Кто в доме хозяин

(шутка в одном действии)


ДЕЙСТВУЮЩИЕ ПЕРСОНАЖИ

Э л
К а р е н
Л и л а
Д о м о в о й
З у б н а я  ф е я
С а т а н а
гуманоиды

* * *

Дом Робертсонов. Вечер. Хозяйка дома – Карен – суетится на кухне. Внезапно входная верь распахивается, и в дом влетает муж Карен – Эл. Эл крайне встревожен.

Э л. Я видел их!
К а р е н  (из кухни). Наконец-то, тебя только за смертью посылать!
Э л. Я их видел, Карен!
К а р е н. Кого?
Э л. Их!

Из кухни в гостиную выходит настороженная Карен.

Э л. Все, как пишут в газетах: большеголовые, с синюшным лицом и большими черными глазами!
К а р е н. Если ты снова столкнулся на улице с индусом – привыкай. Их, как и китайцев, теперь миллиард, а значит, шанс столкнуться с одним из них на улице весьма велик.
Э л. Нет, Карен, индусы тут ни при чем! Я только что видел инопланетян! (После паузы.) Как думаешь, кому позвонить первым: журналистам или в полицию?
К а р е н. Смотря, кем ты хочешь прослыть: сумасшедшим или дезинформатором.
Э л. Я всего лишь хочу донести миру правду!
К а р е н. (С иронией.) Тогда звони журналистам. Они с этим отлично справляются.
Э л. Ты считаешь? Хорошо, звоню журналистам.

Эл спешит к телефону.

Э л. (Задумавшись перед телефонным аппаратом.) Милая, не подскажешь номер какого-нибудь журнала?
К а р е н. Не надо никуда звонить, Эл!
Э л. Но?!
К а р е н. Не надо! Никаких инопланетян не существует! Тебе просто показалось!
Э л. Нет, мне не показалось! Я точно видел их!
К а р е н. Ты не мог их видеть, ясно! Потому что их нет! Нет никаких инопланетян! Потому что увидеть инопланетянина – это все равно что увидеть Санта Клауса! И не ряженого, что снуют по городу в Рождество, а настоящего: в санях, с оленями, эльфами и миссис Клаус!
Э л. Но я!..
К а р е н. И все – закрыли тему! Нет! Никаких! Инопланетян!
Э л. Почему ты мне не веришь, Карен?
К а р е н. Потому. У тебя слишком больное воображение, Эл! Тебе постоянно что-то кажется или мерещится! То в какой-нибудь коряге ты видишь змею! То в самом обыкновенном камне – черепаху! А в Лас-Вегасе, Эл! Ты помнишь, что случилось в Лас-Вегасе? Ты пошел разменять четвертаки, а когда вернулся, сказал мне, что видел Элвиса Пресли! И потом полночи мучил меня этим!
Э л. Но я действительно видел его!
К а р е н. Ох… Допустим, Элвиса ты действительно мог видеть. Он хотя бы существовал! Да и обстоятельства его смерти овеяны загадками... Но инопланетян ты видеть не мог!
Э л. Клянусь, Карен! Это были они!
К а р е н. Они?
Э л. Они!
К а р е н. Были?
Э л. Да!
К  а р е н. Хорошо, – где ты их видел?
Э л. В магазине, здесь за углом!
К а р е н. Ну, да – они специально прилетели сюда из другой галактики, чтобы отоварить купоны на скидку! К слову – о скидках. Ты купил, что я просила?

Эл думает о чем-то своем и пропускает слова жены мимо ушей.

К а р е н. Эл? (После паузы, громко.) Эл!
Э л. А?!
К а р е н. Ты купил, что я просила?
Э л. Нет.
К а р е н. (С укоризной.) Эл!
Э л. Прости, я забыл. Как только я заметил инопланетную парочку, все мое внимание стало приковано к ним.
К а р е н. О, так их было двое…
Э л. Двое, Карен! Все так, как пишут в газетах: большеголовые, с бледным синюшным лицом и большими черными!..
К а р е н. Нет никаких инопланетян!
Э л. Тогда кого же я видел?
К а р е н. Не знаю! Вполне возможно кто-нибудь из мигрантов. Если не индусы, то… какие-нибудь ливийцы или иракцы! С этой либеральной миграционной политикой наша страна уже превратилась в проходной двор!
Э л. Нет, Карен, это были они!
К а р е н. Нет!
Э л. Да, Карен!
К а р е н. О, Господи, за что мне это… Нет никаких!..

