Письмо

  А оно лежало на столе, и Александр Васильевич не знал, что с этим делать. Александр Васильевич был человек с опытом. Уже более 10 лет он работал деканом технологического факультета. Невысокий, очень быстрый, с холерическим темпераментом, он сталкивался с разными ситуациями в студенческой среде и всегда умел разрулить их мастерски - быстро и точно.

  Но вот сейчас… Письмо было адресовано ему, декану технологического факультета. А если точнее, оно было адресовано в деканат. Писали две женщины. Адресат – далекая деревня из соседней области. «Ваш студент, Петров Александр, не признает своего отца – инвалида второй группы, нашего брата», - писали они. «Родители разводятся, он нуждается в опеке, но не получает её… Он признает только свою мать …  Просим лишить стипендии», - просили тетушки. И подписи: Марина Кузьминична, Валентина Кузьминична.
 
  Если бы Александр Васильевич получил бы такое письмо в отношении какого-нибудь другого студента, то удивляться было бы нечему. В жизни много всяких семейных ситуаций. Но Петров Саша… Петров Саша был правой рукой Александра Васильевича. Декан заметил его сразу, с первого курса. Отличник учебы, такой же быстрый, невысокий, шустрый, он даже чем-то неуловимо походил на Александра Васильевича. Но при этом абсолютно скромный, трудолюбивый, практически безотказный в отношении всего, что касалось факультета. Немудрено, что уже на втором курсе  Петров Александр был председателем УВК факультета. Именно он был выдвинут факультетом на Ленинскую стипендию. И когда встал вопрос выбора студента для фотографирования в журнал «Советский Союз», сомнений у Александра Васильевича не было – кандидатура была единственной – Петров Саша.
 
  Чем больше думал Александр Васильевич о письме, тем приходил все к большему парадоксу. Он не видел более безупречно воспитанного молодого человека среди своих студентов, чем Саша.  «Странно все это. Придется с ним поговорить поделикатнее. Что-то здесь напутано…», - думал декан.

  Сказать, что Санька и его брат Сережа Петровы любили свою тетю Марину, это не сказать ничего. Когда она приезжала в гости к бабушке из далекого уральского города со своим мужем, подполковником Фролом Петровичем, казалось, само счастье приезжало вместе с ней. Тетя Марина была очень красивая, ухоженная, с модной стрижкой.  Она излучала вокруг себя какую-то необыкновенную доброту.
  Сережке иногда казалось, что вот это и есть та прекрасная и счастливая жизнь, о которой мечтают, которая должна наступить в будущем, когда они с Санькой вырастут. Ведь в этой жизни уже сейчас живет их самая прекрасная и добрая тетя Марина.

Ему вспоминалось, что в один из приездов летом, когда у бабушки собралась вся родня, тетя Марина объявила: - Сегодня мы все идем купаться на речку, на Савалу.  Речка протекала в соседней деревне, идти туда было далеко, четыре километра. Сереже и Саше этот поход казался настолько грандиозным, радостным, счастливым, насколько могут радоваться речке мальчики шести и девяти лет. С ними был еще и 8-летний Женька, сын тети Вали. Прогулка была воистину незабываемой. Ребята купались в речке, гуляли в лесу, взрослые покупали им спелую клубнику. Она как раз подошла в соседней деревне. Потом пили ледяную, до ломоты в зубах, чистейшую воду из колодца. А во главе всего этого общества, как добрая фея из сказки, была тетя Марина, со своей красиво уложенной прической и лучезарной улыбкой.

  Маша, мать Серёжи и Саши, сидела и думала, сегодня она думала  много. Обычно соседи не видели ее сидящей без дела. С самого детства Маша работала с раннего утра  до вечера. «Жизнь не задалась», -  думала Маша.
  Она не задалась с самого начала. Когда папа, их любимый папа не вернулся с войны, оставив трех дочурок в сиротском детстве. Сперва думалось, все поправится, ведь похоронки не было, лишь известие о пропавшем без вести. Но оказалось -  навсегда…
  И потом все детство, как и большинство послевоенных сирот, мыкали горе. В их семью еще и прибился 10-летний двоюродный брат Вася. Родители его умерли молодыми. Считай все детство дети были в непрерывном труде: то нужно было рвать траву для коровы, которая помогала выживать, то ломать хворост для печки – дров в те голодные и холодные послевоенные годы запасти было невозможно.
  А потом – замужество. Трудное детство осталось позади. Маша надеялась, что теперь-то жизнь и поправится. И муж попался вроде хороший: и умный, и работящий. Николай очень старался для семьи. Но первые годы оказались тяжелыми – рождались дети. А еще строился дом. Тогда так жили все. Маша думала: « Дальше, наверно, жизнь будет хорошей».

Впрочем, была у Николая черта, которая Маше  очень не нравилась. Стоило Николаю выпить хоть немного спиртного, и появлялся как будто другой человек. Вместо трудолюбивого, доброго и покладистого, он превращался в человека, не дающего никому покоя – придирался  к Маше, иногда и к старшей дочери, сыпались упреки, и конца этому не было видно.
  Чаще всего Маша забирала детей и уходила из дома с ночевкой – то к матери, а то просто к соседям. Она вспомнила, как будучи еще с грудной дочкой, она ушла от Николая, не хотела с ним больше жить. В этот день после выпивки с друзьями, он порвал на себе рубаху. Но потом пришли, уговорили, и она вернулась.
 
