Мое второе убийство

И всё оказалось не так сложно, как предполагалось вначале. Да, волнение перед самим действом описать просто невозможно. Но кроме этого, ты становишься сверхчеловеком, к тебе приходит опыт всех твоих архаичных предков, которые охотились на своих соплеменников, в своих дегенеративных играх. Ты становишься, как бы проводником энергии своих праотцев. Ты всё чувствуешь, всё осязаешь, всё предполагаешь. В то самое роковое утро, как сейчас вспоминаю, я начал замечать в людях то, на что никогда раньше внимания не обращал. Шагая улицей, ты выделяешь детали, которые, казалось, не стоят того, чтобы обращать на них внимание, но потом ты понимаешь, что эти-то мелочи, стоят твоего скрупулезного наблюдения и обдумывания.
Трамвай задерживается в дороге, колею ремонтируют работники ТТУ – у них разная форма одежды, у одних – желтая роба, у других – оранжевая. Казалось бы – пустяк, но дальше ты вглядываешься в цветовые гаммы лиц прохожих, и можешь угадать у кого, что на уме, у кого, что на душе.
Да, руки дрожат, да, часто оглядываешься по сторонам. Но если ты совладал с первым порывом страха и сомнения, дальше тебе уже всё нипочем. Ты прислушиваешься – ты улавливаешь новые звуки, которые блуждают в пространстве, те, которые ты раньше не замечал, даже не так – не различал. Ты чуток, ты отзывчив. Природа сама способствовала – эволюционному пути развития человека, а значит, она способствовала – тому, что выживает сильнейший. Это она – природа выдумала смерть. И она подсказала человеку – как сотворить смерть. Убийство.
Убийство – вроде буквы, которые все знают, которыми все пользуются, но данное их сочетание вызывает ужас и страх. А убийство пахнет, как сирени сломанная ветка. Не сорвав цветка, ты не почувствуешь всю полноту и чарующую прелесть его аромата, так и с убийством. Ты никогда не сможешь ощутить власть обладания чужой жизнью, чужой любовью, чужой страстью, как не забрав её. Некие сторонники морали, сразу же скажут , мол - это уж слишком. Но они слабы и знают, что никогда не пойдут на такой шаг. Они это стадо закомплексованных уродов, не понимающих, истинную сущность человека. Не его предназначение, насажденное воздвигнутой полоумной цивилизацией, а его Сущность. Это у нас в крови, но мы все это так далеко задвинули вглубь своего «Я», что даже пронырливые психологи и психоаналитики, начав нащупывать правдоподобные мотивы поведения, отбросили эти опыты, желая оставаться в иллюзорности своего благополучия и врожденных неврозов.
Я бы, наверное, никогда и не решился, но обстоятельства подтолкнули. Вернее, они показали, что нужно искать выхода из той ситуации, которая сложилась, и выход был - это  ее убийство.
Я обдумывал, я терзался, но постепенно – всё понял. Больная любовь – никуда не исчезнет, покуда будет жив объект твоего восхищения, твоего поклонения. Ее никем другим не заменишь, а она на тебя никогда не посмотрит, как на того единственного. Я пытался любить кого-то другого, забыть, сфокусироваться на чем-то абстрактном, но это не помогало – мысли всё равно возвращались к ней. Я ей не верил, она постоянно врала и водила меня за нос, выхваляясь этим перед своими убогими подругами, тем самым выставляя меня посмешищем. Но я старался, и когда уверился в своем решении, поднатужился в обхождении и притворстве, и стал вхож к ней в дом.
Я, конечно, не такой умный, как Достоевский, но могу с уверенность сказать, что его Раскольников, персонаж не живой, высосанный из пальца, а все его угрызения совести, лихорадки, мучения – все это мыльный пузырь. Нет никаких угрызений, есть только боязнь, что ты попадешься, что кто-то заметил, что кто-то подслушал – это превращается в навязчивую идею, в паранойю, но со временем и это проходит. Мне не снится ее лицо, (хотя вру – снится, но при других обстоятельствах), я не чувствую вины за содеянное, это было нужно сделать, иначе жизни не было ни мне, ни ей. Если бы  я узнал, что она делит свое сердце, свое ложе, свои мысли, с кем то другим, тогда бы жертв стало на одного человека больше. Я же не допустил этого, значит, я сделал всё правильно.     Конечно, Родион хотел свершить одно действие – рубануть старуху – процентщицу, и забрать все ее сбережения, но обстоятельства сложились так, что нужно было убить ни в чем неповинную девушку Лизу, вот на это и акцентирует внимание наш великий классик, а значит - если была бы убита только старуха, то и романа «Преступление и наказание» не было. Сколько таких случае, но никто не валяется на улице в припадке и не кается в преступлении, каждому встречному. Зачем писать о том, что не интересно. А вот невинная девушка – это совсем другое дело, а потом еще бы порезвится над еще неостывшим телом. Жаль, что этот отрывок был извлечен из печати. Но как он – великий моралист современности, великий религиозный мыслитель, такое мог написать. Эх, Родион Романыч, мучайся ты, грызи себя изнутри ты, хорошо замаскируй свои переживания.
Но это всё к делу не относится. Я сделал так, как должен был. Мне просто надо было найт, какую – то причину, чтобы заглянуть к ней в такое позднее время.  Я ей, намедни, за кресло закинул свой бумажник. Позвонил, спросил - не видела ли она возле кресла мой бумажник, она поискала, сказала – нашла, я ответил – забегу забрать, она ответила – хорошо. Ничего удивительного, все логично, всё правдоподобно.