Домой возвращается дочь Эла и Карен – Лила.

Л и л а. Эй, родители, что за шум, а драки нет! Даже на улице слышно! Вы случайно не из-за меня ругаетесь?
К а р е н. Нет, милая, ты тут ни при чем.
Л и л а. Фуф, слава Богу! А то я уже подумала, что письмо из колледжа пришло…
К а р е н. Какое письмо?
Л и л а. Э-э… так… никакое!
К а р е н. (Строго.) Что за письмо, Лила?
Л и л а. А, ерунда! Забудь…
К а р е н. Лила!
Л и л а. Ну, хорошо. У меня есть несколько прогулов. Всего два. Или три. (Не устояв под тяжелым взглядом матери.) Хорошо – восемь!
К а р е н. Лила!
Л и л а. Ну, а чего?
К а р е н. Ладно, об этом мы завтра поговорим.
Л и л а. Если это все не из-за меня, тогда почему вы спорите? Вы что – разводитесь?
К а р е н. Бог с тобой, Лила! Нет, мы не разводимся. Просто папа… Ох…
Л и л а. Пап, ты что – изменил маме?
Э л. Я?!
К а р е н. Нет, Лила, ему изменило его зрение. Или воображение. Папа утверждает, что только что видел инопланетян, и…
Л и л а. Инопланетяне? У нас? В нашем районе? (Усмехаясь.) Маловероятно. У нас-то и своим гулять небезопасно!
К а р е н. (Мужу, с укоризной.) Видишь?
Э л. Клянусь, я точно видел их!
Л и л а. Пап, может, ты заболел? (Потрогав рукою лоб отца.) Лоб вроде холодный… Может, ты съел что-нибудь не то? Пап?

Эл снова задумался о чем-то своем.

Л и л а. Па-ап? (После паузы, громко.) Пап!
Э л. А?!
Л и л а. С тобой все в порядке?
Э л. Нет! Я только что видел инопланетян, а мне никто не верит!
К а р е н. (Дочери.) Ты ужинать будешь?
Л и л а. Да нет. Я уже поужинала. После занятий мы с Марти заскочили в кафе.
К а р е н. Что еще за Марти?
Л и л а. Марти мой… друг.
К а р е н. Друг это парень? У тебя появился парень?
Л и л а. Конечно. Мне же не одиннадцать лет. Мам, честное слово, ты точно с Луны!
Э л. Точно, они, наверное, тоже с Луны!
Л и л а. На Луне нет жизни, пап. Пап, ты такой смешной! (После паузы.) И как они выглядели?
Э л. Кто?
Л и л а. Твои инопланетяне.
Э л. А. Большеголовые, с синюшным лицом, большими черными глазами и в черных балахонах с надписью Metallica!
Л и л а. Больше похоже на студентов. А где ты их видел?
Э л. В магазине.
Л и л а. И что они покупали?
Э л. Пиво.
Л и л а. Тогда это точно студенты.
Э л. Нет-нет, как выглядят студенты, я знаю! Эта парочка точно ими не была!
Л и л а. Ну… это могли быть не наши студенты.
Э л. Не наши? То есть с другой планеты?
Л и л а. Из другой страны! Как-то у нас в колледже учились двое парней из Словении. По обмену. Они были… очень странные.
Э л. Большеголовые, с черными зеркальными глазами?
Л и л а. Нет, внешне они выглядели обыкновенно. Но на занятиях, вместо того чтобы спать или трепаться с соседями по парте, они конспектировали все, о чем рассказывал преподаватель. Разве это не странно?
К а р е н. По мне, спать, вместо того чтобы учиться, это куда как страннее.
Л и л а. Ну, ты и зануда, мам! Зачем записывать за преподавателем? Двадцать первый век на дворе – есть ведь диктофоны и все такое…
К а р е н. Ладно, в другой раз поговорим. (После паузы, вздохнув.) Раз наш папа вернулся с пустыми руками, то ужин отменяется. Всем на боковую. (С насмешкой.) Пока инопланетяне и до наших спален не добрались!
Э л. Ты моешь продолжать надо мной насмехаться, Карен, но я верю, что действительно видел их!
К а р е н. Сам ты можешь верить во что угодно. Только умоляю, никому об этом не рассказывай.
Л и л а. Да перестань ты, мама. Пусть рассказывает. Сегодня люди верят во всякую чепуху. Дети – в Зубную фею и Санта Клауса. Взрослые – в гороскопы и любовь до гроба. К примеру, у нас в колледже учатся двое сатанистов. Они поклоняются Сатане и приносят ему в жертву кур.
К а р е н. Как, живых кур?
Л и л а. Почему живых, – из супермаркета. Они верят, что когда-нибудь Сатана проникнется их верой и даст им ключ управления вселенной.
К а р е н. Господи, что только у людей в головах…  Так и до веры в домовых недалеко…

