Охота на оборотня. Глава 22

Таверна с незамысловатым названием “Охотничий приют” никогда не отличалась многолюдностью. Возможно в силу весьма специфических блюд, которые местная стряпуха величала южной кухней, может из-за того что данная “кухня” по-обыкновению располагалась на весьма нечистоплотных тарелках, или потому, что находилось это питейное заведение на самом краю столицы, но отчего-то оно совершенно не пользовалось популярностью средь избалованных, и не очень тоже, жителей.

Поговаривали, что здесь обитают весьма привлекательные официантки, правда, только поговаривали, ибо редко кто в здравом уме забредал сюда. Еще одним фактором нелюбви местных гуляк к этому заведению, была любовь к нему разбойников, прячущихся в лесу да иногда здесь появляющихся. Ну а кого угораздило забраться сюда в нездравом уме и с заплетающимися ножками, те поутру, с легкой подачи похмелья, плели такую ерунду, которой еще больше отпугивали прочих пьяниц.
 
Но конечно же, высокопочтенный и сиятельный герцог про эти нюансы не ведал. Вполне вероятно, что младшее сиятельство герцогского происхождения также был в неведении, ибо даже ради столь благой, в его понимании, цели, как убиение брата, он бы не соизволил сунутся в это злачное место.

Но тем не менее сунулись оба, вместе с кучкой стражников и одним верным охранником.

“Охотничий приют” встретил нежданных посетителей вполне гостеприимно: уютной атмосферой охотничьего домика, множеством чучел и картин, преимущественно рассказывающих о прошлом этих самых чучел, когда за ними еще только охотились; витающим в воздухе запахом чего-то жареного и пока еще не предвещающем ничего плохого и “южного”, а также десятками удивленных глаз. Еще бы, здесь не удивляться, столь колоритная компания бедняков в сопровождении явно высокопоставленной особы (Гилберт наотрез отказался менять свой великолепный наряд на нечто более грязное и печальное). Но самым приятным это без сомнения было наличие в самом углу зала прекрасного камина.

Его-то Гилберт и заприметил, сразу же туда посеменив, стражу он предусмотрительно оставил ближе к выходу, дабы еще чего доброго оборотня не прозевали. Фрэнсис же видимо решил, что пока никого клыкастого и мерзкого поблизости не видать, не грех и поразвлечься. В его поле зрения как раз попала одна весьма привлекательная с виду девица и мужчина на манер своего брата бегущего к огню, поскакал за девушкой. А Карл подумав некоторое время и заметив, что никто как-то не собирается решать самую важную проблему, поплелся к барной стойке. Оборотень оборотнем, но на пустой желудок дела не решаются.

Время шло, Фрэнсис превосходно вжился в роль беззаботного гуляки и видимо для большей убедительности решил эволюционировать в веселого пяницу. Что, в принципе, демонстрировал опустошая уже вторую бутылку чего-то сомнительно булькающего в зеленом флаконе, который был украшенной одной лишь незатейливой этикеткой с именованием “Эльфийская радость”, да и та была криво приклеена.

У Гилберта неотрывно наблюдающего за братом, невольно возникло великое сомнение, что узрев данное пойло эльф очень уж возрадовался бы, но да не важно.

“Может и оборотня привлекать к делу не придется? Попьет братец еще, а там, глядишь, сам собой помрет…” заключил про себя мужчина, задумчиво следя за тем, как пузатых хозяин таверны счастливо улыбаясь подает Фрэнсису прям в протянутую ручонку очередную “Радость”.

“Может хозяину мой брат тоже чем-то неугодный? Хотя, скорее просто пытается удобно сбыть неходовой товар щедрому придурку.”

Тем временем отменять сделку с оборотнем было уже поздно, одна клыкастая и склонная влюбляться в кареглазых служанок личность, уже успела прийти к “Охотничьему приюту”.

