Дом, где разбиваются сердца зрителей

          Если вы решили сочинить драму, то в любом случае успех вам гарантирован. Что, позвольте спросить, может произвести на человека большее впечатление? Именно драма заставляет нас по-настоящему переживать! Но здесь есть один секрет. Вселенские катаклизмы, нашествие марсиан, всемирный потоп, цунами, которое смоет в океан целый город, одним словом, любые катастрофические события никогда не произведут ошеломляющего впечатления на читателя (зрителя), если главные герои не будут страдать от одиночества, непонимания общества, безответной любви, разлада семейных отношений. Если главный герой, преодолев сотни препятствий, не встретит свою любимую, свою единственную (которая, например, изнывает от любви и вожделения к нему в глубоком подземелье или в отсеке космического корабля), то его единоличная победа над грозными полчищами инопланетян или монстров едва ли будет казаться убедительной. В этом и состоит, по нашему мнению, основной принцип написания драмы. Любовь, всепоглощающая страсть, невообразимые жизненные перипетии, сложнейший узел взаимоотношений с близкими – все это непременно должно превалировать в сочиненной вами истории, причем независимо от того, кто ваш главный герой: гениальный ученый, тип, похожий на Дракулу, миссионер, коммивояжер, дебютантка конкурса красоты или домохозяйка. «Жить надо страстями!» – говорит герой фильма «Твой современник» (режиссер Ю.Райзман, 1967г.).
          Место и время действия драмы имеют значение лишь постольку поскольку. Амбиции человека, бушующие в нем страсти, его желание любить, обладать всем миром или, по крайней мере, заполучить вышестоящую должность или пещеру с видом на побережье совершенно не зависят от того, где и когда разворачивается драма: в эпоху античности, в средние века, сейчас или в четвертичный период – миллион лет до нашей эры. Неуправляемый межгалактический корабль, океанский лайнер, который вот-вот столкнется с айсбергом, фешенебельный отель за два часа до землетрясения, дворец императора, который, как предсказал оракул, скоро погрузится в морскую пучину, психушка, куда поместили немногих оставшихся толковых людей, или богом забытая деревушка – это всего лишь холст, на котором появляется неповторимый шедевр: пронзительная драма о жизни и смерти или о любви, ревности и страсти. В фильме «День ангела» (режиссер С.Говорухин, 1968г.), созданного по рассказу Б.Житкова «Механик Солерно», действие перенесено во времена царской России  (1907 год). Но разве от этого драма перестает быть менее пронзительной? Разве не драматическая любовная линия является главенствующей в «Титанике» (режиссер Д.Кэмерон, 1997г.). И тот, и другой фильм причислены к фильмам-катастрофам. Это, конечно, интересно, но личная драма персонажей гораздо интересней и поучительней. К С.Моэму, одному из самых известных писателей мира, успех пришёл достаточно рано и он смог удовлетворить свою тягу к путешествиям. Это объяснимо, что места действий в его произведениях имеют весьма обширную географию. Но особенно запомнились не описания красивейших мест, а непростые человеческие судьбы, драмы персонажей. Действие в одном из его рассказов («За кулисами») происходит, как можно понять и зная биографию писателя, в Петрограде, в то роковое время («N. был столицей одного крупного воюющего государства, которому угрожал раскол: в стране набирало силу движение против войны и революция была возможна, если не неизбежна»). О чем идет речь в рассказе? Ведь происходящие события в столице – это катастрофа, крушение империи. Разумеется, о любви и страсти!
         Возраст героя или героини тоже не особенно важен. Стремление любить, быть любимым, счастливым, радоваться жизни – все это свойственно человеку в любом возрасте. Разница заключается только в том, что в одних случаях молодой любовник ловко залезет в окно спальни своей возлюбленной по водосточной трубе, тогда как седоватый, но все еще импозантный герой умело воспользуется краном-манипулятором. Какая, собственно, в этом разница? Они оба будут приняты своими возлюбленными с распростертыми объятиями!
