Утром от Распопина пришло сообщение: «Привет! Как здоровье? Заехать за тобой в 15.00?»
Я уже нежилась в ванне, отмокая перед выходом в свет. Хотелось навести красоту по полной программе. Не скажу вслух, для кого я старалась. Будем думать, что для себя любимой. Сообщение Артёма застало меня врасплох. Нет, начало предсказуемое. Поздоровался, справился о самочувствии. Накануне мы не обсуждали вопрос, как будем добираться на праздник. Александр Григорьевич для подобного рода мероприятий всегда заказывает экскурсионный автобус. Есть, конечно, и те, кто добирается на личном автотранспорте, и, видимо, зам генерального решил отнести себя к их числу. Тогда встаёт другой вопрос: он планирует веселиться на трезвую голову или хочет воспользоваться предложением остаться в одном из предложенных номеров на ночь? Первый вариант меня никак не устраивал. Разумеется, после вчерашних откровений Артёма я уяснила его отношение к алкоголю. С другой стороны, позволил же он себе выпить накануне.
А, собственно, почему меня должно волновать его состояние? Я не собираюсь крутить перед ним хвостом. С меня хватило и вчерашней оплеухи в виде его предостережения.
«Я поеду со всеми вместе в автобусе, - настрочила я быстро, но, прежде, чем отправить, дописала в самом начале: Доброе утро! Спасибо, уже лучше!»
Вежливость ещё никому не помешала. Пусть запишет на свой счёт моё чудесное исцеление за ночь, ведь это он позаботился обо мне и купил лекарства.
Я приехала в офис заблаговременно до отправления автобуса. Хотелось проверить, что там наработали без меня девочки накануне.
Просмотрев заполненные анкеты соискателей, изучив полученные по электронной почте письма и оставив свою резолюцию на некоторых внутренних документах, я собиралась закрыть кабинет и идти в автобус, как неожиданно дверь распахнулась, и на пороге нарисовался Артём Владимирович. Увидев меня при параде, он лишился дара речи, по крайней мере, мне бы хотелось именно так расценить его молчаливое рассматривание принарядившейся к празднику коллеги.
- Добрый день, - первой поздоровалась я.
- Добрый! – эхом отозвался он, продолжая пялиться.
Да, я сегодня была особенно хороша. Светлые локоны волнами спускались на слегка приоткрытые в глубоком вырезе плечи. Яркий вечерний макияж подчеркнул глубину моих голубых, словно ясное небо, глаз. Серебристое платье, обтягивающее грудь и узкую талию, с бёдер мягко струилось вниз, целомудренно пряча ноги. В ушах и на шее поблёскивал подаренный родителями на окончание университета комплект из белого золота с небольшими бриллиантами. Завершил мой образ ненавязчивый аромат от известного бренда духов, пару капель которых я добавила на зону декольте и запястья.
Распопин, наверное, мог бы ещё долго находиться в ступоре, если бы я не спросила:
- Интересуют новые соискательницы на должность секретаря-референта?
Он стряхнул с себя наваждение и вернулся с небес на землю. Не знаю, что творилось в его голове, только мой вопрос он явно прослушал.
- Что ты сказала?
Пришлось подчёркнуто «выкнуть» ему:
- Я спросила, по поводу новых резюме секретарей Вы зашли или была какая-то другая причина?
- Валерия, Вы… ты восхитительно выглядишь!
Комплименты в свой адрес мне чаще всего доводится получать от Деда. Он никогда не скупится лишний раз озвучить вслух то, что думает: «Дочка, ты просто красавица!», а потом всё тем же по-отечески добрым тоном интересуется: «Ну, что там у тебя? Где подписать?» и утыкается носом в бумаги. Я, естественно, всегда скромно благодарю его и мило улыбаюсь, понимая, что это не способ подкатить ко мне, а всего лишь проявление его покровительствующей любви и заботы.
Распопин за последние два дня уже дважды отвесил мне комплименты. Что это значит? Раньше подобного за ним не наблюдалось.
- Благодарю, Артём Владимирович, мне очень приятно, что Вы так думаете, - и переводя тему, тут же продолжаю, - достойных соискательниц за вчерашний день не прибавилось.