Я её любил. А она не хотела меня даже поцеловать. Я притворялся кротким и стыдливым, она убегала в кухню и с кем-то игриво разговаривала по телефону. Потом возвращалась с недовольным лицом и говорила, что пора прощаться, ей нужно было помыть голову, посуду и еще чего-то. Я знал – она обманывала. Она думала, что мы просто друзья, а я хотел обнимать ее, целовать, повалить на постель. Я уходил злой, и дорогой пинал алкашей, бессвязной походкой плетущихся домой.
Потом я начал задумываться, о том, сколько нервов и денег я на неё потратил, а в ответ ничего только ехидная улыбка. Но это, ни в коем случае не было местью за причиненные обиды, это было спасение, возвращение к нормальной жизни.
Теперь я могу с уверенностью сказать, что ничего подобного я не потерплю, я знаю как с этим бороться, и никакая совесть во мне не заговорит. Так же, как она - совесть не проснулась в ней, она не могла вникнуть в мою ситуацию, хотя несколько раз я и намекал на наши нездоровые взаимоотношения, но она же опять, не обращая на меня никакого внимания, убегала в другую комнату со звенящим телефоном. Я был обижен, я был зол. Но она возвращалась и говорила, что мне пора уходить. Я не хотел ее делить ни с кем иным.
Когда ты идешь на всё уже решившись, ты хочешь - растворится. Я тоже хотел проникнуть к ней в квартиру каким-то сквозняком. Я не знал нужно ли что-то объяснять, о чем-то разговаривать. В это время и двор, и подъезд, были пусты. Я зашел с другой стороны дома. Было лето, но я был в балахоне, и никто меня не видел.
Она не могла изменится, она не могла меня полюбить. Я это осознавал.
Шаги в подъезде отдавали грохотом в ушах. Предательски проникали в проем этажей слишком яркие в тот вечер огни фонарей. Это сейчас я так пишу, вспоминая всё отрывками, непосредственно перед и после убийства, я был, как ватный -  и тело, и мозг, и память. Это сейчас эти воспоминания проникают в меня словно стрелы, какими-то сюрреалистическими картинами.  Я помню, что я чувствовал в тот момент – это и страх, опасность попасться, и азарт довести дело до конца. Когда она уже ни с кем больше не заговорит по телефону. 
Возможно мои записки, кому-то покажутся странными, и они решат, что я не вполне нормален. Но я не буду оправдываться, так как эти люди, которые не удосужили себя настоящим мужским поступком, в которых не кипит кровь наших варварских предков, не достойны моего внимания.
Они ничего не заподозрили. Мы вдвоем на балконе курили, начался дождь, который еще больше заглушил звук от падения, я даже не волновался. Она не вскрикнула, она не ожидала, она была пьяна. Я подмешал в шампанское снотворное. Они вскрытия не делали. Они узнали, что у неё была большая кредитная задолженность перед банками, а также перед физическими лицами, которые ей иногда угрожали, что подтвердила ее мать. Это, по мнению следователя, а именно задолженность, угрозы, неустроенная личная жизнь, послужило суициду, алкоголь только усугубил ситуацию.
Стакан я свой помыл и поставил в сервант. Ключ вынул из замочной скважины и закрыл двери снаружи. Ключ так и не нашли, кто-то пытался акцентировать на этом внимание, но никому не хотелось и задумываться, и так было всё ясно.
Я ту ночь не спал, я был перевозбужден. Я ждал, что сейчас придут за мной и поведут в участок. Для того, чтобы успокоится я выпил полбутылки водки. Под утро я уснул. Следующий день был тоже нервный, я чего-то ждал. После того, как стало известно, что следствие закончилось, вердиктом было не убийство, а суицид, я успокоился.
Но мне этот опыт нужно было пережить. Сейчас я могу это делать более рассудительно и хладнокровно.
Она ничего не подозревала, и мне нравилось за ней наблюдать – за этой беспечностью, уверенностью и самовлюбленностью. У нее были красивые волосы, она за ними тщательно ухаживала. Делала маски и еще какую-то чепуху. Мне в тот раз очень повезло - ей захотелось выпить. Я незаметно подсыпал в бокал снотворного. Она шаталась, а от сигареты, я видел, что ей становится плохо. Она не могла надышатся, высунулась из окна, вот тогда моя рука подхватила ее под колено. Не стоило многих усилий, не было шума, борьбы. Я это и предполагал. Когда мы вышли на балкон я был уверен, что все получится, ведь пустился дождь. Он мне помогал. И еще помню, когда я опасливо вышел из подъезда, он освежил мое разгоряченное лицо. Она лежала на лужайке, в нескольких метрах. Мне нужно было удостоверится, что она мертва, я струсил. Потом долго думал, и решил, что она мертва, ведь иначе рассказала, кто это сделал, и они бы тогда пришли за мной. Я и дождь. Теперь я люблю дождь. Он единственный знает мою тайну.
Я знаю – я теперь одинокий человек. Но и она, ни с кем больше не заговорит.
Убийство – это средство обрести покой. 


Рецензии
хм, и я писала о подобном, даже настроения и ощущения чем то схожи)

Лиза Шумейко   14.08.2017 16:21     Заявить о нарушении
Ненормальность,она везде одинаково ненормальна)))
Спасибо!

Анатолий Малиновский   14.08.2017 22:59   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 22 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.