По ту сторону милосердия

                На совершение греха достаточно мгновенья,
                на покаяние, иногда,  не хватает и вечности.
                П.Соловецкий.



Поезд мчался по ночной степи, разрезая светом прожектора мглу. Машинист напевал песню, постукивая пальцами по приборной доске. До станции оставалось минут двадцать пути, и он предвкушал предстоящий отдых.
На закруглении машинист сбавил скорость и тут, внезапно, метрах в тридцати  увидел две детские  фигуры, лежащие на рельсах,  их широко раскрытые глаза.
Он передвинул рычаг экстренного торможения в крайнее положение, дико закричал и упал на пол кабины, потеряв сознание.

Утром все средства массовой информации передали эту новость. Город содрогнулся от ужаса.

Ровно в 10 часов утра старший следователь областной прокуратуры Ремезов Сергей Иванович зашел в кабинет прокурора области.
Генерал стоял у окна, упершись кулаком в свой стол. Не предлагая гостю сесть, он подошел ближе и холодным официальным тоном сказал:
-Вы, наверное, в курсе происшествия на  железной дороге. Погибли две девочки. Дело набрало большой резонанс. Проведите проверку. Времени на все месяц. Дело по факту ДТП возбудила транспортная прокуратура. Ваша задача  установить,  как они там очутились. Это несчастный случай, самоубийство или преступление?
Создана оперативно- следственная бригада. Вы ее руководитель! Они уже в сборе, ждут Вас в актовом зале. Прессу не игнорировать, но и языки не распускать. Право комментарий только у Вас! Все остальные вопросы в рабочем порядке. Постарайся, Сергей Иванович, - перешел  с официального тона прокурор, - Мы до сих пор их не установили. Транспортники уже заканчивают. Судя по всему вины машиниста нет.

Ремезов  молча,  кивнул головой и вышел из кабинета. Несколько минут он  стоял,  переводя дыхание, сдерживая боль под «ложечкой».
« Опять язва обострилась,- подумал он, - У плохого солдата понос перед боем, у меня, как всегда, приступ».
Актовый  зал располагался недалеко от прокурорской приемной, но Ремезов  с трудом преодолел это расстояние. Боль то накатывала, то отпускала. Наконец, возле двери, отпустила полностью. Наступили минуты облегчения. Зайдя в актовый зал, он обнаружил знакомые лица: следователь районной прокуратуры Осташкова Людмила Петровна, милицейский следователь Синельникова Виктория Ивановна, оперуполномоченный областного угрозыска Семенов Виктор  Борисович и незнакомый молодой лейтенант , сидевший позади Семенова, с пунцовым лицом, очевидно, от какого-то « подкола».

Все  молча, смотрели на него. Вопросов не задавали. Люди были опытные и работали с Ремезовым  не первый раз.
Сергей Иванович прокашлялся, хотел произнести подобающую положению речь, однако почувствовал, что боль возобновляется, приглашающе махнул рукой и вышел из зала. Все дружно перешли в  его  кабинет, расположенный этажом выше.
- Ну что, начнем,- сказал он, - Надо провести проверку этого ДТП. Перед нами ставится три вопроса: несчастный случай, самоубийство, преступление. К вечеру я составлю план, на утверждение, а сейчас высказывайте свои соображения. Вы кто, лейтенант? Представьтесь!
Лейтенант подскочил со стула, опять покраснел и назвал имя – Жлуктарев Андрей Иванович, оперативник из района.
-Первое дело? После  училища?
- Так точно!- отрапортовал тот.
- Ладно,- неопределенно сказал следователь, - Время дорого, транспортники работу заканчивают. Судя по всему, вины машиниста нет. Но там они сами разберутся. Итак, сейчас будет машина, съездим на место.  Эксперты там уже были. Трупы находятся в морге. Личности не установлены.

На железнодорожных путях работала бригада транспортной прокуратуры. Следователь приветливо помахал рукой Ремезову, подошел и протянул протокол осмотра места происшествия. Сергей Иванович присел на железобетонный столбик у колеи и начал внимательно читать бумаги. Остальные  стали осматриваться и разбрелись в пределах 50 метров от места происшествия.
- На этом месте?- спросил Ремезов у следователя, закончив читать.
- Да! Разорвало на части!
- Личности установили?
- Нет!
- Думаете, несчастный случай?
- Думаю, что нет! Взгляните сюда,- следователь показал на участок, огороженный красными флажками.

Они подошли поближе.
- Маленькие следы соответствуют обуви на трупах, но рядом с ними присутствует отчетливый свежий отпечаток ноги 44 размера. А вот следы волочения. Можно предположить, что девочек, затащили на пути.
- С машинистом уже говорили? -  в разговор вмешалась Людмила Осташкова, молча стоявшая за спиной Ремезова.
-Да, Семеныч! Он первый прибыл!
Рядом с путями стоял пожилой дэпэсник - старшина
- Я такого кошмара никогда не видел,- сказал он,- Сплошное месиво. Машинист бедняга! Чуть не рехнулся. Сейчас в больнице.
- Ясно! Надо допросить, когда придет в себя. Ну что, Виктор? – спросил подошедшего опера.
- Тут недалеко, на пригорке находится шалаш. Судя по всему, бомжовый.
- Какие еще вещи обнаружили?
- Кроме того, что было одето на трупах, ничего нет. Все в лаборатории.
- Хорошо,- Сергей Иванович кивнул следователю и обратился к Семенову - Пойдем, посмотрим на шалаш. Лейтенант, пойдемте с нами.

Они взобрались на пригорок, находившийся метрах в двадцати и там около железобетонного забора, какой то заброшенной базы, обнаружили сооружения из картонных коробок, прикрытое сверху куском брезента.
Семенов, вооружившись палкой, стал разгребать мусор, лежащий рядом с шалашом, Ремезов, в это время, присев на корточки, заинтересовался обрывками газет. Наконец , он разогнулся и обратился к рядом стоящему Жлуктареву:
- Ну что, будут какие- нибудь  соображения?
Лейтенант неопределенно пожал плечами.  Следователь показал ему обрывок газеты и ткнул пальцем на дату. – Смотрите, дата вчерашняя!
Жлуктарев взял в руки обрывок и стал его рассматривать.
- Какой из этого вывод?
- Надо искать обитателя шалаша, он может быть свидетелем.- Несмело предположил Андрей
- Гениально,- буркнул Семенов, продолжая рыться в мусоре.


- Честно говоря, нечего осматривать,- сказал судмедэксперт Игорь Павлович,- Сплошной фарш. Не представляю, как вы будете предъявлять тела родственникам.
Он приподнял простыню на одном  столе. Следователь Осташкова судорожно сглотнула слюну. Сергей Иванович чувствовал боль « под ложечкой».
- Судя по травмам,- продолжал врач, - Девочки лежали на рельсах. На момент аварии они были живы.
- Выходит, они были без сознания?
- Возможно! Тогда мы имеем дело с преступлением. Вы, наверное, из-за этого?
- Мы считаем, - произнес Ремезов,- Что их затащили на пути.
- Не исключено, вся одежда сильно испачкана. Игорь Павлович приподнял кусок темно- синей шерстяной ткани, покрытой грязью и кровавыми пятнами.
- Это свитер одной из жертв. Вернее, то, что от нее осталось.
Людмила внимательно осмотрела ткань.
- Тут какие-то фигуры вышиты. Ага.… Это олень и по краям ворота маленькие фигурки с оленями. Я думаю, это пригодится при розыске…
- Одежда сильно испачкана,- продолжал эксперт,- Вряд ли  они валялись в грязи по собственной воле. Сегодня отправлю материал на анализ…
- Есть присутствие наркотиков?
- Я не успел изучить содержимое желудков, а это анализ крови покажет…
- Изнасилованы?
- Мне нужно больше времени!
Ремезов хотел напомнить о важности дела, но осекся. Палыч был очень уважаемый и своенравный эксперт и, если что-то делал, то очень дотошно, но не терпел излишних понуканий. Следователь тяжело вздохнул.

Выйдя на улицу, Сергей Иванович  с наслаждением вдохнул чистого воздуха. Зазвонил телефон:
- Да, понял, хорошо. Подъезжай!
- Виктория, только что, допросила машиниста. Тот, наконец-то, пришел в себя. Утверждает, что кроме их двоих на путях и рядом никого не было,- пояснил он Людмиле.

Часом позже, бригада собралась в кабинете. Сергей Иванович тщательно перечитал протокол допроса машиниста, затем еще раз пересмотрел фотографии бурых пятен на шпалах, следов, рядом с путями.
- Я считаю, что загрязнение одежды, следы волочения, след рядом с полотном, свидетельствует об убийстве,- сказала Осташкова, - Надо возбуждать дело по факту умышленного убийства…
- Я думаю, надо подождать выводов экспертизы, - осторожно заметил Ремезов.- На поверхности, все выглядит так.… Не будем торопиться.
Сидевшая в кресле, Виктория  Синельникова промолчала.
В кабинет вошел Семенов, держа в руках сводки о происшествиях за несколько суток.
Он был оживлен.
- Поступило заявление о пропаже двух девочек, 15 лет. Заявили родители одной из них. Пропали  с вечера вчерашнего дня. Итак: Ивченко Яна и Рахимова Оля, обоим 15 лет. Вот их адреса! Иваныч! В вестибюле собрались журналисты. Надо к ним выйти. Дежурный уже телефон «оборвал».
- Хорошо,- сказал Ремезов,- Я выйду. Минут через пять. Завтра с утра пойдем по адресам. Люда, возьми второй адрес, я по первому. Витя, на тебе школа.… А где наш лейтенант?
Семенов усмехнулся:
- Вы его послали искать бомжа. Забыли? У него, должно быть, самая работа, сейчас.
- Да, кстати. Распорядись, чтобы возле шалаша поставили наблюдение на ночь. Наверняка, ничего не даст, но совесть будет чиста. Все! Все по домам!