- Мальчики, - звонкий голосок рассек заунывное мычание, которое Карл искренне считал задушевным пением. Четверка сидящих у самого выхода мужчин дружно обернулись к источнику голоса и тут же, как по команде, расплылись в откровенно похабных улыбках, старательно маскируя их под приветственные.

- Не угодно ли вам, почтенные господа, заказать еще изумительного эльфийского вина? - кудрявая брюнетка в алом с белыми рукавами платьице - негласной форме данной таверны - мило улыбнулась четверке стражников.

- Неси, красавица, - пробасил наиболее близко сидящий к ней мужчина и будь-то бы беззаботно потянувшись, неожиданно хлопнул девицу по ее задней части.

Руки он не лишился лишь по причине того, что кто-то добросовестно следовал плану, не включающему в себя внезапных превращений, а кто-то другой просто не видел всего этого безобразия.

Адель будь-то бы радостно улыбнулась и легко увернувшись от мужчины, сделала шаг в сторону барной стойки.

- Ты что? Его сиятельство ведь запретил нам пить, - прошипел на коллегу какой-то более усмотрительный страж. Но его замечание только вызвало смех, да колкие шуточки в его же адрес.

- Слышь, красавица, - окликнул Адель господин с размашистыми руками. - Тут дружок наш боится напится, говорит выпьет только, если ты к нам присоединишься. Так что, спасешь нашу компанию от этого зануды?

“Может внезапно исчезнувшую одну из верхних конечностей стражника никто и не заметит? - с надеждой подумала Адель, - А как же, заметят конечно. Ладно, Виктор, это только ради тебя…” Адель едва не скрипнула зубами от злости и будь-то бы весьма жизнерадостно и согласно агакнув, метнулась на поиски “Эльфийской радости”.

“Волшебство феи” как оказалось на практике было ничем не краше “Эльфийской радости”, разве что находилось в темно-красной бутылке и оттого казалось менее подозрительным. На это Гилберт и купился заказав себе оной напиток, а теперь, отпив жуткой кисловатой бурды, судорожно пытался сообразить куда же выплюнуть данное “чародейство” производства состарившейся и оттого, похоже, зловредной феи, чтобы и незаметно было и побыстрей.

- В камин плюньте, никто и не заметит, - посоветовал вкрадчивый голос аккурат из-за спины герцога.

Увы, сгорать в пламени “вино” не пожелало и стоило Его Сиятельству подпрыгнуть от неожиданности, как то тут же радостно проглотилось. Гилберт резко и недовольно обернулся к источнику голоса. Полный печали и смертельной злости герцогский взгляд встретился с откровенно насмешливым взглядом зеленых глаз. Блики отбрасываемого от огня света плясали по бледному лицу зеленоглазого, заставляя и без того светлые глаза сиять каким-то тихим внутренним пламенем.

- Герр Виктор? - Гилберту даже не удалось с ходу скрыть свое удивление и его ошарашенный взор опрометчиво метнулся в сторону замаскировавшихся под обычных охотников стражей, которые в сей миг так бессовестно беседовали с какой-то распутной девкой. Да мимо них сейчас даже дракон пробежать может, они и ухом не поведут!

Ясное дело, столь вопиющее поведение собственной стражи настроения герцогу не улучшило. Скривившись, точно нищенка клянчившая подаяние на базарной площади, только отчего-то лысая и в герцогских одежах, он взглянул на Виктора.

- Вижу, вы очень рады меня видеть, - расплылся в откровенно издевательской улыбке тот.

- Чрезвычайно. Только меня беспокоит один нюанс - как бы никто не заметил, что мы с вами так мирно беседуем, - мгновенно нашел чем объяснить свою скорбную мину герцог.

- Предлагаете мне напасть на вас для пущей убедительности? - безобидно поинтересовался Волк.

