7. Адвокат

 Утро. Маша собирается в Суекшу. На девушке строгая черная юбка, блузка с довольно глубоким вырезом "лодочкой". Волосы распущены по плечам. Поколебавшись, Маша кладет в сумочку карандаш для глаз, пудреницу, помаду и зеркальце.

 Зал ожидания в Суекше. Маша, глядя в зеркальце, подводит глаза, стараясь зрительно увеличить их. Затем красит губы, пудрится. Причесывает волосы, стараясь взбить их пышнее. Поправляет косынку на шее.

 Калитка около двухквартирного дома, где живет адвокат Фроловский. Маша проходит в нее, идет по узкой кирпичной дорожке в саду, как учила Верочка в "Служебном романе".
 Поднявшись на веранду, звонит. Дверь открывает молодой человек лет 27, похожий на Валеру Прохорчука, но гораздо выше, шире в плечах, с темными волосами, с мальчишески-беззаботной улыбкой.
Маша. Здравствуйте. Вы Фроловский Илларион Брониславович?
Фроловский (приятно удивлен). Да. Вы по какому поводу?
Маша. Я сестра Зеленина Георгия. Вы его сейчас защищаете.
Фроловский. Так... Простите, а у него, кажется, две сестры.
Маша. Да, школьница и студентка. Я студентка, Маша.
Фроловский. Ага. Ясненько. Проходите.

 Гостиная. Фроловский и Маша пьют чай за журнальным столиком. Девушка сидит, закинув ногу на ногу, кокетливо поправляет волосы.
Маша. Прошу вас прямо сказать, каково положение моего брата.
Фроловский (чуть замялся). Ну что ж... Вероятно, наказание будет не самым строгим. Но в целом положение неважное.
Маша. Почему? Улики, свидетели?
Фроловский. Да я бы не сказал... Одна свидетельница, улики косвенные, мотив так себе.
Маша. Почему же вы заранее опускаете руки?
Фроловский. Ну я бы по-другому это назвал. Просто реально оцениваю ситуацию. Вы же сами велели говорить прямо.
Маша. А реально ситуация следующая: брат мой ни в чем не виноват.
Фроловский. Простите, в краже он сознался.
Маша. В краже - да, в убийстве - нет, да и доказательств против него никаких, сами говорите.
Фроловский. Я говорю, что доказательства косвенные, но против него хотя бы они есть, а других подозреваемых вообще не имеется.
Маша. А муж?
Фроловский. Отпадает. До полчаса до предполагаемой смерти жены он сел на электричку до Верхневолжского. Его срочно вызвал друг-однокурсник.
Маша. А от чего умерла Красина?
Фроловский. Если коротко, от черепно-мозговой травмы.
Маша. А это вам не пуля в сердце. Люди и часами, и днями мучаются. Красин мог ударить жену, уйти, а она умерла только через полчаса.
Фроловский. Хорошо, а мотив?
Маша (кладет перед ним письмо Риммы). Вот вам мотив. (Фроловский пробегает письмо глазами). Это доказательство связи Красина с моей и Гарика младшей сестрой, Зелениной Риммой.
Фроловский. Ваша сестра могла оставить это письмо и инсценировать побег, чтобы выгородить брата.
Маша. Фантазия у вас, однако. Но по городу с начала зимы о них ходят слухи.
Фроловский. В жизни и не такое бывает. А на слухи, знаете ли, ссылаться сложно.
Маша. У меня такое чувство, что брата моего вы защищать и не хотите.
Фроловский (чуть растерялся). Да как... (Вздохнул). Вы хотели честного ответа, и вот я вам честно говорю, что при всем желании ничего не могу сделать - разве что смягчить приговор. Извините, но у меня уже был опыт подобных дел. Зря обнадеживать я не имею права.
Маша (смотрит ему в глаза, мягко улыбается). Из-за предыдущих неудач вы не хотите теперь стараться и оставляете невиновного человека на произвол судьбы?
Фроловский. Это называется профессиональный опыт. Вы ведь учитесь на юриста? Может, и поймете со временем.
Маша. Со временем - возможно, а сейчас я этого понимать не хочу, поскольку речь идет о моем брате.
 Фроловский глядит на нее с любопытством, симпатией и сочувствием.
Улики косвенные. Мотива почти нет. Другие лица это совершить могли. Ну попробуйте что-нибудь сделать.
Фроловский (с неожиданной теплотой). Хорошо, Маша. Будь по-вашему. Я попробую. Послезавтра я встречусь с вашим братом, потом со следователем и, наверное, зайду к вам. Уточните адрес.