Эл негромко посмеивается.

К а р е н. А ты чему радуешься?
Э л. Каким же надо быть кретином, чтобы верить в домового!
К а р е н. Ты же веришь в инопланетян.
Э л. (Серьезно.) Это другое!

Робертсоны расходятся по спальням. Некоторое время слышно, как они укладываются. Затем все затихает. Какое-то время в доме царит тишина. Вдруг из туалетной комнаты доносится спуск воды. После этого оттуда выходит грустный усталый человек лет тридцати пяти – домовой. Домовой одет в пижаму и стоптанные кожаные домашние тапочки. Погасив в туалете свет и осторожно закрыв за собою дверь, усталой походкой он направляется к телефону. Домовой поднимает трубку и набирает номер.

Д о м о в о й  (в трубку).  Заходите, они легли. Только тихо.

Домовой вешает трубку и принимается накрывать на стол. Он отправляется на кухню и приносит оттуда несколько тарелок с закусками, несколько бутылок, бокалы... Расставляет все это на журнальном столике в гостиной. Через некоторое время раздается осторожный стук в дверь. Домовой направляется к входной двери и отворяет ее. Стоящие на пороге дружно выкрикивают: «С днем рожденья!»

Д о м о в о й. Эй, я ведь просил – тише!

Стоящие на пороге, теперь уже гораздо тише, снова произносят те же слова.

Д о м о в о й. Так-то лучше. Заходите.

Четверо визитеров (Зубная фея, Сатана и два гуманоида) проходят в дом.

Д о м о в о й. Будьте как дома. (Сатане.) Извини, Сэт, к тебе это не относится, поэтому ты можешь только располагаться.
С а т а н а. Что ж, я не гордый.
Д о м о в о й. (С усмешкой.) Мне хоть не ври! Не гордый он! Эй, а почему вас только четверо? Где Санта?
С а т а н а. Санта просил извиниться, сказать, что он приболел.
Д о м о в о й. А что с ним? Опять из саней выпал?
С а т а н а. Нет, в этот раз один из оленей тяпнул его за руку. Доктора подозревают бешенство.
Д о м о в о й. Ого, это серьезно. Что ж, будем гулять впятером.

Гости усаживаются на диван перед журнальным столиком. Домовой усаживается в кресло.

Д о м о в о й. Милое платье, Фея. Подчеркивает все твои… хм... ну, ты понимаешь.
З у б н а я  ф е я. М-м, благодарю!
Д о м о в о й. А, не за что.

Пауза.

Д о м о в о й. Ну, чего: для начала сыграем в бинго и немного пожалуемся друг дружке на жизнь или сразу начнем напиваться по-черному?
С а т а н а. Твой праздник, тебе и решать. Лично я за второй вариант. Но если ты готов поставить на кон свою душу, можем сыграть и в бинго.
Д о м о в о й. Закатай обратно свою губу, Сэт. Этого ты от меня не дождешься. Фигус-дрыгус тебе, а не моя заботливая и хозяйственная душа! Сиди и сжимай в своих загребущих кулачках души «сильных мира сего».
С а т а н а. Как знаешь.

Пауза.

Д о м о в о й. Что ж, раз других предложений нет, начнем напиваться.
З у б н а я  ф е я. Может, сначала подарки откроешь?
Д о м о в о й. А вы с подарками что ли пришли?
З у б н а я  ф е я. Конечно.
Д о м о в о й. Ну и ну. Я думал, вам уже надоело дарить мне подарки. За столько-то лет знакомства!
З у б н а я  ф е я. Для начала открой мой. (Протягивая маленькую коробочку.) Вот.
Д о м о в о й. Симпатичная коробочка. Ты делаешь мне предложение?
З у б н а я  ф е я. Просто открой ее, остряк.

