Катарсис глава тридцать вторая

Лучи холодного солнца проскочили через оконное стекло и резко ударили по моим глазам. Я нырнул с головой под одеяло и почувствовал, как меня вновь поглощает сон. Проснулся я от стука в дверь, горничная спросила у меня, может ли она прибраться в комнате, а я пробормотал в ответ, чтобы пришла через пару часов. Я чувствовал, как к моим вискам подкрадывается боль. «Похмелье», – прошептал я сам себе.
Рано или поздно каждый испытывает в своей жизни это гадкое ощущение. Похмелье может быть после приема алкоголя, но чаще оно случается после того, когда вы надеваете розовые очки, и в один момент кто-то их ломает. Затем это начинает ломать вас, все планы рушатся, мечты падают на дно, а вы остаетесь в роли щенка, брошенного на произвол судьбы. И вот тогда вы понимаете, что то похмелье, то, которое происходит после приема алкоголя, – это укус комара, который перестает чесаться уже через пару часов. И в то же время оно начинает приходить чаще, так как одно другому не мешает.
В мою память врезался случай, произошедший со мной при разрыве с одной женщиной. Мы прожили вместе почти полтора года, но знали друг о друге столько, сколько, наверное, не сможет узнать человек о другом человеке за всю жизнь. По крайней мере, я так думал на тот момент, а если точнее, то старался верить в это.
Наши отношения складывались стремительно, словно это было уготовлено судьбой. Я редко пишу женщинам первым, но этому человеку я написал. Конечно, не в очень трезвом состоянии, но разве это имеет значение? Как говорит старая русская пословица: «Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке». Так оно и получилось. Когда я пьян, я чертовски хорош, знаю, как подобрать ключ к любому человеку, даже к тому, кто совершенно безразличен ко мне. Находясь в трезвом уме, я наблюдаю, я всегда нахожусь в этом образе, никто не замечает, как мои зоркие глаза следят за каждой деталью происходящего. Будь это чей-то бессмысленный разговор или почти оторвавшиеся пуговица на вашем пиджаке, я замечу это раньше, чем вы сами обратите на это внимание. А если даже не увижу чего-то, об этом мне расскажет внутренний голос, который ведет со мной непрерывный диалог всю мою жизнь.
И вот, сидя в шумном месте (насколько я помню, это была свадьба моего друга), мне захотелось спокойствия и тишины. Я вышел покурить, нашел ее номер в справочнике и поинтересовался, как у нее дела. Так как я никогда не задавал этого вопроса ей, то заранее подозревал, что она удивится, но как по мне, это было бы вдвойне интересней, ведь людям важно, чтобы вы спрашивали, как их дела, даже если не получите интересного ответа. Каждому человеку необходимо быть для кого-то интересным и твердо ощущать свое присутствие в этом мире.
Наш разговор завязался как нельзя кстати: она выгуливала собаку, а значит, мы находились под одним небом в этом холодном городе. Я описывал ей ночное небо над головой и свет луны, а она в ответ восхищалась, насколько красочно я это передаю. Наверное, вам будет сложно поверить, но в этот момент я был абсолютно искренним, я рассказывал о том, что видел, потому что мой внутренний импульс просил выпустить эмоции наружу. Иногда просто важно быть услышанным кем-то, чем оставить весь свой монолог на белом фоне word’a. В этот вечер я понял, что хочу быть с ней, потому что она слышала меня и в какой-то степени чувствовала то, что чувствую я. Человеку всего-навсего нужно быть понятым, чтобы по-настоящему влюбиться.