Он «угукнул» в ответ и вышел, по-моему, всё ещё находясь в некоем трансе.
Я ещё раз просмотрела анкеты и убедилась, что ни капли не соврала. Накинула на плечи шубку, погасила свет и вышла, заперев за собой дверь.
Автобус уже почти заполнился сотрудниками. Входя в салон, я громко поздоровалась со всеми.
- А вот и Снегурочка! – по-доброму засмеялся Александр Григорьевич, сидящий прямо за водителем в своём любимом костюме Санта Клауса.
Наверное, длинное серебристое платье в сочетании с белой шубкой действительно подчёркивало моё сходство с внучкой Деда Мороза. Я широко улыбнулась и вопреки ожиданиям Артёма Владимировича, придерживающего рядом с собой свободное место, очевидно, для меня, уселась рядом с генеральным.
- Предлагаю дружить домами! – процитировала героя известного советского фильма.
- Согласен! Встречное предложение: дружить семьями! – продолжил цитату Дед.
Конечно, сотрудники тут же поняли, что шутка относится к интернациональной дружбе двух символов Нового года из разных стран и культур, и от души посмеялись.
Невесело было только Распопину, он отвернулся к окну и уставился отсутствующим взглядом на улицу.
Меня озадачил один вопрос: что Артём делает в автобусе, если предлагал поехать на его автомобиле? Придумать варианты ответов я не успела, так как Александр Григорьевич, забавно покряхтывая: «О-хо-хо!», принялся выуживать из своего мешка подарки. Каждый презент он сопровождал парочкой слов, в соответствии с которыми коллеги дружно выбирали, кто это заслужил.
- Самому разговорчивому в нашей компании!
И народ дружно отвечал:
- Андрею Васильевичу!
Действительно, болтливее сотрудника вряд ли можно было сыскать. Заведующий хозяйством, мужчина лет пятидесяти, мог разговорить кого угодно.
- А теперь самой стеснительной и скромной девушке, - намекнул Дед.
- Юленьке! – раздалось в ответ, подразумевая единственную девушку в IT-отделе, которая быстрее справлялась с любой техникой, но всегда прятала глаза от людей.
Звание самого целеустремлённого, естественно, досталось Распопину. Я бы попросту назвала его выскочкой, но кто подарки вручает, тот характеристики и придумывает, поэтому пусть будет так, как решил Козырев.
- Самой хрупкой, но сильной! – раздалось в следующий момент.
Я была удивлена, что офисные работники, не сговариваясь, назвали моё имя. Может, и в самом деле со стороны виднее.
Когда каждый из присутствующих в автобусе удостоился своего эпитета и подарка, генеральный с чувством исполненного долга уселся обратно в кресло. Я поняла, что настала моя очередь.
- Самому доброму человеку в нашей организации Снегурочка приготовила отдельный подарок, - сказала я, поднимая вверх подарочный пакет.
- Александру Григорьевичу, - нестройно прозвучало от сотрудников, а я кивнула и выудила наружу бутылку дорогого коньяка.
Знаю, что главный практически не пьёт, но устоять против хорошего алкоголя вряд ли сможет.
- Спасибо, дочка! – от души поблагодарил он и расплылся в счастливой улыбке.
Возможно, кто-то из коллег посчитает мой жест неискренним, но Козырев был не из тех людей, чьё расположение можно заполучить с помощью подарков. Он каждому человеку давал шанс, а затем делал выводы: либо любил и защищал, либо терпел до первого промаха. Наши отношения с ним сложились давно, что-то доказывать сейчас было уже лишним.
Остаток пути до базы отдыха «The wonders» мы громко шутили, распевали на весь автобус новогодние песни и много смеялись.
Даже Распопин перестал дуться, что я не составила ему компанию, отдав предпочтение генеральному. Каждый раз, когда я оборачивалась к позади сидящим людям, он старался поймать мой взгляд. Что при этом хотели сказать его глаза, я понять никак не могла. Пусть скажет вслух – решила я и перестала «гадать на кофейной гуще».
Продолжение: http://proza.ru/2026/01/11/1548