Дневник Йорика. Кошки

День первый. Приехал вечером в Киев и тут же снял квартиру. Чистая, уютная, кажется, тут недавно был ремонт. В общем, я доволен. Единственное, что напрягает на новом месте — это едкий кошачий запах в подъезде.

День второй. Зашел в квартиру и обалдел: в прихожей отчаянно пахло кошачьим туалетом. Неужели какая-то дрянь заскочила с лестничной клетки, когда я сегодня утром выходил из дома? Обыскал все углы — кошки нет. Обнюхал вещи. Кажется, жуткий запах исходит от моего шерстяного свитера. И тут я вспомнил. В Булгаковском музее на одном из стульев сидела здоровая такая белая кошка. Видимо, она и пометила стул, на котором я потом устроился… Вот я дурак! Теперь придется стирать все — и штаны, и свитер… И ведь не понравилась мне эта кошка сразу. Еще подумал, что с таких всегда шерсть лезет. Какая шерсть! Шерсть – это еще цветочки… Вернее, клубочки. А с этим что делать? С пальто! Стирать его или нет? Глупый вопрос. Если стирать — в чем тогда ходить? На улице минус пять! Хорошо. Поставим вопрос по-другому: покупать ли новое пальто? Тоже глупый вопрос: лишних денег у меня сейчас нет. Решил вылить на него остатки одеколона. Перерыв чемодан, обнаружил, что вожделенного пузырька нет — видимо, оставил дома. С таким жутким запахом меня в магазин просто не пустят. А мне очень нужен стиральный порошок. Пришлось побрызгать пальто туалетным дезодорантом. В конце концов, хуже пахнуть я  уже не буду…
Купил порошок, испытав немало унижений (об этом потом), замочил вещи, постирал, развесил. И тут услышал звонок в дверь. Пришлось открывать в семейных трусах — распаковать чемодан еще не успел. На пороге стояла женщина неопределенного возраста. «Я, конечно, понимаю, что вы эту квартиру снимаете», — начала она сердито. Мне такая проницательность не понравилась. Пока я пытался сообразить, кто бы это мог быть, дамочка с нескрываемым осуждением рассматривала меня и мои трусы. Черт меня дернул открыть дверь… Допустим, налоговая служба. Что делать? Отрицать, что я снял эту берлогу? Сказать, что я дальний родственник хозяйки? Или вор, случайно залезший не в ту квартиру? А может это миграционная служба? Женщина тем временем продолжала: «Я понимаю, что вы не виноваты…» Не налоговая, и не миграционная. Тогда кто… ЖЭК? Неужели пока я ходил в магазин, в этой чертовой квартире опять что-то случилось? Прорвало трубу? Я уже кого-то затопил?
«Но это просто невыносимая вонь!» — вдруг выпалила неопознанная двуногая. Я вздрогнул и потрясенно уставился на нее. Конечно, я рад, что кто-то разделяет мое возмущение. Но… неужели она думает, что эту вонь источаю я? Это невероятное обвинение ввело меня в ступор. Убедившись, что я нем, как рыба, она снова заговорила: «Ну, хорошо. Простите. Наверное, я резко выразилась». Не то слово, подумал я оскорблено. В моей душе поднималась месть. Что лучше: прищемить ей палец, захлопнув сейчас дверь, или выбрызгать на нее остатки этого ужасного хвойного дезодоранта... «Но поймите и вы меня: я просто не знаю уже куда жаловаться. Этот ваш коврик…» Я  уставился на кусок ковролина, который лежал у моей входной двери так, как будто первый раз его видел. К моей немоте прибавилась еще и глухота. Из задумчивости меня вывел голос: «…пришли и  обоссали ваш коврик!» «Кто?»  — очнулся я. Мое воображение уже рисовало картину: какие-то вандалы подходят к моей двери, чтобы совершить этот оскорбительный акт… Ну про то, что кладбища по идеологически-варварским соображениям оскверняют, я по новостям слышал. Но дверь? Мою дверь? Почему именно мою?!!! «Кто?» - снова повторил я, приготовившись услышать самую жуткую и захватывающую историю в своей жизни. «Да эти, с седьмого этажа», сказала она и призадумалась, вспоминая их имена. Так там у них целая банда! И квартиру специально в этом же доме сняли, чтобы приходить и гадить под МОЮ дверь! «Кто?» - почти взмолился я. Я уже догадывался. Скажу больше: я почти знал, чья извращенная фантазия могла придумать все это. О, этот человек долго ждал своего часа… «Да не помню я их кличек! Это вообще неважно. Важно то, что эта старая маразматичка выпускает своих кошек гулять по ночам. И куда бы вы думали, они идут?» — спросила она. «Неужели на мой коврик?!!!» — возмутился я. «На ваш!» — торжествующе подтвердила женщина, довольная произведенным на меня эффектом.  И продолжила обиженно: «А пахнет у меня!». «И у меня!» — добавил я, внешне - пытаясь разделить ее горе, внутренне - осознавая весь ужас своего положения. Но соседка (теперь уже было понятно, что она именно соседка) мученицей быть не желала. Похоже, у нее был план, который она вынашивала долгими бессонными ночами, скрежеща в бессильной злобе зубами: «Уберите вы отсюда этот коврик! Выкиньте его. Или засуньте на балкон. Они же опять придут ночью на него гадить!» Я пообещал, что что-нибудь предприму.
И только закрыв дверь, понял, как я зол. Выходит, пахло вовсе не от моей одежды и стирал я ее зря! Это раз. Два: все мои планы оторваться в Киеве на полную катушку летят насмарку. А ведь как мне расхваливали киевских девушек! Мол, таких красивых больше нигде нет! Да мое пальто пахнет сейчас так, что ни одна симпатичная девушка ко мне ближе, чем на пять шагов не подойдет. Достаточно вспомнить гримасу молоденькой продавщицы из магазина, когда я пробивал  у нее стиральный порошок. И подружки ее тоже хороши: «Если бы сейчас был декабрь, мы решили бы, что вы у нас украли елку. Ну, хотели подушиться, сходили бы через дорогу – у них хорошая парфюмерия есть. Что же вы дешевые дезодоранты изводите!» Три: будь у меня деньги, рядом с этим кошмаром любого парфюмера могло сейчас висеть еще одно, совершенно не нужное пальто! Можно, конечно, коллекционировать этих жертв усатых чудовищ, а потом выставить где-нибудь в Манеже. Но… дороговато обойдется. Куда дешевле собирать календарики с изображением кошек или изгаженных ими ковриков. И наконец, четыре. Пожалуй, самое страшное, о чем себе признаваться не хочется. На какое-то короткое время я подумал, что против меня и моей двери зреет какой-то заговор. Я был готов размышлять о  горькой судьбе и о своих неуловимых коварных противниках. Я был готов сражаться! Но кошки… кошки… они не ранили мой коврик. Они потопили его как проигравший во время морского боя корабль. Нет, они убили… да-да, убили во мне зашевелившуюся надежду, что я мог приковать к себе взгляды влиятельных врагов, а значит точно знать, что я, вопреки мнению окружающих, личность, по крайней мере выдающаяся…

