Наташкино раскаяние

Она брела, спотыкаясь на каждом шагу, словно под ногами вилась лентой не протоптанная среди сугробов дорожка, а полоса с препятствиями, о каждое из которых несчастная запиналась, как слепая.

Сгорбленная спина, втянутая в плечи голова и безжизненный взгляд превратили женщину, которой едва ли исполнилось сорок, в никому не интересную старуху.
Редкие поздним вечером прохожие шикали на неё, шатающуюся из стороны в сторону, принимая за пьянчужку и раздражённо ворча, что если уж напилась, так лучше бы сидела дома, чем путаться у всех под ногами.

Её задевали локтями, толкали, а она только сильнее съёживалась от очередного тычка и всё брела, брела куда-то, уже не просто спотыкаясь, а почти падая, но в последний момент всё-таки удерживая зыбкое равновесие.
 
Наверное, женщина так и шла бы туда, куда её терпеливо вела дорожка, но силы вдруг разом оставили несчастную.
Она негромко всхлипнула, резко распрямилась и, запрокинув голову и глядя в тёмное небо, начала медленно оседать на снег, ещё стараясь как-то подобраться, чтобы не упасть лицом вниз. Ей очень, очень хотелось смотреть на небо. Но тут кто-то не просто толкнул, а отшвырнул её с дорожки.
Женщина упала в сугроб и осталась лежать, неловко подогнувшись и не видя неба, которое теперь само смотрело на неё, укрывая принявшимся вдруг крупным снегом…

… Наташка проснулась и резко села на кровати.

– Ну и сон! Приснится же такое! Надо скорей стряхнуть его с себя и забыть. Как там учила бабуля? Куда ночь – туда сон? Да, точно! В общем, пусть этот сон – куда подальше! И гадание такое – туда же! Жениха увидишь, жениха увидишь! Ничего себе – жених! Тётка пьяная в сугробе. А я ещё, как дура, расчёску под подушку затолкала.

Наташка вытащила расчёску и повертела, рассматривая со всех сторон.

– А может, расчёска неправильная? Может, надо было – новую?

Она потянулась за телефоном, чтобы позвонить подружке, рассказать про сон и уточнить про расчёску, как её вдруг словно громом оглушило, да так, что в ушах зазвенело! А ведь это она себя во сне видела! Точно! Себя! И это она лежала в сугробе, а вовсе не чужая пьяная тётка. И никакая она не пьяная, а только очень слабая, потому что… Потому что…

Наташка старалась и не могла вспомнить – почему во сне ей стало так плохо, что она не могла держаться на ногах, не могла идти, а только хотела лежать на снегу и смотреть на небо. 

Она крепко зажмурилась, потом потихоньку открыла глаза и обвела взглядом комнату. Ничего не изменилось!
Заглянула в зеркало – и она не изменилась: такая же, как вчера и позавчера.
Но если сейчас у неё всё хорошо, почему потом будет так? Почему она должна замерзать в сугробе одна-одинёшенька?

Наташка лихорадочно пыталась хоть что-нибудь понять про страшный сон и вдруг вспомнила! Не просто вспомнила, а отчётливо увидела шатающуюся из стороны в сторону, едва стоящую на ногах худую бабку очень маленького роста. Эта бабка еле тащилась вчера по неширокой дорожке и мешала сильно припозднившейся и потому очень торопившейся Наташке, которая попыталась как-то её обогнать, но та вдруг повалилась прямо на неё.
Наташка в ответ не просто рассердилась, а вышла из себя и тут же, что есть силы, оттолкнула порядком надоевшую старуху. Та упала в сугроб, но Наташка и не подумала её поднять, а только брезгливо отряхнула шубку, которую задела, навалившись, эта пьяная дурища.

Так она что же, значит, никакая не старуха и не пьяная?!
Наташка присела на краешек кровати, закрыла лицо руками и заплакала.
А потом вскочила и, на ходу одеваясь, заторопилась туда, где вчера осталась лежать в сугробе несчастная.
 