Даже слепой бы почувствовал на себе столь убийственный взгляд, которым одарил Виктора Гилберт и тут же умчался бы прочь, во избежание испепеления на месте. Но оборотень нагло остался, ибо во-первых младший герцог не владел магией, во-вторых на улице было холодно, еще и дождь начался, а здесь уж только дурак бы отодвинулся от сказочного тепла исходящего от потрескивающих угольков. Виктор дураком не был, посему как нивчем не бывало обошел кресло Его младшего Сиятельства и стал спиной к камину.

- Герр Виктор, мы так не договаривались. Сначала будьте любезны исполнить свою часть сделки, а потом уж можете хоть сесть в это пламя, - начал было Гилберт.

- Вы хотите чтобы я простудился? - неуместно и невинно спросил Волк, прекрасно зная, что герцог куда более желал бы его смерти, нежели простуды. - Замерзший и дрожащий от холода оборотень, знаете ли, не лучший воин. А о нашей беседе можете не волноваться, на нас все равно никто не обращает внимания. Вопли вашего брата куда более занимательная вещь, - закончил он, кивнув в сторону поющего Фрэнсиса.

Гилберт кивнул и видимо решив извлечь из общества оборотня хоть какую-то пользу, поднял на него взгляд и миролюбиво спросил:

- Может вина? - скрывающееся под столь благородным именем нечто подозрительно булькнуло в предложенном Волку бокале.

- Нет уж, предпочитаю не пить перед работой, - вежливо скривился Виктор и на всякий случай отодвинулся подальше от стакана. Ну вдруг, герцог из вредности, так сказать, “случайно” прольет его содержимое оборотню на штаны.

Вскоре, впрочем, убийственные взгляды в большом количестве и нетерпеливые вздохи в не меньшем, надоели Виктору и он отправился на поиски герцога Фрэнсиса.

Сиятельство искать, в принципе, и не пришлось, наверняка ему поднадоело пугать и так небольшое количество посетителей своим ревом и он перебрался в дальний угол таверны. Видимо с целью пополнить в организме запасы “Радости”, напрямую способствующей желанию петь.

“Охотничий приют” был хоть и небольшим зданием, но каким-то чудным способом он был разделен на целых два зала. Крыша старой таверны давно уже начала проседать и ежели хозяин вовремя не подсуетился бы, вся эта прогнившая и трухлявая “радость” на пару с залежавшимся на чердаке мусором давно бы грохнула на головы очередных посетителей. Но хозяин успел поставить подпорки, которые вместе со своими прямыми обязанностями - держанием крыши, еще и исполняли роль стен.

Сейчас эта особенность “Охотничьего приюта” как нельзя лучше играла на руку оборотню и прямо пропорционально играла против его жертвы. Оставленная Гилбертом и старательно отвлекаемая Адель, стража осталась в первом зале, герцог же пребывал во втором. Значит никто не сможет помешать Виктору исполнить его план.

Проходя мимо талантливой актрисы-оборотницы Виктор на мгновение задержался. О том, что идея предложить прекрасной юной деве отвлекать сомнительно вида мужиков, была как минимум нелепой, а как максимум так вообще идиотической, Виктор как-то раньше не задумывался. Ровно до того момента, пока его чуткий слух не уловил обрывок фразы одного из похабный мужей. Волк тут же ощутил, как волна всепоглощающей ревностной злости всколыхнулась в его груди.

“А не послать ли все к чертям и не оторвать ли этому наглецу все, что только подлежит отрыванию?” подумалось ему. В ладони привычно вспыхнул жар, в пальцах покалывание - верные предвестники магической молнии и вместе с тем беды для незадачливых врагов оборотня и Волк сделал осторожный шаг по направлению к развеселой компании.

Адель успела заметить неладное в последнее мгновение и уставившись на Виктора, весьма выразительно округлила глаза, мол, даже и не думай здесь фейерверк устраивать! Неслышно, одними губами, она прошептала “Все под контролем, иди давай,” на последнем даже указав пальцем на дверь ведущую во второй зал. Видимо дабы Виктор от ревности не запутался куда идти.