Домовой заглядывает внутрь коробочки.

Д о м о в о й. Ого – зуб… Надо же, почти без кариеса. Чей он? Какого-нибудь борзого паренька из Бронкса?
З у б н а я  ф е я. Это зуб Леонардо.
Д о м о в о й. Леонардо… (После паузы.) Ди Каприо или из «Черепашек Ниндзя»?
З у б н а я  ф е я. Леонардо да Винчи. Будут трудные времена, можешь его продать. Обеспечишь себя на всю оставшуюся жизнь.
Д о м о в о й. Да Винчи… Хм… Кто бы мог подумать, что ты в то время шустрила…
З у б н а я  ф е я. Тебе не нравится?
Д о м о в о й. Нет, почему, – нравится. Нравится... Просто зуб да Винчи вряд ли сможет обеспечить меня на всю оставшуюся жизнь. Другое дело – если бы это был зуб кого-нибудь из «Черепашек»…
З у б н а я  ф е я. Ди, на тебя не угодишь! В прошлом году я подарила тебе зуб Джимми Хендрикса, ты сказал: «Спасибо, Фея, но лучше бы это был зуб Джимми Киммела». Пять лет назад я подарила тебе зуб Кларка Гейбла, ты сказал – жаль, что не зуб Кларка Кента. Я все понимаю, – чужой вкус трудно удовлетворить, но ты хотя бы сделай вид, что тебе приятно!
Д о м о в о й. Мне приятно. Честно. (После паузы.) Ты не обиделась?
З у б н а я  ф е я. (Недовольно.) Нет.
Д о м о в о й. Точно?
З у б н а я  ф е я. Точно.
С а т а н а. (Протягивая конверт.) Вот – это от меня. Тебе это точно понравится.
Д о м о в о й. Тяжеленький. Что там?
С а т а н а. Распечатай, увидишь.

Домовой достает из конверта пачку купюр, скрепленных металлическим зажимом.

Д о м о в о й. Ого, деньги. А ты себе не изменяешь.
С а т а н а. Ты ведь знаешь, это не про меня.
Д о м о в о й. Допустим… Сколько здесь? Посчитаем… Сто, двести, триста… Все ясно, – как в прошлом году, но с учетом инфляции.
С а т а н а. Все для любимого друга.
Д о м о в о й. Спасибо. Подложу их Элу в его старый пиджак. Или суну в какую-нибудь книгу. Хотя нет, в книгу Эл вряд ли заглянет. Лучше запихну их в пуховик Лилы. Пусть порадуется девочка. Она это заслужила. С такими-то предками! (Гуманоидам.) Ну, а вы двое, что решили презентовать мне? Кусок астероида или участок на Луне?

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Что? Луной нельзя торговать, это священная территория протоэрфийцев? А кто такие протоэрфийцы?

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Крайне жестокая форма жизни, которая уничтожит любого, кто посягнет на ее священные земли? (Свистит.) Ну, теперь понятно, почему NASA свернуло лунную программу. Тогда быстрее вручайте мне кусок астероида, и начнем квасить!

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Не астероид? А что?

Один из гуманоидов ставит на столик бутылку пива.

Д о м о в о й. Пиво?

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Вижу, что темного. И откуда она? Юпитер? Марс? Венера?

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Ах, из магазина за углом… Да, братцы, вы умеете удивить. Что ж, спасибо и на этом.

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Как – это не братцы? А я всегда думал… А кто вы?

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Вот как…

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Нет, я вас не осуждаю. У нас на Земле это теперь сплошь и рядом. Кстати, Сэт, давно хотел спросить – а это не твои штучки?
С а т а н а. Нет, на сей раз – я не при делах.
Д о м о в о й. Ну, значит, это к нам ветром с Венеры надуло.

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Не с Венеры? А откуда?

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. (Присвистнув.) Ого!

Пауза.

З у б н а я  ф е я. Ди, а что тебе подарили твои?
Д о м о в о й. Мои?
З у б н а я  ф е я. Робертсоны. Все-таки вы уже лет двадцать вместе живете…
Д о м о в о й. Семнадцать.
З у б н а я  ф е я. Это срок. Что они тебе подарили?

