http://proza.ru/2022/12/14/1448
Очнувшись, я обнаружила себя перед чудесным памятником Софии Пло, которую, согласно легенде, убил из ревности её муж Леон, поставлявший на рубеже XIX-XX веков в Россию сталь и чугун из Европы. Убил и покончил с собой.
Мраморную розу, вложенную Психее в руку неизвестным скульптором, давно уничтожили вандалы. Но кто-то постоянно приносит сюда одну живую алую розу.
Потом я спустилась с холма, на котором расположено старое (Петровских времён) Введенское кладбище, и долго брела по мрачной, загромождённой монстрами-исполинами улице. Улице, где затерялось моё детство.
Чем ближе к метро, тем плотнее толпа семенящих навстречу человечков. В этом нескончаемом потоке мне всё труднее находить брод. На лицах - общее выражение. Выражение безразличия друг к другу, к жизни. Уныло волокут они за собой собственные тени, как мешки, заполненные пустотой.
Метро. Вереница неодушевлённых лиц-личин на встречном конвейере-эскалаторе - поточной линии штамповок.
Там, на медальонах и барельефах кладбища, лица иные. Одухотворённые. В каждом своё выражение. Неужели это смерть превратила эти лица в лики? Или они и при жизни были такими?
Интересно было бы увидеть портрет Леона на надгробье. Но его нет. Хотя памятник себе он всё-таки оставил.
Неподалёку от Устьинского моста со стороны Замоскворецкой набережной и сегодня можно увидеть канализационный люк с тиснением "ЛФПЛО". Люк как новенький: чугун качественный. И по размеру немного больше стандартных.
Любопытно, в какой портал ведёт этот люк?
Что бы то ни было за гранью:
обещанная Встреча,
блаженство ль райских кущ,
иль кукиш,
или куш...
Душа – хранилище воспоминаний.
Воспоминания – обитель душ.