Родной друг

 



Она вышла из подъезда, смотря по сторонам, вызванную машину такси. Прожив несколько лет с богатым мужем, она совсем отвыкла ездить на общественном транспорте, продолжала кататься на тачках, хоть теперь это было ей явно не по карману. Но об этом она вспоминала в последнюю очередь, все перевернулось в ее жизни за последний месяц, она потеряла надежную опору, тот крепкий тыл, уютный дом, который так ищут все женщины. Кроме этого она любила своего мужа, что было, не совсем типично для таких практичных женщин как она.
Сигнал бежевой девятки вывел ее из замешательства, остановив хаотичный поток мыслей, который шумел в ее голове. Она быстро запрыгнула в машину, назвав адрес. Ее путь лежал к самой верной ее подруге, с которой они уже много лет делили все свои беды и радости. Это был самый надежный ее союзник, особенно теперь, когда она осталась одна.
Несколько знакомых мужчин, узнав о ее одиночестве, бросились предлагать ей руку и сердце, но она теперь не верила мужчинам и не торопилась делать выбор.
Машина мчала ее по вечернему городу, который она знала еще с детства. Хотя с тех времен здесь многое изменилось, точно так же, как изменилась она за эти годы. Водитель пытался заговорить с ней, но разговор не клеился, она отвечала односложно и холодно. Машина проехала еще пару микрорайонов, завернула во двор и остановилась у второго подъезда, скрипнув тормозами. Она достала из кармана две смятые бумажки и отдала водителю. В ожидании лифта, она набрала номер подруги на мобильном, та сразу ответила, она ждала этого звонка.
- Лена, я около твоего лифта – сказала Марина.
- Зайчик, я иду тебя встречать.
Марина зашла в лифт и поднялась на пятый этаж. Когда двери открылись, за ними стояла Лена, она чмокнула Марину в щеку.
- Как ты?
- Ну, ты же прекрасно знаешь как я.
- Заходи. И поменьше думай об этом.
Они зашли в квартиру, Марина скинула куртку и прошла в комнату. У Лены недавно был ремонт, и еще пахло обойным клеем, но мебель уже стояла на своих местах. Марина устало опустилась в кресло, а Лена присела рядом на диване.
- У меня есть пол бутылки водки, давай выпьем.
- Давай. Ты не представляешь, как мне сейчас тяжело, я уже так давно не была одна. Я теперь чувствую себя совершенно беспомощно. Я больше не могу, я хочу умереть, моя жизнь потеряла всякий смысл.
Лена достала водку и налила в две рюмки. Они выпили без всяких тостов.
- Это пройдет, Марина, не сразу конечно, надо пережить это все. Тяжелое время, потом все у тебя наладится, я же прекрасно знаю тебя. У меня было такое же трудное время, ты же все знаешь обо мне. Время уносит все, и хорошее и плохое. Просто не делай лишних глупостей и лишних, резких движений. Этого будет вполне достаточно. У тебя же есть твой старый друг, художник, общайся с ним почаще и все пройдет.
- Понимаешь, он может быть давно любит меня, ведь он знает меня уже двенадцать лет. Мне тогда было девятнадцать, а ему двадцать четыре. Тогда он казался мне таким взрослым, а сейчас мы как ровесники. Если бы я тогда вышла за него замуж, сейчас мы бы оба были совершенно другими людьми. А теперь слишком поздно, да и не могу я сейчас быть для него близким человеком. Мы просто старые друзья.
- Ты когда ни будь спала с ним?
- Спала и не раз, но мы никогда не занимались любовью. Правда тут наверное виновата я сама. Как только я подумаю о том что у него нет денег и похоже никогда уже не будет, мне становится как-то не интересно с ним сближаться. Хотя, он конечно прелесть, он хорошо понимает меня, или хотя бы старается. Но я теперь привыкла к совершенно другому уровню жизни. С Олегом я могла иногда потратить сто долларов на мелкие расходы за вечер, и это было незаметно для нашего бюджета. А у Саши только последние три года дела идут лучше, но и сейчас у него бюджет триста долларов в месяц. Как можно жить на такие деньги?
- Тебе не нужно выходить за него замуж. Просто побудь с ним несколько месяцев. Тебе просто нужно выжить это время, вот и все. Это будет приятно вам обоим.
- Но ведь он привыкнет ко мне за эти месяцы, а потом я должна буду уйти. Это значит обмануть его. А у него сейчас есть девушка из провинции. Ну, как я могу его так подставить. Ведь мы очень старые друзья, мы очень преданные союзники. Я могу ввалиться к нему в дом в любое время суток и он, всегда рад меня видеть. Он выслушает меня, все что накопилось, посоветует что-нибудь, ведь он очень не глуп. Просто ему не дают жить и зарабатывать деньги его же придуманная тяга к свободному творчеству, которое не продается за деньги, а остается на века, никому не принадлежа. Это я цитирую его мысли, не сама же я это придумала.
- Я знаю его гораздо меньше, но он вызывает у меня чувство доверия. Слушай, а ведь у него есть очень богатые друзья или знакомые. Почему они не помогут ему?