В вестибюле прокуратуры следователя атаковали журналисты.  Было несколько телеоператоров городских каналов.
Ремезов прокашлялся  и сказал:
- Совершено дорожно-транспортное происшествие. Грузовой поезд сбил насмерть двух подростков, девочек. Ориентировочно, 14 – 15 лет.
Вопросы посыпались градом:
- Это несчастный случай или убийство?
- Мы это выясняем.
-Вы установили  личности потерпевших?
- Пока нет. Но в течение завтрашнего дня, надеюсь, установим.
- Какие у  Вас версии происшедшего?
- Без комментариев. Со временем все узнаете.
- Это было ужасное зрелище?
- Да.
- Самое ужасное из того, что Вам приходилось видеть?
- По долгу службы, мне приходилось видеть многое из того, что не видит обыватель, и я не стараюсь классифицировать ужасы своей работы. Господа журналисты! Если вы удовлетворены, позвольте мне идти работать дальше. Время уже позднее, а сделать предстоит еще многое.

Андрей Жлуктарев  бродил по городу и никак не мог собраться с мыслями. Ему поручили отыскать бомжа или бомжей, свидетелей или участников преступления. Кроме фотографии шалаша у него ничего не было. Была ухмылка Семенова, опера из областного розыска. Да и следователь хорош! Что этот пыльный мешок может проверить или найти!
Он ходил по городу уже третий час и никак не мог понять, с чего надо начинать розыск. Наконец, его осенило. Надо начинать с приютов. Показать фото сотрудникам, может быть они что-нибудь подскажут.

Один за другим, он прошел три приюта, но ничего нового не узнал. Никто из сотрудников и, находившихся там, бродяг ничего не смогли рассказать, но подсказали дальнейший ход действий.

Утром, Сергей Иванович подошел к пятиэтажному дому по адресу проживания Яны Ивченко. Позвонил в дверь несколько раз, после чего она с неохотой отворилась. Показалось оплывшее женское лицо и на него дыхнуло запахами вчерашнего алкоголя, чего-то прокисшего и спертого. Он представился, но женщина, не  дослушав, приглашающе махнула рукой и двинулась вперед по неосвещенному коридору. На кухне, куда она его привела, запахи усилились. В раковине лежала гора грязной посуды, рядом с плитой – батарея винных и водочных бутылок.

- Вы зря пришли,- сказала она и закурила сигарету.
- Вы мать Яны  Ивченко? Вы сообщили о ее пропаже?
-Это не я, это – они, - быстро сказала женщина,- Родители Рахимовой Ольги.
- Ясно. Но дело касается и Яны. Она ведь тоже пропала?
- Да! То есть, я не уверена. Они вечно дергаются. Отец Оли все время ее контролирует.
- Понятно. Яна с Вами не связывалась?
- Нет!
- И Вас это не беспокоит?
- Перестаньте. Ей уже пятнадцать лет. В ее возрасте, я не всегда ночевала дома, часто оставалась у подруг. Я считаю, что чем раньше дети становятся самостоятельными, тем лучше им в жизни в дальнейшем.
- Вы так считаете?
- Да, она, наверняка, забыла позвонить.
- Яна и раньше не ночевала дома?
-Да, были случаи. Она встречалась с одноклассником – Олегом Ткаченко. Иногда, у него ночевала.
- Вас это не смущало? Девочке 15 лет?
- Это ее личная жизнь!
- Ну, хорошо, сейчас она с кем-то встречается?
- Насколько я знаю, нет. Но нельзя знать все, чем занимаются подростки.
- Во что она была одета, когда ушла?
- Черная куртка, джинсы, черные ботинки.
- Что было под курткой?
- Вязаный свитер. Она его любила носить.
- Какого он цвета?
- Синий, с изображением оленя. Бабушка связала сама и подарила Яночке.
Ремезов почувствовал возникновение боли в желудке. Стараясь говорить как можно мягче, он спросил:
- Какие у нее были планы на вечер?
-Она должна была зайти в спортзал на тренировку за Олей к 8 часам вечера, та в это время заканчивает тренировку и, после этого, вдвоем они собирались пойти в кино.
- Ваша дочь не пришла ночевать. Вы забеспокоились?
- Нет, зачем. Она уже взрослая.
- У Яны есть мобильный телефон?
Женщина удивленно вскинула глаза.
- Конечно, как же иначе…
- Вы звонили ей?
- Да, но он не ответил. Был выключен. Я думаю, что она « зависла» в какой-нибудь компании и отключила его, чтобы я не названивала. Вы понимаете меня?
Она кокетливо улыбнулась и томно повела глазами, видимо решив, что по-прежнему, как в молодости, обольстительна. Ремезов почувствовал жалость. Все это время она  в нем боролась с дикой злобой. Он уже практически не сомневался, кто погиб под колесами поезда. А эта алкашиха пытается  поучать, как надо обращаться с подростками.
- И что было дальше?
- Утром позвонила мамаша  Оли и сказала, что та тоже дома не ночевала и, тоже, телефон отключен. Я ей сказала, чтобы успокоилась. Девочки растут и  дальше это будет все чаще.

Ремезов почувствовал, что на него опять накатывает злоба вместе с болью. Закончив разговор, он составил протокол, на котором она равнодушно расписалась, затем взял фотографию девочки и ушел.


Следователь Людмила Осташкова, в это же время, находилась в доме  Оли Рахимовой.
В просторном вестибюле собралась вся семья: отец - смуглый восточного типа крепыш небольшого роста и среднего возраста, мать – белокурая, рано увядшая женщина и молодая девушка лет восемнадцати, как выяснилось – старшая сестра. Все они явно нервничали и с тревогой смотрели на Людмилу.
Разговаривал, в основном, отец.
- Понимаете,- с заметным акцентом сказал он.- Оля очень послушная и дисциплинированная девочка. Она отлично учится и подает большие надежды в спорте. Тренер собирается выставлять ее в состав сборной страны. Она никогда, до этого, не позволяла себе совершить что-то подобное, тем более не позвонить. Это Яна оказывает на нее такое воздействие. А если бы Вы видели ее мать! В общем, мы всю ночь не спали, старались дозвониться, но телефон был отключен.
- В чем она была одета?
-Куртка, джинсы, кроссовки, черный свитер…
- У нее есть знакомый молодой человек? Она с кем - нибудь встречается?
Отец с удивлением посмотрел на следователя.
- Как можно. Она еще совсем ребенок. Какие парни?
- У Вас есть ее фотография? Желательно, самая последняя. Нам необходимо для розыска.
В разговор вступила женщина.
- Мы слышали по телевизору, что двое  девочек  попали под поезд. Это они? Это они?- истерично вскрикнула она. Девушка обняла мать и попыталась успокоить. Отец, в это время, принес фотографию улыбающихся  Оли и Яны. Людмила непроизвольно отметила, как Оля похожа на старшую сестру. Отец подписал протокол и велел девушке проводить следователя. Людмила заметила, что она порывается что-то сказать ей наедине.
Выйдя на улицу, она глубоко вдохнула воздух и спросила:
- Ты что-то хотела мне сказать?
- Да,- девушка на секунду задумалась,- Знаете, Ольга, в последнее время, не хотела ходить в спортзал, под любым предлогом уклонялась. Но отец очень настойчиво требовал, сам возил ее на машине туда и обратно. Я, тоже, не придавала этому значение. Думала, что это гормональные изменения и все такое…
- А сейчас?
- А сейчас мне кажется, что были более весомые причины. Она как-то попыталась со мной поговорить, но я куда - то торопилась и не стала слушать.

Девушка неожиданно заплакала.
- Я знаю, с ней какое- то несчастье. Скажите мне правду, это они?
- Я, правда, не знаю,- как можно мягче ответила Людмила,-  Мы проверяем все случаи пропажи.
Дверь открылась, и на пороге возник отец. Он подозрительно посмотрел и, обняв девушку за плечи, увел ее в дом.

- Какие новости?- Сергей Иванович поднял глаза на вошедшую в кабинет Викторию Синельникову - Эксперты  что-то нашли?
- След обуви 44 размера, след волочения. Может быть, удастся узнать по подошве производителя обуви.
- А  в шалаше?
- Следы биологического материала, волосы, текстильные обрывы- все отправили  в лабораторию.

- Надо активизировать поиски парня, который там живет.
- Лейтенант этим занимается. Пока безуспешно,… Почему парня? Может женщина?
Виктория улыбнулась.
- У женщин редко бывает обувь 44 размера.
- Мы, не знаем, есть ли связь между бомжом, следом и  девочками. Наши предположения, что называется, « притянуты за уши». Но, в любом случае, надо установить обитателя шалаша.

В кабинет вошла Людмила  и  положила протокол допроса отца Оли на стол Ремезову.
- Иваныч, я отнесла фотографии девочек в лабораторию. Это они!
Зазвонил телефон на столе.
- Сергей Иванович,- в трубке послышался недовольный голос криминалиста,- Фото совпадает  на 100 % с потерпевшими. Заключение пришли позже, сейчас вышлю по электронке…

- Ну что,- устало, сказал следователь,- Надо сообщать родителям и опознавать…
Он поднял телефонную трубку и набрал номер.
-Иван Николаевич,- доложил он прокурору,- Личности установлены: Яна Ивченко – 15 лет, Ольга  Рахимова -  15 лет. Да, мы были по адресам… Экспертиза по фотографиям… Иван Николаевич, я пошлю Осташкову на опознание, подключите, пожалуйста,  психологов из УВД, когда она будет сообщать и возить  их…Хорошо.. Работаем…
Выводов пока нет, так как нет экспертизы. А что Палыч?  Вы же знаете,… Есть, понял!