        Есть немало драм, где образы женщин не играют большой роли («Изгой», режиссер Р.Земекис, 2000г.). Герой после крушения самолета попадает на необитаемый остров, где ему придется провести долгие годы в жестокой битве за выживание. Конечно, фильм наполнен драматическими событиями, но, право, как не хватает в нем женщины! Дело в том, что будь с ним на острове женщина, никакой драмы не было бы просто по определению («Синьор Робинзон», режиссер С.Корбуччи, 1976г.)  Но и представить женщину вместо героя-мужчины, безусловно, невозможно. Во-первых, маловероятно, чтобы корабли в течение многих лет игнорировали  остров, где находится красивая женщина, а, во-вторых, героиня не стала бы пускаться в авантюру со строительством плота, а спокойно дожидалась бы своего принца (капитана корабля с алыми парусами), загорая в красивейшей лагуне.
        Никто не собирается ограничивать ваше художественное воображение или ваш головокружительный полет фантазии при написании драмы. Но согласитесь: во всем должна быть мера. Предположим, красавицу-героиню, имеющую великолепное телосложение, по каким-то причинам вышибли из ФБР. Куда она, по вашему мнению, должна устроиться на работу? Разве обязательно стриптизершей? Почему не в службу безопасности банка или в частное детективное агентство? Добавим к этому, что очаровательная героиня, страшно возбуждающая мужчин на работе, рьяно отстаивает свое право на воспитание малолетней дочери, в то время как ее бывший муж является преступником и одновременно осведомителем полиции. И как бы в благодарность за неоценимые  услуги, оказываемые этим субъектом обществу («самому демократичному в мире»), судья при разводе отдает на воспитание дочь именно ему. И этот «добропорядочный папа» не находит ничего лучшего, как использовать свою дочь в процессе кражи дорогих инвалидных колясок («Стриптиз», режиссер Э.Бергман, 1996г.). Нет, создатель драматического шедевра не должен бесконечно наполнять свою историю всеми мыслимыми и немыслимыми кошмарами. Разве бывают пациенты, которые болеют одновременно всеми болезнями, описанными в медицинском трехсотстраничном справочнике? Ну не может персонаж одной драмы быть одновременно и подкидышем, и погорельцем, и  интернированным, и безработным, и диссидентом, жена которого не разделяет его политические взгляды! Это уже явный перебор! «Требуют, чтобы были герой, героиня сценически эффектны. Но ведь в жизни не каждую минуту стреляются, вешаются, объясняются в любви. И не каждую минуту говорят умные вещи» (Чехов).
         Любовная линия в драме – вот что может захватить внимание зрителя и сделать его поклонником вашего таланта сценариста. Можно во многое не верить, но в любовь верят все! Сколько сценариев можно написать о любовных драмах! Разве влюбленный мужчина не сойдет с ума от простой мелочи – любимая не отвечает на его пылкие сообщения по телефону уже в течение двух часов!? Разве этого недостаточно, чтобы воспаленное воображение мужчины в один миг нарисовало сотню жутких сцен, которые встречаются только у Шекспира? Измена! Месть! Убийство! Самоубийство! А как страдает женщина, не услышав всего лишь однажды привычный комплимент от своего возлюбленного!? Предположим, он в состоянии крайнего смятения из-за аврала на работе не успеет ей сказать: «Ты, милая, сегодня прекрасно выглядишь!». Разве это не является для героини правомерным поводом рвать и метать, приходить в бешенство и бросаться на всех подряд!? В Пространстве Любви действуют неведомые законы взаимодействия. Незначительная деталь, мелочь (не тот взгляд, не то слово, не та интонация, молчание, где надо и где не надо, непроизвольный жест) порождает сильнейшую бурю эмоций, которую в состоянии вызвать разве что приближающийся к Земле смертельный  астероид. 
