Военные сборы

1 Апреля. Ночь.  Заснеженный лес. Что я тут делаю?  На мне сплющенная ушанка примерно 1944 года выпуска сидит на самой макушке серой мышкой. Обмундирование примерно того же года. Галифе прикольное меньше на два размера, шинель на два размера больше зато теплее.  Сапоги еле прикрывают голые икры.  Штрафбат, чи шо? Оружия нет и вокруг сотня таких же как я и почти все пьяные. Ни погон, ни званий, ни отличий.
 Нет, бегают и суетятся пара, тройка капитанов в общевойсковой форме с перекрещенными стволами в петлицах.
Так,значит я теперь артиллерист.  Нормально, был химиком, стану артиллеристом. Эх, пальну из гаубицы, или чего там у вас!  Куда спрятали?
 Из за кустов кричат строится.  Пойду построюсь как-нибудь.  Интересно, что дальше будет.  Так, разбивают по взводам. А мне куда?  Я химик.  Я здесь лишний совсем, в этом царстве пороха и грома.  Товарищ по счастью нашёлся, в комендатуре служил писарем. Итак, двое нас выморочных, портящих строй гордых  орлов - артиллеристов.  Велели со вторым взводом в палатку до утра залечь.  Может отпустите, я до дома и ночью дойду, лес знакомый, летом грибы собираю.  Нет?  Ладно, пошли спать.  Палатка десятиместная с голыми нарами и щелями с руку.  Ямка в углу для печки. А печка где?  За десятой сосной на северо-западе склад?
Уже несут, только дров нет. Давай ветки ломать, хворост собирать.  Не горит,сыро, дымит только. Темно, ни одного фонарика и кругом дым, курить не надо. Тепла не добились.  Выпили ещё по сто пятьдесят. Уснули на нарах, закутавшись в шинели, плотно друг к другу.  Поворот во сне синхронно.  А если враг, а у нас тяготы и лишения? Лучше об этом не думать   Лесной воздух благотворно действует.  С утра голова не болит.  Заработала кухня,  приехало начальство.  Две больших звезды с двумя просветами и даже три звезды. Эти тоже плохо спали, рожи красные.
Ткнул в меня пальцем – Ты кто, боец? 
-Химик,- говорю.
-Я химиков знаю, все алкаши.
На себя бы посмотрел, свинья опойная. Десять лет ваших рож не видел и вот опять.
Завтрак у кухни не получился, обед уже лучше. Повора трезвые, это обнадёживает. Может отпустят?  Куда ехать?  На КПП?
 Нашли применение двум непричастным.  А может я переподготовиться хочу по своей специальности?  Суки.  Повезли на грузовой, закинули шлагбаум железный, буквой Г.   В кабине капитан на хорька похож.  Теперь мой начальник.  Приехали,  околица деревни по названию Прудищи.  Странное название, прудов нет даже маленьких, зато Волга замёрзшая в ста метрах через поле.

