Лодочник Шульц

1.

Жил когда-то в Кенигсберге лодочник Шульц. В те времена город был совсем другим. Правили в нем тевтонцы. Вся жизнь Кенигсберга была связана с рекой и работа лодочником считалась здесь достойным ремеслом. Шульцу миновало тридцать, но он все еще оставался неженатым и проживал вместе с матерью в небольшом домике в районе Каи, что на острове Кнайпхоф. Причиной холостяцкой жизни Шульца был его скверный характер. По всей округе ходили легенды о жадности и злости лодочника. Не зная этого, посмотришь со стороны, так вроде всем хорош: высок ростом, крепок, всегда опрятный. На зависть окружающим пузатый кошель напоказ выставлялся из кармана его новых холщовых брюк. Умело сшитая широкополая шляпа прикрывала копну черных волос, а сапоги из добротной кожи были начищены до блеска. А еще эта клетчатая рубашка, которую другие надевали бы только лишь по праздникам. И в питии лодочник знал меру. Чем не жених?
Только где бы не появлялся Шульц, обязательно происходили скандалы и драки.  На Прегели лодочник перевозил людей и товары с одного берега реки на другой. Шульц держал свою лодку на самом видном и многолюдном месте - на оконечности острова, прямо напротив Альтштадта. Жителям было так удобней – чем делать крюк через весь остров и идти по часовенному мосту, спустился с набережной - и лодочник за несколько минут перевезет тебя на другой берег – к самому Альтштадту. Вот здесь, в центре небольшой пристаньки, Шульц обычно и поджидал своих пассажиров. Здоровенный детина стоял широко расставив ноги, с перекрещенными на груди мускулистыми руками. Попробуй кто другой занять это место, которое Шульц почему-то называл своим, он тут же набрасывался с кулаками на своего конкурента. Забияка забирал всех клиентов, не желая соблюдать очередности, так что постоянно ругался с другими перевозчиками. Если пассажиры приходили большой кампанией или с тюками товара, Шульц перехватывал клиентов на том основании, что у него самая удобная и крепкая лодка. Что было правдой. Такой вместительной лодки на Прегели не было ни у кого. Правда из-за своих больших размеров, лодка ходила по реке медленнее других посудин, но Шульц был здоров и греб своими ручищами настолько сильно, так что клиенты не жаловались. А здоровяку Шульцу при желании сил хватило бы довести лодку даже через море хоть до самого Данцига.
И вот при всем этом лодочник оставался без жены и жил с матерью. Сватался Шульц много раз. Не то что на острове, но даже в соседних деревнях не осталось ни одной девушки, к родителям которой он не приходил бы с предложением. Шульц был предметом шуток невест всей округи.  Если к какой-то девушке лодочник еще не сватался, то она считалась среди подруг самой никчемной, без какой-либо надежды на замужество. Про такую в Кенигсберге говорили: «На тебя даже Шульц не позарился». Родители невест тоже не испытывали восторга от злого и скупердяистого жениха.
Свахи с Шульцом отказывались иметь дело, поскольку он их обсчитывал и никогда просто так, по дружбе, не перевозил через Прегель. Лодочник неоднократно обращался за помощью  по поводу устройства своей личной жизни к пастору Домского собора, поскольку считал себя прилежным прихожанином. Только священник также не горел желанием ему помогать – подношения Шульца для бедных и убогих были самыми скромными на острове. В таких случаях лодочник открывал свой знаменитый большой бархатный кошель и, не обращая внимания на окружающих, подолгу искал среди серебряных талеров и шиллингов самые крохотные медные монетки… И товарищей, кто бы помог Шульцу в любовных делах, не было. Кому нужен друг, который не угостит тебя шнапсом и не даст денег взаймы?
А вот завистников у Шульца имелось, хоть отбавляй. Все недруги за глаза смеялись над ним по поводу того, что здоровяк никогда не знал женщин. Хотя это было неправдой. Шульц как-то связался с одной, пришлой, из таких, про которых не говорят детям, чем вызвал новую порцию насмешек своих многочисленных недроброжелателей. Да еще и эта женщина подлила масла в огонь. По-видимому, лодочник обидел и ее. Иначе, зачем было женщине рассказывать про то, что Шульц как мужчина не интересен, любовным делам не обучен, и ничего с ней сделать не сумел.
Прежде хотя бы мать за него просила, но последние годы отчаялась и она. Всю жизнь женщина работала прачкой и выстиранные ею полотенца, скатерти и пододеяльники можно было протянуть через всю Балтику до самого Копенгагена. Старательная, мать Шульца аккуратно выполняла свои обязанности. Вероятно, трудолюбием лодочник был в свою мать. В Кенигсберге эту женщину может особенно не любили, но и не презирали так, как ее сына. Вероятно, не произведи она на свет такого детину, к ней бы относились совершенно иначе. А так частенько женщину обсчитывали торговцы и укорял пастор. Только что она могла поделать?

