот Катю я знал плохо, не удивительно, она была бывшей девушкой Серого, но быстро вписалась в дружный коллектив, и, собственно, я.
Доехали мы без лишних хлопот. Перед глазами предстал деревянный, двухэтажный дом, с открытой террасой, двумя широкими окнами и мансардной крышей. Пока девчонки восхищались потрясающим владением, где нам предстояло жить все выходные, мы с парнями разгружали багаж. Внутри дом выглядел таким же уютным, как и снаружи. Просторный зал с камином, на стене в ряд висели искусственные головы вепря, оленя и медведя.
– Похоже это дом охотников, – сказал Саша, рассматривая головы животных.
Пол устилал красный ковер. В центре располагался круглый стол с двумя стульями и широким кожаным диваном.
– Ух ты! – воскликнула Света, увидав на втором этаже в одной из комнат двуспальную кровать с балдахином. – Чур, эта комната моя! – заявила она, втаскивая чемодан в свои новые апартаменты.
– Тебе же будет неудобно спать на такой гигантской кровати. Я мог бы разделить с тобой эту ношу, – улыбаясь, сказал Саша, собираясь входить следом за Светой, но девушка остановила его у порога, слегка упираясь нежной рукой в его мускулистую грудь.
– Отвали! – игриво бросила она.
Наконец, разобрав все вещи и поделив комнаты, мы разожгли камин и разместились в зале. Я и Катя на стульях, а Света с Серёгой на диване. Сашка решил сидеть на ковре рядом с камином.
– Серый, за тебя, чтобы прожил ещё столько же лет, – сказал я, поднимая бумажный стакан с плескающимся в нём пивом.
– То есть, в сорок, по-твоему, я умру? – обратился он ко мне, вопросительно вскинув бровь.
– Лучшего пожелания я ещё не слышал, – добавил Саша.
Мы засмеялись, чокаясь стаканами.
– Сегодня твой день, чувак, и я хочу, чтобы ты запомнил его на всю жизнь! – похлопал я друга по плечу.
Мы веселились до поздней ночи, а потом Сашка откуда-то нашёл в доме старый музыкальный проигрыватель с десятками пыльных пластинок. Он поставил одну, и тут же заиграла мелодия. Поудобнее усевшись возле камина со стаканом в руках, я наблюдал за Серегой и Светой, которые танцевали медленный вальс. Кажется, алкоголь дал о себе знать, тогда, как Сашка делал странные замысловатые движения, танцуя сам с собой, вызывая у нас новые приступы смеха. Одна Катя за весь вечер была на удивление молчалива и угрюма, а спустя какое-то время и вовсе вышла на улицу. Я поднялся с пола и, слегка пошатываясь, последовал за ней.
Она стояла на террасе, облокотившись руками о перила и глядела на яркий серб луны, застывший посреди беззвездного чёрного неба. Абсолютную тишину нарушал стрекот сверчков, доносившийся из темного леса.
– Всё в порядке? – спросил я, подойдя к ней.
– Да, просто как-то не по себе, – ответила она, а затем, задумавшись, грустно добавила: – чувствую себя здесь лишней.
Я промолчал, вдыхая свежий воздух и прислушиваясь к пению сверчков.
– Места здесь действительно райские. Не то что в городе, куда ни глянь, одни высотки и люди, а здесь природа, безмятежность... красота, – протянул я.
– Это с виду так кажется, – произнесла Катя. – Не хотела я говорить, но... меня кое-что беспокоит. – Она вдруг замолчала.
– Что тебя беспокоит? – поинтересовался я.
– Ты разве не слышал? – удивилась девушка. – Об этом еще во всех местных газетах писали, даже по телеку показывали.
– О чём это ты?
Она придвинулась ко мне поближе и едва слышным голосом зашептала:
– Это место действительно выглядит, как самый настоящий рай на земле, тишина и покой, но местные знают, какие кошмарные тайны хранят эти дремучие чащи. Сколько боли и ужаса вобрал в себя этот участок, сколько крови впитали его корни, скольких мертвецов похоронили эти деревья. Несколько лет назад в округе стали пропадать люди, в большей мере молодежь, которая любила устраивать в этих лесах пикники и ночные вечеринки. Их находили убитыми. Истерзанными иногда настолько, что нельзя было опознать, но не зверь сотворил с ними такое, не медведь, нет... на много хуже.
