Намтар. Глава VII. 60

Молчи о том, что ты нашел; скажи лишь о том, что потерял
Шумерская пословица

1

- О, Великий и богоподобный царь Шульги-Син, - начал Энкид. Тембр его голоса звучал почтительно и торжественно, руки его были смиренно скрещены на груди.

- Ты воистину велик и могуч! Всё и все под Луной и Солнцем подчиняются тебе! Ты - Царь всей вселенной. Позволь мне, твоему верному слуге и преданному солдату, высказать свои соображения по поводу тех мыслей, что занимают и волнуют тебя.

Царь, не меняя выражения лица, едва заметно кивнул, приготовившись выслушать Энкида.

- Твои обоснованные тревоги я попытаюсь объяснить, применив к ним свои знания астрологии и закономерностей небесных циклов. Ни в коем случае не претендуя на истину в последней инстанции, смею предположить, что все события в нашем мире происходят, следуя определённой, неведомой нам закономерности. Они просто случаются независимо от наших желаний и нашей воли. Они запланирована не нами, а чем-то или кем-то более могущественным - самой Вселенной например, или всемогущими богами, которым мы служим. Человеческому разуму не дано понять и постигнуть суть происходящего в мире и космосе. В священном списке «ме»  богами предусмотрены не только добродетели, такие как: мир, правда, добро и справедливость, но и их противоположности: войны и ссоры, ложь, страдания и страх. В  списке «ме» (моральные устои и правила шумеров) противоположности сменяют друг друга. Так и в жизни - день сменяет ночь, добро сменяет зло, смерть сменяет жизнь, тёмное сменяет светлое и наоборот. Так было задумано богами и это явление носит своё название – цикличность.

Для того, чтобы точно понять мою логику, о просвещённейший из просвящённых, вспомним наши основы счёта, которые мы когда-то изучали ещё в эдуббе.

- Какое число для нас является основой основ? - спросил Энкид и сам же ответил: Это божественное число - 60.

- Сколько секунд в одной минуте календаря из Ниппура? - 60

- Сколько шекелей в одной мине? - 60.

- Наши преподаватели в эдуббе любили объяснять своим ученикам, что у цифры 100, которую используют при счёте другие народы, всего семь простых делителей, а у нашего божественного числа 60 – десять делителей.

- "60" – это основа нашей системы счёта.

Если мы приложим цифру "60" к жизни государства, то мы увидим, что 60 лет – это малый законченный исторический и культурный цикл. У меня есть астрологическое объяснение почему именно 60 лет является минимальным циклом в обществе, но я не хочу обременять тебя, о Великий, деталями - такими как небесные сферы, знаки зодиака, движения орбиты, природные стихии, которые дают обоснование цифре 60 как одного законченного исторического цикла. Суть в другом.

Циклы в 60 лет чередуются между нисходящими и восходящими. То есть бывают циклы роста, а бывают и циклы упадка. Как  эмеш (лето) и энтен (зима) сменяют друг друга, так и рост сменяется упадком, а могущество и благоденствие государства сменяется бедствиями и голодом. Познания основ алгебры помогли мне, отталкиваясь от начала календаря Ниппура (солнечно-лунный календарь; возник в 3 760 году до н.э.) и фактического рождения нашей эры и цивилизации, рассчитать восходящие и низходящие циклы по 60 лет.

Чтобы не утомлять тебя, о Великий, излишними подробностями, я не стану начинать с далёкой и уже порядком забытой древности. Предлагаю рассмотреть с точки зрения цикличности более короткий и относительно недавний исторический период. Начну я с того момента, когда аккадец Саргон Великий или как ты его назвал "Саргон Древний", основал свою могущественную династию - царство Шумера и Аккада.

Царь Шульги согласился с ним, едва кивнув головой, внимательно слушая своего дубсара (писатель; в данном контексте — почетное название писца).