          Полицейского незаслуженно увольняют с работы… Все общество ополчилось против врача – человека, не желающего идти на компромисс… Героиня вынуждена работать проституткой… Бизнесмен за минуту становится нищим… За героем одновременно охотится и мафия, и полицейские, и ФБР…  Сколько подобных сюжетов, где происходящее выглядит вполне достоверным! Но все это лишь капля в море по сравнению с невообразимым количеством сюжетов, которые сулят семейные отношения.
         Ведь семья – это и уютная гавань от жизненных кораблекрушений, и теплый очаг, согревающий героев в мире, полном холода и безразличия, и своеобразный университет, определяющий все их дальнейшее благополучие… Но следует признать, что не эти милые и такие приятные атрибуты семейной жизни являются мощным импульсом для написания драмы. Нет, и еще раз нет! Тирания, насилие, средневековые предрассудки в семье… Ловушки брака, намертво скрепившие любовные отношения… Отравленная личная жизнь, когда улетучились чувства и страсть… И ничего не спасает:  ни дети, ни моральные обязательства, ни воспоминания о прошлой любви… Борьба за наследство, напоминающая гладиаторские бои… Скелеты в шкафу, мгновенно и вдруг так неожиданно оживляющие сонную и тоскливую семейную атмосферу… Какой невероятный потенциал для сюжетов там, где в эпицентре сам человек, а не  футуристические технологии!
      
               Утратить разум, сделаться больным,
               живым и мертвым стать одновременно,
               хмельным и трезвым, кротким и надменным,
               скупым и щедрым, лживым и прямым…

         Разве  стихотворение Лопе де Веги не является почти готовым сценарием для пронзительной любовной драмы!? Какая роль! Какой диапазон лицедейства! Мечта любого актера! Здесь есть все! И «Пролетая над гнездом кукушки», и «Скупой», и «Утиная охота», и «С любимыми не расставайтесь». Остается лишь сочинить более или менее правдоподобный сюжет, увязывающий концы с концами.
       Дух захватывает от того, какие перспективы сулит такой удивительный персонаж – человек-невидимка! Безобидный обыватель, которому никак не дается  в руки стакан лимонада, необъяснимым образом скачущий по столу (сцена из комедии). Или вооруженная до зубов банда в состоянии легкого помешательства сдается на милость невидимому герою (сцена из боевика). Или  тип, дурачащий петербургское общество на пару с Носом коллежского асессора Ковалева (сцена из фэнтези).
       Какие многообещающие сюжеты! Если девушка героя-невидимки не видела его лица даже на фотографии (как в романе Г.Уэллса «Человек-невидимка»), и действие происходит в эпоху, когда человека невозможно разглядеть в инфракрасном диапазоне, возникает интрига. Каким образом она может увидеть потрясающего по красоте героя и без памяти влюбиться в него? Герой-невидимка под проливным дождем или одетый во фрак (он, несомненно, умеет носить фрак!) – все это в какой-то мере дает некоторое представление о силуэте молодого человека, за которым угадывается божественное телосложение. Но что делать с лицом? Согласитесь, снимать гипсовую маску с героя в начале романа или сценария представляется и преждевременным, и весьма странным. Хотя можно попробовать несколько видоизменить сценарий происходящего. Предположим, он и она находятся на какой-то мукомольной фабрике в производственном цехе, который имеет цилиндрическую форму. Сверху на них, как снег, начинает сыпаться мука, обозначая прекрасные черты героя: высокий лоб, прямой нос, торс греческого дискобола… Какое-то мгновение наш прекрасный герой напоминает бесчувственную статую, но дальнейшие события ясно показывают: он полон энергии, жизни и страсти.
