Однажды глухим декабрьским вечером, где-то около 12 ночи раздался сильный стук в окно. Телевизоров тогда не было, на работу вставать рано, словом, мы уже спали. Пока я проснулся, сообразил, в чем дело, оделся и прочее, стукача и след простыл. Ну, и бог с ним. Значит, так надо было. Утром узнал, что меня избрали вторым секретарем райкома комсомола, хотели спросить согласия и представить активу, но не достучались. Так я стал комсомольским работником.
Коллеги ИТР откровенно недоумевали: хоть бы уж первым, а то лишь вторым. У меня как раз в это время заканчивался годичный кандидатский стаж, после которого принимали в члены партии, и особенно противиться не было возможности. Формула была четкая: «Партия сказала – надо, комсомол ответил – есть».
Честно сказать, и для меня это был сюрприз: никакого предварительного разговора не было. Но повод, кажется дал. С полгода перед этим был районный актив рыбаков, на котором директор предложил выступить вместо него, а посоветовать, о чём сказать, не догадался. И я, как только попал на трибуну, с азартом небитого кочета врезал всем от души и под завязку: про нехватку запчастей и накопившиеся неликвиды, о встречных перевозках и бюрократической волоките, о бестолковщине в использовании сезонников, ну и так далее. Безобразий действительно было много.
Директор мой только удрученно головой качал, и не понять было, в знак сочувствия или осуждающе. На мероприятии присутствовал Павел Яковлевич Афанасьев – первый секретарь обкома партии, из кондовых довоенных кадров послеоктябрьской формации. И вот он встает в президиуме – тогда манера была такая – прерывает, и, показывая на меня пальцем, обращается к сидящим в зале со словами одобрения и поддержки.
Сейчас только я понимаю, что иначе он не мог поступить, так как сам бы тогда оказался среди тех, на кого я «катанул бочку». Наверное, из-за его поддержки этот эпизод прошел для меня безнаказанно. Впрочем, возможно, я ошибался, когда так думал. Ничто в жизни безнаказанно не проходит.
Продолжение здесь: http://proza.ru/2022/10/29/401