ГЛАВА 4 ВСТРЕЧА
К восьмой годовщине Победы в Великой Отечественной войне готовился праздничный концерт, который должен был состояться в недавно отстроенном к этой дате Доме культуры. После работы Ия с Верой торопились на репетицию. Девушек по такому случаю освободили от работы в ночные смены.
Забежав в вестибюль, Ия с Верой услышали звуки баяна. Геннадий Евгеньевич, сидя на табурете, наигрывал «Темную ночь». Он не слышал, как девушки вошли в зал. До репетиции оставалось минут двадцать, и он, не подозревая, что в зале появились первые слушатели, запел чистым баритоном, вкладывая в каждую строку песни столько чувств, что, казалось, песня звучала не хуже, чем у Марка Бернеса.
Ия поднялась на сцену, встала позади баяниста и, дождавшись, когда Геннадий Евгеньевич закончит петь первый куплет песни, вторым голосом подхватила:
- «Как я люблю глубину твоих ласковых глаз, как я боюсь к ним прижаться сейчас губами»… Удивившись, Геннадий Евгеньевич улыбнулся. Он догадался, кто ему подпевал. Вместе с Ией они закончили песню. Верка и к этому времени подошедшие участники репетиции зааплодировали вновь родившемуся дуэту.
Репетиция началась. Ставились сценки на военную тематику, нашлись и фокусники. Звучали стихи и песни. Васька, жених Веры, как всегда, опаздывал и задерживал репетицию танца, который исполнял с Ией.
Вера сбежала со сцены, села рядом с подругой. В зале внезапно погас свет. Все загудели, начали возмущаться. Свет вновь загорелся, и в зал, имитируя звук барабана, с чёткой отмашкой рук, как на параде, маршируя и чеканя шаг, вошёл Василий.
- Вот дурик! - сказала Вера, - не может без балагурства.
Поднявшись на сцену, «дурик» развернулся на 180 градусов, отдал честь всем присутствующим в зале и лихо отрапортовал:
- Главный участник концерта на репетицию прибыл! - В зале послышался громкий хохот, и Васька, довольный своей удавшейся шуткой, расплылся в широкой улыбке.
Спрыгнув со сцены, парень подбежал к подругам. Остановившись напротив Ии, Василий галантно протянул партнёрше руку, приглашая к танцу. Зазвучали первые аккорды «Голубого платочка». С той же элегантностью Василий провел Ию на сцену, и в ритме военного вальса партнёры сделали первый круг, увлекая за собой остальные пары. И все, забыв о Васькиной шутке, любовались воздушными движениями танцующих девушек и галантностью их кавалеров.
С репетиции девчонки пришли поздно. Дома Ию ждал Борис, её старший брат.
- Ты один? - спросила Ия, - а где Саша?
Борис молчал. Он смотрел на сестру, нервно теребя в руках кепку.
- Что случилось, Боря? Почему ты молчишь? - с тревогой спросила сестра, предчувствуя что-то недоброе.
Опустив голову, голосом, полным боли, Борис произнес:
- Нет Сашки... Убили его... Завтра похороны.
У Ии что-то оборвалось в груди от неожиданного известия. Она присела на лавку рядом с братом. Вера с бабой Дуней ушли в другую комнату, не желая вмешиваться в этот горестный разговор. Ия смотрела куда-то в одну точку. На глаза наворачивались слезы. Боль увеличивалась, готовая в любой момент выплеснуться наружу. Может, так и нужно бы, выплакаться во все горло, чтоб небеса услышали, чтоб эти мука и страдание дошли до Всевышнего. Почему ей суждено терять дорогих людей? Когда судьба станет к ней благосклонна? Уткнувшись в плечо брата, Ия тихо плакала.
Сашу Ия видела четыре дня назад. Она так радовалась его приходу после долгого отсутствия. Сестра хотела о многом спросить, да и просто поговорить. Но он торопился куда-то, оставив ей на хранение свёрток. Что было в нём, Ия не знала, да ей это было и не важно. Она хотела просто пообщаться с Сашей. А он ушёл. И вот... Об этом девушка сейчас рассказывала Борису тихим, дрожащим голосом.
