Когда девушки вернулись на площадку, лошади уже прибыли, но до съёмок было ещё далеко. Лариса взяла ящик с гримом и пошла к своим коллегам по ремеслу, а к Наде подскочил Женя-постановщик.
– Ну, где ты была, ребеночек? Я тебя везде ищу!
– Мы с Ларисой…
– А ты знаешь, что я здесь родился, на Подоле? Пошли, я тебе хочу показать мой дом и двор, в котором я вырос.
Они взялись за руки и почти побежали по булыжной мостовой.
Свернули, нырнули под какую-то арку и оказались в тихом, неприметном, со всех сторон закрытом дворике… где не было ни души.
Странная наступила минута. Женя что-то говорил, но это не нарушало тишины вокруг, какой-то особой тишины, как будто они, и в самом деле, на один миг «нырнули» в прошлое.
Потом, когда возвращались обратно, и впереди из темноты уже слышны были знакомые голоса и можно было различить знакомые фигуры членов группы, Женя внезапно огорошил ещё одной откровенностью:
- Все говорят: Надя странная. Надя странная… я вот смотрю на тебя – а ты и правда какая-то…. Как будто ты из дурдома сбежала! Нет! Я не говорю, что ты правда оттуда сбежала, но твои рассуждения и поступки какие-то ненормальные!
Она хотела отвечать, но начались съёмки, и все разошлись по своим местам.
Дорога-37
Д-38
http://proza.ru/2018/12/16/1016