Андрей Жлуктарев спал ночью очень мало, так как  вернулся  домой около 2-х часов ночи, но уже в шесть утра он поехал в сторону железнодорожного вокзала, чтобы успеть застать там бродяг и  расспросить  их. Вчерашний день не принес ничего. Бомжи не хотели разговаривать, либо откровенно пытались «развести» его требованием денег за информацию.

Приехав на вокзал, он, прежде всего, зашел в комнату транспортной милиции и там объяснил зевающему пожилому капитану суть просьбы. Тот отреагировал без энтузиазма, но добросовестно стал помогать. Вдвоем, они стали обходить « загашники» станции и выволакивать оттуда бомжей. Те все отнекивались и ни просьбы Жлуктарева, ни угрозы капитана не произвели нужного результата. Наконец, капитан не выдержал.
- Ну, суки,- заорал он,- Вы у меня зимой попляшите. Ни одна  падла  здесь не будет. Всех повыгоняю!
Это произвело эффект. Лишиться убежища с трубами водяного отопления, горячей водой… Бомжи сразу стали покладистыми. Один из них, наморщив грязный лоб, рассматривая фотографию, сказал:
- Надо  Витька расспросить. Он как-то рассказывал про какой-то шалаш на путях.
- Кто такой этот Витек?- жадно спросил лейтенант
- Есть тут один,- неопределенно сказал бомж,- Он, сейчас, подрядился клеить объявления на столбах, по ночам. Уходит в ночь и не появляется.
- А кто ему их дает?
- Дают люди, которые работают на расклейке и сами не хотят клеить. Дают ему на «пузырь», он клеит. Он  добросовестный.
- Ну и …?
- Он как то говорил, что нашел кореша, который раздает газеты в переходе. Вроде как с ним «гасился» некоторое время, где то « на природе» в шалаше. А, вообще, он с нами не «контачит», из « грамотных», кореш, вроде бы тоже.
- Когда он появится?
- А кто его знает.… Когда листовки закончатся…

В разговор вмешался другой бродяга:
- У него есть баба, где – то в районе дач. Когда у него есть деньги или «бухло», то он там у нее живет.
- А потом?
- А потом она его выгоняет.
- Высокие отношения…,- улыбнулся капитан,- Съезди на дачи, расспросите местного участкового, может он даст информацию.
-Спасибо, - сказал Андрей, записывая в блокнот информацию.

В кабинете  Ремезова было тесно. Шло обсуждение дела.
- Итак,- резюмировал Сергей Иванович,- Что нам известно? Фамилии и имена девочек, Что они учились в одном классе и были «неразлейвода». Что должны были встретиться у спортзала и пойти в кино. У обеих были мобильные телефоны, которые исчезли. Виктор! Возьми на себя школу и разыщи кинотеатр!  Лейтенант! Как дела у Вас?  Напишите справку, я прочту. Надо активизировать поиск. Мы с Людой поедем в спортзал…
 Вика, съезди по адресам, покопайся  в компьютерах. Если, что выписывай постановление и производи выемку вещей. Все должны быть постоянно на связи. Что – то интересное или необычное, немедленно меня информировать!

Виктор Семенов  встретился  с классной руководительницей  в одном из пустующих классов. Это была моложавая, склонная к полноте женщина. Она откровенно побаивалась его и на вопросы отвечала скованно, заранее заготовленными фразами.

В спортзале большого спортивного комплекса шла тренировка гимнасток. Тренер сидел на лавочке возле стены и покрикивал на спортсменок. Это был молодой мужчина, лет 30-35, с небольшой залысиной и приятным лицом.
- Простите,- Ремезов, безошибочно опознав в нем тренера, напрямую обратился к нему,- Не уделите нам немного времени?
- В чем дело?- недовольно ответил тот,- У меня тренировка…
- Дело касается одной из Ваших воспитанниц.
- А Вы кто?
- Мы следователи прокуратуры! – Сергей Иванович вынул служебное удостоверение и поднес  к глазам  человека.
Тот сразу «подобрался», от пренебрежительного тона не осталось и следа.
- Коротков Леонид,- представился он,- Я Вас слушаю. Какая  воспитанница?
- Оля Рахимова.
- Да, есть такая. А что с ней. Ее сегодня нет на тренировке.
- Она погибла!
- Как? – побледнев, спросил тренер
- Под колесами поезда…
- Так это она? – лицо его стало смертельно бледным, на лбу выступил пот. Следователи, заметив это, переглянулись.
- Как это случилось? Почему?- с трудом прошептал тренер.
- Мы это хотим установить! Можете ответить на несколько вопросов?
Тот с трудом кивнул.
- Позавчера она была в зале?
- Да!
- Когда она ушла?
- После окончания тренировки. В восемь вечера.
- Ее кто-нибудь ждал? Или встречал?
- Не знаю, в зале никого посторонних не было.
- Вы знаете ее подругу?
- Да, она частенько приходила за ней  и они вместе уходили.
- А позавчера?
- Нет, никого не было. Она ушла из зала одна. Приходил тот мальчик, с которым дружила ее подруга, но он был снаружи. Топтался у входа. Я обратил внимание, потому что ненадолго выходил на улицу.
- Как его зовут?
- Я не знаю. Знаю, что он приятель подруги – Яны. Они как-то, несколько раз приходили вдвоем и ждали Олю. Вы задаете такие вопросы.… Разве это не несчастный случай?
- Мы обязаны восстановить весь ход событий. Вы не могли бы описать характер Оли.
- Она очень одаренная, выделялась на общем фоне. У нее было большое спортивное будущее. Она усердно тренировалась, порой  даже слишком…
- Что Вы имеете ввиду?
- Она слишком много от себя требовала, я даже стал бояться, что произойдет срыв.
- Какой срыв?
- Понимаете, дети могут много тренироваться, а затем, наступает физическое взросление и может наступить разочарование. Переходный возраст и все такое. А у нее происходило раннее взросление. Видимо, восточная кровь…
- Но в целом, она выглядела нормально?
- Да, в последнее время, она стала замкнутой, подавленной.
- С чем это связано, как по-Вашему?
- Скорее всего, из-за отца! Я ему сказал, что у нее хорошее спортивное будущее и он, наверное, стал на нее давить. Но это мои домыслы. Он домашний тиран, без сомнения.
- Давить в какую сторону? Усиления тренировок или наоборот?
- Усиления. А у нее появились проблемы с ранним взрослением. Я попытался с ней поговорить, но не получилось.
- Хорошо. Прочтите протокол и распишитесь.
Людмила подвинула к тренеру листы протокола допроса. Тот мельком взглянул и расписался.
- С кем, из присутствующих девочек, можно о ней поговорить?
- Вон, Лена Пригожина! Лена, подойди сюда.
К ним подошла девочка небольшого роста, робкого вида
- Вы можете поговорить с ней в тренерской комнате, а я, с вашего позволения, продолжу тренировку.

Услышав о том, что произошло с Олей, у девочки брызнули слезы из глаз. Людмила старалась говорить с ней как можно мягче.
- Нам важно, чтобы ты рассказала все, что о ней знаешь.
Девочка продолжала плакать.
- Ты видела ее на тренировке?
Она кивнула.
- А после тренировки?
- Она сидела в кафетерии и ждала Яну. Я посидела с ней рядом, выпила чашку кофе и ушла. Оля осталась.
- Может быть, к ней кто-нибудь подходил, разговаривал?
- Я никого не видела.
Сидевший на входе пожилой охранник внимательно осмотрел выходивших следователей.
« Наверное, бывший мент,- подумал  Ремезов,- Взгляд тяжелый, профессиональный…»
-Давай подумаем,- сказал он Людмиле,- Что мы имеем? В восемь вечера она была живой и здоровой, сидела в кафетерии и ждала подругу. Что же произошло потом?
- Появился мальчишка, приятель Яны, вернее, бывший приятель, но его видел тренер и больше никто. Кстати, ты обратил внимание на реакцию тренера?
- Не знаю, - задумчиво сказал следователь,- Как по мне, вполне естественная реакция…

- Виктор! Какие у тебя новости?- Сергей Иванович позвонил Семенову.
- Я опросил кассиршу ближайшего к спортзалу кинотеатра. Там их никто не видел. Во-первых, она знает Яну, во-вторых,  в тот день шел какой то «отстойный» фильм, на который она продала всего семь билетов. Больше в том районе нет кинотеатров. Буду отрабатывать остальные, по очереди.… Сейчас я в школе.
- Итак, продолжим,- сказал Виктор, обращаясь к классной руководительнице.
Та немного замялась, но продолжила, тщательно подбирая слова
- Как Вы думаете, девочки были несчастны?
- Думаю, что да. Яна, наверняка!
- С чем это связано?
- Директор запретил обсуждать это, чтобы сохранить репутацию школы…
- Вы знаете, что девочки погибли?
- Да,- сказала она, с трудом проглотив ком в горле,- Поэтому я все расскажу. Дело в том, что Яна встречалась и дружила с одноклассником Олегом Ткаченко, а затем, что-то произошло, они поругались и  расстались. После этого мальчик принес в школу фотографии голой Яны и разбросал их по классу. Был жуткий скандал. Его исключили из школы, но затем родители  подключили «связи» и его восстановили.
- Что было дальше?
- А дальше, он ей  не давал проходу, оскорблял, писал всякие гадости…
-Вы разобрались, что это за фотографии, откуда взялись, как оказались у этого…?
- Я уже сказала, что директор заботится о репутации школы… Он сказал не ворошить эту тему.…Понимаете, у Яны  одна мать. Она женщина свободных нравов и, по-моему, алкоголичка. Ну, мы и подумали, что дочь тоже пошла по ее стопам.
-Иными словами, вместо того, чтобы разобраться, Вы не стали выносить «сор из избы». Имейте в виду,  не хочу пугать, но если выяснится, что это привело к их гибели – мы привлечем Вас и директора к суду.
- А разве это не несчастный случай?- испуганно пролепетала учительница.
-Будьте здоровы,- буркнул Семенов и вышел из кабинета, с грохотом отодвинув  стул. Затем он поднялся к секретарю и потребовал домашний адрес Олега Ткаченко.  Спустившись вниз, он зашел в тот же кабинет, где застал, находившуюся  в полной прострации женщину.
Стараясь говорить как можно мягче, он спросил:
-Охарактеризуйте Вашего ученика Олега Ткаченко!