- Где этот свёрток? - спросил брат.
Достав свёрток из тумбочки, Ия передала его Борису, который тут же начал разворачивать бумажный пакет. Это были деньги, большие деньги. Ия никогда не видела такой суммы.
Швырнув пакет на пол, Борис гневно произнёс:
- Вот за что его убили! Говорил же ему! Брось эту компанию! Иди к нам работать! Станочником хотел его устроить.
Ия не слышала, о чём говорил Борис. Она смотрела на рассыпанные по полу купюры. Повернувшись к брату, она спросила:
- Откуда это у Саши? Боря, он вор?
- Да не вор он, - начал брат, - карты стали его страстью. Он проиграл крупную сумму. У кого-то перехватил под проценты деньги, чтобы отыграться. Отыграться получилось. Так он решил утаить деньги и не отдавать. Начал прятаться. Всё мечтал уехать да жизнь себе устроить. Сколько я его не отговаривал, он и слушать не хотел. Я вызвался сам передать деньги, найти тех, кому он был должен, а он, видишь, где решил их припрятать? Узнать бы, с кем он был связан, собственными руками задушил бы сволочей!? - в сердцах закончил брат.
- Где нашли Сашу? - отрешённо спросила Ия.
- В угольном овраге за городом. Горло перерезали! – закрыв лицо ладонями, сказал Борис.
Они ещё долго сидели, разговаривали, планировали, что нужно для похорон, ведь хоронить Сашу больше некому было.
На следующий день Борис все деньги отнёс в милицию, надеясь, что это послужит хоть какой-то зацепкой для поимки преступников. Хоронили Сашу второго мая. Но смерть Саши не сплотила Бориса и Ию, наоборот, брат совсем перестал приходить к сестре. Ия слышала, что Борис женился, но на свадьбу почему-то она не была приглашена.
9 Мая 1953 года новый Дом культуры заполнялся гостями. Много было фронтовиков, подтянутых, в орденах, в широких галифе и до блеска начищенных сапогах. Они приветствовали друг друга, обнимались, пожимали руки, громко разговаривали, каждому хотелось рассказать что-то о себе.
Все приглашённые занимали места в зале, который гудел от множества голосов. Все заняли свои места в зале. Послышались отдельные хлопки, вызывающие артистов на сцену. Вера тряслась от страха, волнуясь, что после того, как первым выступит духовой оркестр, ей нужно будет выходить на сцену. Перед такой огромной аудиторией ей ещё никогда не приходилось читать стихи. Ия над ней подтрунивала, стараясь отвлечь подругу от волнения. У неё это получалось, и Верка начинала тихо и судорожно хихикать.
- Слушай, Верка, если не прекратишь труситься, я сегодня же твоего Василия уведу в ритме вальса, соблазню и в ЗАГС потащу, - шутила Ия, искоса поглядывая на подругу.
- Ничего у тебя не получится, дорогая. Уже соблазнен, ЗАГС на носу, да и любит он только меня за мою шикарную фигуру, а с худосочными он только вальсирует.
За шутками подруги не заметили, как оркестр отыграл «Марш Славянки», и был объявлен номер Веры. Василий тихонько толкнул подругу, и та поняла, что её час настал. Слегка поправив причёску и не успев разволноваться вновь, Вера выбежала на сцену. Окинув взглядом зрителей, она остановилась на женщине в четвёртом ряду, с ласковой улыбкой, чем-то напомнившей ей бабушку. Её добрые глаза могли бы поддержать Веру в этой непривычной для неё обстановке. Нервно теребя складки юбки, девушка начала читать стихотворение Симонова "Жди меня". Она смотрела только на эту женщину, взгляд которой подбадривал. Больше Вера никого не замечала, она даже собственного голоса не слышала. Прочитав стихотворение до конца, она осмотрела зал. Тишина в зале пугала. Посмотрев на женщину в четвертом ряду, она словно просила о помощи. И тут... Гром аплодисментов заставил Веру вновь прийти в себя. Она залилась ярким румянцем, низко поклонилась и быстрым шагом удалилась под бурные овации.