Во время расследования полиция обнаруживала на телах убитых следы насильственной смерти. Появились слухи, что маньяк завелся в "Зеленых прудах". В километре отсюда есть озеро, – кивком головы она указала в сторону леса. – Говорят, жертв он заманивал туда, а затем убивал. Тому озеру теперь дали другое название - "Озеро скорбных душ". Никто туда уже не ходит, считают, эта территория его. Маньяка так и не поймали, он покончил жизнь самоубийством на том же озере. Странно одно: тело его так и не нашли, только обрывок рваной одежды, наверное, поэтому и сделали такой вывод.
– Что-ж, время страшилок объявляется закрытым, – улыбнувшись сказал я.
– Ты что мне не веришь?! – досадливо воскликнула Катя.
– Да брось ты, такие истории обычно рассказывают, чтобы попугать туристов и детей, ты ещё скажи, что по ночам можно услышать вой призрака неупокоенного маньяка.
Она отвернулась от меня и долго соблюдала молчание. Её плечи дрожали, от холода или страха, я не мог понять.
– Мой старший брат тоже не верил... и погиб здесь вместе со своей девушкой, – Катя опустила голову, стараясь не смотреть мне в глаза.
У меня что-то ёкнуло внутри, стало стыдно, но и не покидало волнение, словно и вправду по соседству с нами обитает самый настоящий кровожадный убийца. Ночь и тёмный необъятный лес, раскинувшийся перед взором, по-новому предстал в мрачном свете луны.
– Прости... я не хотел... сочувствую, – выдавил я из себя, положив руку ей на плечо.
– Он просил, чтобы я не говорила родителям, боялся, что они запретят ему идти, а потом, когда нам сообщили, что произошло..., – она всхлипнула, смахнула с глаз слезы. – Тело пришлось хоронить в закрытом гробу.
– Но ведь сейчас же всё нормально. Маньяк умер, это место снова стало безопасным, – сказал я, пытаясь её успокоить, но скорее больше хотел убедить себя.
Подул сильный ветер. Катя обхватила себя за плечи, пытаясь унять дрожь и согреться.
– Да, – неуверенно подтвердила она.
– Ладно, холодает, пошли в дом к ребятам.
Что-то заставило меня оглянуться, и я увидел средь густых тёмных деревьев далекий, тусклый огонёк от фонаря, маячивший, как крохотное пятнышко, которое вскоре исчезло, растворилось в воздухе подобно привидению.
"Мы же здесь одни, совсем одни, кто бы это мог быть? Какой-нибудь сторож, лесник? Скорее всего, именно так оно и есть", - подумал я и вошел в дом.

***

– Где вы были? – тут же набросился на нас Серега.
– Да так, выходили подышать свежим воздухом. А что?
– Санёк пропал.
– В смысле пропал? Вы же всё время были вместе.
– Он поднялся на второй этаж, а потом, как воду канул. Мы уже весь дом облазили, звали его, думали, может, прикалывается, но по ходу, что-то реально стряслось.
На лице Серёги читалась тревога, не смотря на то, что причин для паники, как таковых, не было. Сашка всегда попадал в непростые ситуации, порой мы находили его в таких местах, в которых в трезвом состоянии он бы не оказался, но сейчас дело принимало серьёзный оборот. Катя хотела что-то сказать, но никак не решалась, возможно, приплести сюда дело о маньяке, но ведь он мёртв, уже как пару лет.
– Где Света? – спросил я у друга.
– На втором этаже…
Не успел он закончить предложение, как с лестницы спустилась Света.
– Его нигде нет.
– Ну куда, куда мог подеваться этот чёртов ублюдок?! – вдруг выпалил сгоряча Серёга.
– Не говори так про него, он же твой друг! – Света толкнула парня в плечо и укоризненно на него посмотрела.
– А что? Мне страшно, – развел он руками. – Сейчас ночь, видимость практически нулевая, он может в овраге где-нибудь лежит. Но вот, как из дома выбрался незаметно, если ногами едва передвигал? Гудини чертов!