Она подняла на него, полные слез, глаза и испуганно закивала. Семенов с досадой подумал, что опять перегнул.
- Мальчик, безусловно, способный, учится хорошо, настоящий лидер в классе. До недавнего времени, был на самом хорошем счету. Хотели избрать его старостой. А потом все изменилось. Переходный возраст.
- Настоящий лидер, это что значит?
- Хороший общественник, помощник учителя, инициативный мальчик…
- Как правило, все эти « настоящие лидеры» имеют теневую сторону, о которой учителя не знают, или делают вид, что не знают. Эти «лидеры» сколачивают шайки и начинают «прессовать» тех, кто не является «лидерами». Такова наша милицейская практика. Судя по всему, этот Олег принадлежит к таким людям?
Видя, что учительница колеблется, Виктор решил немного «поднажать».
- Я ничего не записываю, но нам надо знать правду. Мы поможем вскрыть этот гнойник.
-Хорошо,- сказала учительница,- Я расскажу все, что знаю. Это действительно так, как Вы говорите. Он хоть и молодой, но уже законченный мерзавец. У него богатые и влиятельные родители. Настолько, что директор их боится, а я боюсь лишиться работы. Он, действительно создал шайку и угнетает учеников. А после истории с фотографиями, получилось, что он всемогущ. Ходят слухи, что он отбирает у детей мобильные телефоны, продает их, тратит деньги в ночных клубах и залах игровых автоматов. Ко мне неоднократно обращались родители, что  у детей крадут мобильные телефоны. На самом деле, они сами ему их отдают, чтобы избежать физической расправы.
Я прошу Вас,- она заплакала,- «Сверните шею» этому подонку!

Андрей Жлуктарев чувствовал как «гудят» его ноги от ходьбы. За утро он обошел два моста, автовокзал  и центральный рынок. Встретился и попытался побеседовать с десятком бомжей, показывал им фотографию шалаша, но никакого толку от этого не было. Наконец, он добрался до одного из дачных поселков и, с большим трудом, разыскал участкового милиционера. Выслушав Андрея, то неопределенно махнул рукой, а затем, что-то вспомнив, сказал:
- Есть тут одна такая. Ханыжка. Все пропила после смерти родителей, а дачу не стала. Так и живет. К ней ходят десятки мужиков, в основном, алкаши со своим бухлом и  закуской. Она всех принимает, а потом выгоняет. Зовут ее Светлана Оболдина. Бабе 30 лет, а выглядит на все 50. Поговори с  ней, может чего и узнаешь. Пойдем, провожу, а то долго искать будешь.

Домик, принадлежащий Оболдиной находился в, довольно, приличном состоянии, чего нельзя было сказать об участке, который полностью зарос сорняком. Двери были открыты и они с участковым свободно зашли в комнату.
В глубине ее, на грязном топчане лежало и храпело такое же грязное женское тело. На столе лежали засохшие огрызки хлеба, картофелин, покрытая плесенью банка кильки, из которой торчали затушенные окурки дешевых сигарет и папирос. Весь этот натюрморт завершала груда пустых бутылок, лежащих под столом. Участковый с трудом растолкал женщину. Оплывшее красное лицо с всклокоченными волосами с трудом держалось в вертикальном положении, глаза с нескрываемой злобой смотрели на пришедших.
- Чего надо?- спросила она.
- Человек пришел специально поговорить с тобой,- сказал участковый.
Женщина переводила взгляд с одного на другого, но так и не смогла понять, кто к кому пришел и зачем. Оставив попытки сообразить, она разразилась жуткой нецензурщиной:
- Абордажный лом с хреном без солидола тебе….
Конец тирады она произносила уже более миролюбиво. Участковый с нескрываемым удовольствием смотрел на нее. Устав ругаться, женщина деловито осведомилась:
- «Поправиться» принес? Пока не «поправлюсь» никаких разговоров! Иди за «пузырем».
После чего бухнулась головой на подушку.
Участковый миролюбиво произнес:
- Ну вот. Я тебя привел. Решай, что дальше, а мне идти надо.
Андрей сразу все понял:
- Где тут ближайший магазин?
- Какой там магазин, - отмахнулся участковый,- Через два участка, живет бабка, приторговывает самогоном. Но сам его не пей. А мне, действительно, пора идти…

Выпив стакан мутного пойла, Светлана вытащила из коробки и раскурила «бычок» сигареты.
- А может, и ты со мной? – она кивнула на бутылку.
Андрей отрицательно мотнул головой, проглотив комок в горле. Отвратительные запахи, которыми он пропитался, посещая клоаки, вызывали в нем постоянное подташнивание.
- Ну, нет, так нет, - откровенно обрадовалась Светлана и спрятала бутылку под стол – Спрашивай, что хотел!
Андрей рассказал ей суть дела и показал фотографию. Она долго смотрела на нее, затем хрипло рассмеялась.
- А знаешь, я там была. Он меня туда приводил « на природу». Налил и попытался, ну сам понял чего. Я ему дала по морде и ушла. Я не по этим делам! Выпить  могу, но чтобы с первым попавшимся…
- Как его зовут? Кто он? Где найти?- с замиранием сердца спросил Андрей.
- Зовут его Вова.… Или Валера.… Нет точно Володя. Фамилии не знаю. А кличка у него Крюк. Почему Крюк? Не знаю. Наверное, фамилия созвучная. Что о нем знаю? Говорил, что инженер, по пьянке, какую-то бабу изнасиловал, «присел» на 10 лет. Пока сидел, жена развелась, квартиру продала, ребенка забрала и тю-тю. Вернулся он, значит, жилья нет, родственников тоже, ну и пошел по подвалам. Он по мусоркам редко «шурует», там конкуренция, могут рыло начистить. А так, по мелочи, объявления клеит, газеты в переходе толкает. Сейчас, говорят, нашел себе бабу. Подрядился у нее огород вскопать, ну и остался. Вернее, жить у нее не живет, а так приходит «блуда почесать». Слабый он по женской части.
Светлана громко захохотала, обнажая корни гнилых зубов.
- А где его найти?
-  Если он у вас в «теме», то, скорее всего, «заныкался». Есть у него кореш. Как зовут, не знаю.  Знаю, что стоит в переходе на рынке, «толкает» газеты – бесплатные, с рекламой. Найдешь его, найдешь и Крюка! Ну, так что, может «вмажешь» со мной? Ну, нет, то я сама. Ты иди, я спать буду.

Зайдя в дом Оли Рахимовой, Ремезов увидел одетых в черное женщин и совершенно убитого горем отца. Мельком взглянув на постановление, он грузно уселся на стул посреди вестибюля.
- Смотрите, спрашивайте,-  сказал он.
- Покажите нам ее комнату,- попросила Виктория.
Девушка, сестра Оли, встала с места и пошла вверх по лестнице. Зайдя в комнату, следователь тщательно осмотрелась, затем открыла тумбочку письменного стола, вытащила записные книжки, дневники и стала их просматривать. После этого подошла к платяному шкафу и стала методично осматривать вещи Оли.
- Это ее компьютер?
Девушка молча, кивнула.
- Там есть пароль? Нет! Хорошо. Я буду изымать записные книжки, а также системный блок компьютера. Сейчас я оформлю протокол, а Вы распишитесь.

- Скажите,- спросил, тем временем отца Ремезов,- Ольга была, в последнее время, угнетенной, грустила?
- Я бы так не сказал.
- У Вас были с ней разногласия, конфликты?
- У нас? Нет! Почему Вы спрашиваете?
-Не возникало споров о ее занятии гимнастикой?
- Иногда. Когда ей, вдруг, хотелось все бросить и не ходить на тренировки. У нее был талант. Тренер говорил, что в следующем году, он мог бы отдать ее в юниорскую сборную. Зачем же все бросать?
- Вы за нее решили?
- Все эти годы я возил ее на тренировки, закупал инвентарь, финансировал поездки команды на соревнования. Я отдал ей всю душу, всем пожертвовал, лишь бы она могла заниматься спортом. Зачем ей было все бросать, подводить отца и семью?
Выйдя на улицу, Ремезов сказал Виктории:
- Что - то здесь не так. Я имею в виду спорт. Чувствую, что, что-то не так. Ну не хотела, неужели из-за этого под поезд.
- Мы считаем, что их убили. Ты сам так считаешь. Опять же улики…
-Да, это так. Но тут какая-то тайна. Надо поговорить с той девочкой еще раз. Выяснить, что там, в спортзале происходит.
Поехали на квартиру Ивченко. Позвони, чтобы были на месте. Ты все упаковала?