  А потом был паралич, и ее Николай в сорок лет превратился в инвалида второй группы. Рука его висела, ходить он мог, но хромал на ногу. И ей, Маше, пришлось взвалить всю семью на себя… И опять в жизни осталась только одна непрерывная работа. Ведь муж, будучи здоровым, был и лидер и весельчак. А теперь от него ничего не осталось – это был четвертый ребенок. Он требовал заботы, внимания, ему надо было класть кусочек повкуснее – больной человек. И так долгие четырнадцать лет. Единственной ее отдушиной были дети – все отличники учебы, послушные, трудолюбивые. Маша, не считалась ни с каким трудом, чтобы вывести их в люди.

И вот теперь она сидела огорошенная и опустошенная. Ее муж, Николай, решил подать на развод. Конечно, она ругалась, когда он собирал бутылки, мыл их во дворе, а потом сдавал, и на вырученные деньги напивался, весь при этом ещё и испачкавшись. Конечно, она ругалась. Но такого... такого  не ожидала.   
  А ещё приехали его сестры. Марина и Валентина. У Маши как-то смолоду не складывались с ними отношения. Красивые, ухоженные, за богатыми мужьями, они презирали Машу. Презирали за то, что она из бедной семьи. Считали, что не пара она их брату. «Конечно, Коля, уходи от нее и ты станешь жить хорошо», - говорили они. Как это было несерьезно и безответственно! Маша понимала, что они не возьмут его к себе жить, только так, «потрещат», да и удалятся… И это, конечно, позор на всю деревню и ей, и её детям. Мало кто ведь поймет, поверит, что это не она, Маша, бросает своего мужа. Мало кто поймет, что это не более, чем больная, навязчивая идея в его голове.

  От всего этого Маше было очень больно. Она растила  детей - наследников рода своего мужа. Причем растила очень хорошо, давала правильное воспитание. О своей жизни она совсем забывала. И вот вместо помощи или благодарности за это, Марина и Валя словно задались целью, сделать ей как можно больнее…  «Эх, был бы жив Кузьма Иванович, мой свекр. Он не допустил бы всего этого», - думала Маша. Но развод состоялся. Дом был разделен пополам. Во вторую комнату был врезан дополнительный вход и они начали учиться жить раздельно. Когда Маша узнала про письмо в деканат, трудно понять, как она смогла все это пережить. Сказала только своим сыновьям – студентам: « Чтоб ноги вашей я больше не видела у ваших теток».

Мальчики поняли, хотя и не очень просто было им исполнять, ведь в детстве они много времени проводили у тети Вали, проживающей там же, в деревне. Сколько было совместных игр с двоюродным братом – Женькой! И рыбалки с ночевкой на прудах, и походы в лес, и сбор земляники, игры в «разбойников», лыжные походы зимой. Частенько мальчики заигрывались, оставались с ночевкой, и тетя Валя всегда привечала племянников. И не было случая, чтобы не покормила, не уложила спать. И вот, все эти родственные отношения рассыпались, как карточный домик. А впрочем, их некогда уже было поддерживать – детство оставалось позади, и все были заняты другими делами.

Жизнь тети Вали не сложилась удачно. Ее муж, Яков Иванович, опора всей большой семьи, работающий то заведующим столовой, то председателем Сельского Совета, вдруг умер в одну минуту, сидя за гостевым столом, оставив семью с тремя детьми. И тетя Валя попала в тяжелую нужду, запила, загуляла… Впрочем, нового хорошего семейного союза, создать ей так и не удалось.
 
  Прошли годы. И вот уже у Маши юбилей, 70 лет. Приехали дети. И младший, Сережа, с женой и дочурками, и Саша, и старшая дочь Ольга с мужем и сыном. Делали ремонт дома, к юбилею, красили дом, переклеивали обои. Маша, не смотря на развод, ухаживала за мужем до конца. Вместе с параличем его накрыла другая тяжелая болезнь – онкология, саркома. Маша не хотела оставлять бывшего мужа одного с такой бедой, да и не хотелось, чтобы полдома после смерти Николая забрали его сестры. Хотела сохранить дом сыновьям, вдруг кто-нибудь будет жить… И снова сошлась с смертельно больным мужем, не смогла бросить его умирать одного, снова объединили дом и семью.
 
  И вот все уже сидели за праздничным столом. Пришла и Валентина. В последние годы она часто стала приходить к Маше, судьбы-то у обоих сложились одинаково. И Маша уже не держала зла на сестер мужа. Прошли годы, сложились судьбы. Да и не умела она, Маша, держать обиду. Умела только нести труд, какой бы тяжелый ни выбрасывала судьба, растить хорошими своих детей, весь свой смысл жизни.

А Александр Васильевич, пробегав неделю в делах, вновь вдруг наткнулся на необычное письмо. Он вдруг вспомнил, что так и не нашел времени поговорить с Петровым Сашей….То ли замотали дела, то ли само письмо ему не нравилось. Он еще посидел минут около десяти, подумал… Потом взял в руки письмо, и тут же две разорванные половинки полетели в мусорную корзину.


Рецензии
На это произведение написано 12 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.