- Молодец, Верочка! - слышалось со всех сторон.
Дебют девушки состоялся.
Наступила очередь Ии и Геннадия Евгеньевича. Девушка вышла на сцену с высоко поднятой головой, уверенная в своём успехе. Но ей, как и Верочке, нужна была поддержка кого-то из зрителей. Пока баянист играл вступление, Ия быстро пробежалась глазами по рядам и, не найдя нужного взгляда, уже собралась петь. Случайно посмотрев в самый конец зала, она увидела молодого мужчину, который тоже смотрел на неё. Он ей кого-то напомнил.
Ия запела. В первых рядах дуэту подпевали. Боковым зрением Ия видела артистов за кулисами, слышала баритон Геннадия Евгеньевича и вдруг почувствовала пронизывающий её насквозь взгляд из глубины зала. Она словно была загипнотизирована этим взглядом, хотя при слабом освещении не видела глаз незнакомца. Девушка уже не могла оторвать от него глаз. Какая-то неведомая сила тянула её к нему.
Зал взорвался аплодисментами. Ия забежала за кулисы, направилась в раздевалку, чтоб переодеться к следующему номеру. Она не слышала взволнованно щебечущих девушек, готовившихся к своему выходу, не замечала Веру, которая помогала ей надеть бальное платье. Она машинально поправляла волосы, расправляла пышную юбку, на вопросы отвечала что-то невпопад. Вера, заметив рассеянность подруги, ущипнула её за локоть:
- Ты что, словно, укушенная? На тебе ж лица нет!
- Нет, ничего, - сбивчиво ответила Ия. - Просто я... - и, не договорив, быстро вышла из раздевалки. Выбрав за кулисами место, с которого зал просматривался, как на ладони, Ия стала искать темноволосого мужчину. Не увидев его на прежнем месте, она досадно вздохнула и побежала к стайке подруг в воздушных платьях, ожидавших своего выхода.
9 Мая 1953 года новый Дом культуры наполнялся гостями. Много было фронтовиков, подтянутых, в орденах, в широких галифе и до блеска начищенных сапогах. Они приветствовали друг друга, обнимались, пожимали руки, громко разговаривали, каждому хотелось рассказать что-то о себе.
Все приглашённые занимали места в зале, который гудел от множества голосов. Постепенно все уселись. Слышались отдельные хлопки, вызывающие артистов на сцену. Вера тряслась от страха, волнуясь, что после того, как первым выступит духовой оркестр, ей нужно будет выходить на сцену. Перед такой огромной аудиторией ей ещё никогда не приходилось читать стихи. Ия над ней подтрунивала, стараясь отвлечь подругу от волнения. У неё это получалось, и Верка начинала тихо и судорожно хихикать.
- Слушай, Верка, если не прекратишь труситься, я сегодня же твоего Василия уведу в ритме вальса, соблазню и в ЗАГС потащу, - шутила Ия, искоса поглядывая на подругу.
- Ничего у тебя не получится, дорогая. Уже соблазнен, ЗАГС на носу, да и любит он только меня за мою шикарную фигуру, а с худосочными он только вальсирует.
За шутками подруги не заметили, как оркестр отыграл «Марш Славянки», и был объявлен номер Веры. Василий тихонько толкнул девушку, и та поняла, что её час настал. Слегка припушив волосы и не успев разволноваться вновь, Вера выбежала на сцену. Окинув взглядом зрителей, она остановилась на женщине в четвёртом ряду, с ласковой улыбкой, чем-то напомнившей ей бабушку. Её добрые глаза могли бы поддержать Веру в этой непривычной для неё обстановке. Нервно теребя складки юбки, девушка начала читать стихотворение Симонова "Жди меня". Она смотрела только на эту женщину, взгляд которой подбадривал. Больше Вера никого не замечала, она даже собственного голоса не слышала. Прочитав стихотворение до конца, она осмотрела зал. Тишина в зале пугала. Посмотрев на женщину в четвертом ряду, она словно просила о помощи. И тут... Гром аплодисментов заставил Веру вновь прийти в себя. Она залилась ярким румянцем, низко поклонилась и быстрым шагом удалилась под бурные овации.