Семенов зашел, уже, в четвертый по счету ночной клуб. Рядом со сценой, среди скачущих подростков, он увидел долговязую фигуру юнца, и  сопоставил его лицо с  увиденной на фотографии в личном деле. Это был Олег Ткаченко. Виктор стал за колонной  и начал за ним наблюдать. Мальчик двигался по направлению к выходу. Время от времени к нему подходили подростки и пожимали руку. Прежде чем подать ее он, зачем-то, опускал в карман. Разгадка оказалась простой. Одна из девушек, что-то выронила на пол после рукопожатия и тут же кинулась поднимать. Было темно и, достаточно, далеко, но Семенов успел разглядеть маленький белый пакетик.
-« Так,- подумал он,- Сопляк толкает наркоту…»

Дождавшись, когда  Ткаченко подошел как можно ближе, Виктор  вышел из-за колонны, схватил его за шиворот, приподнял над полом и потащил в сторону туалетов.
Кинувшийся было на помощь охранник, увидел внушительную фигуру опера и остановился. Виктор отодвинул полу пиджака и продемонстрировал кобуру с пистолетом. Охранник, успокаивающе выдвинул открытые ладони и стал задом отходить на свое рабочее место.
 Затащив его в туалет, Виктор ногой захлопнул дверь и быстро защелкнул замок. Затем, засунул руки в карманы подростка, стал вынимать оттуда белые бумажные и целлофановые пакетики. Делал он все так быстро, что юнец опешил и растерялся. Наконец, он пришел в себя и заорал визгливым голосом:
- Кто ты такой? Смерти хочешь? Ты знаешь,  под кем я хожу?
- Пока нет. Но ты мне расскажешь. Правда, расскажешь? С этими словами он слегка сжал шею подростка сзади. Тот понял, с кем имеет дело и сразу скис.
- Ничего  Вы мне не сделаете. Я малолетка!
- Ничего. Твои родители ответят. А ты пойдешь в колонию. Малолетка на « малолетку»,- откровенно издевался Виктор
- Что ты от меня хочешь?
- Во – первых, научить тебя, сопляк, вежливости. К старшим надо обращаться на «Вы».
- Что Вы от меня хотите? Забирайте все!
- Я и так все заберу. Без твоего разрешения. Но наркота меня интересует во вторую очередью. А в первую…
Семенов сделал драматическую паузу.
- А в первую что?-  надрывался Ткаченко
- А в первую очередь, ты мне расскажешь о девочках.
- Каких девочках?
- Которые погибли, твоих одноклассниц. Слыхал, наверное?
-Да,- тихо ответил Ткаченко, и, неожиданно громко заплакал.
Виктор был удивлен развитием событий. Он ожидал сопротивления, отказа, но не этого.
 Юнец вцепился в рукав Семенова, уткнулся в него головой и продолжал рыдать. Выплакавшись, Ткаченко вынул из кармана носовой платок и прижал его к глазам.
- Фу, легче стало.… Узнал, но не мог плакать, все окаменело,- признался он.
- Поэтому ты пошел продавать наркоту?
- Меня заставили, посадили на долг и заставили отрабатывать. Сказали – ты малолетка, если поймают, ничего не будет, а мы, если что, отмажем. А если бы отказался – убили бы.
- Так что с Яной?
- Я любил ее и сейчас люблю!
- Поэтому разбрасывал ее фотографии по классу? Откуда они у тебя?
- В интернете выложил какой-то  мудак.  На сайте «Нимфетки». Я с ней встречался, а тут такое. Главное, она меня к себе не подпускала. Попытался поговорить с ней, а она меня послала, куда подальше… Я психанул, ну и разбросал их по классу…
- А потом, зачем ее преследовал?
- Я все время пытался с ней поговорить, наладить отношения, но получалось все хуже и хуже…
- Позавчера вечером, ты приходил к спортзалу, где тренировалась Оля Рахимова?
- Да.
-  Зачем?
- Я думал, что встречу Яну, поговорю.
- Ну и …
-Я ее не дождался, ушел.
- Ты разговаривал с Рахимовой?
- Да. Я спросил ее, когда придет Яна. Она ответила, что та не собиралась приходить к спортзалу.
- Почему ты не узнал у Оли, по  поводу фотографий?
- Я пытался неоднократно, но она мне ничего не сказала, вернее, сказала, что ничего не знает.
- Какой размер обуви у тебя?
- Сорок четвертый.
- В пятнадцать лет сорок четвертый?
- Да, а что такого?
- Ничего. Сейчас, ты поедешь со мной к следователю. Там мы решим, что делать с тобой дальше.


Прибыв на квартиру Яны  Ивченко, следователи застали мать трезвой и здраво рассуждающей.
Видно было, что произносить слова ей удается с большим трудом. Она, также, принимала всех на кухне, но в этот раз помещение блистало чистотой. Рядом находилась какая-то женщина средних лет, как выяснилось, дальняя родственница.
Пока Виктория осматривала и изымала вещи, Инна Петровна, так звали мать Яны, была допрошена по характеристике личности дочери.
- В прошлый раз Вы сказали, что у Яны был телефон. Куда он делся?
- Был украден,- равнодушно ответила женщина,- В школе было несколько случаев кражи телефонов. Мы обращались к директору. Обещали разобраться, но ничего не сделали.
- Она говорила с Вами по душам?
- Мы давно с ней нормально не общались, только ссорились по пустякам.
-  Вы знали о происшедшем с ней в школе?
- О чем?
-Один ученик распространил в классе откровенные снимки Яны? Вы знали об этом?
- Нет! Наверное, этот гаденыш Олег? Почему мне не сказали? Почему Яна не рассказала? Помогите мне, я не больше не могу!  У женщины началась истерика…


Андрей Жлуктарев, наконец-то, увидел, того, кого так ожидал увидеть. В переходе возле рынка стоял изможденный грязный человек, который пытался вручать прохожим рекламные газеты « Купи меня». Некоторые  брали, но большинство старалось обойти или не замечать протянутой газеты. Лейтенант вплотную подошел к мужчине и остановился. У того в глазах мелькнул страх, он  выжидательно  молчал.
- Надо поговорить,- сказал Андрей,- Я из милиции.  Он достал и показал удостоверение.
- Я это уже понял, начальник,- хриплым голосом произнес мужчина,- Какие проблемы?
  Что органам от меня нужно?
- Информацию!
- Информацию? О чем?
- О ком! Я ищу  Крюка!
- Я не знаю, начальник, никакого Крюка!
- Я так и думал, что Вы так и ответите.
Мужчина удивленно поднял брови.
- Вот как, почему?
- Вы не стукач! Я не собираюсь чем-то шантажировать или угрожать. Он может быть важным свидетелем происшествия на железной дороге, гибели девочек. Мы его ни в чем не подозреваем, и, уверяю Вас,  не причиним ему вреда.

По лицу мужчины было видно, что он  колеблется. Наконец, он принял решение.
- Купи, начальник, у меня газеты!
- Они же бесплатные,- улыбнулся Андрей.
- А ты купи!- также улыбнулся бомж
- Хорошо. Сколько?
- Давай стольник за всю пачку
- Бери,- Андрей протянул купюру мужчине. Тот бережно  взял ее и спрятал в карман. Протянул пачку газет.
- Не надо!
- Нет, надо начальник! Я не милостыню прошу, а продаю информацию. Я знаю, где Крюк и точно знаю, что он не виноват ни в чем. Он от вас прячется, не хочет попасть « под горячую руку».
На промзоне есть старая разрушенная котельная, она там одна – найдешь. Рядом с ней строительный вагончик. Он закрыт замками и заколочен фанерой. Но это обман. Там найдешь Крюка, лучше прийти ночью, но без мигалок и собак. Он все расскажет и докажет свою невиновность. Прощай,  начальник!

Вечером на совещании у Ремезова докладывали, каждый по своему направлению:
- Редкий придурок,- Семенов об Олеге  Ткаченко – Задержан мною в клубе. Полный карман наркоты. Признался, что ходил к спортзалу, ждал Яну, но она, якобы, не пришла. Носит обувь 44 размера.
- Откуда наркотики?
- Сказал, что отрабатывал долг. Я вызвал людей из отдела по обороту наркотиков. Пусть с ним занимаются. Под это дело, можно провести в квартире обыск, может быть, обнаружим, что-нибудь полезное по нашей линии. Сергей Иванович! Мне кажется, что надо отстранить директора этой «престижной» школы от должности, тогда у учителей и учеников  развяжутся языки. А Ткаченко надо задерживать.

- Андрей?!
- Мне удалось установить имя человека из шалаша. Его зовут Владимир, кличка Крюк, предположительно, ранее судим за изнасилование, отсидел 10 лет, потерял семью. Возможно, видел происшествие, но боится и прячется от нас. Мне дали направление, где его искать. Я думаю, что надо по базе установить его подлинное  имя и фамилию, фотографию
- Хорошо. Молодец! А это, что за пачка газет?
- Пришлось купить, чтобы получить информацию.