– Спокойно. Оставайтесь в доме, – велел я девчонкам. – Мы его найдем.
– Нет, мы пойдем с вами! – твёрдо заявила Катя.
– Это опасно. Вы можете заблудиться. В такой темноте и шею свернуть запросто, к тому же есть вероятность, что Сашка вернётся.
В итоге от моей идеи разделиться на две группы отказалась и Света, не желая оставаться и ждать.
– Держитесь друг друга и не отходите ни на шаг, – сказал я ребятам.
Мы шли по тропинке, под ногами хрустела листва и сухие ветки. Кругом нас окружали толстые стволы чёрных деревьев. На одном из них, я обратил внимание, была прибита табличка с неумело нацарапанной надписью "Тёмная зона", которую мы благополучно пересекли. Из-за густых крон, свет луны не мог проникнуть в эти места. Я вспомнил таинственный мерцающий огонек фонаря, что видел, когда стоял на террасе и подумал, что, возможно, нам поможет лесной сторож, обитающий в глубинах леса. И действительно, между просветами деревьев мы обнаружили маленький, обветшалый домик, с деревянной, покосившейся крышей. Рядом с дверью, на приделанном к стене крюке, висел фонарь, покачивающийся под напором небольшого ветра.
– Что это за дом? – первая вымолвила Света, щурясь от ветра.
– Не важно. Надеюсь, там кто-нибудь живёт и поможет нам отыскать Сашу.
Серёга быстро поднялся по ступеням и постучал в дверь, которая со скрипом тут же отворилась сама. Он вошёл внутрь и долго не выходил.
– Ну что там? – крикнул я, растирая руки.
Но он не ответил. Подозрительная тишина заставила меня насторожиться.
– Ждите здесь, я сейчас, – сказал я девчонкам, а сам поднялся по ступеням и медленно переступил порог.
Внутри царила темень, жутко воняло протухшим мясом. Я зажал рукой нос и подошел к Сереге. Застывший, словно камень, он смотрел в одну точку. Я взглянул на предмет его исследований, замер на месте и перестал дышать. То, что передо мной предстало, нельзя описать человеческим языком будучи в здравом уме. Привалившись к стене, лежал косматый седой старик с длинной густеющей бородой, одетый в серый меховой тулуп. Но его лицо... словно кто-то пытался снять с него кожу! Разрез проходил от виска, как будто пунктиром шел через подбородок до другого виска, также надрезы садистским образом были сделаны вокруг глаз, где на месте глазных яблок виднелись пустые черные провалы. Из живота торчало здоровенное бревно, а руки, прижатые к стене, были в многочисленных маленьких дырочках, словно проткнутые тысячами мелких острых иголок; от кончиков пальцев они уходили к локтям, где скрывались под рукавами серой помятой рубашки. Но самое загадочное и поистине ужасающее то, что тело старика оказалось начисто обескровлено, ни единого пятнышка крови на полу.
– Господи, боже мой! - прохрипел неживым голосом Серега. Он отвернулся и на согнутых коленях схватился за живот. Его тошнило. Наконец, очухавшись, он вцепился в мою руку.
– Надо валить отсюда, как можно скорее!
– Мы должны найти Сашу.
Я не мог отойти от того ужасающего зрелища, пытаясь перебороть свой страх и мыслить рационально, не поддаваться инстинктам, не дать завладеть ими, но чувствовал, как внутри сотрясается сердце.
– Да его даже в живых, наверное, уже нет! Надо уходить, я не знаю, что за тварь это сделала, но она вернется! – Сергей едва ли подбирал нужные слова, чтобы убедить меня, стараясь не смотреть в сторону, где в полумраке безлюдной сторожки покоилось изуверским способом изуродованное тело лесника. Всем своим существом я желал покинуть это место, пока еще был шанс. Но какая-то часть меня не позволяла бросить друга, словно полагала, что Саша еще жив и находится в плену.
– Слушай, кто бы это ни сделал, нам нельзя возвращаться. Он знает, что мы здесь, и скорее всего сейчас прячется в нашем доме. Девчонкам о леснике ни слова. Если мы расскажем им, что видели, начнется паника, а нам сейчас только этого не хватает. Ты меня понял?