         Но почему, несмотря на огромный спектр возможных жанров, предпочтение в истории с человеком-невидимкой всегда отдается драматическому сюжету? Раз за разом экранизация этой истории – это либо трагедия, либо драма независимо от времени или места действия. Человек слишком сложен и противоречив, чтобы стать счастливым, даже имея такие фантастические возможности, как быть невидимым («Человек-невидимка», режиссер А.Захаров, 1984г.), или обладая способностями превращаться ночью в волка («Волк», режиссер М.Николс, 1994г.), или часами плавать под водой («Человек-амфибия», режиссеры  В.Чеботарев, Г.Казанский, 1962г.) Все это, к сожалению, не приносит счастья и заканчивается человеческой драмой.   
          По крайней мере, теперь мы знаем, как можно назвать нашу планету, наполненную такими драматическими сюжетами, – «Дом, где разбиваются сердца».  Как бы ни толковалось содержание пьесы Б.Шоу, в ней главной канвой проходит мысль: независимо от  пола, возраста и социального положения, ваше сердце в этом мире непременно будет разбито. Поэтому, выбирая драматический персонаж, надо понять, насколько он вписывается в этот «дом». Кому интересен математик-сухарь, почти всегда погруженный в свои абстракции? Пусть он даже будет очень красив, и у него все благополучно: работа, семья, карьера, индекс цитируемости... И где же здесь драма? А вот если он периодически «немного не в себе» («Гениальная идея должна быть немного сумасшедшей» – Нильс Бор), и к тому же в нем заинтересованы спецслужбы, то дело приобретает совсем другой, драматический оборот. Если прибавить (или присочинить) к этому сложные отношения с возлюбленной (а они почти всегда таковы!), то перед нами уже интересная, захватывающая история, наполненная подлинной драмой («Игры разума», режиссер Р.Ховард, 2002г.).
         Какая драма в том, что священник (персонаж произведен на свет в безбожные советские времена), продавший все свое имущество для покупки мебельного гарнитура, где, как он считает, находятся бриллианты, не найдет там ничего подобного? Печально, но разве это драма? Но если он сходит с ума… Да, надо согласиться: это уже серьезно. И вот он бредет где-то в горах: свихнувшийся, ужасный, почти потерявший человеческий облик. Какая драма! Но настоящие таланты умеют довести драматическую историю до такого уровня, когда она становится пронзительной. Помимо прочих несчастий, на высоте 2345 метров над уровнем моря отца Федора… укусит орел.
        В чем должна быть основная интрига драмы, если она даже и криминальная? Подкоп под здание банка? Тонкие детали подготовки «идеального» ограбления, во время которого персонажи расхаживают с таинственным видом? Предстоящий куш в твердой валюте, от которого захватывает дух? Быть может, в этом. Однако главная интрига («Ограбление на Бейкер-стрит», режиссер Р.Дональдсон, 2008г.), все-таки следует это признать, заключается именно в человеке. В небольшой банковской ячейке с пустяшным замком, напоминающим замок от почтового ящика,  арендуемой хозяйкой борделя, хранятся компрометирующие материалы на высокопоставленных особ. А человеческая тайна, тем более, такого характера, стоит неимоверно дорого.
       Была бы «Афера по-американски» (режиссер Д. Расселл, 2013г.) такой же интригующей, если бы в ней не было любви, страсти и ревности? Тщеславный агент ФБР Ричи Димацо, который не особенно щепетилен в выборе средств, использует мошенников (Ирвинга и Сидни) как подсадных уток для разоблачения коррумпированных чиновников. Он их весьма умело шантажирует – тем грозит до пяти лет тюрьмы. Но в фильме есть то, что всегда присутствует в жизни, – сложные отношения между людьми. Чувства Ирвинга и Сидни («Она была не такой, как все», «Я жил ощущением таинства», «И вы оба понимаете, что другие понять не в силах…») проходят тяжелые испытания. Во-первых, Ирвинг женат и очень любит сына. Во-вторых, Ирвинг и Сидни вынуждены плясать под дудку Ричи, который и сам подпадает под обаяние Сидни. По замыслу аферы, Сидни должна изображать подчиненную Ричи, а Ирвинг бывать на вечеринке с законной женой, где он однажды встретит свою возлюбленную в сопровождении Ричи…  Ясно, что образуется сложный клубок отношений между героями. Именно этим «Афера…» становится такой интересной для зрителя.