Волк кивнул и пошел, решив не спорить (в конце-концов это ж ему был нужен Камень и месть, так чего спорить?). Правда перед тем, как шагнуть в направлении завешанной старой цветастой шторкой дверцы, он сделал рукой едва заметный жест и не без удовольствия услышал, как мгновение спустя особо резвый парень выскочил из-за стола и пробормотав на ходу какое-то извинение, держась за живот, умчался куда-то во тьму двора.

Вездесущего Карла во втором зале как-то не наблюдалось. Никак заклинание подействовало сразу на всех нежелательных ухажеров Адель и юноша-охранник тоже скрылся где-то во дворе под кустиком. В любом случае его отсутствие Виктора определенно не опечалило. Не будет мешаться под ногами и то хорошо. Разумеется, великий оборотень не испытывал страха перед обычным человеческим парнем, но и радости как таковой тоже не ощущал. Уж больно четкими еще были воспоминания о той серебряной стреле, огненным копьем пронзившей его плече.

Фрэнсис скрываясь в тени размашистой герани - декоративным украшением стола, - сидел за столиком подвывая себе под нос незатейливый мотивчик.

“Помниться, это именно Ваше Сиятельство запустило ту проклятую стрелочку… ” Плечо тут же неприятно заныло будь-то в подтверждение мыслей Волка. Сколько времени прошло, а отголоски “встречи” с серебром все еще ощущались.

Вот было бы старшее Сиятельство более осмотрительным, не стреляло бы по ни в чем не виноватых оборотнях (превращение врагов в временные статуи Виктор определенно не считал чем-то заслуживающим наказания), остался бы и дальше править своим герцогством. Оборотень существо великодушное - за просто так никого не съедает, особенно, когда это съедение уже не принесет никакой пользы, а заветный Камень, незаметно стащен у некоего достопочтенного и лысого господина и сейчас приятно ощущается в кармане куртки.

Но в те минуты в душе Волка разгорелась мелочное и совершенно нелогичное желание мести, крепко подкрепляемое невесть отчего разболевшимся плечом.

Герань была роскошная, зелено-салатовая, с множеством ярко-розовых цветочков-зонтиков. За такой только от разъяренной жены прятать свою пьяную физиономию, ибо наверняка женушке станет жаль лупить по прекрасном растению сковородой, а вместе с тем и голова мужа в целостности збережеться.

Фрэнсис жены не имел, но прятать свою пьяную физиономию за ажурной кроной куста ему ничего не помешало. Голос, с помощью которого можно было бы позвать верного охранника, куда-то пропал (равно как и сам охранник) под воздействием охватившего тело оцепенения. А недовольно смотрящий на вас оборотень, согласитесь, ничем не лучше разъяренной жены.

 - Что, не ожидали меня увидеть? - ухмыльнулся темноволосый, угрожающе сделав шаг к столу Фрэнсиса. - Думаете меня так просто убить? С помощью одной только стрелы?

Испуганный мужчина не придумал ничего лучше, чем правдиво кивнуть. На что маг лишь только еще более хищно улыбнулся.

- Что тебе нужно? - заикаясь то ли от страха, то ли от “Эльфийской радости” пролепетал Фрэнсис, дабы хоть на пару минут отсрочить час своей смерти. А там, глядишь, и Карл, невесть куда умчавшийся, вернется и спасет своего господина.

По герцогским меркам наиболее лучшим способом отвлечь оборотня от совершения убийства была задушевная беседа. Ведь какой эпический злодей добровольно откажется от долгого и душещипательного монолога, на тему “почему я хочу вас убить” аккурат на последнем этапе осуществления своего плана?

Но Виктор жестоко разрушил все его надежды.

- Давайте оставим разговоры на потом, у меня сейчас не возникает ни малейшего желания беседовать с будущим трупом.