День третий. Собирался с утра пойти в Киево-Печерскую лавру. Не пошел, не смог встать. Бессонная ночь и борьба с кошками отняли все мои силы. Но по порядку. Вечером по совету соседки выкинул постиранный коврик на балкон, поужинал и лег спать. Ночью, часа, кажется, в два, меня разбудили душераздирающие звуки. Орали кошки. Не найдя коврика на привычном месте, они устроили акцию протеста прямо у меня под дверью. «Мяу, мяу! Где наш санный коврик? Куда ты дел наш санный коврик?» - слышалось мне сквозь дикий вой из-за двери. Я понял, что схожу с ума. Я точно знаю, что кошки не разговаривают. Просто у меня слуховые галлюцинации. Но почему-то эта мысль меня совсем не успокоила. Даже закрыв подушкой голову, я слышал их недовольные голоса. Поняв, что сидеть в подполье бессмысленно, я вышел и крикнул: «А ну пошли отсюда!». Кошки разбежались, а я довольный вернулся в теплую постельку. И вдруг почувствовал, что кто-то пристально на меня смотрит. Жуткое ощущение. И действительно, на меня смотрели с балкона два светящихся глаза. Это был кот. Он сидел на моем коврике и плотоядно ухмылялся… Заснул я только под утро. Ни о какой лавре речь уже идти не могла. Тут у них все закрывается до обидного рано… Пообедав (позавтракав или поужинав), я вышел на улицу. Нарядные витрины магазинов и растяжки над дорогами порадовали. А красивые девушки – нет. Они от меня шарахались. Решил повесить пальто на балкон, чтобы оно хоть немного выветрилось. А вонючий коврик,  дабы оградить себя от кошачьей любви, вытащил на седьмой этаж – прямо под нос голосистым тварям. Пусть пока там полежит. А буду сдавать ключи от квартиры хозяйке – притащу его обратно. Успокоенный и умиротворенный, лег спать.

День четвертый. У них есть сообщники среди людей. Нет, нет, это не мания, это не плод моего больного воображения, это факт. Ужасный факт реальной действительности. Я понял это утром, когда шел на кухню. Из прихожей тянулся знакомый едкий запах. Открыв входную дверь, я обнаружил, что мерзкий коврик был на месте. Что же, я решил вычислить, кто бы это мог быть. И не только вычислить, но и наказать. Ни в какую Лавру, конечно, не пошел: весь день бродил по магазинам Киева и искал капкан. Не нашел. Пришлось вечером ехать загород, искать там. И – о чудо! Мне повезло! Долго с ним возился. Не столько из-за сложности конструкции, сколько из-за приятного предвкушения. Кто бы мог подумать, что я окажусь таким мстительным? А ведь в школе меня считали тюфяком, который не может за себя постоять. Ничего, постою. Этот гад ответит мне за все мои неудачи.