2     Восходящий цикл (1440 – 1500 годы по календарю Ниппура)

- В 1440 году с начала нашего календаря (2 320 год до н.э.) уже прошли, сменяя друг-друга 24 малых исторических цикла по 60 лет, - начал Энкид. Половина из них была циклами роста, другая половина – циклами упадка. В указанный год как раз закончился ниспадающий цикл развития государства и начался новый период расцвета и процветания в 60 лет.

Саргон Великий, как ты знаешь, основал своё царство в 1444 году по Ниппурскому календарю, то есть в самом начале восходящего цикла. Оставил он власть точно в тот момент, когда завершился цикл роста в 60 лет. В Списке царей есть такая запись:

«Саргон, чьим отцом был садовник, чашеносец Ур-Забабы, царь Агаде, правил 56 лет в качестве царя».
 
Ты помнишь предание, по которому мать Саргона, желая лучшего будущего для своего сына, отправила просмолённую маленькую репу (лодка из тростника, покрытая шкурами) с новорождённым из северных границ царства по течению реки на юг в страну Шумеров. Так он оказался в городе Киш, где прошло его детство и молодость. Саргон, несмотря на то, что он не был шумером по происхождению, долгие годы терпеливо изучал язык, нравы, культуру и психологию нашего народа, который он позже возглавит. Он сделал блестящую карьеру при шумерском правителе города Киш по имени Ур-Забаба. Сначала Саргон был при нём садовником, но за короткое время, благодаря своим талантам, усердию и настойчивости, он стремительно вырос до уровня высокого и влиятельного чиновника – подателя кубка правителя.
 
В то время страну раздирали междоусобные войны. Честолюбивый правитель города Эрех по имени Лугальзаггеси, который правил к тому времени уже 25 лет, решил присоединить к своим владениям город Киш. Ур-Забаба был им свергнут и убит. Но этого ему было мало и Лугальзаггеси ушёл со своим войском завоёвывать другие земли. Саргон воспользовался благоприятной для него ситуацией и основал в Кише своё царство. Ему понадобилось пять лет, чтобы разрушить стены города Эреха – столицы Лугальзаггеси. Когда царь Эреха вернулся из похода со своим усталым войском, Саргон разбил и его самого. Он пленил и заковал Лугальзагесси в цепи и одел на него шейные колодки, как у собак. Саргон выставил своего врага на обозрение у ворот Ниппура, чтобы люди могли выразить ему свою ненависть и презрение.

Саргон был послан нам самими богами. Он был воистину велик и правил он в период цикла роста в 60 лет. Саргон объединил нашу страну и ввёл стандартную для всего царства систему мер и веса. Он был гениальным полководцем и провёл 34 крупных сражения. Во всех из них он вышел победителем. Саргон реорганизовал армию, сделав её профессиональной, отказавшись от дружин общинников, как это было раньше. Вместо тяжеловооружённой и громоздкой пехоты, которая сражалась в сомкнутом строю, Саргон первым начал применять отряды легковооружённых лучников - подвижных и быстрых, действующих небольшими отрядами и осыпающих противника градами стрел из луков, сделаных из качественного дерева. Воины Саргона рассеивали ряды противника ещё на дальних подступах и, как правило, не доводили битву до рукопашного боя.

При Саргоне Великом была создана единая система каналов и запруд. Богатые илом воды рек Идиглат (Тигр) и Буранун (Евфрат) орошали поля и давали небывалые урожаи, независимо от погодных условий. За время его правления бурно росли земледелие, животноводство, ремёсла. Больше всего ему были благодарны торговцы, которые сказочно обогатились и славили его имя.
 
Саргон заложил и построил недалеко от Киша новый город - Агаде. Его он сделал своей столицей. Агаде стал самым богатым и известным городом во всём царстве и далеко за его пределами. Гавани Агаде были всегда заполнены кораблями с товарами из далёких стран. В столицу Саргона Великого стекались дары и дань со всех уголков его владений. От названия города произошло и название второго основного народа в нашем царстве - «аккадцы». Государство стало называться – царство Шумера и Аккада.