Она была старше меня на четыре года, имела дочь от первого брака. Данные факты меня никак не смущали, просто на тот момент я не умел с подобным обращаться и вел себя немного осторожно. Я боялся задеть не тот провод и потерять то, что еще не приобрел. Перед нашей первой встречей мы переписывались месяц. Наверное, у меня не хватило бы решимости позвать ее на прогулку, если бы в один из вечеров я не запил с мужем моей сестры. Он прекрасно знал обо всей этой истории и сказал фразу, которую принес в его голову какой-то высший разум: «Вам нужно как можно скорее встретиться, иначе все ваше общение так и останется в рамках телефона». В его словах был смысл, жизнь давала мне советы через любые каналы для связи, будь это обрывистая фраза радиоведущего, отрывок песни или надпись на старом заборе. И я старался улавливать эти знаки. Ведь, так или иначе, они помогали мне прожить дольше в этом мире.
 Мы встретились в холодном декабре пятнадцатого года. Этот день врезался мне в память, словно это было вчера. Я нервничал с самого утра, не знал, как буду вести себя, что мне говорить, куда нам пойти. Я был плох в свиданиях: по натуре я очень стеснительный, и чтобы хоть как-то приблизится к человеку, мне нужно хорошо притереться к нему. Помню, в этот день у меня сломались наушники, и мне нужно было купить новые, дабы не сойти с ума от шума и суеты этого города. В финансовом диапазоне проблем у меня не было, нужно было всего лишь подобрать звучание вслепую, как это обычно бывает, когда ты приходишь в магазин и выбираешь то, что тебе не дадут попробовать до окончательной покупки. Выбор встал между бюджетными Sony и Sennheiser. Второе выходило дороже, но все же я рискнул и ни капли не пожалел о своем выборе. Я любил на тот момент две вещи – хороший алкоголь и качественный звук, без них жизнь была бы для меня серой. Я включил Mobb Deep на всю громкость и пошел навстречу к своей судьбе. Пачка сигарет в кармане и жвачка, чтобы не спугнуть ее запахом пепельницы.
На улице было минус сорок, но ощущение того, что мы встретимся через несколько минут, грело меня изнутри. Я подошел к ее дому и написал сообщение о том, что прибыл на место. Надеялся, что она не ответит на это сообщение, а просто молча выйдет ко мне навстречу. Начиная понимать, что нахожусь далеко не в своей зоне комфорта, я стал нервничать еще сильнее: сердце стучало, руки тряслись то ли от холода, то ли от лишних секунд ожидания. И вот она вышла из подъезда. Я почувствовал приятный запах парфюма, увидел красивые черты лица, что раньше мог рассматривать только на фотографиях. Самая красивая девушка в моей жизни приближалась ко мне, а я все думал о том, как бы не начать заикаться. «Куда мы пойдем?» – произнесла она, оборвав мой диалог с самим собой.
Я пожал плечами. Мне было все равно, куда идти. Хоть в ад, лишь бы она была рядом со мной. Мы пошли, она подхватила меня за руку, и я ощутил тепло, тепло ее бешеной энергетики, и чувствовал, как мое сердце тает. Мне было холодно, но даже на это я перестал реагировать в компании с ней. Мы проходили возле школы, которая находилась возле ее дома, я жутко нервничал, мне захотелось покурить. Но зная, что она не курит, я старался не подавать вида. Я рассказывал какие-то глупости, она слушала меня и изредка добавляла что-то свое. Я смотрел в ее глаза и видел бесконечное космическое пространство. И вот я попросил ее остановиться, все же решив покурить. Она отнеслась к этому нормально, и я успокоился. Зажигалка замерзла, и я всеми силами пытался ее зажечь, но сделать это смогла только она. Любая женщина сумеет разжечь огонь как вне, так и внутри вас. Мы молча стояли возле школьной спортивной площадки. Я выдыхал горячий дым в холодную пустоту. Мне давно хотелось обнять ее, но я не знал, как это сделать. Я докурил, мы сделали пару кругов вокруг школы, затем остановились. Я начал ходить вокруг нее. Наверно, со стороны это выглядело довольно странно, как будто я проводил какой-то древний ритуал. Затем попытался взять ее за руку, и не заметил, как обнял ее. Следом она обняла меня.