Пауза.

З у б н а я  ф е я. Ты показывать не хочешь? Это что-то личное, да?

Пауза.

З у б н а я  ф е я. Брось, мы же друзья, мы никому не расскажем.

Пауза.

З у б н а я  ф е я. Ну? Покажешь?
Д о м о в о й. (Нервно.) Вот же ж! Да нечего мне показывать! Ясно!
З у б н а я  ф е я. Как?
Д о м о в о й. А вот так! Дулю с маслом они мне подарили! Даже не вспомнили! Весь день сегодня обсуждали всякую чепуху, а о моем дне даже не заикнулись! Не обмолвились! Не!..
З у б н а я  ф е я. Ну, тише, тише…
Д о м о в о й. Я… Все эти семнадцать лет я батрачу на них, как вол, а они!.. Они!.. Ни капли уважения от них!
С а т а н а. Может, они не замечают твоих трудов? Со мной такое частенько случается.

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Если бы! На прошлой неделе Эл обнаружил в телевизоре семь новых платных каналов, которые не подключал. Догадываетесь, откуда они появились? Я три дня возился с чертовым допотопным ящиком, чтобы их настроить! И что сказал Эл, когда это увидел? «Это чудо!» Чудо, блин! А что мне пришлось декодер перепаять – это ерунда! Или Карен. Видите тот цветок? Вообще-то он светолюбивый. Но стоит он в этом углу. Потому что цветовод из Карен, как из меня... Хех! Она думает, что ее жалкое рыхление и подкормки могут заменить солнце! Этот цветок уже давно бы завял, если бы я не выставлял его на свет, как только все уходят из дома! (После паузы.) Лила тоже хороша… Ведет дневник и вечно оставляет его у всех на виду! Если бы не я, Эл с Карен его давно бы нашли! И прочитали! И тогда одним жильцом в нашем доме стало бы меньше! А возможно, что и двумя. Интимные откровения девочки подростка такие динозавры как Эл и Карен могут и не пережить. Думаете, я дождался от Лилы благодарности? Ха! (После паузы.) Пока была жива бабка, мать Эла, мне хоть что-то обламывалось. Она всегда, – в тайне от всех, разумеется, – оставляла мне на блюдце кусочек сахара или печение! А сейчас… (Вздохнув.) Не стало бабки, не стало и сахара. Живу впроголодь…

Пауза.

Д о м о в о й. А этот дом? Вы только гляньте на него! Они же о нем совершенно не заботятся!

Гости переглядываются. Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

С а т а н а. По-моему, ты себя накручиваешь.
Д о м о в о й. Накручиваю? Я? Да вы только сюда посмотрите!

Домовой вскакивает с кресла, направляется на кухню и через некоторое время возвращается с двумя крупными фарфоровыми тарелками.

Д о м о в о й. Каково, а?
З у б н а я  ф е я. Сервиз. Похоже, совсем новый…
Д о м о в о й. Муха не сидела!
З у б н а я  ф е я. И чем ты недоволен?
Д о м о в о й. Поехали они за покупками… А до этого я им целую неделю намекал, что пора бы входную дверь заменить! Вот…

Домовой направляется к входной двери, открывает ее и несколько раз щелкает кнопкой замка.

Д о м о в о й. Отверткой открыть можно! Да что отверткой – пальцем! Мне уже надоело изображать пса, всякий раз как кто-то чужой подходит к двери! Думал, купят дверь… А они сервиз с собой притащили! Для чего вам фарфоровый сервиз, если у вас нет нормальной входной двери?! Его же могут спереть в любую минуту! Да если б только сервиз!.. (Махнув рукой.) А!

Домовой с силой хлопает входной дверью.

Г о л о с  К а р е н  (из спальни). Эл… Эл!
Г о л о с  Э л а. А?
Г о л о с  К а р е н. Ты слышал? Кажется, входная дверь хлопнула.
Г о л о с  Э л а (крайне заспанный.) Успокойся, милая, это, наверное, просто гроза…

Голоса затихают. Воцаряется тишина.

Д о м о в о й. (Раздраженно, сжимая от злости кулаки.) М-м-м!

Домовой возвращается в кресло.