- Боги благоволили Саргону на протяжении всего его царствования, которое продлилось 56 лет, - продолжал Энкид. - Возможно это случайность, а возможно и нет, но закончилось правления Саргон Древнего точно в 1500 году по календарю Ниппура. Тогда же завершился очередной цикл роста для нашего государства в 60 лет и закономерно наступил нисходящий исторический цикл.

Уже в последние годы правления Саргона, как предвестник нового цикла упадка, в его обширном царстве начались беспорядки, с которыми он уже с трудом справлялся. Родовая знать и народ выступали не против него, а против его старости и дряхлости. Ему даже пришлось прятаться во время одного из бунтов по канавам, спасая свою жизнь, однако в историю Саргон вошёл непобеждённым правителем. Старый лев показал напоследок свои клыки, жестоко расправившись с восставшим народом и вырезав большую часть родовой знати.   

3     Нисходящий цикл (1500 – 1560 годы по календарю Ниппура)

После смерти Саргона Великого, на трон взошёл, как ты помнишь, его сын Римуш. Он правил  царством Шумера и Аккада 9 лет. Новый царь не понимал почему после смерти Саргона Великого рушился установленный им порядок, а все завоёванные его отцом страны, восстали против него и никто не остался ему верен. Римуш огнём и мечом боролся с бунтовщиками и предателями. Он жестоко подавил все мятежи и совершил успешный военный поход в эламское царство Барахсум. Между городами Аван и Сузы Римуш разбил коалицию эламцев, но этот поход измотал его воинов и опустошил казну. Смерть пришла к нему от рук его же знати. Его элита устала от разоряющих страну войн и убила царя, забросав его во дворце своими тяжёлыми каменными и металлическими личными печатями. 

На смену Римушу на трон вступил другой сын Саргона по имени Маништус. Его правление продлилось следующие 15 лет. Царь Маништус всеми силами боролся с мятежниками, с врагами и с самой судьбой в виде ниспадающего цикла в 60 лет. Самым опасным для доставшегося ему в наследство царства, стала потеря контроля над северными территориями, которые были источниками поставок металлов: меди, олова и серебра. Из сплава меди и олова делали бронзу. Из бронзы делали оружие и орудия труда. Этот металл был нужен нашему царству как воздух. Маништус должен был решить как ему поступить. Он мог выбрать войну с окрепшими врагами на Севере, или искать новые источники поставок металлов на Юге. Царь выбрал второй вариант.

Маништус разделил свою армию на две половины. Одна часть воинов осталась для подавления мятежей внутри границ царства, другая половина войска совершила со своим царём морской поход на другой берег Нижнего моря (Персидский залив). Маништус успешно высадился на незнакомый берег и разбил единую армию царей, выступивших против него. Он оккупировал южные земли, богатые медью, оловом и серебряной рудой. Маништус сразу начал поставлять по морю необходимые царству металлы.

У себя в стране, чтобы обеспечить себе лояльность элиты, Маништус принудительно начал скупать по номинальной цене землю у семейных и соседских общин вблизи города Киш. Никто не посмел возразить царю, а тем более отказать ему. Свои земли общинники продавали, не торгуясь с царём. Эту укрупнённую землю Маништус разделили на 49 наделов, которые раздал детям своей элиты, желая получить от них взамен пожизненную лояльность. Однако это не помогло ему и через 15 лет своего правления, он, как и его брат Римуш, был убит знатью в результате заговора.

Цикл упадка продолжался.
 
После Маништуса бразды правления царством Шумера и Аккада перешли к легендарному Нарам-Суэну (Нарамсину) – сыну Маништуса и внуку Саргона. Его царствование, традиционно для ниспадающего цикла, началось с мятежей в различных городах. Самыми опасными из них были восстания в городах Киш и Урук. В течение одного года Нарам-Суэн крайне жестоко подавил эти выступления. Однако, в пылу необузданной ярости он совершил большую ошибку, когда осквернил храм бога Энлиля в Ниппуре (бог воздуха, разделивший небо и землю). Нарам-Суэн повелел сжечь живьём перед храмом тысячи пленных, а своим воинам позволил разграбить и разрушить медными топорами дом бога Энлиля.