День пятый. Утром проснулся от звонка. Неужели кто-то попал в капкан? Мгновенно отреагировав, я вскочил на ноги, открыл дверь, выбежал на лестничную клетку и только тут понял, что попал в него я. Боль была ужасная. А в шаге от меня стояла соседка. «Это еще что такое?!» - взвизгнула она нервно, указывая на капкан. «Не видите что ли? Крыс ловлю! У вас тут не дом, а черт знает что!» - ответил я зло. «Знаете, до вас у нас тут крыс не было. Только кошки! Странно, что с вами тут еще динозавры не завелись!» - с достоинством ответила она. «Вы мне позвонили, чтобы мораль с утра пораньше почитать?» - обиделся я. «Нет, - сказала соседка, -  Я приходила предупредить. Если вы еще раз оставите тут свой вонючий коврик, я его выкину!». «Только после того, как я отсюда уеду! Этот коврик – собственность моей квартирной хозяйки! Это я вам как юрист говорю!» - соврал я. Конечно, я не юрист. Но теоретически мог бы им быть. Соседка громко хлопнула дверью. А я взял коврик, бросил его в потихоньку заполняющуюся ванну (ежедневная стирка этого куска ковролина стала для меня уже привычной) и заковылял к дивану смотреть свою ногу. Мда, придется идти к врачу. Какое счастье, что тут поблизости я видел частную клинику! Пошел туда сразу после того, как постирал и развесил на балконе коврик. Кстати, забыл сказать: после последнего проветривания пальто стало пахнуть вполне сносно. Такой легкий непринужденный хвойный запах. Собственно, так мне улыбчивая медсестра, которую я встретил в коридоре, и сказала: «А вы, похоже, только что из леса!» Я не стал отрицать и, пользуясь ее любовью к лесным романтикам,  пригласил девушку на свидание. Она не отказалась.

День шестой. Наконец-то мне повезло! Сходил с симпатичной медсестрой в ресторан, хорошенько ее напоил - и вуаля! Она оказалась у меня. Правда, никакой ночи любви не получилось. Не рассчитал с алкоголем – она заснула на стульчике в коридоре, даже не успев снять сапожки. А ведь хвасталась, что может пить чистый спирт! Зато у меня была целая ночь на то, чтобы выяснить, кто же переносит коврик с седьмого этажа на мой. И я узнал!
Несколько часов я стоял у глазка, прежде чем, наконец, увидел. Они несли коврик к моей двери… сами! Держа его концы в зубах! Две кошки слева и две - справа. На этот раз я застал их врасплох. Увидев меня, они пустились бежать, бросив свое «знамя» на поле брани. И подобрав его, я гордо вывесил его на балкон – на всеобщее обозрение…
Встал я очень рано – решил хоть в предпоследний день успеть побывать в Лавре. Я рассуждал так: часа через три я буду дома, рядом с прекрасной (и на этот раз уже трезвой) киевлянкой и кошки покажутся мне далеким страшным сном. На случай, если она захочет что-то купить к завтраку, я оставил ей ключи и записку с номером своего телефона. Однако все пошло не по плану. Не успел я выйти из лавры, как девушка позвонила. Как я мог не подумать, что медики по субботам работают! Она ужасно опаздывала и беспокоилась, что не может передать мне ключ. Я предложил ей стандартный вариант - оставить его у входной двери, под ковриком. А коврик, в свою очередь, взять с балкона. Она пообещала, что так и сделает.
Однако вернувшись, я обнаружил, что ни коврика, ни ключа нет. Я уже думал пойти в медицинский центр, чтобы там ее разыскать, но тут увидел выходящую из квартиры соседку. Она явно рада была меня видеть. И это настораживало. Ни такими мы, если вдуматься, были друзьями. «Вот, - сказала она, протягивая мне 500 рублей. - Можете купить на них своей хозяйке новый коврик. Старый я выкинула! И не говорите, что я вас об этом не предупреждала! А пытки отравляющими веществами, между прочим, запрещены международной конвенцией!» - закончила она торжественно. Понятно, бедняга готовилась к этому разговору всю ночь. Читала различную литературу, чтобы при встрече блеснуть эрудицией.
«Где ключ?» - спросил я. «Какой ключ?» - не поняла соседка. «Что под ковриком лежал!» - почти по-кошачьи шипел я. «Не видела я никакого ключа! Меня никто не предупреждал, что под ковриком ключ лежать должен! Что за аватизм!» - взвизгнула она и исчезла за железной дверью. «Атавизм», - автоматически поправил я ее зачем-то. Обыскал всю лестницу – ключа не было. Позвонил хозяйке, чтобы узнать, есть ли у нее запасной. Она ответила, что он есть. Но ее самой, в смысле хозяйки, в городе нет. Вернется завтра. Идти мне было некуда. Я сел под своей дверью прямо на голый пол. Через несколько минут сюда же спустились кошки и устроились рядом со мной. Попа отчаянно мерзла. «Теперь понимаешь, как нам тут холодно и неуютно без коврика?» - послышалось мне в мяуканье одной из кошек. Я понимал.


Рецензии