- Молодец, Верочка! - слышалось со всех сторон.
Дебют девушки состоялся.
Наступила очередь Ии и Геннадия Евгеньевича. Девушка вышла на сцену с высоко поднятой головой, уверенная в своём успехе. Но ей, как и Верочке, нужна была поддержка кого-то из зрителей. Пока баянист играл вступление, Ия быстро пробежалась глазами по рядам и, не найдя нужного взгляда, уже собралась петь. Случайно посмотрев в самый конец зала, она увидела молодого мужчину, который тоже смотрел на неё. Он ей кого-то напомнил.
Ия запела. В первых рядах дуэту подпевали. Боковым зрением Ия видела артистов за кулисами, слышала баритон Геннадия Евгеньевича и чувствовала пронизывающий её насквозь взгляд из глубины зала. Она была загипнотизирована этими глазами, хотя и не видела их при слабом освещении. Снова посмотрев в сторону незнакомца, Ия уже не могла оторваться от него, потому что какая-то неведомая сила тянула её к нему.
Зал взорвался аплодисментами. Ия забежала за кулисы, направилась в раздевалку, чтоб переодеться к следующему номеру. Она не слышала взволнованно щебечущих девушек, тоже готовившихся к своему выходу, не замечала Веру, которая помогала одеть ей бальное платье. Она машинально поправляла причёску, расправляла пышную юбку, на вопросы отвечала что-то невпопад. Вера, заметив рассеянность подруги, ущипнула её за локоть:
- Ты что, словно, укушенная? На тебе ж лица нет!
- Нет, ничего, - сбивчиво ответила Ия. - Просто я... - и, не договорив, быстро вышла из раздевалки. Выбрав за кулисами место, с которого зал просматривался, как на ладони, Ия стала искать молодого мужчину. Не увидев его на прежнем месте, она досадно вздохнула и побежала к стайке подруг в воздушных платьях, ожидавших своего выхода.
Концерт прошёл с блеском. Долго звучали аплодисменты, зрители не хотели отпускать артистов. Слышались слова благодарности в адрес выступивших сегодня молодых талантов.
В фойе звучала весёлая музыка, зазывая всех к танцевальному вечеру. Ия в своем красивом бальном платье вошла в фойе, чтобы отыскать Веру с Васей, раньше всех убежавших на танцы. Увидев их, танцующих вместе с другими парами, девушка помахала им рукой. Остановившись у колонны, стала смотреть по сторонам.
«Где я могла его видеть?» - не переставала думать Ия. Тут она заметила, что мужчина, которого она пыталась вспомнить, идёт к ней. «О, Боже! - заметив, что незнакомец слегка припадает на левую ногу, - цыган из зеркала!» В памяти за одну секунду всплыла та Крещенская ночь: зеркала, обручальное кольцо и длинный коридор из свечей. Мурашки пробежали от макушки до пяток. Заметив волнение девушки, мужчина подошёл к ней, протянул руку и пригласил её на танец.
Глядя в затылок «цыгана», как завороженная, Ия шла за ним. Она чувствовала какую-то непонятную силу, исходившую от него. В танце девушка не глядела на партнёра, боясь встретиться с ним взглядом. Мужчина, несмотря на хромоту, мастерски вёл её, и Ия, наконец, раскрепостилась, встрепенулась и позволила себе раствориться вместе с незнакомцем в волшебных звуках вальса. Ия не замечала друзей, с любопытством рассматривающих её партнёра, не слышала, о чём они шепчутся, глядя в их сторону. Она, как и тогда, на Новогоднем балу, вновь почувствовала себя Золушкой. А они кружились ещё и ещё, ни разу не перемолвившись словом, но по движениям в танце и лёгким прикосновениям хорошо чувствовали и понимали друг друга.