Д о м о в о й. Все – надоело! Уйду! Сил моих больше нет… Уйду…
З у б н а я  ф е я. Ну-ну, успокойся. Не руби с плеча.
Д о м о в о й. Уйду…
С а т а н а. Если ты уйдешь, где будешь жить?
Д о м о в о й. Без понятия. Думаю, приткнусь куда-нибудь. Мир не без добрых.

Гости переглядываются.

С а т а н а. По-моему, ты немного отстал от мира.
Д о м о в о й. Что ты имеешь в виду?

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Все настолько плохо?
З у б н а я  ф е я. Ага.
Д о м о в о й. Ого. Сэт, признавайся, опять твои штучки?
С а т а н а. Нет, я и тут ни при чем.
Д о м о в о й. Ой ли?
С а т а н а. Говорю – «ни при чем», значит – ни при чем. Я пока еще в своем уме.

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Хорошо. Раз в мире перевелись добрые самаритяне, значит, кто-то из вас приютит меня. (Гуманоидам.) Как насчет вас? Вы двое, – приютите меня?

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Как – нет?

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. А что не так с вашим летательным аппаратом?

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Ну, в тесноте, да не в обиде!

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Что, уже пробовали жить втроем и не получилось?

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. А мы сейчас о простом проживании говорим или?..

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. И то, и то пробовали? И не получилось? Хм… Сэт, может, ты приютишь любимого друга?
С а т а н а. Я бы с радостью, но…
Д о м о в о й. С тобой-то что не так? У тебя места хоть отбавляй! Ты же вроде на Уолл-Стрит живешь?
С а т а н а. Уже нет. Съехал оттуда в прошлом месяце.
Д о м о в о й. Ну и ну. А почему съехал?
С а т а н а. Не поверишь: стало страшно от той дичи, которая там творится.
Д о м о в о й. И где же ты теперь обитаешь?
С а т а н а. Перебрался на Бровей.
Д о м о в о й. Отлично! Буду рад пожить на Бродвее! Обожаю театр!
С а т а н а. Э-э… Друг, ты давно был на Бродвее?
Д о м о в о й. Никогда не был. А что?
С а т а н а. Если тебя Робертсоны не устраивают, то, увидав, что творится на Бродвее, ты убежишь оттуда прочь, в никуда, темной ночью с закрытыми глазами. Это, конечно, не Уолл-Стрит, но… Не самое приятное местечко, прямо скажем. Особенно для таких тонких романтических натур как ты.
Д о м о в о й. Ну, спасибо! Фея? Что скажешь, если я переберусь к тебе на какое-то время?
З у б н а я  ф е я. Ди, я и рада бы… Но, видишь ли, я теперь живу с парнем.
Д о м о в о й. (Усмехаясь.) Ты же говорила, что парни перестают интересовать тебя, как только у них выпадают все молочные зубы?
З у б н а я  ф е я. Времена меняются, Ди. И потом – мне надоело все время быть одной. Это угнетает.
Д о м о в о й. Однако… А кто он – ну, твой парень? Какой-нибудь лепрекон или ветеран, на котором никак не отразилась война?
З у б н а я  ф е я. Нет. Его зовут Джим. Он сын маминой подруги.
Д о м о в о й. Сын, значит... Хорошо, пойду бродяжничать. Раз никто из моих друзей не может, а вернее – не хочет, предоставить мне ночлег, я сам его отыщу! В каком-нибудь переходе! Или под каким-нибудь мостом! Или!..
З у б н а я  ф е я. Да будет тебе, Ди! Да, Робертсоны, конечно, еще те растяпы. Но, по-моему, лучше них, – ты все равно никого не найдешь. Дай им второй шанс.
Д о м о в о й. Фигус-дрыгус им, а не второй шанс! Давал уже!
С а т а н а. Дай третий.
Д о м о в о й. И третий давал!

