Личная жизнь, частные переживанияДля кого я пишу? Буду честной: сначала для себя, это самовыражение, а потом уже для своих детей. Книжку на финском – с моими рассазами – отдала в семью младшего сына. Он мало интересуется такого рода творчеством, но жена его, финка, прочитала и очень удивилась. Сказала, что я настоящая писательница. Младшего сына я научила быть открытым. Он не стесняясь говорит обо всем, включая интимные вещи, с малознакомыми людьми, если речь заходит на эти темы. Старший более скрытный, он застегнут на все пуговицы. Но эмоциональный контакт у меня в большей степени со старшим. Этот сын стал читать мои эротические опусы, а также он забегает и на Прозу. Он видит, что я придуриваюсь. Но я знаю, если со мной что-то случится, старший сын соберет все мои нетленки, они не пропадут. Мне важно, чтобы мои дети узнали, что я чувствовала. Поэтому я так стремлюсь передать не художественность, а эмоциональную правду. Обстоятельства могут быть выдуманными, но нужно уметь рассказать, что по-настоящему ощущали люди. В советской документальной литературе очень много заретушированного. Авторы, которые в плену тех традиций до сих пор, стремятся отобразить реалистично ситуацию или придать вещи какое-то нравственное значение. Им хочется научить, предостеречь своих детей. © Copyright: Милла Синиярви, 2007.
Другие статьи в литературном дневнике:
|
