Из повести "Петли лицемерия".
Пердита фон Шешель бросила нетерпеливый взгляд на золотые часики и тяжко вздохнула. Опостылевший муж уехал по делам в другой город. Свекровь гостит с младшими детьми у подруги в Сузлине. Горничная и та взяла выходной. Только Изабелла и Сибиссе, протеже свекрови, будут ночевать дома. Новая экономка, не таясь, шпионила за супругой барона.
«Мерзавка, - зло подумала Пердита о Нивес фон Шешель. – Ну, какая мать станет разрушать семью сына, подсовывая соглядатая! Эх, придется взять девчонку с собой! А она такая копуша! Нормальные дети уже расходятся по домам, а моя, как всегда, замешкалась».
Пердита осмотрелась по сторонам и присела на подоконник, вытянув длинные стройные ножки в ажурных чулках.
Последние учащиеся балетной школы покидали вестибюль. Женщина едва удержалась от грубого словца в адрес дочери. Изабелла плелась позади всех, словно торопиться некуда, с кислым выражением лица.
– Привет, мама! – удивленно поздоровалась девочка. У нее были светло-карие глаза с белесыми ресницами и бровями, соломенного цвета волосы.
Пердита окинула её неприязненным взглядом и поманила за собой. У баронессы было трое детей. Старшей дочери Изабелле достались худшие гены. Свекровь навязала внучке балет, поскольку самой не удалось стать балериной. Ох, уж эти нереализованные мечты! Хореограф Тирена, одна из подруг Нивес, выбрала более изящную Дину, но у той хватило характера отказаться. Поэтому старухи наседали на слабовольную Изабеллу. Плохо быть размазней в этом суровом мире. Но Изабелле говори – не говори, как об стену горох. Какой была, такой и осталась нюней.
– Куда ты торопишься, мама? – застенчиво спросила Изабелла, стараясь поспеть за Пердитой, которая вихрем вылетела на улицу и быстро зашагала по кипарисовой аллее в сторону Старого рынка, где можно взять такси.
– Не твое дело! – огрызнулась баронесса.
– Меня могла бы встретить тетя Сибиссе…
– Не упоминай при мне об этой суке! Лучше бери пример с Дины. Она и умна, и самостоятельна, и кучу подруг имеет, в свои-то девять лет. Когда мне надо отлучиться по делу, Дина говорит: «Мамочка, я у такой-то девочки переночую, и никому ничего не скажу»! А ты вся в папашкину породу, ни подруг, ни увлечений, только бы кукситься да возле бабок тереться, - брюзжала Пердита.
– Мама, я сама найду дорогу домой! Мне уже двенадцать.
– Дойдет она! – фыркнула Пердита. – Если увидит, что ты вернулась одна, Сиб заподозрит неладное!
– Что именно, мам? – смутилась Изабелла.
– Ты тупица?! Я говорю, что из-за Сибиссе тебе нельзя домой! – взвилась Пердита, больно щипая дочь от досады. – Если выдашь отцу или Снежку, куда мы едем, убью!
Изабелла покорно залезла в автомобиль, кусая губы от обиды и страха. Куда везет её мать? Почему необходимо сохранить это в тайне? Пердита достала косметичку, поправила макияж и всласть полюбовалась своим ухоженным лицом и замысловатой прической, глядя в зеркальце. Изабелла с тревогой смотрела в окно. Они выехали на Объездную дорогу и отправились куда-то за город. Зачем?
Такси остановилось перед большим домом в немецком стиле. Торопливо расплатившись с водителем, женщина выпорхнула из машины, даже не взглянув в сторону дочери. Изабелла нехотя выбралась на улицу. Холод прохватил её до костей. Только сейчас девочка заметила, что забыла пальто в гардеробе.
Мать устремилась к дому. Изабелле пришлось последовать за ней. Фахверковый коттедж стоял на пригорке, а к нему вела мощеная булыжником дорожка. Вдоль нее росли невысокие кустарники остролиста.
Хозяин дома вышел на крыльцо в каком-то черном одеянии. Это был среднего роста крепко сбитый мужчина с короткими черными волосами. Мама со стоном предвкушения бросилась к нему в объятия. Мужчина облапал её сильными волосатыми ручищами, и их губы слились в жадном поцелуе…
Изабелла застыла в двадцати шагах, заливаясь краской стыда.
Бенехаро Хуато затмил собой прежние увлечения баронессы. Однако даже этот раскрепощенный мужчина страшно смутился, увидев, что его взбалмошная красавица притащила какого-то ребенка на свидание.
– Кто это?! Зачем ты…
– Моя дочь. Если я отправлю её домой, Сиб настучит Фуки о моей измене. Придумай, куда сплавить Изабеллу, мой могучий лев, - томно проворковала Пердита.