    Не являются ли сильным преувеличением истории, где один человек (пусть даже профессионал) бросает вызов всей системе («Профессионал», режиссер Ж.Лотнер, 1981г.)? Интересно, а как на сайтах позиционируется этот великолепный фильм? Боевик и, разумеется, драма. Как же без нее! Собственно, сила искусства в том и заключается, чтобы художественное преувеличение, ничего общего не имеющее с правдой жизни, являло собой «правду кино». Один человек противостоит всей спецслужбе Франции! Но ведь есть примеры подобного и в жизни! Один человек (Эдвард Сноуден) бросает вызов самой могущественной державе мира, используя информационные технологии, которые буквально изменили весь мир. Он похищает 1,7 млн. секретных файлов и в начале июня 2013 года через газеты The Guardian и The Washington Post  распространяет секретную информацию Агентства национальной безопасности, касающуюся тотальной слежки американских спецслужб по всему миру при помощи информационных сетей. Конечно, и здесь не обходится без драмы, но художественное преувеличение начисто отсутствует.
         Зачем драматизировать историю больше, чем она есть на самом деле? В основу пронзительной драмы «Полуночный экспресс» (режиссер А.Паркер, 1978г.) положен сценарий, написанный Оливером Стоуном на основе реальной истории, которая произошла с молодым американцем по имени Уильям Хэйс в 1970 году. Турецкая тюрьма, неудачный побег, издевательства, жуткие сцены насилия… герой превращен в затравленное животное. Но сам Хейс после просмотра фильма заявил, что некоторые сцены являются преувеличенными или выдуманными. Значит, здесь действует тот же принцип: правда жизни и правда кино. Иными словами, в кино много драмы не бывает.
         Однако есть вещи, которые не следует делать при написании драмы: нельзя  постоянно нагнетать в ней атмосферу, словно погружая читателя (зрителя) в летаргический сон. Ведь может наступить момент, когда он просто не проснется! Поэтому необходимым элементом драмы должны стать некоторые комичные паузы релаксации. В драме-фэнтези «Волк» (режиссер М.Николс, 1994г.), где главному герою предстоит пережить измену жены, предательство коллеги по работе, увольнение, ощутить себя старым и беспомощным, есть несколько комичных пауз, смягчающих драматичность повествования. У героя фильма, который по ночам превращается в волка, появляется звериный нюх. Когда он утром делает замечание своему коллеге, учуяв у него запах текилы, тот отнекивается и объясняет, что лишь немного добавил этого напитка в утренний кофе. «Ты сегодня утром кофе не пил», – выносит безапелляционный приговор своему коллеге человек-волк. 
       Возникает вопрос: была бы интересна повесть о графе Монте-Кристо, если бы он после четырнадцати лет заключения постарался все забыть и начать новую жизнь в качестве одного из богатейших людей своего времени. Путешествия, роскошная жизнь, красивая жена, высшее парижское общество, увлечение наукой… Наверно, нет. Ведь интересно совсем другое – полная драмы история грандиозной мести, которая не считается ни с какими затратами. Но в отличие от Габриэля Пастернака из новеллы фильма «Дикие истории» (режиссер Д.Сифрон, продюсер П.Альмодовар, 2014г.), у Дантеса есть все основания мстить: у него отняли любимую девушку, молодость, судьбу. А вот ужасная месть, которую устраивает наш современник – Габриэль (он приведет к крушению самолет, где собрал всех, кто когда-либо его обидел), вообще говоря, ничем особенно не мотивирована. Разве что изменой его девушки. Но все остальные – учительница, председатель музыкального конкурса... причем здесь они? Их вина заключается только в том, что они, видите ли, не оценили его по достоинству. Здесь тоже драма: драма человеческих несбывшихся надежд и желаний!