- Да потому что ему не возможно помочь. Он не примет эту помощь. Он считает, что ему это не нужно. Его уже поздно учить или переубеждать. Мне хорошо с ним, но я не могу быть с ним долго – мы слишком хорошо друг друга знаем, что бы взять и пожениться.
- А помнишь, мы пришли к нему в мастерскую и принесли шампанское. Четыре девчонки и он. Я еще предлагала ему оставить любую из нас до утра. А он взял и отказался. Может быть, он любил тебя, а ты тогда была женой Олега, разве он мог разрушить твое счастье, ведь он ничего не мог предложить тебе взамен.
- Может быть ты права, а я даже не подумала об этом. Я еще сказала ему, что он поступил как баба. Он мне все время все прощал. Какой же я была сукой.
- Да все мы хороши. И Саша тоже не подарок. Ведь у него было много других девушек, о которых мы почти ничего не знаем. Но сейчас, думаю тебе лучше пожить с ним, какое-то время. Тебе просто будет легче.
- Но с ним жить, это не так просто как ты думаешь.
- Это все равно лучше, чем сходить с ума одной. Ведь ты его очень хорошо знаешь.
- Если бы я знала его плохо, мне было бы легче с ним жить. А он меня знает еще лучше, это тоже не очень хорошо. Ведь я тоже не подарок.
Раздался звонок. Лена подняла трубку, пропев подозрительно ласковым голосом: «Алло!». Она слушала около минуты, потом ответила: «Хорошо, приезжай. Мы тут с Мариной общаемся. Хорошо. Только не тормози слишком долго. Ну, давай, пока».
- Сейчас Ольга примчится, у нее тоже какие-то проблемы.
- Наверное, у нас у всех сейчас проблемный возраст.
- Нет возраста без проблем. Может быть есть люди поспокойней, но я думаю им не легче. Просто они не шумят, не закатывают сцен, варятся в своем соку и молчат. Как Саша, например ты, когда ни будь, слышала что-нибудь о его проблемах? А ведь они наверняка у него есть.
- Я к нему обычно приезжала, когда мне было совсем хреново, и все рассказывала ему о себе, а он только слушал. О себе рассказывал очень мало. У него старые проблемы – денег нет. А много художественных проектов, для которых нужны деньги. Если даже у него появляются деньги, то он их вкладывает в какие-то, дохлые затеи, и они уже не возвращаются, естественно.
- Ты, видимо, называешь дохлыми затеями, его картины?
- Картины - это еще не самое безумное, что приходит ему в голову. Ты видела его работы из дерева? Они конечно классные, но за них платят такие гроши, что они не окупаются и на половину.
- Он просто не может жить по-другому, и не хочет быть другим.
- Да, ты права. Никто не хочет быть другим.
- Но у него ведь есть богатые друзья. Я не раз видела его в компании Миши, а уж Миша, сама знаешь, богат и упакован полностью. У него крупная фирма по международной связи и еще несколько крутых коммерческих проектов параллельно.
- Если бы не такие знакомые, как Миша, Саша бы уже давно сел на мель.
- У самых завернутых художников, всегда есть богатые поклонники или друзья. Они в чем-то даже крепче держатся, чем мы. Они не так избалованы деньгами, живут своей жизнью в замкнутом мире.
Раздался звонок в дверь - это пришла Ольга.
- Я разругалась со своим мужем в дым! – заявила она с порога.
- Вы прям, как договорились.
- Про тебя, Марина, я уже знаю. Но у меня не так катастрофично, мы завтра помиримся, но сегодня я дома ночевать не буду. Пошел он к черту! – Ольга протянула Лене пакет, та заглянула в него и увидела там две бутылки армянского коньяка и несколько салатов из супермаркета.
- Ну, теперь гуляем, - сказала Лена.
- Что, девичник?
- Марина, зови своего художника с друзьями, мы их сейчас накачаем, как следует, - сказала Ольга.
- Еще не известно кто кого накачает, - заметила Марина.
Зазвонил телефон.
- Алло! – снова пропела Лена – Приезжайте, мы как раз собирались тебе позвонить.
- Вот они, художники. У них профессиональный нюх на праздники, им и звонить не надо.
- Лена, это Саша?
- Да
- Он часто тебе звонит?
- Нет, но звонит иногда.
- А ты мне ничего не рассказывала об этом.
- Ты что ревнуешь что ли?
- Вот еще. Я просто удивляюсь и делаю заметки на полях.
Через двадцать минут пришел Саша с другом, художником, которого звали Костя. Они тоже принесли две бутылки Московского коньяка и салатов из того же супермаркета. Когда все гости расположились в комнате, активная Ольга взяла инициативу в свои руки:
- Саша, а вы могли бы написать мой портрет? Я хорошо заплачу.
- Я импрессионист.
- Тем лучше, но я должна быть на себя похожа.
- Обижаете мадам. Я уже давно пишу.
- Так по рукам?
- Легко. Только нужно вспомнить об этом, через несколько дней в трезвом виде.