– Значит, ты до сих пор не сообщила Фуки о разводе? О чем ты думаешь?! Нашу связь осудят в свете! Слухи дойдут до ушей Торонхаса, который и так зуб на меня имеет! Эзра! – взревел маг. Из окна выглянул красивый юноша и вопросительно приподнял смоляные брови. – Эзра, проводи вот эту девочку домой.
– Домой нельзя! Во всяком случае, пока в особняке дежурит старуха Сиб! Раз Изабелла со мной, она не подумает, что я изменяю мужу. Ведь никто не ходит на свидания с детьми, не так ли, дорогой? – пролепетала Пердита в страхе, что он прогонит её.
– Изабелла,– охрипшим голосом окликнул девочку магистр, гостеприимно раскрывая дверь перед ней, - иди в дом. Пока я гадаю твоей маме, посидишь с моим учеником Эзрой.
– Простите, а можно… я погуляю, - пробормотала Изабелла, не поднимая глаз.
– Да негде здесь гулять. За теми домами начинается Шедимова щель – опасное место.
Пердита снова полезла к нему обниматься, но магистр отстранил ее. Она, бесспорно, красивая женщина, но он подустал от ее фокусов. Хотя с влечением трудно справиться, да и баронесса никуда не уедет, пока не получит свое.
– Пойдем наверх, милый! – сгорала от нетерпения баронесса. – Что уставился, придурок? – Эзра буравил ее свирепым взглядом из-за угла, зажимая под мышкой толстый фолиант.
– Ну, ученик, сегодня ты свободен от уроков! – добродушно потрепал его за щеку Бенехаро. – Присмотри за девочкой, а немного погодя позвони Фуки домой и уточни, как долго его экономка намерена… работать.
Пердита задорно рассмеялась, взбегая по лестнице.
«Учитель, а я вам не нянька» - донеслась до магистра гневная мысль ученика.
«Сегодня побудешь за няньку. А я тебя за это на свадьбу приглашу», - телепатически ответил Бенехаро.
Когда эти двое скрылись с глаз, Эзра подбоченился и с холодной яростью в зеленых глазищах принялся наступать на Изабеллу. Та пятилась, пока не споткнулась об софу.
– Сиди тихо, малявка, если хочешь целой и невредимой выбраться из этого дома, - зарычал он, нависая над Изабеллой. – Здесь все секретно, понятно?!
Девочка испуганно кивнула головой.
– Кто во все вникает, от моралистов по башке получает, - назидательным тоном заметил Эзра. – Я так понимаю, Фуки завел для мамы домашнего тирана?
– Какого тирана? – не поняла Изабелла. Эзра отмахнулся от нее и развалился в кресле у камина, раскрывая книгу. В ней описан ритуал, которому его собирался обучить Бенехаро.
Изабелла присела на краешек софы, озираясь по сторонам. На стенах висели картины шеольских и иностранных мастеров. Внимание Изабеллы привлекли занятные вещицы на стеллажах из красного дерева. Тут были японские нэцкэ из слоновой кости, нефрита, яшмы, кошачьего глаза. Сосуды из сердолика и оникса. Причудливые ракушки, кораллы, фарфоровые статуэтки, тибетские поющие чаши и расписанные эмалью колокольчики. При иных обстоятельствах девочке понравилась бы эта гостиная с коллекцией диковинок, но сейчас её мучил вопрос, что будет дальше. Неужели всякий раз, когда папа будет уезжать из города, а Сибиссе стоять на страже морали, ей придется прикрывать маму? Или семья распадется? Изабелла терпеть не могла раздоров и боялась возможного развода родителей. Если у мамы есть любовник, они наверняка разведутся. Ощущение приближающей катастрофы все нарастало, угнетая девочку. Обидно за обманутого отца, страшно за собственное будущее.
Девочка перевела взгляд на ученика мага. Среднего роста, стройный молодой человек. Он был отталкивающе красив - густые волнистые волосы, миндалевидные зеленые глаза, узкое лицо с правильными чертами и заостренным носом делали его похожим на Дину. Сложно сказать, достиг ли он совершеннолетия. Наверное, этот тип уже окончил школу, раз учится на экстрасенса.
Некоторое время Эзра читал книгу, развалившись в кресле. Краем глаза он наблюдал за подопечной. Невзрачное и печальное дитя Пердиты, вечная жертва двойных посланий. Устав от молчания и чтения заумного текста, парень открыл резную шкатулку из эбенового дерева со вставками благородного опала. Заиграла старинная мелодия.
– Какая тонкая работа, и музыка прекрасная, не так ли? – сказал Эзра. Девочка кивнула головой, не отрывая восхищенного взгляда от шкатулки. – Жаль, что она проклята. У детей, которые слушают эту багатель, разводятся родители!