        Многие драмы искусственно наполнены событиями, которые нарастают как снежный ком. В «Мещанах» Горького мы становимся свидетелями непрерывной череды скандалов и разговоров на повышенных тонах. В фильме «Тельма и Луиза» (режиссер Р.Скотт, 1991г.) обычный уикенд двух женщин выльется в погоню за ними почти всей полиции штата и агентов ФБР. Трагическая лавинообразная череда событий, закрученная в безупречно логичный сценарий, ужасает: неприличные жесты мужчин на дорогах, попытка изнасилования, воровство, убийство, ограбление… В фильме «С меня хватит!» (режиссер Д.Шумахер, 1993г.) последовательность событий идет по нарастающей от драмы к трагедии, как бы символизируя многие язвы общества: неравенство, преступность, насилие, коррупцию… В драме «Прости» (режиссер Э.Ясан, 1986г.) героине придется пережить многие ужасы в течение только одного дня: узнать о неверности мужа, оказаться в неловкой ситуации с женатым мужчиной, разочароваться в старом друге, стать жертвой изнасилования… Несмотря на некую искусственность, «художественное сжатие» событий, каждое из которых абсолютно достоверно, делает  эту драму пронзительной.
        Один из центральных вопросов в драме  – это, конечно, отношения мужчины и женщины, вернее, на что способен мужчина ради любимой  женщины. Не моргнув глазом и, используя тот факт, что не надо получать одобрения парламента, в давние времена мужчины из-за женщины могли объявить войну! Например, Троянская война началась с похищения Елены – жены царя Менелая. Вот это поступок! А рыцарские турниры, на которых мужчины получали иногда тяжелые увечья и переломы? Ради чего они принимали в них участие? Только для того, чтобы получить платок или перчатку Прекрасной Дамы! Какая романтика! А дуэли? Как правило, они происходили из-за женщины! Она того стоит! Но «все течет, все меняется», и время ставит совершенно другие вопросы. На что готов пойти мужчина, чтобы избавиться от некогда любимой женщины? Ответ на этот вопрос можно найти в «Американской трагедии». Она названа «американской» только в силу особой пронзительности романа Т.Драйзера. Ведь, по сути, место действия драмы большого значения не имеет. В романе у главного героя появляется альтернатива простой девушке-работнице: дочь фабриканта. И он выбирает последнее. Но настоящее время преподносит нам еще больший сюрприз (О, времена! О, нравы!) – появляется альтернатива самой женщине! И здесь хотелось бы дать один совет по части написания любовных драм подобного рода. Механический перенос сюжетов, идей мировой драматической литературы на отношения при нетрадиционной любви крайне сомнителен. И если авторы хотят претендовать на достоверность, они должны понимать – невозможно заставить поверить читателя в то, что мужчина-ревнивец легко и без проблем может задушить «возлюбленную» или сбросить «ее» со скалы. Скорее всего, в сюжете должен быть эпизод классической борьбы. А тут уж как получится, но выигрывает сильнейший. Но время и здесь неумолимо. Если раньше драма подобных отношений заключалась в непонимании, неприятии общества («Очки в золотой оправе», режиссер Д. Монтальдо, 1987г.), то теперь уже нет никакой драмы. Худо-бедно, но общество становится толерантным – все это уже стало привычным даже в комедии («Хамелеон», режиссер Ф. Вебер, 2001г.).