 Дневник Красина.
 "Жарю яичницу по утрам, хожу на работу, вечером смотрю футбол. Полный простор, ни на кого не надо оглядываться. И все же не покидает ощущение ущербности положения.
 Хорошо, что мать Риммы сейчас на больничном. Не представляю, что мне делать, когда её выпишут. Настаивать на увольнении? Каким сатрапом буду выглядеть. Но и работать с ней на одном предприятии тоже нет никакой возможности.
 Ничего, терпел пятнадцать лет - потерплю и еще немного. С Зелениной придумаю что-нибудь. Недолго, совсем недолго - и будет полная свобода, наконец. Цена - одна никчемная жизнишка, даже и жалеть не стоит. Я не о Елене, конечно.
 Единственное: эта свобода будет без Риммы. Но что поделаешь - надо привыкать жить без нее".

 Квартира Зелениных, вечер. Маша и Фроловский на кухне пьют чай.
Фроловский. Я предъявил письмо следователю.
Маша. И что он?
Фроловский. Поворчал, конечно. Засомневался на тот же счет, что и я. Но к делу приобщил.
Маша. А в остальном?
Фроловский. Знаете, я перечитывал материалы: сплошные несостыковки. Смотрите, Красин, уходя, крикнул жене: "Запри!" Прошел час, но дверь она почему-то не заперла. Парень зачем-то пошел грабить квартиру начальника своей матери средь бела дня. Хозяйку он убил, выходит, практически бесшумно, затем нашел заначку в квартире, где до этого ни разу не был - и все за две-три минуты. Причем в местах, где хранились деньги, он не наследил. Бред, да? Я сказал об этом следователю.
Маша. Он согласился?
Фроловский. Пока только с тем, что деньги действительно лежали на столе. Начало есть.
Маша. Слава Богу.
 Пауза.
Маму разрешили завтра забрать.
Фроловский. Это хорошо.
Маша. Да... (Задумалась). Знаете, мне казалось, что мы четверо вечно будем вместе, что это данность, которая никуда не денется. Поступила - и так увлеклась учебой, что к своим приехала только на ноябрьские. Хотя до нас от Верхневолжского - три часа на электричке. (Оперла голову на руку). Потом приезжала в феврале на каникулы. Римка уже была... Ну, вы понимаете. А я думала - просто переутомилась. Если бы я тогда была внимательней...
Фроловский. Не стоит жалеть о том, чего не сделали. Вы это все равно не вернете.
Маша. А угрызения совести?
Фроловский. В них тоже нет конструктива.
Маша. Он не во всем должен быть.
  Молчание.
Поздно уже. Поезжайте, а то ночью в электричке небезопасно.
Фроловский. Пожалуй.
 Идут в прихожую. Он ищет ложку.
Маша. Вот. (Подает ему. Он смотрит на её руки, потом в лицо). Что с вами?
Фроловский. Знаете, мне сейчас захотелось поцеловать вам руку. (Взял её пальцы). У вас очень изящные руки, Маша. (Целует ей запястье). И брови - как нарисованные. (Гладит её брови, целует в губы. Она отвечает ему). А если я сейчас пользуюсь вами?
Маша. Сколько угодно. (Повисает у него на шее, целует в губы). А если я с вами - для брата?
Фроловский. Пожалуйста.
 Они кружатся по прихожей, страстно целуются.
Маша (прислонилась к стене, отдышалась). Ну все пока, иди. В самом деле уже поздно.
Фроловский. Но...
Маша. Иди пока, Ларюша.   
 


Рецензии
Немного разочаровал метод Маши добиваться своего... Хоть и понимаю, что не было у нее другого выхода - спасать брата надо, но все же обидно за нее.

Весенняя Поганка   18.08.2012 00:33     Заявить о нарушении
А что ей оставалось делать?

Елена Соловьева 3   18.08.2012 01:11   Заявить о нарушении
В том-то и дело, что другого выхода не было. Печально, что в нашем мире для того, чтобы заставить адвоката добросовестно и старательно исполнять свои обязанности приходится прибегать к таким способам.

Весенняя Поганка   18.08.2012 13:59   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.