Нарам-Суэн был великим воином и талантливым полководцем. Он завоевал страны, которые не завоёвывал до него ни один царь. Нарам-Суэн даже захватил страну Маган (Оман, возможно Египет) и лично пленил его царя по имени Маниум. Он первым станет заслуженно носить титул «Царь четырех сторон света». Впрочем, действовал Нарам-Суэн не только оружием, но и дипломатией. Так, Нарам-Суэн заключил мирный договор с извечными врагами шумеров – эламцами, призвав в свидетели шумерских и эламских богов. По букве этого международного договора враг Нарам-Суэна становился врагом для эламцев, а друг – другом Элама.
 
Однако, бороться с предопределением судьбы в виде ниспадающего цикла в 60 лет, не смог даже легендарный Нарам-Суэн, тем более он разозлил бога Энлиля, который не простил ему надругательство над его храмом. На царство Нарам-Суэна обрушились многочисленные бедствия в виде голода, мора и эпидемий. Кроме того, разгневанный Энлиль наслал на нашу страну злобных и кровожадных врагов – народ гутий, которые были подобны саранче, от которой нет спасения.

- Возможно это опять совпадение, но правил Нарам-Суэн ровно 37 лет, пока не погиб в одном из боёв против гутий, то есть точно до окончания цикла упадка, который закончился в 1560 году по календарю Ниппура (2200 год до н.э.).

4     Восходящий цикл (1560 – 1620 годы по календарю Ниппура)

После смерти Нарам-Суэна престол занял его внук Шаркалишарри. Нарам-Суэн пережил своего сына Этти и новым царём стал сразу его внук. Правил Шаркалишарри 25 лет. Он получил в наследство от своего деда страну, находящуюся в крайнем упадке. Она была окружена злобными врагами. Самыми опасными из них были наступавшие с запада семитские племена амореев, но ещё более опасными были нахлынувшие с северо-востока воинственные племена дикого народа - гутии. Благоприятные предзнаменования растущего цикла в 60 лет позволили Шаркалишарри ценой невероятных усилий предотвратить распад царства и отразить нашествие врагов. Он даже разбил гутиев и взял в плен их вождя Сарлака.

«Царь всех царей», как переводилось имя Шаркалишарри, начал строить храмы в надежде, что боги простят святотатство его деда и пощадят его царство, а его народ  спасут от нахлынувших напастей и бед. Боги услышали его молитвы и уберегли от полной гибели царство, но только не его самого. Шаркалишарри, так же как его царственные дядя и отец был свержен с престола и погиб в результате заговора своего близкого окружения. Смерть Шаркалишарри означала конец аккадского периода правления шумерами.

- После смерти Шаркалишарри в стране наступила настоящая анархия. За три года на троне сменились 4 «царя». Вот что об этом периоде говорит нам Царский список:

«Кто был царем? Кто не был царем? Игиги, царь; Нинум, царь; Ими, царь; Элулу, царь, — четверо из них были царями, (но) правили только 3 года».

Однако, не станем забывать, что период роста в 60 лет ещё не закончился, поэтому, через три года хаоса, на трон взошёл шумерский царь по имени Дуду, который правил 21 год и не дал разрушиться нашей цивилизации. Он восстановил стабильность и порядок во всём царстве и вернул контроль над его территориями.

После смерти Дуду трон занял его сын Шурурул, который правил во времена относительной стабильности, продолжая дело своего отца, ещё 15 лет.
 
Однако, цикл подъёма закончился в 1620 году по календарю Ниппура  и как следствие, ничто не могло спасти царство Шумера и Аккада от закономерного упадка и многочисленных бедствий, обрушившихся на наш народ на долгие годы, ещё на излёте цикла восходящего.

5. Нисходящий цикл (1620 – 1680 годы по календарю Ниппура)

- Уже в самом начале нисходящего цикла, который продлился очередные 60 лет до 1680 года по календарю Ниппура (2080 год до н.э.), - продолжал Энкид, - Страну захватили гутии – варвары, которые не знают пощады.