        Предположим, вы решили поразить зрителя острой политической пьесой: немец из Западного Берлина со свойственной ему аккуратностью и методичностью по ночам делает подкоп в Берлинской стене. Гнетущая атмосфера социализма за стеной, кругом глаза и уши… Сочинить пронзительную драму такого рода – дело почти безнадежное, если в ней не представлена любовная линия. Героя должна вдохновлять его возлюбленная, которую он пытается освободить из тоталитарного плена. «Великая Берлинская стена» не сможет быть препятствием для страстной любви. Скучной политической пьесе придаются романтический шарм и рыцарский блеск. Дело в том, о чем бы вы ни писали, в сюжет странным образом почти всегда вклинивается образ Дон-Кихота. Почему? Потому, что он и рыцарь, и романтик, и комический персонаж, и сумасшедший, и герой драмы. Он вездесущ!   
      Искусство как пирожное – сладкий крем, тонкий слой кисловатого повидла и горькая миндальная крошка. «Доктор Живаго» – грустно, «Швейк» – смешно, «Палата №6» – ужасно. Пройдет время, и все повторится. «Дети Арбата» – грустно, «Солдат Иван Чонкин» – смешно, «Полет над гнездом кукушки» – ужасно: снова психушка. Искусство как поезд времени. Первый вагон – трагедия, второй – драма, третий – мелодрама, четвертый – комедия, пятый – абсурд, шестой – гротеск, седьмой – фэнтези...  Но драма присутствует не только во втором вагоне – она везде, как бы весело не хотелось представить положение вещей. Богатый месье Александр Амилькар, которому постоянно изменяла жена, нанимает актрису, художника и девицу по вызову, чтобы они за приличный гонорар разыгрывали любовь и дружбу («Все оплачено», спектакль «Ленкома»). Художник должен изображать друга. Профессиональная актриса Элеонора Дюрок предстанет верной и любящей женой, а проститутка – любимой дочерью. Во что должна вылиться эта забавная затея? Этот не такой уж и абсурдный маленький психологический реванш. В комичный спектакль, где все повеселятся и хорошо проведут время? Ведь все оплачено. И веселость «старого друга», и верность жены, и любовь дочери. Нет, все, как обычно, перетечет в драму… «Человек рожден для счастья, как птица для полета'». Как бы не так! Полет для птицы – дело естественное, а до счастья человеку, как правило, далеко – как до седьмого неба. И даже, если есть деньги (заработанные или краденые), счастья на них не купишь! 
             Герой опережает свое время, общество не приемлет его мыслей, считая их глупыми фантазиями («Тот самый Мюнгхаузен», режиссер М.Захаров, 1979г.). Ясно, что без драмы здесь не обойдется. Другой герой, напротив, немного «тормозит», и общество в его высказываниях (а он говорит только про садоводство, поскольку больше ни о чем не имеет ни малейшего представления) видит глубокий, скрытый смысл. Недоумок принят на самом верху общества. Разве это не драма («Будучи там», режиссер Х.Эшби, 1979г.)? Еще один герой – ничем не выделяется из толпы, зауряден, безлик и незначителен (гоголевская «Шинель»). Снова драма. Иной герой – конформист (одноименный роман А.Моравиа), и здесь драматическая развязка.
              Теперь еще раз по порядку. Герой опережает свое время, но его не понимает даже его собственная жена («Иван Васильевич меняет профессию», режиссер Л.Гайдай, 1973г.). Прекрасная комедия! Другой герой, напротив, немного «тормозит», но это совсем не выглядит в драматическом свете («Форрест Гамп», режиссер Р.Земекис, 1994г.). Еще один герой – ничем не выделяющийся из толпы, зауряден и невезуч (персонаж Пьера Ришара). Очень смешно! Иной герой – своего рода конформист – ни минуты не задумываясь, безропотно выполняет все указания системы, правда, результат его действий, как правило, имеет обратный эффект («Похождения бравого солдата Швейка»)... Какое все-таки у человека бесподобное умение из одного и того же сюжета сделать драму или комедию в зависимости от обстоятельств и расположения духа! Кстати, жанр фильма «Дикие истории» (режиссер Д. Сифрон, продюсер П.Альмодовар, 2014г.) определен на многих сайтах, как триллер и комедия одновременно (!).
