Меня зовут Оля. 43 года. Двое детей, разваленный брак, две кошки (одна из них — бывший муж в метафорическом смысле) и стойкое ощущение, что счастье где-то есть, но просто живёт в другой стране. В идеале, в Италии.
Потому что где, как не в Италии, умеют красиво говорить комплименты, красиво пить вино, и красиво не платить налоги?
Я поддалась искушению сайтов знакомств. Там — сплошь «итальянские каникулы»: вино, сыры, балконы с видом на вечность и обещания, сладкие, как канноли. Особое место в моей коллекции разочарований занял Андреа. Ресторатор, ценитель женских душ и тел (именно в такой последовательности, разумеется).
На фото — смесь Антонио Бандераса с Джорджем Клуни.
В реальности — смесь флиртующего бухгалтера с гномом из «Хоббита».
Но я поехала. Клянусь, трезвая. Просто была весна, было скучно, а фраза «ты себе это заслужила» прилипла, как реклама антивозрастного крема.
Прилетела. Встречалась с пятью. Один был сапожник. Один безработный и очень философский. Один показал свою коллекцию кепок. Я сказала "браво" и сбежала через кухню.
На четвёртый день у меня выпала ресница и вера в человечество.
На пятый, я ехала в аэропорт, глотая кофе и собственное разочарование.
В римском аэропорту Фьюмичино я сидела в зале ожидания, с облезшим чемоданом и лицом «не подходи — укушу». Напротив сидел мужчина. Лет сорока пяти. Тёмный пиджак, книга в руках. Улыбнулся. Просто так.
— Ciao, — сказал он.
— Здравствуйте, — ответила я. — Улыбаться ко мне опасно. Я женщина на грани.
Он рассмеялся.
— Я — Марко. Лечу в Лондон, конференция по архитектуре. А вы?
— Домой. Москва. И несколько убитых иллюзий в багаже.
Он протянул мне кофе.
— Вот. Попробуйте. В Италии это лечит почти всё.
Он смотрел как-то по-другому. Не сквозь, не поверх, не «а есть ли у вас младшая сестра», а прямо, с уважением и интересом.
Мы разговаривали час. Потом ещё сорок минут. Потом объявили посадку.
— А если я захочу показать вам Тоскану, — сказал он, — вы когда снова приедете?
Я рассмеялась:
— В следующей жизни.
Он поднял брови:
— А вдруг в следующем отпуске?
Самолёт приземлился в Шереметьево. Я включила телефон и он звонил. Уже. Через пять минут после посадки.
— Ты добралась? — спросил он. — У меня только один вопрос.
— Какой?
— Ты когда снова приедешь?
Я улыбнулась. Впервые за долгое время не горько, не иронично. По-настоящему.
— В августе у меня отпуск.
— Отлично. Тогда я начну бронировать Тоскану.
Мы переписывались неделю. Потом две. Потом я уже знала, что его любимый цвет тёплый серый, что он боится быстрой езды, и что его первая любовь звали Паола, и она ушла к физику.
(Что характерно, тот физик потом бросил физику. И Паолу.)
Марко писал тонко. Без «Привет, красотка» и «Скинь фото ног». Он спрашивал:
— Как ты засыпаешь? С книгой или с шумом?
— О чём ты молчишь чаще всего?
— Ты когда-нибудь танцевала одна в комнате?
И я танцевала.
В пижаме, в тапках, на грязном ковре IKEA под Eros Ramazzotti.
Творческий союз мамы и дочери)
Продолжение следует…
http://proza.ru/2025/07/20/1801