 Запасная дорога с полигона, палатка такая же, со щелями.  Печка хорошая, круглая, чугунная.  Две кровати с матрасами, одеялами и подушками. Капитан обещал ужин привести. Отлегло, но надо быт устраивать.  Попытались шлагбаум вкопать на обочине.  Земля промёрзла, лопату сломали, плюнули.  Палатку ополовинили по диагонали, стала треугольная.  С заброшенной фермы брёвен натаскали, попилили, отлично, дрова есть.   Затопили, потеплело, разморило, уснули.  Проснулись, холодно, капитан приехал.  Посмотрел на шлагбаум, выматерился, отдал котелки, обещал лом завтра привезти, компот увёз с собой.  Чтоб ты им захлебнулся, урод.
Затопили снова, погрели котелки, поели но мяса не нашли. Хлеб оставшийся сушить положили.
Договорились топить по очереди всю ночь.  До трёх он, потом я.  Завтра наоборот.  А где растопка на всякий случай, если погаснет?  Комендатура  пошёл к населению.  Приняли за дезертира, но керосину дали.  Люди у нас отзывчивые, солдатика жалеют.
Капитан привёз лом и лопату.  С горем пополам вкопали шлакбаум сантиметров на десять, подпёрли мёрзлыми комьями, вроде стоит, если не трогать,  а открывать никому не велено.
У них там какой-то шухер. То ли кто сбежал, то ли помер. Капитан  на следующий день приехал в мыле, дал журнал, номера машин записывать, кричал о бдительности и происках врагов. Ну точно, по голове дали. Обещал посадить, если кого пропустим. Я ему говорю:
-Ты уж меня сразу расстреляй здесь, в поле, вон у той берёзы.
Уехал злой, ужин не привёз. Хорошо я домой смотался. В соседней деревне Красново конечная автобуса. Всего километр.  В автобусе шарахнулись от меня пассажиры, почуяли недоброе.
Понимать надо, человек четыре дня из сапог не вылезал, не умывался и зубы тоже  не чистил.
Помылся  дома, фонарь привёз, свитер, водки, а ужина всё нет. 
Выпили, подождали ещё, может совесть у хорька проснётся?  Не проснулась, взял фонарь, котелки, пошёл через поле и лес, напрямик.  Полчаса от силы, глядь, лампочка горит от генератора, грибок, дневальный, обустроились, при кухне живут и со светом.  Пришёл на кухню, посветил в котлы, нагрёб по стенкам с мясом, под брезентом две банки тушёнки, заныканной поворами, обнаружил и обратно на пост.  Бойца смекалка выручает. Выхожу из леса, вдали палатка на фоне неба и комендатура курит рядом. Посветил фонарём, гляжу, машет.
Выпили ещё, поболтали, что делать, телека нет, уснули.   Будит меня в три часа,  топлю. В щёлке печи огонёк мерцает, думаю обо всём, о жизни, да мало ли.  Просыпаюсь, темно, огня в печке нет, но ещё горячая. Поворошил угли, почти нет горящих, дров напихал, керосином полил, спичку чиркнул…..

Никогда так не делайте, никогда. Пары керосина скопились в горячей печке, и стоило поднести к ним спичку, как раздался взрыв.  Меня оглушило,  где я?  Темно, лают все деревенские собаки, комендатура орёт, что, война? Будто ногу ему оторвало.  Ещё страшнее, со сна то.  На зубах зола скрепит.

Нет- нет, разобрались потихоньку, дотопил без происшествий.  Утром капитан извинился за ужин, посмотрел на наши чёрные рожи с жалостью и уехал. К обеду сменилась погода. Задуло с севера, со стороны Волги полетел снег, попёр ветер.  Предусмотренные на этот случай застёжки на пологе палатки естественно полностью отсутствовали и ветер рвался в наше жилище немилосердно. Мы в четыре руки удерживали полог, это нам удавалось с трудом, зато время пролетело быстро. К вечеру погода стихла и мы улеглись спать измученные.  Топлю ночью, часов в двенадцать, звук мотора, ближе, ближе, выхожу с фонарём. Зил 131, в кузове офицеры, человек тридцать.  Требуют открыть шлагбаум.  Объясняю, что не хочу быть расстрелянным у той берёзы.  Просят, ноют, скулят, желают яйца помыть.  Предлагаю объехать шлагбаум хоть слева, хоть справа, кругом поле замороженное.
Чертыхаются, боятся, поворачивают назад. Я торжествую, отмстил за всё. 
Утром солнышко, тепло, весна, палатка нагрелась, не топим, загораем, двадцатое апреля. Шлагбаум подтаял, наклонился грустно, плевать. Завтра домой. Переподготовку прошли.


Рецензии
Ничего себе переподготовка!
Издевательство какое-то над людьми.
Удачи, Геннадий!

Татьяна Завадская   19.01.2017 17:51     Заявить о нарушении
Это армия, а не курорт. :)

Геннадий Травников   19.01.2017 18:42   Заявить о нарушении