Вечер близился к концу. Держа Ию за руку, мужчина сказал:
- Я провожу тебя!
Девушка ничего не ответила, потому что сказанная фраза была произнесена так твёрдо, что никаких возражений не должно было быть.
Они шли молча. Чувствуя неловкость от молчания, Ия решила разрядить обстановку, спросив с осторожностью:
- А Вы цыган?
После нескольких секунд раздумья от неожиданно заданного вопроса, с удивлением посмотрев на свою спутницу, мужчина тоже спросил:
- А почему цыган? С чего ты взяла? Я что, похож на цыгана?
- Да, - робко ответила Ия. - Чёрные кудрявые волосы, смуглость, - описывая его внешность и искоса поглядывая на мужчину, говорила она. - Да и глаза, наверное, тоже чёрные?
- Нет, глаза у меня зелёные. Вот посмотри... - Он повернулся к девушке, слегка присел, чтоб при свете фонаря Ия смогла определить цвет его глаз.
От неожиданности девушка отпрянула назад. Споткнувшись о камень, едва не свалилась с ног, но вовремя была подхвачена сильными руками. Почувствовав неловкость, Ия попыталась высвободиться из объятий.
- Пусти... - тихо сказала Ия. - Да пусти же! - уже настойчиво произнесла она.
- Не получится... - услышала она нежный шёпот. Совсем близко она почувствовала его дыхание. Сердце забилось. Волна приятной истомы пробежала по всему телу. Тепло и волнующая лёгкая дрожь исходили от незнакомца. Он был рядом, и Ие уже не хотелось отпускать его. Она прижималась всё крепче и крепче, боясь упустить это волнующее мгновение. Вдруг руки, державшие девушку, резко расслабились, «цыган» отошёл в сторону. Он тихо спросил:
- Далеко до твоего дома?
- Мы почти пришли, - указывая в сторону деревянного домика, ответила девушка, не поняв резкой перемены в своём спутнике.
- Идём! - произнёс он. - Уже поздно, и тебя, наверное, уже заждались. - Взяв Ию за руку, мужчина направился к дому. Прощаясь, «цыган» задержал на девушке долгий взгляд, затем притянул к себе и осторожно прикоснулся к её губам, нежным и мягким, с лёгким цветочным ароматом помады. Он не переставал целовать её. И вдруг, как и в первый раз, внезапно отстранившись, мужчина сказал, - пока! - сбежал с крыльца, и уже совсем скоро его силуэт растворился в темноте майской ночи. Ие было непонятно, что же произошло, что она сделала не так, почему он так внезапно ушёл, ничего не объяснив. Мысли путались. Она присела на ступеньку крыльца, забыв, что была в бальном платье. Вспоминала, как они кружились в танце, как она надёжно чувствовала себя в его руках, как хорошо было ей от его поцелуев. «Я, кажется, влюбилась, - подумала Ия, - и мне очень хочется его видеть». Весенний ветерок заставил её слегка вздрогнуть, но думая о своём новом знакомом, она не замечала ни ночной прохлады, ни времени.
- И долго ты здесь собираешься сидеть, - услышала Ия голос бабы Дуни. - Верка-то уже десятый сон досматривает, а ты мёрзнешь тут. Айда, утро ужо вон скоро... Вставай, вставай! - взяв девушку за руку, строго сказала бабушка.
Ия вошла в комнату, сняла платье, легла на застеленный Верой диван. Она ничего не понимала. Непонятное притяжение, гармония в танце, сильные руки, большие зелёные глаза, нежные поцелуи, и вдруг – внезапное бегство. Она даже имени его не знала, не поинтересовалась, откуда он. «Ну, уж не цыган – это точно», - подумала девушка. Она повернулась на бок и, отгоняя от себя нахлынувшие мысли, стала считать: один, два, три, четыре, пять...
http://proza.ru/2026/01/16/1736#:~:text=,.