2.

В тот день Шульц снова поругался с другими лодочниками и наскочил на Томаса, маленького, тщедушного, которого в городе дразнили Кривым Носом. Это был совершенно неприятный тип с подлым характером. Так вот, в ответ этот Кривой Нос с ножом набросился на своего обидчика. Шульц не растерялся, схватил Томаса за горло и спокойно выдернул у него длинный острый нож, который бросил в реку. А после в Прегель полетел и Кривой Нос. Все, кто был на набережной, от души посмеялись над этой сценой. А Томас, поскольку не умел плавать, чуть не утонул.
Случившееся не сошло Шульцу с рук. Томас подговорил других лодочников и спустя несколько дней, поздним вечером кампания подкараулила Шульца у реки. Они свалили здоровяка с ног, связали, а после выкололи ему глаза. Мать Шульца от горя выла на весь Кенигсберг.
Лодку несчастного Шульца Кривой Нос оттащил в сторону от пристани и спасибо еще, что ее не испортил. После этого Шульц целыми днями сидел в своей лодке, стоявшей на приколе, крепко держась за ее борта. Он боялся, что однажды кто-то, воспользуется его слепотой и украдет лодку. Одно время Шульц даже пробовал перевозить пассажиров – благо за свою жизнь так изучил Прегель, что ориентировался на реке безупречно, даже не имея глаз. Только теперь его стали обманывать клиенты. Стоило лодке уткнуться в берег, как пассажиры выскакивали из нее и разбегались, не заплатив денег. В такие минуты Шульц плакал от отчаяния. Слепой лодочник пробовал нанимать мальчишек, чтобы вместе с ним они перевозили пассажиров. Получалось плохо - гребли мальчишки медленно и неровно, а потом тоже обманывали несчастного.
Казалось, что Шульц никогда не покидал лодки. Ближе к ночи мать приносила ему поесть. Тогда он мог ненадолго выйти на берег. Когда же шел дождь, Шульц ложился на дно лодки и укрывался ветошью… Несколько раз в непогоду за Шульцем приходила соседская девочка Ханна. Она пыталась увести слепого домой, но бесполезно...
Прошел год. Лодочник Шульц за это время сильно изменился. Теперь было не узнать прежнего здоровяка. Постаревший и осунувшийся, с пустыми глазницами, он превратился в длинную тощую палку. Сидя в лодке в стороне от пристани, Шульц жалобным голосом подзывал к себе пассажиров. Лишь самые сердобольные шли к нему. А вскоре и этих не стало. Лето в тот год было неурожайным. Жители острова из-за нужды предпочитали ходить в Альтштадт не через реку, а дальним путем, по мосту - в обход, только бы не тратить денег. Мать все реже навещала Шульца и говорили, что она сильно болеет. В начале осени женщина отдала свою душу Богу, и успокоенная отправилась на кенигсбергское кладбище. Добрые люди с трудом отвели слепого лодочника на погребение. Так Шульц остался совсем один.
Материн дом алчные ростовщики забрали за долги. Это было странно, ведь прежде лодочник хорошо зарабатывал, и мать его до последнего времени трудилась не покладая рук. Многие советовали Шульцу, чтобы как-то прожить дальше, продать лодку, но он не соглашался.
– К чему теперь мне деньги, если нет глаз? – говорил Шульц. – Да и жизнь теперь ни к чему. Я с детства на реке и умру здесь в своей лодке.
В начале зимы, подкараулив, когда Шульц на минуту сошел на берег, кто-то увел его лодку. Как часто случается, украденное не принесло счастья вору. Возле Фишхаузена лодка перевернулась и вместе с грабителем ушла на дно залива.
Вопреки ожиданиям, Шульц спокойно перенес свое очередное несчастье. Без лодки ему даже стало легче. Теперь целыми днями он молча сидел на краю пристаньки.
– Ну, что, Шульц! Почему не ставишь свою лодку на лучшее место?! – надсмехался над несчастным Кривой Нос.
Наступила зима, самая плохая из всех, что помнили старожилы.  Прегель сковало льдом. Каждый день кто-то умирал от холода и голода. Горожане выживали как могли. Даже старая портниха Урсула пришла на реку, сделала лунку и попыталась ловить рыбу. Только к общей беде рыба словно испарилась из реки. Опытный моряк, просидев весь день с удочкой на Прегели, мог поймать лишь несколько маленьких плотвичек. Да еще попробуй донеси их до дома – по всему городу искали свою добычу воры, которые ничем не брезговали. В один из дней по Кенигсбергу разнеслась новость о том, что какие-то пришлые злодеи ночью зарезали Томаса-Кривого Носа. На нем не оставили ничего из одежды. Сняли даже маленький медный крестик, а тело бросили в канаву.
Шульц слышал, как убивали Томаса. Какой-то странный инстинкт пробудился в этот момент у слепого – изо всех сил Шульц стал звать на помощь своему врагу. Этот отчаянный крик был слышен даже в Альтштадте. Только никто не помог…
Вот так и проходили один за другим эти страшные дни.
Шульцу становилось все хуже. До него теперь вообще никому не было дела…
Когда ближе к ночи все уходили с реки, слепой лодочник ползал по льду и синими от холода руками ощупывал края рыбачьих лунок. Шульц искал – может где-то рядышком в снегу затерялась малюсенькая рыбешка…

