Долина. Глава 3. Динка

Часа через два наша маленькая комната наполнилась людьми, в основном соседями, но и других я тоже знаю. Они расселись на полу и на стуле. У нас один пока стул.

А теперь, как обычно: пьют самогонку, курят, ругаются матом и поют песни.

- Как у городе Парижу
  Ходют, бродют девки рыжи,
  Ходют голы, кудри вьюцца,
  На глазах у всех е…цца.
  Ты-на, ты-на, ты-на-на,
  Ты-на, ты-на, ты-на-на…

Эту песню уже раза четыре спел Дениска. Дениска – старый дядька лет сорока, просто все его зовут Дениской, даже дети. Он сидел в тюрьме, а потом поселился в соседнем доме. Дениску все боятся, потому что он кого-то убил. Говорят, отца своего, у нас же в Долине. Может, врут, про отца-то.  Когда Дениска поет песни собственного сочинения, ему все хлопают в ладоши и смеются. Как сейчас. Папка наливает стакан самогона Дениске и говорит, что талант не пропьешь. Дениска сидит на грязном полу нашей кухни и делает его ещё более грязным: бросает окурки, плюет, как верблюд, рыгает ещё противно. И самогонку он пьёт противно... Льётся вон, изо рта... Я очень боюсь Дениску! Его  свалявшиеся волосы, грязные обкусанные ногти, беззубый, воняющий рот наводят на меня ужас смертный. Хочется убежать из квартиры навсегда! Куда угодно! Хоть к крысам в детдом! Сейчас к тому же, штаны Дениски, воняют гадко, он…хи-хи-хи… не успел в туалет…хи-хи-хи… Никого из взрослых это, почему-то, не смущает.

О! Мамка начала после каждого слова причмокивать губами. Напилась, вроде. Всё! Теперь можно бежать.  Про меня сейчас точно никто не вспомнит.

Время часа два. Возле дома никого нет. Взрослые такую жару не любят, они по домам сидят или некоторые на работе. А наши все, ну, дети, наверно, возле барака трутся, Толмачёвского.

По дороге к бараку, встречаю щенка Фомку и двух котов. Ленивые коты, валяются на траве, жмурятся от солнца и равнодушно наблюдают за Фомкиной истерикой. Он уж и лает, и лапами подкопы роет, и круги нарезает вокруг котов, а им хоть бы что! Лежат, нехотя лапами отбиваются и ни с места! Наконец, Фомка устал, подбежал ко мне и, жалобно поскуливая, стал  проситься на ручки. Я посмеялась и позвала его с собой. 

Возле дома Толмачевых, на лавке, сидит дед Егор.  У него длинные костлявые пальцы и волосатые-волосатые у-у-ши! Он страшный, но добрый дедушка.
- Дед Егор, - спрашиваю – наших не видал?
- Видал. Как не видать. Тута были все. Можа, в садик убегли.
 
Выходной. Садик не работает. Мы на веранде там сидим иногда, через дырку в заборе пролазим.

- А что в вашем садике хорошего? – подходя к веранде слышу я, как огрызается Ваня, - батя говорит, там деньги за все дерут и не кормят вообще ничем!
- Прям, не кормят, - возражает Вика. – Ещё как кормят. Запеканки с киселем дают, каши разные, сосиски, суп и булку с молоком на полдник. Вам просто ходить не в чем в садик, бабушка говорила!
- Там крысы страшные-престрашные, как в детдоме! Они детей едят! – с ужасом подключаюсь я к разговору.
- Да, нет там никаких крыс! Врут всё ваши родители! – спорит Вика.
- А вот и не врут! Это твоя мама врёт! – кричит Ванька.
- Нет! Моя мама никогда не врет. Она хорошая! А ваши – пьяницы!
 
Горько, видно, стало Ваньке от этих слов. Размахивается он, и… хрясть Вику по спине.  Я в ответ - Ваньке подзатыльник. Потому что, хоть и обидно, но Вика права. Наши родители пьют. Здесь все свои и нечего правду скрывать, которую и так все видят. Не пьют-то, у Вики только. Когда надзорщики приходят или из милиции, тогда понятно - надо врать. А то увезут, и опомниться не успеем. Врать  мы с Ванькой хорошо наблатыкались. Когда соседка в прошлый раз милицию вызвала, и папку повели к милицейской машине, Ванька так плакал и за штанину милицейскую хватался, что все поверили – папка хороший у нас!  Его тогда забрали, конечно, но мамку оставили и нас тоже.