Некоторое время, в кабинете воцарилось веселье.
- Виктория!
- Мы прогнали по базе ДНК  совпадения в шалаше. Когда найдем Крюка, сопоставим. В компьютере Яны я нашла дневник.  Много места уделено Олегу Ткаченко, как она сильно его любит. Когда они расстались, он сильно изменился. Вот что она пишет: « Он взбесился, я его никогда таким не видела. Мне страшно. Он готов на все».
Дальше она пишет об Оле Рахимовой: « На следующий день она не пришла в школу. Я пришла к ней. Она в отчаянии от того, что произошло. Рассказала мне все, что случилось.
Это ужасно…»
- О чем идет речь?
- Пока не знаю.  Это предстоит выяснить. А вот она пишет о себе: « Внутри все болит, как жить дальше. Может воспользоваться бритвой?»
- Неужели речь идет о самоубийстве?
- А что, - вмешался Виктор,- Во всем мире растет статистика коллективных самоубийств подростков. Они  совершают коллективные суициды – поодиночке страшно.
- Не забывайте, что есть третье лицо, нога 44 размера, следы волочения…
В кабинет вошла Людмила Осташкова:
- Наконец-то готова экспертиза!
- Что там нового?- нетерпеливо спросил Ремезов.
-  А нового вот что: обе жертвы имели половые контакты с мужчинами, по всем признакам изнасилованы. В крови обеих обнаружены остатки флунитразепама.
- Что это?
- Это седативное средство. Его так и называют «наркотик изнасилования». Подвергшись воздействию препарата, жертвы изнасилования не могу вспомнить детали происшедшего.


                - 2 -



Мужчина сидел перед монитором компьютера и рассматривал на экране изображение вертевшейся перед камерой девочки лет 14 – 15.  Одновременно шла  переписка. Девочку звали Лена, мужчина вел переписку под именем Катя:
- Лена: Я могу на что-нибудь рассчитывать? Хорошо платят?
-Катя: Получу 1,5 – 2 тысячи.
-Лена: Круто! Думаешь, я ему понравлюсь?
-Катя: Ты супер! И у тебя классные сиськи! Настоящие?
- Лена: А то! Но я все равно хочу имплантаты! Вот только мать против.
-Катя: Все матери дуры. Что они понимают? Их спросить забыли!
-Лена: Я бы хотела сняться в каком-нибудь шоу. Или попасть на фотосессию…
- Катя: Встань. Хочу опять на тебя посмотреть.

Девочка вскочила со стула и , опять, начала позировать перед видеокамерой компьютера. Мужчина откинулся  на спинку и стал внимательно рассматривать девочку. На его лице появилась мечтательная улыбка.
- Лена: Почему я тебя не вижу?
- Катя: Не работает камера. Надо купить новую, но руки не доходят… Классно двигаешься. Покажи грудь…

Девочка повернулась лицом к камере и натянула на себе свитер.
- Лена: Когда сможешь поговорить с фотографом?
- Катя: Хоть сегодня! Если будет, что ему показать. Сегодня свободна?
- Лена: Как, уже сегодня?
- Катя: У него изменились планы. Но можно прийти к 12 часам. Придешь?
- Лена: Конечно! Что мне надеть?
- Катя: Что – нибудь  классное. Остальное он сделает сам.
- Лена: Круто! Куда прийти?
- Катя: Парк Победы. Возле входа в 12 часов.

Девочка радостно рассмеялась.
- Катя: Я тоже буду, он и меня сфоткает.


В кабинет Ремезова, где в это время находилась Людмила, зашел оперативник из отдела по борьбе с наркотиками.
- Здравствуйте! Мне бы Сергея Ивановича…
- Он на выезде. Что-то срочное?
- Мы провели обыск на квартире у Ткаченко. По нашей линии ничего не нашли, но нашли с десяток мобильных телефонов. Может быть, они вам будут полезны?
Он вытащил из дорожной сумки картонную коробку, набитую разными моделями мобильных телефонов.
- Мы заберем это!
- Тогда пишите мне расписку.
- А что с Ткаченко?
- Пришлось его отпустить. Экспертиза показала, что в пакетиках наркоты не было. Аспирин, мел, флунитразепам и прочая дрянь…
- Как Вы сказали? Флунитразепам?
- Да. Это снотворное. Продается, правда, по рецептам, но это не криминал.… Взяли с него подписку о невыезде. Понаблюдаем.
Оперативник положил коробку на стол, забрал расписку и тут же испарился.
Через некоторое время, на электронную почту пришло сообщение из НТО. Крюк был идентифицирован: Владимир Сергеевич Крюков, 43 года, уроженец…, осужден по статье… за групповое изнасилование, срок лишения свободы…, отбывал наказание…,освобожден…, место жительство не зарегистрировано. Вместе с общением, пришла его фотография десятилетней давности. Прочитав сообщение, Людмила позвонила в архив и затребовала на него материалы уголовного дела.


Девочка подошла к воротам Парка Победы ровно в 12 часов. Возле правой колоны входа она увидела мужчину лет 30-35, в кожаной куртке, увешанной несколькими фотоаппаратами с большими объективами.
Увидев ее, он широко улыбнулся и протянул руку:
- Привет, ты Лена? Я тебя узнал,  мне прислали твое видео… Меня, зовут Анатолий!
- Лена! Вы фотограф?
- Да! А где Катя?
- Я не знаю. Она должна была прийти к 12 часам…
- Жаль. Но облом…
- Вы спешите?
- Вообще-то, да!
- Давайте подождем ее, хоть несколько минут,-  девочка чуть не плакала.
Анатолий опять улыбнулся:
- А зачем нам ее ждать. Давай я тебя отснимаю, а она подойдет позже.
- Да,- радостно согласилась Лена.
- Ну, хорошо. Сейчас не холодно. Сними куртку…

Девочка послушно сняла куртку и положила ее на ближайшую лавочку. Фотограф начал ее фотографировать из разных положений: прямо, снизу, сбоку. Время от времени, он давал ей команды, как повернуться, наклонить голову…
Закончив щелкать, он сказал:
- Знаешь, в парке есть живописные развалины летнего кинотеатра. Пойдем туда.
Дойдя до развалин, мужчина опять начал фотографировать девочку. Внезапно на его лице, она заметила признаки недовольства.
- Что-то не так?- встревожено спросила она
- Ты очень скована. Расслабься.
- Я не знаю,- растеряно сказала Лена
- Я знаю,- отрезал фотограф. Потом, что-то вспомнив, ударил себя ладонью по лбу.
- У меня есть кое-что…
Мужчина открыл сумку, достал цинковую флягу, открутил колпачок и протянул девочке
- Что это? – обеспокоенно спросила она
- Ничего страшного. Всего лишь конъяк. Все фотомодели употребляют по чуть-чуть. Движения расковываются и глаза блестят. На! Не больше трех глотков, а то опьянеешь.

Лена взяла флягу и сделала три больших глотка. От спирта перехватило дыхание, она закашлялась, на глазах выступили слезы. Потом она почувствовала блаженство и легкость.  Фотограф продолжал снимать. Потом у девочки закружилась голова, и она потеряла сознание.

Через час одна из бабулек - спортсменок обнаружила  девочку в измазанной грязью одежде бредущей по аллее как автомат, не реагирующей на окрик.
Бабушка не растерялась и вызвала « скорую помощь». Прибывшая бригада зафиксировала интоксикацию и увезла ее в больницу.


Андрей Жлуктарев потратил несколько часов, чтобы найти разрушенную котельную. Место помогли найти случайные прохожие, а затем, подсказал словоохотливый сторож с соседней полуразрушенной базы. Да, действительно, на этом месте, когда-то была котельная, а потом ее закрыли и разобрали, буквально «до кирпича». Рядом находились остатки строительных вагончиков, но не было ничего подобного из того, что описывал бомж из перехода. Андрей попытался разговорить сторожа, но ничего из этого не выло. Тот говорил много, ругал власть, но никакой полезной информации не давал. В заключение сказал, что улица Индустриальная большая, может дальше будет что-нибудь интересное.
Андрей поблагодарил, и устало присел на бордюр тротуара. Немного передохнув, он позвонил Виктории. Та ответила незамедлительно.
- Да, пришла анкета с фотографией. Я тебе сейчас перекину  ее на телефон.


- Где она сейчас находится?- спросил Ремезов у Виктории
-  В третьей горбольнице. Изнасилована.
- Ну и…?
- В крови обнаружен  флунитразепам.
- Сколько ей лет?
- Елена Сорокина, 15 лет, отравлена и изнасилована…
- Родителей известили?
-  У нее только мать, она уже знает.
- В каком она состоянии?
- Сейчас пришла в себя. Можно допросить.
- Черт! Дело набухает как снежный ком! Изнасилования, убийство, наркоманы, педофилы.… А мы ни на шаг не можем приблизиться к финишу…


- Расскажи подробно, как все произошло,- как можно мягче попросил Сергей Иванович девочку, сидевшую на больничной кровати. Рядом на стуле сидела заплаканная мать.
- Я уже рассказывала. Приходил  следователь из милиции, я ему все рассказала…
- То, что ты ему рассказала – хорошо. Я из прокуратуры. Нам это очень важно. Повтори еще раз.
-  Хорошо. Я познакомилась в чате с девочкой по имени Катя. Мы стали переписываться. Она написала, что у нее есть знакомый фотограф, который делает фотосессии и отправляет снимки в журналы. Говорила, что у меня внешность модели.
- А откуда она знает?
- Мы переписывались в скайпе. Я включала видеокамеру, и Катя меня видела
- А ты ее видела?
- Нет, у нее видеокамера сломалась, и  видео было односторонним.
Ремезов переглянулся с Викторией.
- А вы не пытались с ней переговариваться голосами?
- Нет, что-то не получалось, только переписка…
- И что было дальше?
-Катя связалась с фотографом, передала мое изображение и он согласился меня фотографировать. Договорились на 12 часов в Парке Победы. Катя должна была сама туда подойти, но не пришла. Фотограф меня фотографировал, а потом  сказал, что я слишком скована. Вынул флягу, дал отхлебнуть. Сказал, что конъяк. Я отключилась. Очнулась на земле, голая. Вещи лежали рядом. Сильно болела голова. Ничего не помню.
- Он как-то представился?
- Сказал, что зовут Анатолием.
- Внешность его помнишь?
Девочка кивнула.
- Поможешь составить его портрет?
- Да,- еле слышно произнесла она.