Изабелла подбежала и быстро захлопнула шкатулку. Всхлипнула, отворачиваясь, чтобы не нарваться на нотацию о том, как всех бесят нытики.
– Какая муха тебя укусила, соплячка? Чуть не испортила антиквариат, - продолжал дразнить её Эзра. - С чего ты взяла, что твои предки разойдутся? Мама слишком задержалась у мага, да? Любая гадалка за десять минут раскинула бы картишки, а он третий час с этим возится?
– Когда я выйду замуж, не буду изменять мужу! Это так мерзко!
– Хм, какой смысл сейчас давать зароки? Принеси-ка яблоки из подвала, пожуем и подумаем, как вернуть тебя домой. Я предпочитаю красные яблоки. А ты, должно быть, зеленые любишь?
– Да. А как ты догадался?
– Когда я упомянул яблоки, ты представила себе любимый сорт.
Изабелла с замиранием сердца спустилась в подвал. Её опасения можно понять – все-таки это дом мага, мало ли какие сюрпризы ожидают в прохладной темноте неосторожную гостью? К счастью, подвал оказался сухим, просторным помещением с исправным светильником. Здесь царил образцовый порядок. В ящиках благоухали яблоки всех известных на Шеоле сортов. Наполнив корзинку, Изабелла присела на бочку и разрыдалась.
– Куда ты запропастилась? – нетерпеливо окрикнул её ученик мага. Изабелла вздрогнула и торопливо вытерла слезы. Поднимаясь по лестнице, она боковым зрением заметила какое-то движение слева. Крыса пробежала, что ли?
Перед тем, как открыть дверь, Изабелла обернулась и похолодела от ужаса. На всю стену от потолка до пола растеклась чернильно-черная подвижная тень, которая точно принадлежала не ей. Она была намного плотнее человеческой и имела более четкий силуэт. Это тень принадлежала высокому мужчине в халате, который вращал кистями рук и притоптывал ногой. Эзра схватил её за руку и втащил в коридор.
– Что с тобой? – изучая перекошенное лицо девочки, спросил Эзра.
– Там… в подвале я видела привидение. Необычная тень… явно не моя.
– Домашний демон учителя, - небрежно отмахнулся Эзра. - Что-то расшалился сегодня, видно, вольницу почуял. Он не обидит тебя.
Эзра разлегся на софе в гостиной, с аппетитом уплетая яблоко. Изабелла забилась в глубокое кресло, очищая яблоко от кожуры, как это делает бабуля Нивес. Прежде она никогда не сталкивалась с паранормальными явлениями и все еще боялась.
– Ты знал, что в подвале демон, Эзра?
– Какой вздор! Я не думал, что он покажется тебе. Я редко вижу его, и не только в подвале. Обычно демон ошивается на втором этаже.
– Возле спальни твоего учителя?
– Возле его спальни околачиваются бабы. Только не надо кукситься – твоя мама бывает здесь не так уж часто.
– Вот бы вернуться домой! – взмолилась гостья. Со скучающим видом Эзра протянул руку за следующим яблоком и с хрустом начал есть, раздумывая. Незачем совершать прогулку до Маковой улицы, даже если Сиб покинула пост. Дочь любовницы никуда не лезет. Можно оставить ее без присмотра до утра или полудня. Затем погрузить в такси с мамашей, и отправить домой. За окном такая прекрасная ночь. На перекрестке Малой Хвойной и Речной улиц молодежь облюбовала домишко для свиданий, с продавленным диваном, чайником, примусом и корытом для помывки. Если туда занесет каких-нибудь охальников, можно всласть попугать их. К сожалению, над Бенехаро и Пердитой ему не по чину подшучивать.
Изабелла еле сдерживала нетерпение. Но босс здесь – он. Наконец, ученик мага соизволил взять трубку и набрать номер телефона Фукидида. Ему ответил простуженный голос, лишь отдаленно напоминающий женский.
– Имение аристократического семейства фон Шешель. Что угодно?
– Госпожа Сибиссе, бегите из фазенды, пока не поздно!
– С чего бы? – недоверчиво хмыкнула экономка на пол ставке дуэньи.
– Я видел страшное знамение. Вы в беде! Скоро нечисть выйдет на охоту, как в сериале «Слуги на мясо»! – взволнованно вскричал пройдоха.
– А я не верю в нечистую силу! – фыркнула старая дева. – НО Я ВЕРЮ В СЕКС. Где-то у кого-то он бывает. Я даже знаю бесстыдницу, которая и на глазах ребенка не постесняется обмануть достойнейшего человека! Ты сейчас кувыркаешься с моей госпожой, молокосос? Чтоб у тебя яички отвалились!!!
Эзра положил трубку и подмигнул Изабелле:
– Хитрый план твоей матери провалился. Собирайся домой, малышка.
– А как же Сибиссе?