Серега неохотно кивнул. Мы вернулись к своим и после того, как я дал пару уклончивых ответов, двинулись дальше. Через пару минут ходьбы мы вышли из лесной заросли к озеру. Серебристая гладь воды блестела в лунном свете. Казалось, все живое оставило нас наедине с тишиной. Не было слышно ни пения птиц, ни стрекота сверчков, ранее радовавшего слух. И я погрузился в бесконечный мир ужаса, словно сам добровольно пришел в логово чудовища, которое должно было явиться в ближайшее время, ожидая подходящего момента, когда мы приблизимся, чтобы утащить на дно.
– Смотрите! – крикнула Катя, указав рукой на одно поваленное дерево, под которым кто-то лежал. Это был Саша. Мы незамедлительно поспешили к нему. Он находился без сознания, лежал в пыли и грязи. На левой части джинсов красовалась дыра, из колена струилась кровь.
– Мы с Серегой поднимем дерево, а вы вытащите его, – скомандовал я.
Мы схватились руками за ствол дерева, приподнимая на несколько миллиметров, а девочки потянули Сашу на себя, пытаясь освободить из цепкого капкана. Еще немного, и мы смогли освободить его, однако он по-прежнему находился в отключке.
– Он живой? – испуганно спросила Света.
– Дышит - значит живой, теперь можно и убраться отсюда подальше, – с облегчением вздохнул я, вытирая рукавом куртки со лба пот.
Саша вдруг открыл глаза и непонимающе уставился на нас. Мы с Серым помогли ему подняться, придерживая, чтобы он не упал.
– Как ты себя чувствуешь? Что произошло? Как ты здесь вообще оказался? – засыпали мы его вопросами, но он лишь пожимал плечами, отвечая, что ничего не помнит.
– Выглядишь неважно, старик, – похлопал я его по плечу в знак поддержки. Он промолчал, уставившись потерянным взглядом на поваленное дерево.
– Ладно, Сашку мы нашли, уходим, дома обниматься будем, – заключил Серега. Собираясь возвращаться, внезапно мы услышали чей-то печальный и протяжный вой, донесшийся откуда-то издалека. Тишину озера сотрясло нечто громогласное, неожиданно ставшее ближе, намного ближе того, что мы слышали в первый раз. Нечеловеческий вой пронесся в третий раз, такой тоскливый, глубокий, наполненный болью.
– Господи, что это? – Света прикрыла рукой рот, чтобы не завопить на всю округу. У меня по спине поползли мерзкие мурашки, Серега вовсе стал бледным, как мертвец. Из чащи показалось крохотное желтое пятно, стремительно приближающееся к нам. Я усмотрел в нем огонек фонаря, вспоминая, как в первый раз увидел его. Из зарослей кустарника вылезла темная фигура мужчины в сером плаще. В руке он крепко сжимал фонарь, освещая им путь. В грубых чертах лица сквозило презрение и злость. На левой щеке незнакомца красовался длинный шрам.
– Идите сюда! Скорее! Быстрее, быстрее сюда! – звал он нас, подавая знак рукой идти за ним. – Скорее, пока еще есть шанс! Сюда, детки, сюда.
– Кто вы такой? – спросила Катя.
– Нет времени! Времени совсем не остается, совсем скоро его уже не будет! Нужно успеть укрыться от него, нужно успеть укрыться! Скорее за мной! Если хотите жить, детки, идите за мной! – нервно бормотал он своим гнусавым голосом, нетерпеливо махая рукой. Раздался очередной зловещий вой, от которого незнакомец стал в страхе озираться по сторонам, а затем, не дожидаясь нашего решения, быстрым шагом направился в противоположную сторону от озера. Мне не нравился этот тип, однако выбора у нас особо не было, поэтому мы последовали за ним.
– О ком вы говорили? – обратился я к нему. - Что за чертовщина здесь творится?
– Разве вы не знакомы с местной легендой?
– Про маньяка? Но он же давно умер, сдох на этом чертовом озере!