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. И четвертый, и!.. Я уже со счета сбился!
З у б н а я  ф е я. Ну, перестань. Ты же сам сказал, что этот дом только на тебе одном держится. Подумай, во что он превратиться, если ты уйдешь?
Д о м о в о й. А – ничего с ним не будет. Справятся как-нибудь!
З у б н а я  ф е я. А если кто-нибудь найдет дневник Лилы?
Д о м о в о й. (После некоторого раздумья.) Это будет катастрофа.
З у б н а я  ф е я. И цветок Карен? Без твоей заботы – он ведь завянет?
Д о м о в о й. Эх… Это точно…
З у б н а я  ф е я. Неужели тебе не жаль его?
Д о м о в о й. Жаль… (После раздумья.) Ладно, – дам Робертсонам еще один шанс. Последний. Но только из-за цветка! А если они и в этот раз им не воспользуются, я точно уйду! И один из вас точно приютит меня! И не на пару ночей, а до тех пор, пока я сам не решу убраться. Ну, чего, согласны?

Гости приглядываются. Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

С а т а н а. По рукам.

Пауза.

Д о м о в о й. Ну, теперь-то начнем надираться?
С а т а н а. Извини, старик, нам пора.
Д о м о в о й. Уходите?
З у б н а я  ф е я. Ага.
Д о м о в о й. (Кивая на накрытый стол.) А это я для кого готовил?

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. Да бросьте, у вас-то что дела?!

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. А до завтра это не подождет?

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

Д о м о в о й. (Недовольно.) Ладно, идите, если так. Счастливо вам добраться. Всем.
З у б н а я  ф е я. Ди, ты на нас не обидишься?
Д о м о в о й. Нет.
З у б н а я  ф е я. Точно?
Д о м о в о й. Точно.

Гости переглядываются.

Д о м о в о й. (Нервно.) Да идите уже, откуда пришли!

Гости поднимаются с дивана и направляются к входной двери. Домовой идет провожать их. На пороге все гости по разу обнимают именинника. Зубная фея не только обнимает домового, но и целует в обе щеки.

С а т а н а. Не раскисай, друг. Помни – уныние самая разрушительная штука на Земле. Уж я то знаю.

Гуманоиды отпускают несколько фраз на своем языке.

С а т а н а. (Гуманоидам.) Не только на Земле? А где еще?

На сей раз гуманоиды обходятся одной фразой.

С а т а н а. (Домовому.) Вот видишь – даже так.

Гости собираются покинуть дом.

Д о м о в о й. Фея…
З у б н а я  ф е я. Да?
Д о м о в о й. А может… ты останешься? А то что-то на душе совсем паршиво…
З у б н а я  ф е я. Извини, Ди, но меня ждет мой парень.
Д о м о в о й. Ну, да – сын маминой подруги...
З у б н а я  ф е я. Ага.

Гости уходят.

Д о м о в о й. (Вслед уходящим гостям.) За подарки спасибо.

Домовой запирает за гостями дверь, затем возвращается в кресло. Долго о чем-то думает.

Д о м о в о й. Ну, чего – с днем рождения что ли?..

Домовой берет в руки бутылку пива и долго смотрит на нее. Внезапно, шаркая ногами и, кажется, не открывая глаз, в гостиную приходит Эл. Эл направляется на кухню. Там, судя по звукам, он жадно пьет. Затем все той же походкой и тем же путем Эл направляется обратно в спальню.

Д о м о в о й. (Вслед проходящему по гостиной Элу.) Привет, Эл! Как дела?

Эл на некоторое время замирает, затем – усмехается и, как ни в чем не бывало, продолжает свой путь. Вскоре из спальни начинают доноситься голоса.

Г о л о с  К а р е н. Эл? Ты чего там шастаешь?
Г о л о с  Э л а. Мне захотелось пить.
Г о л о с  К а р е н. А ухмыляешься почему?
Г о л о с  Э л а. Ты не представляешь, что за чушь мне только что приснилась!
Г о л о с  К а р е н. Опять инопланетяне?
Г о л о с  Э л а. Нет. Мне приснилось, что у нас в гостиной сидит домовой и пьет пиво!
Г о л о с  К а р е н. О, Господи… Эл, никаких домовых нет!
Г о л о с  Э л а. Знаю.
Г о л о с  К а р е н. Как и инопланетян.
Г о л о с  Э л а. А вот это под вопросом.
Г о л о с  К а р е н. Спи лучше.
Г о л о с  Э л а. Под вопросом, под вопросом.
Г о л о с  К а р е н. Спи!
Д о м о в о й. Нет, это невыносимо!

Домовой вскакивает с кресла, направляется к цветку и принимается поливать его пивом.

Конец


Рецензии