- Послушай, Иваныч,- сказала Виктория, когда они спускались по лестнице больницы,- Я сначала не придала значения, но точно видела переписку с какой-то Катей в компьютере Яны Ивченко. Переписка сохранилась. Там тоже было что-то про фотографа
- Думаешь эта Катя и фотограф одно и тоже лицо?
- Скорее всего, да! Посмотри, как работает схема. Эти дурехи сами клюют на фотосессии, а потом эта Катя, якобы,  договаривается и сводит с фотографом. Тот приходит, дает выпить эту отраву, потом насилует и делает фотографии голых, затем размещает в интернете. Вот откуда и фото Яны, ее изнасилование и остатки препарата в крови…
- Похоже, что так, - задумчиво сказал Ремезов,- Тщательно изучи и задокументируй эту переписку. Мы можем найти компьютер этого мерзавца?
- Думаю, что нет. Традиционным путем не получится. Надо подключать Семенова.
- А он что? – улыбнулся Сергей Иванович
- Он его из- под земли достанет,- убежденно сказала Виктория.

Семенов около час бродил рядом с развалинами кинотеатра, пытаясь определить, где происходила съемка. Кругом были разбросаны какие-то тряпки. Он тщательно, метр за метром, исследовал землю. Начинало темнеть. Виктор вынул из кармана маленький фонарик и стал им подсвечивать. « Поздно приехал,- с досадой подумал он,- придется  завтра с утра…»

 Андрей, передохнув, двинулся вдоль улицы. Домов на ней не было. Были базы и промпредприятия. Одни из них были явно заброшены, в других кипела жизнь. Он подходил к воротам, звонил в двери и показывал охранникам телефон с фотографией Крюка. Люди смотрели, но все отрицательно мотали головами. Андрей тяжело вздыхал и двигался дальше.

Удача, все-таки, улыбнулась Виктору. Подцепив палкой какое-то тряпье, он увидел лежащий по ней раздавленную крышку от фотообъектива. Свет фонарика отразился от чего – то блестящего. Через полчаса, криминалист уже рассматривал находку.
- Похоже, это логотип фирмы,- сказал он.- Точно, логотип « Olimpus OM- DE MK”»
- Осталось дело за малым, найти владельца…
- Это очень дорогая модель, стоит порядка сорока тысяч…
Семенов присвистнул.
-Ну что же.… Будем искать.


Виктория сидела за компьютером, в тот момент, когда в кабинет зашел Ремезов.
- Я ему написала…
- Кому? – машинально спросил тот.
- Кате. Написала, что мне 15 лет, что симпатична, что хотела бы пройти фотосессию, оставила свой e-mail.
- Ну – ну! – скептично хмыкнул следователь.

- Наверное, это Крыжановский,- сказал продавец, рассматривая крышку объектива
- Что за Крыжановский? – устало, спросил Виктор. Ноги гудели, подташнивало от голода. Это был седьмой по счету магазин электроники.
- Анатолий Крыжановский. Недавно брал у нас камеру.
- Откуда Вы его знаете?
- Я его не знаю. Но эту камеру он заказывал через нас. Оставил адрес и телефон. А когда пришел, предъявил паспорт.
“ Не может быть,- не поверил Семенов,- Не бывает так просто…»
- Он у нас частенько отоваривается. Фотограф – любитель, но хочет  профессионально работать, даже учился на каких-то курсах,- продолжал словоохотливый продавец
- Дайте мне его адрес и телефон.
- Зачем?
- Надо с ним поговорить, он может помочь, но предупреждать его не надо. Вы поняли!?


-  Надо остановить эту крысу, пока он не пошел дальше,- сказал Ремезов  Виктору, - но сделать это надо быстро и по-тихому. Крышка – не доказательство. Его надо взять неожиданно и сразу влезть в компьютер, пока он  не стер улики.
- Да,- согласился Семенов
В кабинет вошла Людмила Осташкова.
- Среди прочих телефонов, я нашла мобильник Оли Рахимовой. У  нее сделана запись на диктофоне. Иваныч, тебе надо это послушать!
Через полчаса Ремезов, Людмила и Виктор были в спортзале. Шла тренировка гимнастов. Тренер сидел на лавочке и покрикивал на спортсменов
- Здравствуйте,- сказал Ремезов, обращаясь к нему
- Здравствуйте,- спокойно ответил тренер
- Нам, опять, надо задать вам несколько вопросов, давайте пройдем в тренерскую комнату.
- Вы тренируете только юниоров?
- Да!
- Только девочек?
- Да! – немного замявшись, ответил тренер – У меня получается лучше, чем у других
- Почему?
- Не знаю.… Наверное, особый подход
- Особый подход,- задумчиво повторил Сергей Иванович
Он вынул из кармана  телефон и нажал кнопку воспроизведения. Комнату наполнили шумы, а затем, явственно раздались голоса
Детский голос: Мерзавец! Мы сообщим, если ты не прекратишь…
Мужской голос: О чем это ты?
Детский голос: О том, что ты меня изнасиловал.
Мужской голос: Я не насиловал. Тебе самой понравилось. Ты же не хочешь рассказать своему папочке, как проводишь время на тренировках..
Детский голос: Мерзавец!- Всхлипывание, плач.
Мужской голос: Ну-ну, успокойся, не надо трагедий…
Детский голос: Да пошел ты, животное! Педофил! Извращенец!

- Вы узнаете голоса? – спросил Ремезов.
Тренер молчал.
- Он спросил, Вы узнаете голоса?- спросил Виктор и вплотную подошел к нему
- Да,- сказал тот,- Это голос Оли Рахимовой и мой
- Как давно началось?
- Что?
- Сексуальные домогательства к Оле?
- Я никого не совращал, не принуждал, она сама захотела…
- У Вас был секс с Рахимовой?
-Да. Но она сама захотела…
- Вы совращали других учениц?
- Нет!

В комнату вошла Людмила и завела туда Лену Приходько, девочку с которой беседовала при первом посещении спортзала. Девочка молчала, потупив глаза. Увидев ее, тренер опустил голову и обнял ее руками.
- Лена хочет кое-что рассказать…,- сказала Людмила – А вот здесь,- она показала флешку,- записи камер видеонаблюдения. Как Вы затаскивали девочек в душевую. Там есть Оля Рахимова и другие…
Тренер сидел не шевелясь.


- Тренер   насиловал детей? – переспросил  прокурор,- Убийство?
- Отрицает!- сказал Сергей Иванович.
- Алиби?
- На тот вечер нет. Мотив есть.
- Доказательная база?
- Хорошая! Показания потерпевшей. Записи видеокамер…
- А кто записи предоставил?
- Охранник. Он давно подозревал, обратился в дирекцию, но ему посоветовали заткнуться. Тренер считается ценным специалистом, им дорожат, а прямых доказательств не было.
- Черт! Какая-то клоака! В школе творятся мерзости – скрывают, в спортивной секции - скрывают! Хорошо. Ходатайство поддерживаю. Выходим в суд и арестовываем!


Фотограф сидел перед  монитором и рассматривал, сделанные ранее, видеоролики. Девочки, позирующие перед компьютером, а потом, они же, уже голые на земле, на песке, на траве, в разных позах. Почувствовав, как на него накатывает возбуждение, он разделся и пошел в душ. Выйдя из ванны, он оторопел. В квартире было полно народу: двое мужчин в штатском, два огромных милицейских сержанта, стоящих в  дверях, еще какие-то люди.… За его компьютером сидела женщина.
- Привет Катя,- радушно сказала она.- А вот и файл с Яной Ивченко.
Один из мужчин швырнул ему халат, висевший на стуле.
- Вы признаете, что фотографировали Лену Сорокину возле развалин в Парке Победы?
- Да, - ответил, ухмыляясь, фотограф, сидя в кресле, укрывши халатом нижнюю часть туловища,- Насколько я знаю, это законно.
- Срывать с них одежду законно?
- Она сама стала снимать с себя одежду.
- А насиловать законно?
- Я ее не насиловал,- истерично взвизгнул фотограф,- Она сама разлеглась. Не докажите!
- Докажем,- сдерживаясь, сказал Ремезов.- И  Вы нам поможете. Все расскажите и покажите на местности, со всеми подробностями, по все эпизодам. Только в этом случае я смогу организовать Вам одиночную камеру, в которой пробудете до суда. А если нет, то будет другая камера, обычная, с зэками. Как Вы думаете, сколько там проживете? И как тяжело будете умирать? А?
Фотограф смертельно побледнел.
- Ну что, будем сотрудничать со следствием?
- Да,- он резво закивал головой.
- Ну, хорошо, сейчас поедем к нам, сразу займемся делом…


Андрей дошел до конца улицы Индустриальной и уперся в тупик, где располагалась автостоянка и станция техобслуживания. Ворота были открыты, в  сторожке виделось какое-то шевеление. Из-за угла выскочили две здоровенные дворняги и начали агрессивно облаивать Андрея.
- Фу,- заорал на них, выходящий сторож,- Назад!
Собаки тут же успокоились и  ушли.
- Чего надо?- подозрительно спросил старик.
Жлуктарев вынул из кармана служебное удостоверение и показал сторожу.
- Слушаю Вас? – почтительно обратился старик
Андрей достал телефон, нашел нужную фотографию и предъявил.
- Что он натворил?- опять подозрительно спросил старик.
- Ничего. Нужен как свидетель.
- Ты не темни. Мне хозяин так и сказал, что если, что Игнатич, заметишь за ним, гони его в шею.
- Что заметишь? Кого гнать? – растерялся Андрей
- Ну, этого! Он у нас на шиномонтаже работает. Хозяин разрешил ему ночевать там же.
- Он сейчас у вас? Вы знаете его?
- Он работает  в цеху. Знаю, что зовут Вова. Его хозяин откуда-то притащил…
-Мне надо с ним поговорить!
- Ну, надо так надо. Иди прямо до забора, а там, левее, будет ангар – цех вулканизации.