Услышав имя ненавистных врагов, которые принесли огромные беды и несчастья всему народу Шумера и Аккада, брови царя Шульги нахмурились, а на скулах заходили желваки. Он словно процедил, хрипло чеканя обидные прозвища гутиев, отрывок из известной ламентации (литературный жанр; оплакивание) под названием «Проклятие Агаде», посвящённой тому времени:

Нелюдей, несметные орды,
Гутиев, что не знают запретов,
Поведением – люди, да разумением – собаки,
Обликом – сущие обезьяны,
Их Энлиль из гор вывел!

Глаза царя налились праведным гневом. Казалось они вот-вот извергнут молнии. Он как будто забыл про существование молчащего Энкида, который, воспользовавшись небольшой передышкой, незаметно сменил позу, так как от неподвижного сидения его тело и руки затекли в нескольких местах. Через некоторое время, овладев своими эмоциями, Шульги, шевелением пальца, дал знак Энкиду продолжать.

- О, образованнейший из всех образованных, ты очень точно и верно описал наших злейших врагов – эту жалящую змею гор, что отняла право царствования у Шумера и Аккада на долгие годы.

Царь хмуро покивал ему в ответ.

- Гутии сначала ограбили нашу бедную страну, павшую к их ногам, а потом обложили её непосильной данью. За время правления гутиев, а это почти 90 лет, сменилось 20 царей.

- Глупцы! Они не понимали, что власть данная царю, имеет божественное происхождение и она - священна. Гутии были дикарями и варварами. Они выбирали себе вождя раз в пять или шесть лет. Новый вождь гутий становился и царём захваченного Шумера и Аккада, а его имя заносилось нашими мудрецами в Царский список. Многие из таких «царей» правили меньше, внезапно умирая. Лишь один из них за все 90 лет правил два срока подряд.
 
У гутиев не было своего государственного управления в побеждённой стране. Они обложили данью все земли нашего царства. Дань для них собирали назначенные ими же шумерские и аккадские наместники. Весь Север нашего царства лежал в руинах, а наши храмы были разорены, однако Юг, включая города Урук, Лагаш и Ур, оставался свободным. Но наша свобода на Юге щедро оплачивалась варварам. Даже Гудеа – легендарный правитель Лагаша во времена правления гутий, платил им дань. Это было всё же лучше разграбленных храмов и разрушенных городов, как это было на Севере. Свободный Юг позволил нашему народу сохранить свою культуру, язык и историю. Это спасло нас от полного уничтожения, но мы заплатили слишком высокую цену за грехи Нарам-Суэна. 

Уже после того как прошла половина нисходящего цикла, принёсшего нашему народу огромные страдания, великие боги наконец услышали наши молитвы и сжалились над нашим царством. В 1648 году по календарю Ниппура (2112 год до н.э.) правитель города Урук по имени Утухенгаль свергнет последнего царя гутиев Тиригану, который правил ничтожные сорок дней.

Утухенгаль, как известно, был родом из простой семьи рыбаков, но именно ему боги позволили возглавить праведную освободительную войну и сбросить ярмо рабства, затянувшееся на 90 лет. Войско Утухенгаля разобьёт в открытом бою полководцев царя гутиев - шумера Ур-Ниназу и аккадца Наби-Энлиля. Сам Тиригану будет пленён и дорого заплатит за все унижения и пролитую кровь шумерского и аккадского народа.

Утухенгаль полностью и навсегда изгонит свирепых гутий из наших земель. После победы над «драконом, спустившимся с гор» , Утухенгаль принял по традиции титул «Царя четырёх сторон света». Он правил 7 лет шесть месяцев и пятнадцать дней, когда трагически погиб, утонув в водах Идиглата (Тигра)
 
- ... река унесла его труп, - как написано об этом в Царском списке.

На троне царя-освободителя сменил твой великий отец Ур-намму. Он был шагином (высший военный чин) Утухенгаля в городе Ур и его зятем. Ур-намму правил царством Шумера и Аккада до 1666 года (2094 год до н.э.). Имя Ур-намму звучало от земли до самых небес. Твой отец, при поддержке богов,  начал возрождать нашу страну из пепла и руин.

