19. Первый залп

Мэрлин честно довел нас до станции. Мы попрощались сердечно, и он дал себя погладить.

На станции стоял поезд – тот самый, на котором мы ехали с Дорис. В вагоне никого не было, не заметил я и следов боя. Лишь в кабине машиниста отсутствовал блок связи и компьютер.

И я снова шел первым, за мной следовала Преша. Миновали лестницу, боковой переход, ещё один. Здесь я ориентировался более менее сносно. Хорошо было бы обойти большой провал с озером, чтобы снова не нарваться на Паяльщиков.
Я уверенно направился в сторону второй линии, она уходила на восток под углом в тридцать градусов. Как бы там ни было, но всё равно она должна где-то пересекаться с южным направлением.

Дорогу преградила река из бурой жижи. Счетчик показал третий уровень загрязнения.
Мы надели комбинезоны и респираторы, и двинулись вброд. Включили фонари на шлемах.
Шли примерно три часа, ощупывая дно эхолотом.
Дно, усыпанное обломками стен и металлическим ломом, вскоре стало подниматься, и мы выбрались на сухие пути.
- Смотри, - сказала Преша, указывая на остатки перрона.
- Что?
- Нет, не то. Левее, видишь?
В глубине эстакады я заметил дверь, над которой горела дежурка-лампа.
Я кивнул, и мы вылезли наверх, на перрон.

Комната оказалась довольно большой. Возможно, раньше здесь располагался зоновый пост пехоты, хотя я был не уверен.
Преша оживилась. Она с интересом разглядывала обстановку. Столы, довоенные плакаты на стенах, кресла, мониторы наблюдения. Комната имела что-то вроде подсобки, там стояла широкая кровать, или диван. 
Я повернул выключатель, и в подсобке загорелся свет. В большой комнате свет отсутствовал.
- Что это? – Преша указала на ящик размером с чемодан, стоящий у панели с мониторами.
Это был древний компьютер, системный блок. Такие делали лет сто назад. Я открыл ящик стола. Он оказался заполнен блестящими кругами с надписями CD. Их было много. Моё внимание привлек один, с изображением большого красивого города.
Я вставил диск в щель на панели блока. Послышалось жужжание, загорелись индикаторы, и один из мониторов засветился.
Преша открыла рот.
- Он работает?

…На экране одни фантастические картины сменялись другими. Я никогда такого не видел. Хотя нет, доводилось видеть фотоснимки в заброшенной библиотеке, но я считал это иллюстрациями к какому-то загадочному вымыслу, или истории.
Счастливые люди, одетые в легкие яркие одежды, двигались по светлым улицам городов. Они улыбались друг другу. Дома поражали своей высотой, они были не разрушены. Я видел даже деревья вдоль дорог.
А дальше, о…
Целые леса, зеленые, с огромными кронами, реки с водой голубого цвета, водопады, и странные звери. Бессловесные, пугливые, без оружия.
В небе клубились белоснежные облака, и летали птицы. Да, я знал, что эти существа называются птицы.
Самолеты. Они были окрашены во все цвета, кроме защитного, и каждый вмещал сотни людей. На них я не увидел пушек и ракетных установок.
Последний кадр показал бегущую по зеленому лугу девочку. Да, это был человеческий ребенок, она бежала по траве с яркими разноцветными окончаниями – цветами. Девочка раскинула тонкие руки и смеялась, и ветер играл её пушистыми волосами.
Я взглянул на Прешу. По её щеке катились слезы.
- Выключи! Выключи! – закричала она.
- Что с тобой?
- Выключи…это, выключи! – с ней случилась истерика. Она вскинула экстрактор, грохнул разряд, и монитор вмиг разлетелся на куски.

…Процессор всё ещё жужжал, тихо и виновато. Я щелкнул тумблером, и он замолк.
Преша лежала ничком на полу. Её плечи вздрагивали. Я осторожно вытащил экстрактор из-под её руки.
- Капрал, прекратить истерику. Это всего лишь картинки, и не факт, что они из реального прошлого.
Я не мог понять, что её так расстроило. Бессловесность зверей? Или то, что этот старый мир никогда больше не вернется?

Преша немного успокоилась. Она встала и прошлась по комнате, глядя себе под ноги. Пол был усеян битым стеклом и пустыми ржавыми магазинами от оружия.
- Помнишь, когда был первый залп?
- В 2035 году, с орбитального крейсера «Ария». Но я тогда ещё не родился.
- Тогда ещё были какие-то школы, в сети подземных бункеров. Нас там учили грамоте. А потом началось заражение земли. Сначала умерли мои родители, потом сестра и брат. Я одна выжила.
- Что ты хочешь этим сказать? Это всем известно.
Она молча подошла к двери, словно собралась уходить.
- Ничего, Гернер. Ничего. После второго залпа были уничтожены города – те самые, что мы сейчас видели. Там,  в мониторе. Это не выдумка, ты знаешь. Я уверена, что они именно такие были. Прекрасные.
- И это тебя так расстроило?
- Нет, не это. Тебе не понять.
Я пожал плечами.
- Мне неинтересны легенды прошлого. Лучше нам заняться ночлегом, впереди долгий путь.
- Куда путь, Гернер? – она усмехнулась.
- Я тебя не держу. Можешь оставаться.
- Я не об этом.
- А я об этом.
Я кинул ей комплект для ночлега и показал на кровать.
- Ложись здесь, я останусь у мониторов – здесь. Не забудь включить датчики движения.
- Это дерьмо никогда не срабатывало…

Я бросил мешок на стол, под голову, и взгромоздился на столешницу. Выбирать не приходилось. Преша ушла в «подсобку», вскрыла пакет с промо-постелью и выключила свет.
В темноте я слышал, как она снимала защитный комбинезон. Потом загорелся химический ночник.
Преша тихонько выругалась – уронила его, он закатился куда-то под кровать, или провалился в щель в полу. Свет от него освещал лишь часть стены, очень тускло.
Зачем она разделась? До… как это у них называется, нижнее бельё. Её силуэт был виден на фоне стены.
Согнутая в колене нога… По каким лекалам её сотворил Господь? С какой целью? Непостижимо. Преша укрылась – но только  живот, а остальное? Остальное тоже надо укрывать же…
Она повернулась на бок – перепад высот бедро-талия оказался значительным. Лучше не смотреть, и ни в коем случае не поддаваться на эти провокации.
- Гернер, - это она сказала.
Нет, мне послышалось. Необходимо заткнуть уши и закрыть глаза. Так значительно лучше. О боже…

- Гернер, тут холодно!


Рецензии
Женщина для мужчины, мужчина для женщины. Нормально.

Согреть, защитить. Ок.

Лайтовик Производства   08.01.2018 12:13     Заявить о нарушении