- Вот, - всхлипывает Вика, - а я ещё упрашивала маму взять тебя к нам жить. - Жалела тебя, когда ты в крови на прошлой недели был.

Ванька насупился:
 - А что ты ерунду говоришь. Как будто в казенном доме лучше, чем в родном. Я вон, если захочу, вообще на улице буду всегда жить. А уж на улице-то, всяко лучше любого садика. А вырасту, у меня машина будет, а у тебя нет, -  Ваня замолкает на секундочку, потом добавляет,  – ну, я покатаю тебя, как же ещё-то.
"Не надо было за неё заступаться", - думаю я. - "Покатает он её..."

Молчим.

Замечаю, как игривый Фомка толкает землю лапами и носом, рычит и злится. Виной всему маленькая букашка, которая ползает у него под носом и никак не попадает  на зуб. Наклоняюсь ближе. Божья коровка! Беру её на пальчик:
- Божья коровка, полетай на небо, там твои детки кушают конфетки, всем по одной, а тебе ни одной.
- А что, на небе конфетки есть?
- Не знаю, Максимка, может и есть.
- А виктория?
- Не знай. Нет, виктории, нет, наверно. Замучил ты, Вань со своей викторией! Да, и конфеток нет. Если бы они были, то, как бы они там держались? Падали бы.
 - Было бы здорово, если бы падали.
Викин телефон зазвонил и голосом её бабушки пригласил нас всех на пироги.  К утренней компании  Динка ещё прибавилась. Так и пошли.

Пироги мы ели с повидлом, с луком и яйцами, с картошкой. Вкусные, до невозможности!
Я попросила один пирог для Жанки. Мария Захаровна сказала, что Жанке нельзя  пироги есть, но я точно знаю, что можно. Мама ей вчера сосиску давала тёти Олину. Жанка жует, только плохо. Ей жевать нечем, потому что. Но она все равно пол сосиски съела. Мария Захаровна дала мне два пирога, и мы вышли на улицу. Я велела ждать меня возле подъезда, а сама поднялась к нам в квартиру.

Мамки с папкой дома не оказалось. Дядя Коля Нестеров, прикладывая полотенце к разбитому носу, сказал, что они за «догоном-самогоном» ушли. Его сын, дядя Саша – с губой. Ну, с разбитой тоже. Они всегда дерутся, когда выпьют, потом мирятся. На нижней кровати, в комнате, тетя Марина из девятой со своим новым хахалем.
 
- Э-э-й!.. Фигуля-мигуля!..Мишка, едрить твою за ногу, - вопит Дениска из кухни.
Это он Мишке вопит. Везде его с собой таскает, что бы  до дома доводил.
– Что морду-то воротишь, шалупня детдомовская? Подыми соседа-то, а не то, я устрою тебе ночку!
Мишка послушно выполняет приказ:
- Домой тебя?
- К Нинке!… Л-л-ю-бви хочу! 

Ушли.

Жанка спит. Я прячу пироги и тоже ухожу.

Ждала меня только Динка.

- Все ушли в садик опять. Может, ко мне пойдём, порисуем? – спрашивает она.
- Пойдём. Карандаши-то есть цветные?
- Есть. И альбом тоже.

Динка хорошая девчонка. Подружка моя. Максим, Дина, Даша, Коля, Женя, Алёнка - это вся семья Толмачевых. А, ещё мама их - тётя Наташа.  Старших детей я не знаю. Они в детдоме живут, большие  уже. Я слышала один раз, возле их подъезда говорили, что тетю Наташу родительских прав лишили, а она, зараза (так прямо и сказали «зараза», и по матом) ещё троих родила. Дашка у них совсем маленькая, как Жанка наша, примерно. Живут Толмачевы в бараке. В  комнате у них висят  ржаво-грязные занавески на окнах. На проволоке прям. Диван дырчатый стоит рядом с окном, напротив стол и два стула. Возле двери ещё место, пальто там разложено и …ещё пальто или шуба, и две подушки. На диване спит тетя Наташа с Дашкой. На топчане – Дина и Максим. Бабушка Викина говорит, что в долине обычное дело: рожать новых детей взамен отнятых надзорщиками. Дина Толмачева красивая! У неё желтые волосы с кудряшками, голубые глаза и густые-густые ресницы, нос вот курносый, не удался, прямо скажу. Курносый нос же не прямой, поэтому, не удался.  Ямки на щеках у неё. Это красиво. Дина ходит в школу. Ей нравится. Целый год уже проучилась.