- Я напомню.
- Оля, оставь Сашу в покое, а то твой муженек нас, когда ни будь, всех перестреляет, - сказала Марина – Он у тебя еще тот живописец.
- Везет тебе, Маринка, ты наконец-то свободна.
- Очень везет, у меня через две недели деньги кончатся, и будет совсем весело.
- Да все у тебя будет, ты что, первый раз за мужем?
- Была третий.
- Ну вот, и не переживай, расслабься и забудь обо всем.
- Давайте, наконец, выпьем за встречу, - предложил Костя.
- А за «П.С.Д.»? – спросил Саша.
- За это еще рано. Успеем, Саша, ну что ты как маленький?
- Хорошо. Давайте за встречу, - сказала Лена, подняв свою рюмочку – Не так уж часто видимся.
- Мы сегодня посетили одну выставку в галерее Гельмана, - сказал Костя, после некоторой паузы, - Выставка хорошая, а народа мало. Прошла золотая пора этой конторы что ли?
- Какой конторы? – поинтересовалась Лена.
- Я имею ввиду, галерею.
- У нас как-то времени не хватает по выставкам ходить. Каждый день суета.
- К счастью есть еще любители. Хоть их и немного, но есть.
- Может, вы нам посоветуете, куда сходить особенно интересно?
- Для этого нужно знать ваш вкус в живописи.
- Вкус у нас широкого направления, на уровне нравится или нет. А как эти стили называются? Нам уж не до этого. Но, пожалуй, импрессионисты мне лично нравятся, но не все конечно.
- Какие, например?
- Моне, Ренуар, Ван Гог, хотя последний грустноват.
- Вы не так уж далеки от живописи.
- Мы же не на Луне живем, в конце концов. На Луне скорее живете вы, художники, причем каждый - на своей.
- Вот тут вы, пожалуй, правы.
- Давайте выпьем за вас, чудаков – художников.
- За себя пить нам как-то даже не ловко.
- Да, бросьте. Это все, чем мы можем вам помочь.
- Этого уже не так мало.
- Какую вам музыку включить? – спросила Лена.
- А у вас есть Пинк Флойд?
- Где-то был старый CD, давно не слушала. Сейчас найду.
- Это было бы здорово.
- Нашла, «Animals». Пойдет?
- Конечно, пойдет.
- Другого нет.
- Да не парься, отличный диск.
Саша решил потанцевать под первую же песню с Мариной, хотя музыка была странной и не совсем танцевальной, но у них как ни странно, это здорово получилось. У них все было странным, сами их отношения всегда были не менее странными. Марина любила приезжать к нему очень поздно ночью и долго говорить о самых разных вещах, почти до рассвета. Потом они засыпали на одной кровати, но самое смешное было то, что они никогда не занимались друг с другом любовью, для этого у них были другие люди, о которых они друг другу никогда не рассказывали, боясь сделать друг другу больно. Конечно, Саша пытался несколько раз приставать к Марине, но это было как-то чисто символически, а Марина давала ему решительный отпор, сама не знала зачем. Однажды он подарил ей свою картину, там была написана рыба, похожая на одного их общего друга, которого теперь уже давно не было в живых. Марина очень любила эту картину, она повесила ее на своей даче, и купила для нее дорогую раму. Впрочем, Саша не совсем подарил эту картину, потому что он, как бы продал ее за тридцать долларов ее богатому мужу, а на эти тридцать долларов, они с Мариной записали одну песенку в студии – Саша иногда увлекался музыкой. Он играл на гитаре все партии, а Марина пела. У нее не было навыков, но голос у нее был сильный, а Саше просто было приятно заниматься этим с Мариной в настоящей студии. Ему просто было хорошо, когда она была рядом. Ей тоже. Как можно назвать их отношения? Дружба? Звучит не убедительно, когда речь идет о мужчине и женщине. Любовь? Тогда почему она была у них такой странной? Они и сами не знали почему. Просто так все получилось, вот и все. Они не заметили, что Костя и две Маринины подруги удалились в другую комнату, там было шумно, падали стулья. Видимо там началось то, о чем не может быть и речи, а они все продолжали танцевать под эту странную музыку, которая звучала еще в их детстве. Может быть, поэтому у них и остались такие детские отношения, которые они не хотели изменять, а может быть, уже не могли.
Через час они лежали вместе на Ленкином диване, обнявшись, как дети. Саша снова про себя, называл себя дураком, а Марина называла себя избалованной сучкой, но все же им было приятно просто лежать вместе, обнимать друг друга, чувствовать родное дыхание, которое было таким ровным и надежным.
- Маринка, почему ты никогда не спишь со мной?
- Я иногда сплю с тобой.
- Ну, я имею ввиду не просто спать.
- Потому что ты мне слишком дорог.
- Это, наверное, что-то из женской логики?
- Нет. Для женщины это тоже не логично.
Может быть Марина права? Нужно что бы хоть что-то, осталось чистым.

Черноусов Владимир 27 октября 2005 г.


Рецензии