В этот момент я понял, что мои чувства вытеснили из меня все стеснение и помогли мне перешагнуть через себя.
– Тебе холодно? – спросила она.
– Нет, с тобой мне тепло, – ответил я.
Мне было жутко приятно, я чувствовал, как наши души склеиваются в одну. Знаете, если бы у меня спросили, что такое счастье, то я бы, недолго думая, ответил: счастье – это обнимать её, чувствовать запах, гладить ее, радуясь, что она существует. Если бы на улице было теплее, то я не отпускал бы ее никогда. Я хотел было признаться в любви, но подумал, что для первой встречи это будет слишком. Я так боялся быть отверженным, но в то же время чувствовал, как сама она нуждается в моем тепле и объятиях.
После этого мы прошлись еще немного по улице, а когда окончательно замерзли, то пошли греться в подъезд ее дома. Мы стояли на этаже, я смотрел ей в глаза. Мне казалось, что я не должен долго задерживать ее. Когда я провожал ее до лифта, случилось что-то волшебное и неописуемое. Она поцеловала меня. Представляете – это был наш первый поцелуй! Я не думал, что такое произойдет. Ее теплые губы… Я никогда не забуду этого, как и навсегда запомню тепло ее объятий. Я ранее не чувствовал, как искра разжигается между людьми, но это был тот самый момент. Я слышал, как ее сердце бьется: «Тук-тук». А следом – мое.
Наши сердца стучали, словно сумасшедшие, в такт. В тот вечер я не просто шел до дома, я летел, у меня выросли крылья. И я знал: у нас одни крылья на двоих. Когда я пришел домой, то написал ей такую глупость, которую сложно вообразить: «Хотел спросить: мы... вместе?» Она ответила: «Да». И в этот момент я хотел подпрыгнуть на месте от счастья. Я пожелал ей спокойной ночи и крепко-крепко уснул.
В ту ночь она вновь снилась мне: мы летали над домами, держались за руки и разговаривали о вечности. Она – часть меня, и мы будем всегда рядом. Но то, что происходит в голове, не всегда осуществляется в жизни. Наши мечты сбылись: мы сошлись, переехали в другой город. Я стал отцом для ее дочери, даже больше, чем отцом. Я был для нее лучшим другом. Все складывалось намного прекраснее, чем я мог представить, пока в нашей жизни не наступили сложности. Такое называют похмельем после долгого запоя.
После переезда мы столкнулись со сложностями. Одна из самых главных – я долго не мог найти себе новую работу, и в этот момент каждый из нас показал свое истинное лицо, то, которое никто не хотел замечать, и старался видеть только желаемое. Наша любовь превратилась в бесконечную ругань, с горем пополам я нашел себе работу и старался как можно больше проводить там времени, чтобы не слышать ее обвинений в свою сторону.
В итоге она сняла квартиру и начала жить отдельно. Иногда мы съезжались, жили так, словно между нами не было ни разногласий, ни скандалов, а все было, как раньше. Но малейшая оплошность со стороны одного из нас возвращала нас в мир агрессии и вечных споров о том, как нужно жить. В итоге она нашла себе другого, вначале попытавшись сделать это незаметным для меня. Но, как говорилось выше, я вижу все.
И вот в один из зимних дней, придя к ней домой, я обнаружил свои вещи аккуратно собранными на пороге. У меня не было к ней больше вопросов, я молча забрал все свои пожитки и отправился в родительский дом. Меня встретили с пониманием, без лишних слов, я просто зашел, поставил вещи и сквозь боль улыбнулся. Затем отправился в магазин, купил несколько бутылок виски и ушел в трехдневный запой.
Именно в этот момент я понял, что такое похмелье, самое настоящее жизненное похмелье. Когда розовые очки трескаются у тебя на глазах, и начинается самая настоящая жизнь, в которой, так или иначе, тебе придется страдать.


Рецензии