Наташка бежала, не разбирая дороги, проваливаясь в снег, расталкивая людей. Она хотела  одного – скорее найти ни в чём не виноватую перед ней женщину, которую так спокойно бросила замерзать. Найти, поднять из снега и отогреть. Думать о том, что незнакомка могла умереть от холода, Наташка боялась.
 
Вот сейчас уже, сейчас, ещё один поворот...
Наташка выскочила из переулка.
Дорожка вилась всё той же лентой, только сугробы за ночь стали выше – снег не зря сыпал полночи. Наташка готова была разгребать их руками, только бы найти эту женщину!
Она продиралась по снегу, вызывая недоумённые взгляды и вопросы прохожих, не реагируя и не отвечая, пока кто-то не схватил её и не вытащил на дорожку.

– Ты с ума сошла, да? С ума сошла? Посмотри, вся в снегу! Если любишь по сугробам ползать, одевайся соответственно! Заболеть хочешь? Без варежек снег разгребаешь – решила пальцы отморозить? А шапка твоя где? Ну? Чего молчишь?

Наташка посмотрела на того, кто крепко держал её. Она и правда очень замёрзла. Но разве это имело какое-то значение? Разве в ней сейчас дело?

– Пожалуйста, не держите меня! Я должна найти! – Наташка попыталась вывернуться.
– Что найти? Где найти? В снегу?! – незнакомец не только не отпустил, но ещё крепче ухватил Наташку за локти.
– Да, в снегу. Здесь вчера вечером женщина в сугроб упала, не сама, я её толкнула, а она упала и не поднялась. Я её ищу, чтобы забрать к себе. Ей стало плохо, только я вчера этого не знала.
– А сегодня знаешь?
– А сегодня знаю.
– И думаешь, она здесь до утра лежать осталась?
– Она не могла идти. Значит, её засыпало снегом.
– Эх, ты! Засы-ыпало! Может, и засыпало бы, только ведь не все, как ты, человека в снегу бросают.

Наташка, до этого смотревшая на незнакомца, опустила голову. А он, ничего больше не говоря, отпустил её, нахлобучил на неё свою шапку, а на руки натянул свои перчатки.
– Никого ты здесь сейчас не найдёшь. Её ещё вчера к нам Скорая привезла.
– А вы врач, да? А куда – к вам? Я навещу её! – у Наташки отлегло от сердца.

Незнакомец нахмурился.
– Не сможешь ты её навестить. Умерла она. У неё сердце совсем слабое было. Такое сердце надо лечить и лечить.
– А она не лечила, что ли?
– Не лечила.
– Почему?
– Были причины, наверное. Теперь кто скажет?
– Она на меня падать начала, я её и оттолкнула. Думала, пьяная она.
– Падать начала, потому что ей стало совсем плохо. Острая сердечная недостаточность. Слышала про такое?

Наташка вроде и слышала, но её мало заинтересовала эта недостаточность.
А теперь она отчётливо понимала – вчера, когда женщина на неё повалилась, нельзя было терять ни минуты, а Наташка не только не помогла, но…
 
– Это я виновата. Я. Она умерла из-за меня.

Незнакомец что-то ответил, но Наташка не слышала его. Опустившись на колени прямо в снег, она подняла лицо к небу.
– Прости меня! Пожалуйста! Прости! Ты же там где-то, да? Ты меня слышишь? Слышишь? Прости-и…
 
Наташка горько плакала. Незнакомец стоял рядом. Он хорошо понимал, что происходит сейчас с этой девчонкой и оберегал от назойливого любопытства прохожих. 
А небо, принимая Наташкино раскаяние, дарило ей тихий снег…


   
       
   


Рецензии
Ольга! Очень поучительный рассказ, почти притча!

Ольга Сангалова   19.12.2016 22:00     Заявить о нарушении
Люблю Наташку. Искреннюю во всем. Даже в ее ошибках.
Оль, я очень Вам благодарна.

Ольга Суздальская   20.12.2016 16:40   Заявить о нарушении
На это произведение написано 49 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.