Первым делом Ур-намму построил в городе Уруке великолепный храм для своего владыки - бога Нанна (бог Луны). Он лично принимал участие в строительстве храма с помощью слуги, который носил его сумку со строительным инструментом. Позже могучий муж перенёс столицу царства в город Ур и стал называть себя царь Ура, царь Шумера и Аккада.
 
При Ур-Намму был составлен кодекс справедливых законов, поменялась налоговая система, была реформирована армия. В ней снова, как во времена Саргона, появились лучники. Ур-намму построил канал от Ура до Эриду, который служит не только для орошения полей, но и как кратчайший водный путь до берегов Нижнего моря (Персидский залив). Самым величественным сооружением, которое соорудил богоподобный Ур-намму в своей новой столице - городе Ур, стал зиккурат Экишнугаль и священный храм бога Нанна (бог Луны). Строительство храма, после смерти твоего блестящего отца полностью закончил уже ты, богоподобный и всемогущий Шульги -Син.

До начала восходящего цикла оставалось ещё 14 лет, когда на трон взошёл и засиял в полном блеске, ты, о Великий царь Шульги Син.

6. Восходящий цикл (1680 – 1740 годы по календарю Ниппура)

Нисходящий цикл закончился в 1680 году по календарю Ниппура (2080 год до н.э.). За это время ты продолжил дело жизни своего отца, завершил строительство храма богу Нанне, укрепил государство и увеличил его славу. Однако, настоящий расцвет и небывалое процветание в твоём царстве наступили уже после начала нового восходящего цикла.
Если следовать моей логике, то благоприятный цикл в истории нашего государства продлится ещё до 1740 года по календарю Ниппура (2020 год до н.э.). Сегодня, в священный месяц нисан 1696 года по календарю Ниппура (2064 год до н.э.) ты правишь уже в общей сложности 30 лет, из которых 16 лет пришлись на первую фазу начавшегося цикла роста. Ещё никогда за всю историю шумеров наше царство не было таким богатым и сильным. Урожаи твои высокие, стада твоих животных тучные, торговля по морю и по суше изобильная. В твоём царстве нет недостатка в строительном дереве, камне и металлах, хотя в наших землях их никогда не водилось. В каждом доме есть соль. Для жителей Шумера наступили дни изобилия, а все другие народы трепещут перед тобой. 

- О, Великий и могучий Царь Шульги-Син, могу смело утверждать, что в оставшиеся 44 года восходящего цикла ничто серьёзного не угрожает безопасности нашего народа и мощи твоего царства.
 
Помолчав немного, Энкид продолжил несколько усталым голосом.

- Люди бунтуют по различным причинам. Хотя ты и всесилен, но даже ты не можешь дать всем людям одинакового счастья и достатка, потому, что все люди - очень разные. Такой порядок был дан нам богами.  Кто-то богат - кто-то беден, кто-то здоров - кто-то болен, кто-то умён, а кто-то глуп, кто-то довольствуется малым и счастлив тем, что имеет, а кто-то живёт в роскоши, но жалуется и ропщет на судьбу. Расценивай проявления недовольства и возникновение беспорядков в твоём царстве, как предвестники непогоды на пока ещё чистом горизонте ясного неба твоих необозримых владений. Непогода когда-то наступит и в очередной раз над нашей страной разразится буря, но случится это ещё не скоро.

Не хочу тебя пугать, однако, если следовать логике цикличности всего сущего в мире, скорее всего, после окончания восходящего исторического цикла в 1740 году по Ниппуру, ситуация в царстве станет ухудшаться, стремясь к хаосу. Так случалось уже и не раз, независимо от того насколько благородны и умны были наши правители.