– После его смерти это место стало еще более не спокойней. А по ночам тут происходит такое, что не каждый верующий поверит. Я бы назвал это аномальной зоной, они как черные пятна разбросаны по всей планете, наткнуться на одну из таких зон - обеспечить себе билет в один конец. Она тебя не отпустит, ты уже коснулся ее, парень. Выпив яд, будь готов попасть в ад, – он мерзко захихикал, довольный своим остроумным высказыванием. – Его дух бродит в этих лесах и ищет себе жертвы. Есть лишь один способ выжить, если увидишь среди деревьев его силуэт, - бежать. Беги со всей дури, не оглядываясь, остановишься на секунду и умрешь! – он ухмыльнулся, обнажая ряд желтых зубов.
Мы снова оказались у сторожки лесника, и тут я почувствовал, как забарабанило в груди сердце.
– А кто вы? – как-то неосознанно вырвался у меня вопрос.
– Я-то? – он сделал вид, что не расслышал, а затем, слегка помедлив, с едва уловимой злой усмешкой сказал, - лесник. В моем доме вы в безопасности.
Он принялся подниматься по лестнице. Остановившись у входной двери, повернулся к нам.
– Чего застыли? В мой дом маньяк не проникнет, идемте скорее, детки, вы почти в безопасности.
Мы с Серегой испуганно переглянулись. Мой разум парализовал животный страх, хотя наши друзья и не подозревали, что настоящий лесник сейчас лежит мертвый в стенах этого старого домика.
– Катя, Света, Санек, уходим, – позвал я их, попятившись назад.
– Вы чего, ребята? – недоумевала Света. – Он же сказал, что поможет нам.
– Света, я сказал уходим! - грубо бросил я.
Незнакомец в плаще раскинул руки в стороны, словно приглашая посетить его скромный уголок, что странно, он не препятствовал нашему уходу.
По пути я не выдержал и оглянулся, но сторожка стояла пустая. Незнакомец исчез. Ком застрял в горле, в лесу снова стал слышаться ужасающий вой, явивший за собой лютый ветер, который трепал волосы, поднимал желтую листву и бил по лицу. В темноте что-то промелькнуло, но я не успел рассмотреть. Вой стал громче, перемежающийся с рычанием, а затем у толстого мрачного дуба, что возвышался на холме, мы все увидели нечто чудовищное, о чем поклялись в дальнейшем никогда не говорить. Это был человек, я абсолютно уверен в этом, но в его чертах, в том, как он выглядел, сквозило что-то нечеловеческое: огромная черная тень над его головой, как колпак, парила в воздухе, она плавно шевелилась, подобно морским волнам, извивалась, касалась земли, словно гигантская туча сошла с неба, издавала дьявольский вой и хлюпающие, чавкающие звуки, чем-то напоминающие звук, когда ботинки вязнут в мягкой влажной почве. А потом, словно яростный вихрь, в ушах зазвучал его злорадный, полный ненависти и безумства дикий, неистовый смех. Знаете, откуда-то люди берут все эти сюжеты для фильмов ужасов, но тот смех настолько ужасающий... я теперь понял это.
Не помню, как мы добрались до дома, собрали вещи и уехали из этого чертова заповедника. Я был в ужасе и не стыжусь признаться в этом. Мы все в тот момент чувствовали нечто жуткое, безнадежное, словно эта тварь сотворила с нами что-то плохое. С того момента я начал ощущать недостающую часть себя, потерянную в "Зеленых прудах". С друзьями я практически не общался, связь с ними была навсегда утеряна. Я вернулся из "Озера скорбных душ" живым мертвецом: истощенным и больным. Оно коснулось меня, когда я только оказался в том месте, и теперь ничего не поделаешь.
Позднее я выяснил, что Катя покончила жизнь самоубийством. Ее тело нашли на берегу озера. Причина ее поступка так и остается для полиции загадкой, равно как и для семьи. Но, кажется, для меня она ясна.
Еще через пару месяцев погиб Саша, тоже в тех местах. Проклятие это или нет, но боюсь, что рано или поздно мои сомнения и чувства захлестнут настолько, что я не выдержу и тоже отправлюсь туда, к "Озеру скорбных душ". На этот раз выбраться у меня не получится. След или отпечаток, который он оставил на каждом из нас, будет преследовать меня до конца жизни.

Конец...


Рецензии