- Трупом? - зачем-то нервно переспросил Фрэнсис.

- Ну коль угодно, с будущим супом или шашлыком, на что уж хватит фантазии моей волшебной помощницы, но желания все равно не возникает, - слегка приукрасил (пристрашил?) дальнейшую судьбу Фрэнсиса оборотень и едва не подавился смехом, когда герцог услыхав про суп, мертвецки побледнел. Видимо, блюдо это казалось ему недостойным его аристократической личности.

Пока Фрэнсис во всей красе изображал провинившегося мужа за геранью, а заодно пытался слится с креслом, нервно поглядывая за спину Виктора, последний решительно двинулся к нему, достав из-за пояса клинок. Разыгрывать честный бой и ждать пока враг оклемается Волк не имел ни малейшего желания. Вон Фрэнсис в прошлый раз его едва руки, а то и жизни, не лишил, а теперь его черед наводить свою волчью справедливость. В конце-концов он был оборотнем, “лесным чудовищем” коль угодно, и в рыцари его еще никто не посвящал, а значит и о честной битве заикаться не стоит.

Адель откровенно любовалась получившейся комбинацией. Иллюзии однозначно были ее конек, что ярко доказывали стражи сидящие с ней за одним столиком. Вернувшийся из кустов и заметно погрустневший громила, видимо для того, чтобы улучшить свое расположение духа, полез обнимать, как он полагал, прекрасную деву. Роль оной сейчас играл его непьющий дружок, причем он явно был не против объятий и кокетливо расправлял ворот на рубашке, точно девица рюши на платье, дабы приукрасить в глазах ухажера свои выдающиеся прелести. То что оных там не наблюдалось от слова совсем, его ничуть не смущало, под воздействием волшебства он чувствовал себя весьма прелестной блондиночкой. Два оставшихся стража также видели в нем красавицу и глупо хихикали, поочередно предлагая ему то вино, то жаркое. Один даже отличился и выудив из кармана печенье, предложил то “девице”. Черствое и верно пугающее одним своим видом даже самых голодных воробьев, оно было с нескрываемой радостью принято “дамой”.

Адель подавила желание хихикнуть и продолжила с упоением наблюдать за разыгравшимся перед ней дивным действием. Задумчиво она погрызла пряник, к счастью принесенный ею же из дома, а не пугающий воробьев, и подло улыбнувшись, посмотрела на “красну девицу”. При чем действительно красную, ибо странный господин уже успел обмотаться, точно платком, какой-то занавеской, бессовестно содранной из окна. Благо, хозяин заведения не заметил.

“Чтобы еще такое придумать?” лукаво сощурилась девушка, обводя взглядом четырех мужчин. Придумать что-то хотелось определенно, дабы они со стыдом вспоминая свои проделки, знали потом, как к незнакомым девушкам приставать. Тот факт, что именно эта девица вроде как сама пристала, особой роли не играл. Не хотели бы напиться, да к красавице прицепится, не стали бы заказывать вино, так что сами виноваты.

Увы, фантазия упорно отказывалась выдумывать коварные и обязательно смешные проделки, видимо посчитав, что и этого безобразия на данный момент достаточно.

Ну а в следующий момент об этом думать было уже поздно.

- Адель? - изумленно прошептал за ее спиной знакомый, но оттого ничуть не более приятный, голос. - Как ты здесь оказалась, любимая?

План был сорван, ее отвлекли, иллюзия разрушилась. Девушка обреченно обернулась к Карлу, испытывая одно только желание - сжечь сейчас, на этом же месте, к чертям этого, обладающего весьма дивным талантом портить планы Виктора, парня. Но и этой затее не суждено было сбыться, ибо воздух в таверне вдруг сотряс душераздирающий, просто страшный возглас:

- Оборотень!!! Спасите!!!

Конечно же орало это Его Сиятельство и Карл бросив беглый взгляд на невесту, помчался на выручку своему господину.


Рецензии