- Поверь, о Богоподобный, после тебя и твоих потомков, наша цивилизация снова возродится в каком-то новом виде, чтобы окончательно исчезнуть, исчерпав себя, пройдя полный и завершённый цикл своего развития в 60 циклов по 60 лет каждый. Этот завершённый цикл называется - эра. Наша эра закончится приблизительно в 3600 году по календарю Ниппура (160 год до н.э.). Как точно это произойдёт нам не дано знать, но, по всем законам космоса, наша эра закончится, исчерпав себя. Мы исчезнем как цивилизация и растворимся в наших потомках. Как заканчивается день, который сменяет ночь, как эмеш сменяет энтен, как благодатная вода полива растворяется и исчезает в почве земли.

- Прими это как намтар (судьба).

С последними словами, сидящий на нижней ступени трона Энкид, приложил правую руку к своему сердцу и низко склонил свою голову. Свет факелов осветил его благородную седину в ухоженных и густых волосах, скреплённых золотым обручем. Он не заметил, как при произнесении им слова «намтар», брови царя слегка дрогнули и нахмурились.

7

Царь Шульги-Син окинул долгим и проницательным взглядом склонившегося перед ним Энкида, обдумывая услышанное. Через некоторое время, показавшееся Энкиду вечностью, он медленно встал. Подол его конаса, обшитый богатой широкой бахромой, колыхнулся. Уверенно ступая он спустился со своего трона проходя мимо вставшего на ноги Энкида.

- В твоих словах, дубсар, есть доля истины и мне нечего тебе возразить, но и проверить твоё предсказание мы вряд ли сможем, - полуобернув к нему голову, медленно сказал скрипучим голосом царь Шульги-Син. - Это сделают уже наши потомки.

Царь в задумчивости, казалось без определённой цели, медленно мерил своими упругими шагами огромный тронный зал. Шульги-Син остановился перед невысоким серебряным столиком на изогнутых ножках. На нём стояла большая, широкобокая, в два куша  высотой, керамическая ваза чёрного цвета с фигурками на горлышке. Ваза мерцала в свете факелов таинственным, матовым светом. Царь постоял некоторое время перед ней, продолжая обдумывать услышанное. Затем он медленно повернулся к Энкиду и начал подходить к нему. Некоторое время он рассматривал стоящего перед ним Энкида. Затем, сменив тему, спросил:

- Слышал, что у тебя родился сын и наследник?

- О, да, мой повелитель. Я назвал его Балих, - ответил Энкид, покорно склоняя перед ним голову, опустив свои руки ближе к коленям. - Скоро у него будет первый большой юбилей – один год, - продолжил он, не поднимая глаза на царя.
Шульги подошёл ещё ближе к Энкиду и встал напротив него.

- Я сам хочу повязать твоему сыну Балиху магический двойной шнурок на живот, в этот день и сделаю ему свой подарок - когда он подрастёт, я возьму на себя расходы по его обучению в лучшей эдуббе моего царства. 

- Благодарю тебя, о Богоподобный, воистину твоя милость не знает границ! – c охватившим его целиком обожанием этого великого человека, отозвался восторженно-смиренно Энкид.

Царь медленно обошёл его и стал у него за спиной. Энкид не обернулся, когда Шульги несколько рассеяно спросил его:

- Надеюсь, ты соблюдаешь традиции и поедешь сегодня в дом своей первой жены, чтобы сохранить её привилегии?

Энкид намеревался сделать точно наоборот и поехать сначала к своему сыну и своей прекрасной наложнице, ставшей ему второй женой, но не посмел возразить царю и согласно опустил ещё ниже свои ладони к коленям.

Шульги-Син, от которого ощутимо веяло величием и теплом, обошёл его и развернулся к нему.

- Я хочу видеть тебя с супругой на празднике Нового года в моей ложе.

- Благодарю тебя, о, богоподобный царь! Это большая честь для меня!

Автоматически приложив в нижайшем поклоне сложенные ладони ко лбу, Энкид застыл в этой позе.

Шульги-Син постояв ещё немного, медленно повернулся спиной к Энкиду и, не прощаясь, размеренно, гордой спиной направился к потайной двери, ведущей в его царские покои. Аудиенция была закончена.

