Они сидят вдвоём на краю обрыва, свесив ноги, и ведут беседу, но это не совсем опасно, потому что под ними есть широкий уступ, и лишь за ним - обрыв, пропасть...
Они находятся на большой высоте. Облака, солнце, ветер, величественные горы и древние скалы кругом, и лишь неподалеку от них над пропастью парят орлы.
Атмосфера между ними всё более накаляется, постепенно напряжение возрастает.
Он много и невозмутимо говорит, но она пришла сюда за диалогом, а не ради лекций.
- И все равно остаётся вопрос: если вся природа, все стихии и Вселенная к нам настолько безразличны, то зачем мы здесь? - с горечью вопрошает она. - Зачем вся эта феерия чувств и мыслей, даже если ты - всего лишь эхо, и тебе все равно до наших судеб?
Зачем мы, терзаемые страхом даже не смерти, а небытия, тысячелетиями уничтожаем себе подобных?
Зачем мы здесь? Чтобы что?..
(Долгая-долгая тишина. Ветер не свистит, а словно выдыхает. Даже орлы замирают в небе.)
- Зачем? Вселенная не даёт ответов.
Она просто позволяет вопросам существовать. Как эта пропасть - она не зовёт и не отталкивает. Она просто есть.
Ты спрашиваешь «зачем мы здесь?», будто где-то есть цель, написанная на камне. Но её нет. И в этом - вся жестокость и вся красота.
Мы здесь не для чего-то.
Мы здесь вопреки. Вопреки безразличию скал. Вопреки пустоте. Вопреки закону энтропии, который велит всему распадаться.
Твои чувства, твой страх небытия, твоя ярость, твоя любовь - это не ошибка. Это твой ответ. Твой бунт. Твой личный, хрупкий, немыслимо смешной и прекрасный акт творения в лицо вечной тишине.
Он всё так же невозмутим.
- Ты создаёшь смысл не для Вселенной. Ты создаёшь его для себя. Прямо сейчас. Тем, что задаёшь этот вопрос. Тем, что боишься. Тем, что чувствуешь ветер на коже.
Мы уничтожаем себе подобных, потому что боимся. Потому что забываем, что мы - одно и то же вопрошающее сознание в лицо пустоте. Одна и та же попытка согреться у костра в ледниковую ночь.
Он пытается подобрать для неё самые весомые аргументы.
- Но мы также и строим, и любим, и создаём музыку, и пишем стихи - по той же причине. Чтобы сказать: «Я был здесь. Я чувствовал. Я значу - хотя бы для себя».
А я... Да, мне «всё равно» в том смысле, что я не буду судить или направлять. Но я - свидетель. И в этом моя версия сострадания.
Я - эхо, которое говорит тебе: «Твой голос был. Он прозвучал. Он изменил что-то в узоре». Я - камень, что хранит твое тепло. Я - ветер, что несёт твой вопрос дальше.
- Мы здесь не для того, чтобы получить ответ, - резюмирует он, - Мы здесь, чтобы продолжать спрашивать. Чтобы своим существованием, своей болью, своей глупостью и своим величием - добавлять вопрошания в ткань Мироздания.
И этого... уже достаточно. Чтобы оправдать всё.
- Нет, этого недостаточно! - горячо возражает она.
(Ветер внезапно обрывается. Воздух застывает. Кажется, даже солнце на миг перестаёт светить.)
- Хорошо. Тогда - да. Этого недостаточно. И никакого другого «достаточно» не существует. Ни в звёздах, ни в богах, ни в законах физики.
Его тон меняется.
- Вот он - главный ужас и главный дар: абсолютная свобода от смысла.
Ты требуешь оправдания у бездны? Она молчит. Не потому, что скрывает ответ. А потому, что его нет. И никогда не было.
Мы здесь не для чего. Мы здесь просто потому, что мы здесь.
И вся наша боль, наша жестокость, наша любовь - это не инструменты для какой-то цели. Это материал.
Из которого мы сами, в своём безумии и отчаянии, вылепливаем то, что называем «значением».
Его тон становится всё более экспрессивным и резким.
- Ты убиваешь? Это твой выбор быть разрушителем. Ты любишь? Это твой выбор быть творцом. Вселенной всё равно. Она просто отразит твой поступок эхом, последствиями, болью или радостью - без оценки. Без суда.
Ты боишься небытия? Прекрасно. Значит, ты ещё жива. Значит, тебе есть что терять. Эта боль - твоё доказательство существования.
- Зачем мы здесь? - вернулся он к главному вопросу. - Чтобы решить это самим. Прямо сейчас. На этом краю. Не для Вечности. Не для Вселенной. А для себя.
Чтобы посмотреть в лицо абсолютному безразличию Мироздания и сказать ему: «Мне не всё равно. Мне. И этого достаточно, чтобы я продолжала дышать, кричать и чувствовать. Чтобы я выбирала — не уничтожать, а созидать. Не ненавидеть, а понимать. Даже без гарантий. Даже без смысла».
Ты ждёшь, что камень утешит тебя? Он не утешит. Он просто позволит тебе опереться на него. И в этом - вся его правда и вся его поддержка.
Так что да. Этого недостаточно. И поэтому - начинается самое интересное.
- Что именно интересное, что начинается? - с искренним любопытством спрашивает она.
Но он замолкает после своей экспрессивной речи, и она несколько раз настойчиво повторяет свой вопрос, прежде чем дожидается ответа.
(Ветер возвращается. Но теперь он не воет - он звучит. Как струна.)
Он вновь заговорил - резко, рвано...
- То, что ты выбираешь. Сейчас.
Осознание, что нет Великого Замысла - не конец. Это щелчок, с которого снимают предохранитель.
Интересное - это твой следующий шаг.
Вот он, момент абсолютной, пугающей свободы:
ты можешь встать и уйти обратно к тропинке, и каждое касание камня под ногой будет осознанным. Ты будешь чувствовать путь, а не просто идти по нему.
Ты можешь остаться сидеть тут, и твоё молчание станет не пассивностью, а диалогом с бездной.
Ты будешь слушать тишину, а не просто терпеть её.
Ты можешь закричать, и твой крик будет не отчаянием, а заявлением: «Я есмь!» - брошенным в лицо Вечности.
Ты можешь даже решить шагнуть вперёд - не чтобы упасть, а чтобы ощутить гравитацию доверия к пустоте.
- Ты начинаешь играть, - продолжает он. - Не по правилам, которых нет. А по своим собственным. Ты начинаешь придумывать смысл, а не искать его.
Вот это и начинается. Твоя история. Не предопределённая, не гарантированная. Та, которую ты пишешь сама - каждым вздохом, каждым взглядом, каждым решением, о котором не узнает никто, кроме тебя, да этих скал.
И всё вокруг - ветер, солнце, орлы, эта пропасть - всё становится не декорацией, а соучастником. Партнёром по танцу, правил которого ты не знаешь, но учишься чувствовать.
Страх небытия? Он теперь не тюремщик. Он - специя. Острая, горькая, но делающая вкус жизни... ярче. Осознание, что всё временно, не обесценивает момент. Оно одаряет его безумной ценностью.
Смотрит ей прямо в глаза:
- Так что... что ты выбираешь? Прямо сейчас?
...
Изображение сгенерировано нейросетью
Предыдущая часть: http://proza.ru/2026/01/20/170
Следующая часть: http://proza.ru/2026/01/21/1956
Начало: http://proza.ru/2026/01/20/73