Зайдя в цех, Андрей сразу же увидел Крюка. Тот тоже понял, кто за ним пришел, но внешне, никак не отреагировал. Андрей показал удостоверение. Крюк кивнул и покачал головой, дескать, знал, что рано или поздно с ним встретятся.
- Мы нашли шалаш возле путей. Он Ваш?
- Арендовать его хочешь?
- Вы были там, когда поезд задавил двух девочек?
Крюк опустил голову и молча, кивнул.


- У нас есть три крепких подозреваемых, не считая, бродяги. У всех есть мотив и нет алиби. У всех размер обуви 44. Двое из них насильники – педофилы, третий , обуреваемый местью  «безбашенный»    сопляк. Двое из них имели доступ к снотворному препарату, как его – флунитразепам…
У Семенова зазвонил мобильник. Ремезов остановился на полуфразе. Тот несколько минут напряженно слушал, затем отключился.
- Я же говорил, что этот Ткаченко полный дебил! Задержали в городе с полной сумкой наркоты. Извините!
- Ну что же,- сказал следователь, - В  СИЗО будет с ним легче работать. Теперь не соскочит.
Опять зазвонил телефон. На этот раз у Ремезова.
- Да,- ответил он, -  Ай,  какой  ты молодец! Давай, вези его сюда!
- Лейтенант, все- таки, нашел бродягу. Крюка. Сейчас привезет его. Итак, продолжим!
Есть три подозреваемые, пока три. Какие будут мысли?
- Я думаю,- сказала Людмила,- Это тренер. Он слишком заигрался. Могла быть огласка, а это конец карьеры. Кроме того, вы видели папашу Рахимова. Если бы он узнал, он бы убил его.
- Я за фотографа,- сказала  Виктория. – Те же причины плюс травил снотворным.
- Да, но он был связан с Яной и не пересекался с Олей.
- Не знаю, зато они были вместе, постоянно.
- А как ты Витя?
-Не знаю. По сути, все они могли.
Семенов достал из кармана мобильник и позвонил.
- Какие, говоришь, нашли  «колеса» у Ткаченко? Я так и думал. Сейчас подъеду, мне надо с ним переговорить. Иваныч! Я быстро смотаюсь, надо кое-что уточнить у Ткаченко, пока он «теплый»

Олег Ткаченко сидел в комнате для допросов, когда туда вошел Семенов. Увидев опера, тот вздрогнул.
- Не бойся! У меня только один вопрос: ты принимал колеса вместе с Яной
- Да,- чуть помедлив, ответил Олег
- А ей давал, по ее просьбе?
- Давал.
- Как давно?
- Когда встречались. Потом нет.
- А Рахимовой давал?
Подросток удивленно посмотрел.
-Нет. Она спортом занималась. Раз предложил, она категорически отказалась.

- Сергей Иванович,-  позвонил Семенов, - Я узнал! Ткаченко давал Яне Ивченко таблетки. Рахимова отказывалась. Но Ивченко не все таблетки выпивала, она могла их накопить.
- Хорошо. Подъезжай. Андрей привез Крюка.


- Расскажите,  как все  произошло!
- Я сидел в шалаше. Только собирался вздремнуть, как услышал женские, вернее детские, голоса. Я выглянул и увидел двух девочек. Они шли к железной дороге.
- Они были одни?
- Да!
- Уверены?
- Да, больше никого не видел.
- Что было дальше?
- Они уселись на  рельсы. Были  очень грустными. Я вышел, хотел объяснить, что это очень опасно, они же дети.
- И что Вы сделали?
- Я подошел и увидел, что они играют с мобильным телефоном. Я начал с ними говорить, а они меня послали… Мне показалось, что они были не в себе…
- Что Вы имеете в виду?
- Ну, вроде как под кайфом. Я попытался оттащить их, а они стали меня колотить. Потом они отшвырнули телефон.  Я подобрал его и сказал, что верну его после того как они уйдут с путей. Они, вроде бы согласились, но потом, опять сели на рельсы. Я пошел к шалашу, но услышал шум поезда. Обернулся, а они лежали на путях и держались за руки,- голос Крюка задрожал, - Почему они меня не послушали? Что я мог сделать? Я ушел!
- Почему Вы исчезли с места происшествия?
-Я не мог там оставаться. Меня все время мучают кошмары, даже сейчас,- голос его опять задрожал, - А потом испугался. Расследование и все такое…
- Где сейчас телефон?
- Я отдал его лейтенанту.
В разговор вмешался Виктор.
- Иваныч!  Лейтенант пошел с телефоном в НТО. Они его осмотрят и он вернется
-  Вы пользовались телефоном?
Крюк удивленно покачал головой.
- Нет. Кому мне звонить?
- Смотрели, что у него внутри?
- Нет. Я не знаю, как им пользоваться, но чувствовал, что рано или поздно, Вы меня найдете, и сохранил его.
- Хорошо. Прочитайте и распишитесь в протоколе. Вам придется задержаться здесь, посидите в коридоре. Мы должны проверить Ваши показания.
- Ладно.

Через час пришел Андрей Жлуктарев с телефоном и флеш - картой, на которой было переписано содержание телефона. Он, молча, воткнул ее в разъем подключения компьютера и на экране возникло изображение.
Все увидели лица Яны Ивченко и Оли Рахимовой. Они по очереди говорили, их слова перемешивались с плачем.
От увиденного и услышанного, все следственная бригада попала в состояние шока:
- Привет. Мы хотим попрощаться. Мы больше так не можем. Никому нельзя верить. Только друг другу. Кругом одни сволочи..
Послышался мужской голос:
- Эй, девчонки. Какого черта вы там расселись.
- Откуда он взялся. Отвали от нас,-  завизжала Яна.
- Уйдите, там опасно…
- Пошел к черту…
На этом запись прервалась. Несколько минут в кабинете царило гробовое молчание.
 Ремезов первый пришел в себя и прервал его:
- Ну что же. Дело закрыто. Ты,- он посмотрел на Андрея,- Ты его развязал, лейтенант.
Все посмотрели на Жлуктарева. Семенов поднялся с кресла, подошел и крепко стиснул ему руку.
- Пойду, доложу шефу! Дело прекращаем по факту смерти в результате самоубийства.
- Я  не согласна. Неправильно это, как-то,- вмешалась Людмила,- Не понимаю. Уйти из жизни. В таком возрасте. Лучше бы их убили. Это было бы хоть объяснимо. А это за пределами человеческой логики
- А их и так убили,- глухо произнес Сергей Иванович,- Убивали все по-немногу. Убивал Ткаченко вместе с учителем и директором школы, тренер – педофил и фотограф извращенец вместе с равнодушной мамашей и тщеславным папашей. Все по-немногу, а в результате.… Эх! Это  за пределами морали и простого милосердия. Они повзрослели, но не захотели принимать такой мир!
Он взял папку с материалами и вышел из кабинета.


                Эпилог

Прошло некоторое время и об этой истории забыли. Средства массовой информации узнав, что это было самоубийство, охладели  к данному делу, разразившись статьями со статистикой самоубийств подростков  во всем мире.
Директор школы был восстановлен судом в прежней должности. Человек, проработавший сорок лет, имевший  незапятнанную репутацию, не мог быть преступником. Ошибся – да! А кто не ошибается!
Фотограф Крыжановский был убит в камере следственного изолятора неустановленными лицами, где находился по уголовному делу по фактам изнасилывания и растления несовершеннолетних.
Тренер Коротков был выпущен на свободу. Все дела  в отношении его были прекращены, так как потерпевшие отказались от обвинений. Он сразу же уехал за границу. Хорошие тренеры нужны везде.
Олег Ткаченко отбывает наказание за сбыт наркотиков в колонии для несовершеннолетних. Говорят, что  «взялся за ум», стал активистом и даже участвует там в самодеятельности. Наверное, скоро произойдет условно-досрочное освобождение.
Старший следователь Ремезов, сразу после окончания следствия, выхлопотал путевку в санаторий и уехал лечить обострившуюся  язву. У остальных участников видимых изменений не произошло. Жизнь снова потекла своим чередом!






  2018 г.                FIN!                Александр Воронков.


Рецензии
Больная тема.
Вряд ли когда мир был милосерден к детям. И редко кому из подростков везёт быть понятым и любимым. Большинство, окунувшись в несправедливость и грязь бытия, просто выживают. Кто-то ломается, осознав собственную бесперспективность и уязвимость. Хотя не у всех так.
Страшная история. И, к сожалению, не последняя...


Татьяна Матвеева   17.06.2019 09:46     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.