               Представим некий барометр человеческого настроения, градация шкалы которого соответствуют трагедии, драме, комедии, мелодраме... Где, преимущественно, будет находиться стрелка барометра? Ведь не часто мы пребываем в радостной эйфории или в трагической ситуации. «Откуда напрашивается философский вывод, что жизнь состоит из слез, вздохов и улыбок, причем вздохи преобладают» (О.Генри «Дары волхвов»). Можно обратить внимание на то, в каком соотношении в репертуарах театров находятся драмы и комедии. Драма преобладает. «Визит дамы» – спектакль Санкт-Петербургского театра комедии им. Н.П.Акимова по пьесе Ф.Дюрренматта был показан 8 и 31 июля (афиша 2016 года). И даже многие комедии, которые играют в театрах сатиры, не являются сплошной хохмой – смешное и грустное в них тесно переплетено между собой... Вряд ли хватит общей тетради, чтобы перечислить причины, по которым человек может быть несчастным. А сколько причин делают его счастливым? Столько же? Если, предположим, их же сформулировать с приставкой «не». Разумеется, нет! Умершего не воскресишь, любимую женщину не вернешь, проигранную партию не переиграешь.
              Приход в этот мир каждого человека сопровождается плачем, сразу определяющим «жизненный жанр», – драму. Именно плач, а не смех способствует лучшему и скорейшему раскрытию альвеол и наполнению легких новорожденного кислородом. Этот плач – очевидный символ будущих проблем, которые будут сопровождать человека до самых его последних дней. Предположим, герою пьесы семьдесят лет, у него недавно умерла жена, и он еще не оправился от этого удара, но в остальном он весьма благополучен: богат, уважаем, у него успешные дети, которые обожают его. Сохранивший респектабельность, холеный тайный коммерции советник Маттиас Клаузен (пьеса Г.Гауптмана «Перед заходом солнца») имеет все шансы спокойно дожить свой век, в какой-то мере противопоставив возрасту роскошь и комфорт. И в чем здесь драма? Драма старости? Нет, как и в случае с юными персонажами Шекспира («Ромео и Джульетта»), драму создают чувства – любовь Маттиаса к Инкен Петерс, восемнадцатилетней девушке. И сразу равновесие в семье советника со всем этим имуществом, богатством летит ко всем чертям, обнаруживая жуткое истинное положение вещей, – готовность близких объявить отца безумным стариком…
              Однако при написании драмы никогда нельзя игнорировать законы жанра. Пронзительная драма «С меня хватит!» (режиссер Д.Шумахер, 1993г.) начинается с крупного плана сжатых губ и раздраженного лица одуревшего от духоты главного героя, попавшего в бесконечную автомобильную пробку, что предельно ясно задает драматическую тональность всего фильма. Напротив, благостная атмосфера на даче комдива Котова в фильме «Утомленные солнцем» (режиссер Н.Михалков, 1994г.) совершенно не предвещает драматическую развязку. Но как бы ни начиналась драма, ее конец вдохновляет крайне редко. Тяготение человека к драме, обусловленное, вероятно, самой жизнью, где относительно недавно исчезли рабство и телесные наказания, и не исчезли неравенство и несправедливость, проявляется во многом, даже в таком жанре, как сказка. Ведь сказка – это драма, но со счастливым концом. Сколько жен зарежет Синяя Борода прежде, чем этому положат конец! Через какие унижения придется пройти Золушке до того, как произойдет счастливая развязка! Как жаль, что хорошая концовка драмы так редко встречается в реальной жизни!



' Всегда чувствовал подвох в этой фразе, которая казалась преисполненной оптимизма. Так и есть. Это крылатое выражение принадлежит персонажу рассказа Короленко «Парадокс», несчастному инвалиду от рождения, без рук, который зарабатывает на жизнь сочинением афоризмов. Он пишет, ухватив перо пальцами ноги.


Рецензии