Эпилог

Ханна была глубоко верующей девочкой. Она горевала по соседке, которой обещала смотреть за ее несчастным сыном. За это старая прачка перед своей смертью дала девочке три серебряных шиллинга. На эти деньги теперь и спасалась вся семья Ханны: ее родители, две старшие сестры и новорожденный братик. Девочке было не по себе за то, что она не выполнила своего обещания.
В этот день после воскресной службы Ханна пошла в трактир и за два пфеннига купила миску горохового супа. Аккуратно прикрыв миску парчовой тряпицей, чтобы никто не видел, она пошла на реку.
Шульц не мог понять, что от него хочет Ханна. Девочка просила взять миску, а ему казалось, что она хочет что-то забрать.  Но что? Ведь у него совсем ничего не осталось. Наконец, Ханна не выдержала и, всунув в руки слепого миску с супом, попыталась его покормить.
Трудно понять, как это произошло. Несколько здоровых парней в тот же самый миг выхватили миску. За грошовую еду между ними началась страшная драка. Весь суп, все горошинки, все-все-все, что было в миске, оказалось в снегу. Парни дрались так, что невольно растоптали в ничто эти маленькие горошинки.
Несчастный Шульц сидел на снегу, протягивал замершие кисти рук вперед и еле слышно повторял: «У меня ничего нет. Что ты от меня хочешь, девочка?»
А сама Ханна стремительно убегала с реки в направлении города…
Той же ночью лодочник Шульц умер.


29 ноября 2017 г.
 
 


Рецензии
Да, очень грустная история.

Таня Минченко   04.04.2018 20:46     Заявить о нарушении
Спасибо Таня за отклик. Но ведь есть схожесть?! Дальнейших Вам творческих успехов! Заходите еще в гости. ЮЕ

Юрий Николаевич Егоров   04.04.2018 21:01   Заявить о нарушении
Схожесть есть)

Таня Минченко   05.04.2018 21:39   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.