Катарсис глава тридцать первая

Утром я вновь был полон сил, до моря оставалось совсем немного. Нотки соленого запаха уже медленно расползались по вагонам. Зима над этим местом была еще не властна. Закрывая глаза, я представлял, как буду сидеть на берегу моря, размышлять о жизни и чувствовать горький привкус от потери городской прохлады.
Тетрадь почти закончилась, мне хотелось написать в ней: «Конец» и поставить точку, но что-то не давало мне это сделать. Иногда казалось, что я пишу сценарий своей судьбы, и когда подведу его сценарий к завершению, то и жизнь для меня навсегда закончится. Хотя кто же в это поверит? Мое бытие  – одна большая галлюцинация, и когда не станет меня, никто так и не заметит, что все, связанное со мной, было правдой.
Проводник оповестил пассажиров о том, что через двадцать минут мы будем на месте. В наушниках звучал Depeche Mode – Suffer Well, напоминая мне о том, что порой страдание приносит пользу. Для меня же страдание было чем-то большим, чем просто болезненным ощущением в душе. С детства меня убеждали, что любовь – это чувство взаимное, что небо синее, а солнце желтое. Но спустя годы я понял, что люблю только в том случае, когда это невзаимно. Обычно я тянусь к человеку, а он всеми силами пятится назад, как по закону физики, когда магниты разных полярностей притягиваются друг к другу, а одинаковых – отталкиваются. Но ведь минус и плюс в итоге сходятся вместе, так и на мой минус всегда находился плюс.
Это было полбеды. Даже если эти магниты все-таки сходились вместе, то в итоге мне становилось скучно, жить в спокойствии и гармонии – для меня сущий ад. Всегда хотелось, чтобы нечто происходило. Неважно, что – ссора, ругань, секс или все сразу, но главное, чтобы оно было. Если все шло спокойно, то я специально создавал искусственные ситуации, которые в итоге приводили к чему-то вышеперечисленному. Я называл это развитием, хотя, по сущности своей, это носит определение деградации.
Лина всегда твердила мне, что мы, мужчины, созданы лишь для того, чтобы разрушать. Созидать нам не дано, и в этом она была точно права. Каждый раз, ведя бой с призрачной скукой, я возвращался в одиночество снова, и даже когда мне дали второй шанс что-либо изменить, я, так или иначе, пытался все подстроить под свою реальность, тем самым приводя себя к точке разрушения.
Мне кажется, даже те, кто дали мне еще один шанс, просто покачали головой и в моем личном деле поставили печать «неисправимый», оставив в покое и дав просто абсолютную свободу, которая рано или поздно неизбежно погубит меня. Нужно было что-то делать дальше, но я не имел даже малейшего понятия, что. Я сбежал из своей привычной жизни в никуда.
Поезд медленно сбавил скорость и через несколько минут плавно остановился возле платформы. Опередив всех, я вышел из вагона. Запах моря гулял в ноздрях, но в этот раз я решил не бежать сразу к берегу, а для начала снять себе жилье. Наведя справки у местных, я нашел вполне приличный отель в пяти минутах ходьбы от моря. Так как сейчас был не сезон, почти все номера были свободные.
Отель назывался «Калифорния», забавно. Первая ассоциация – это стеб: название одного из самых теплых городов мира на краю северного города. Вторая – это песня Eagles – Hotel California. Та самая, где строчки о том, что попасть в отель можно, а выйти уже из него нельзя. Администратор оглядел меня с ног до головы. Вид, конечно, у меня был потрепанный после долгой поездки. Я не спал почти сутки, да и запах «легкого» перегара не вызывал ко мне доверия.
– Оплата у нас сразу, документы придется оставить как залог, – произнес администратор немного грубым тоном.
Я протянул ему карту и паспорт, улыбнувшись во все свои двадцать восемь, дабы хоть немного позлить.
– Можно ли у вас приобрести выпить? – спросил я.
– Алкоголь и напитки находятся в мини-баре в номере, при выезде с вас спишут оплату.
Я взял ключи и пошел.
Лифт не работал, и мне пришлось подниматься пешком три этажа. Ключ был магнитный, и когда я прикоснулся карточкой, дверь приоткрылась. «Вот такой у нас мир будущего, – подумал я, – мы научились делать магнитные замки, роботов с обликом человека, телефоны с опознаванием лица, но так и не научились лечить болезни и любить друг друга». И то, и то людям не выгодно, индустрия смерти растет с каждым годом, а любовь продается, словно презервативы весной. Все делают вид, что так оно и нужно, каждый борется со своим демонами, но, побеждая их, становится еще злее. Ведь победить себя, не потеряв лица, практически невозможно.
В комнате имелись люстра и ночник, я предпочел второе – никогда не любил, чтобы было слишком светло. Даже яркий солнечный свет вызывал у меня некое раздражение. Я бросил сумку и первым делом заглянул в мини-бар, где обнаружил несколько маленьких бутылок водки, виски и соков с трубочкой. Я предпочел виски. Если зададут вопрос, что выбрать из алкоголя, то я посоветую виски: он помогает размышлять. Водка же превращает всю вашу реальность во что-то сумбурное, все беды в этой жизни происходят от водки или синтетических наркотиков. Я считаю, что и то, и то – изобретения дьявола, человек не мог создать столь изощренную ловушку для самого себя. Единственное, чем может помочь водка – ощутить всю горечь этой жизни в собстенном рту.
Я зашел в душ, минут пять пытался разобраться с температурой воды: из душевой лейки струилась то ледяная вода, то кипяток. Наконец я подобрал определенную температуру для своего тела и, скинув с себя всю одежду, залез в кабину. Душ после долгой дороги – это одно из самых лучших ощущений, которое может испытывать человек. Когда я устал от тишины, высунул руку из кабины, нащупал телефон и включил Placebo. Обычно если мне надоедает размышлять, я включаю Special K на всю громкость и подпеваю своим ломаным английским. Голова становилась пустой, а тело легким, лишь струи теплого душа проходили через меня; казалось, что я взлетаю в небо через дожди и ухожу туда, где еще не был.
Через четверть часа я уже вдыхал сигаретный дым, залив в свое нутро немного виски с водой. Я научился пить это после прочтения книги Буковски, где его персонаж Генри Чинаски на каждом мероприятии просит налить ему виски с водой. Как оказалось, данное сочетание разбавляет крепость напитка и быстрее производит действие на организм.
Я достал тетрадь, написал пару строк о том, как прошел мой вечер, и, допив стакан, лег в постель. Сегодня я решил обойтись без моря. Усталость настигла меня, и я заснул.


Рецензии