Думаю, что бы нарисовать… Динка целый лист дала! Мама говорит, я талантливая и когда вырасту, вытащу всех из помойной ямы и большим человеком стану.

Дом нарисую! И Фомку!



Маму ещё, Ваньку, и цветок я нарисовала! Цветок получился очень красивый! С красными лепестками, желтой серединкой, зелеными лепестками за красными, ещё точки поставила: черненькие на красных лепестках, коричневые на зеленых. Очень уж красиво!!

- Ух, ты! Какой цветок у тебя, - удивляется Динка. – А у меня вот…

На Динкином рисунке, в уголке сидит маленькая бабочка и очень-очень-очень большая птица на весь лист, черная и кудрявая, как их дядя Витя.

- Ты видела, какое платье у Вики красивое? – спрашивает меня Дина.
- Угу, она уезжает завтра. Поэтому такая нарядная была. У неё, так-то, и другие красивые платья есть. Она мне отдавала уж несколько штук.
- Мне мама завтра тоже купит такое. Или другое, даже лучше купит, или вообще два платья! Честно, - немного обиделась на меня Дина, увидев моё недоверие.
- С чего это? Детские ещё не давали. Мамка не получала, это точно!
- Мамка меня продавать завтра идет, - отвечает Дина.
- На совсем? – я испугалась даже.
- Не, ты что! Только на один день. Она с дяденькой уже договорилась. За целых тридцать тысяч рублей!
- Да ладно?! Не ври, Динка. За тридцать тысяч рублей знаешь, что можно купить? – спорю я. Ну, а как не спорить? Я не знаю, что можно купить за тридцать тысяч, но думаю уж явно больше, чем Динку. Да и зачем она нужна кому-то? – А зачем ты ему нужна-то, - так и спрашиваю я.
- Мама сказала, что он будет меня трогать, как дядя Витя её трогает и все.
- М-м – мыкаю я. – Ну, не знаю, поди страшно к чужому дядьке идти?
- Да, я не знаю сама-то, - мнётся  Динка. – Вроде и страшновато, но уж мама с дядей Витей пробовали, показывали мне всё, плакать не велели. – До чего ж красивый все-таки у тебя цветок вышел!! Научи меня так рисовать, а?

И я принялась учить мою подружку рисованию, как учительница прям,…хи-хи-хи…
Мы ещё немножко поиграли у Толмачевых. Потом, пришла тетя Наташа с плачущей Дашкой. От малышки воняло какашками и плохо-плохо изо рта. Вот, как верить этой Марычевой?! Она говорит, что у маленьких деток изо рта пахнет молоком. Врет! И у Жанки нашей, и у Дашки Толмачевой пахнет фигнёй какой-то, а не молоком! И про садик поди врет, что там хорошо! Динке верю! Она мне никогда не врет. Значит, в школе правда здорово. Скорее бы 1 сентября…

Продолжение: http://www.proza.ru/2016/04/03/1787


Рецензии
Даааа....
Просто нет слов.

Надежда Розенбаум   08.04.2016 21:44     Заявить о нарушении
Таня, похоже, Вы написали эту вещь и больше в неё не заглядывали. Очень сильно отличается от того, что я прочитала прежде.
Хорошо бы перечитать её и справить опечатки, которых встречается достаточно - окончания кое-где, черточки не хватает перед *то* или другие мелочи.
Успехов.

Надежда Розенбаум   08.04.2016 21:48   Заявить о нарушении
Спасибо) Перечитаю, постараюсь исправить. Я делаю кучу ошибок, а из-за невнимательности, не замечаю их. Ещё раз спасибо)) Если не сложно, делайте мне замечания))

С добром,

Таня Успешная   08.04.2016 21:56   Заявить о нарушении
Ладно) Это всегда пожалуйста:))

Надежда Розенбаум   08.04.2016 22:25   Заявить о нарушении