Когда дверь за ним закрылась, Энкид распрямился, непроизвольно глубоко вдохнул и медленно выдохнул, стряхивая с себя груз общения с великим и всемогущим человеком, обладающим силой богов. Он подошёл к ларцу с драгоценностями, стоящему в углу. Энкид не был алчным человеком и не собирался уносить с собой полные горсти драгоценностей, но две вещи, которые ему понравились, он взял с собой. Это был роскошный, массивный золотой перстень с сердоликом для себя – в память о сегодняшней встрече с царём и бусы из отборного крупного жемчуга для Нинсикиль, в дом которой он сегодня поедет.
 
На выходе из тронного зала Энкид остановился перед серебряным постаментом, к которому подходил царь. На нём стоял необычайной красоты большой керамический сосуд чёрного цвета, которого раньше он не видел в тронном зале. Он внимательно рассмотрел этот сосуд и был очарован его идеальными пропорциями и формами. Энкид разглядел, что верхняя часть сосуда и его горлышко были украшены жёлтым орнаментом в виде чередующихся птиц и рыб. В мерцании факела создавалось впечатление, что фигурки, которые украшали сосуд движутся. Даже несведущий человек мог понять, что перед ним стоит очень древний и очень дорогой шедевр мастеров. Энкид, как человек образованный, сразу определил по характерным деталям, которым его научил его друг профессор Умит, что этот редкий эскспонат был сделан гончарами самаррской культуры. Его возраст был не менее трёх тысяч лет. Он с благоговением прикоснулся свободной ладонью к уникальной работе древних мастеров, творивших свои бессмертные шедевры еще до начала шумерской эры.
Почувствовав почти незаметное колыхание факелов и услышав лёгкий шум открывающейся двери, Энкид погладил горлышко сосуда и с сожалением убрал руку. Размеренным шагом он направился в сторону основного выхода из тронного зала, где его уже ожидал писарь царя. Он почтительно молча проводил Энкида до выхода из резиденции, мимо безмолвно застывших на своих постах аморейцев царя. Их шаги звучали таинственно и глухо в анфиладе и гулко и торжественно в опустевшем к тому времени зале ожиданий с большим куполом. Установленные по стенам факелы равномерно освещали им путь. В одной из дальних ниш зала, как ему показалось, колыхнулась какая-то тень. Своим чутьём охотника Энкид определил, что там кто-то явно находился, скрываясь от света.
 
- Лишь бы не леопард, - с неуместным озорством подумал Энкид, находясь в хорошем настроении.

Когда он вышел на свежий воздух, он увидел огни дворца и города, лежащего под его ногами. Энкид остановился и стал любоваться правильными геометрическими очертаниями дворца в вечернем сумраке и его ухоженной территорией. В голове Энкида непрестанно вертелось:

- Великий Шульги-Син назвал меня дубсар! Я сидел на его троне вместе с ним!
Распухшее и пульсирующее в висках и груди эго Энкида хотело выкрикнуть в тишину клич победы, так громко, чтобы его услышала целая Вселенная, ведь он достиг вершины!

- Славлю тебя, о всесильный и великий бог Уту! – благодарил он своего покровителя.

Чуть успокоившись, Энкид выдохнул с облегчением, освобождая свои живот и лёгкие. Только теперь он почувствовал прилив усталости. Такой, когда перестают держать и подкашиваются, ставшие ватными, ноги. За навалившейся физической усталостью, пришло какое-то опустошение - как будто из него выжали до капли все эмоции. Энкид медленно вдохнул носом воздух, пахнувший вечерней прохладой и влажный по вкусу от близости каналов. Слегка закинув голову назад, он задержал дыхание, расправил свои плечи и глубоко выдохнул, разминая свою шею и опуская вниз голову. Он снова вдохнул носом, широко расставляя в стороны свои руки, словно обнимая весь мир и открываясь ему.

Энкид поднял глаза на потемневшее небо. Было то время, когда начался новый день, но ещё не взошла луна, а самые первые звёзды, ярче которых светилась вечерняя звезда (Венера), уже призывно сияли из небесной выси, излучая пульсирующие сигналы вечности, неподвластные пониманию человека.


Рецензии