– Мы пойдем пешком, через Шедимовую щель. Сибиссе беру на себя!
– А как же мама? – забеспокоилась девочка, оглядываясь назад. – Этот демон…
– Нет никакого демона. Ты сейчас так расстроена, что мерещится всякая чушь. Где твое пальто, разиня? Нам повезло, что одна дамочка забыла шерстяную шаль. Утром я верну ее хозяйке.
У Изабеллы сердце сжалось от страха. Идти в такую темень с юным колдуном через местность, где бесследно исчезают люди!
– Можно, я переночую в гостиной? Не буду подглядывать, как бабушка Нивес, обещаю.
– Если боишься, то оставайся. Я один погуляю. Учителю все равно, где ты переночуешь. Уверена, что мама не забудет тебя забрать?
– Конечно.
– А зря! Пару лет назад притащилась с визитом светская львица с львенком лет четырех. Подобно твоей маме, она хотела обмануть бдительность служанки, прихватив с собой детку. Я усыпил его с помощью чар, чтобы не капризничал. Утром она уехала, сияя от счастья. Меня услали куда-то, и я забыл доставить мальчишку домой. Вечером к учителю в гости пришли офицеры. Мужики судачили о политике, играли в бильярд. И вдруг к ним выходит заспанный малыш, и спрашивает, где его мама. Один из вояк схватился за голову и завопил, что его жена – блудница! – Эзра захохотал, придумав эту историю на ходу. Пердита была первой, кто догадался притащить на свидание ребенка. Но Изабелла поверила ему и еще больше огорчилась.
Оказавшись на свежем воздухе, девочка немного расслабилась. Страх смешался с любопытством и доселе неведомой жаждой приключений. Никогда прежде она не гуляла с молодым парнем, да еще так поздно. Эту улицу не зря называют Большой Хвойной. Вдоль дороги растут лиственницы и пихты, над частными домами возвышаются величественные сосны. Луна то освещала фахверковый дом Бенехаро, то скрывалась за тучами. Молодые люди брели мимо саманных домов и хозяйственных построек, где дремала скотина. Под заборами расцветали примулы, крокусы и гадючий лук. На крышах сараев бушевали кошачьи бои. Эзра насвистывал мелодию, вышагивая с беззаботным видом. Изабелла зябко куталась в шаль и озиралась по сторонам, стараясь ничего не пропустить. Все казалось ей таким необычным!
Эзра привел Изабеллу к забору и помог перелезть через него. Он показал на скособоченный коттедж и сказал, что в нем озоруют злые духи.
– О Боже! В чем это проявляется? – Изабелла уставилась на сумрачный дом с черепичной крышей, частично заросшей мхом. По отсыревшим бревнам расползся плющ, который через приоткрытое окно проник и в комнаты. На подоконнике девочка различила кашпо с мертвым цветком и старинный светильник из латуни. Растущая возле дома гледичия уже обзавелась красно-бурыми почками.
– Лучше спроси, с чего началась катавасия. На этом дереве в стародавние времена повесилась беспаспортная живодерка Флёна. Она пробавлялась криминальными абортами. Выскоблила даже родного внука на седьмом месяце беременности, чтобы не разориться на детском питании и подгузниках. Папаша из окровавленных клочков детской плоти сшил активиста-пролайфера и назвал его Рудиком. Демон Рудик живет за счет энергии детишек, чьи матери имели опыт прерывания беременности. Он пишет жалостливые заметки в газеты, чтобы заработать на водку своим единомышленникам, которые протестуют против абортов. Рудик довел до самоубийства лютую бабку, воняя тленом у нее под носом. Поэтому ведьма не обретет загробного покоя, как и ее внук. Тем, кто развратничает под крышей окаянной хижины, является ужасный призрак и предлагает девушкам сделать аборт без анестезии. А парням старая мымра велит принести своей маме бездыханное, истекающее кровью тело любимой, - тихим замогильным тоном поведал Эзра, обнимая ствол дерева. Девочка сжалась в комок и побелела, как простыня. – О, старуха Флёна, покажись нам на глаза и благослови нас на борьбу с Сибиссе! Мы идем в крестовый поход на бегемота морали, который верит, что секс бывает на самом деле, а байки про нежить – враки!*
Изабелла шепотом попросила приятеля не будить лихо, пока оно тихо.
– У тебя пока нет оснований бояться ее, - успокоил девочку Эзра. Делая вид, что вызывает духа, ученик мага незаметно дернул за веревку, которая тянулась к дому, утопая в сочной весенней траве. Створка старого шкафа раскрылась, и большая связка жестяных банок с грохотом обрушилась с верхней полки. Синяя вспышка химического света на миг озарила унылый интерьер ветхого жилища. Изабелла вскрикнула от ужаса, подпрыгнув на месте. Из дома выскочил взъерошенный енот, напуганный не меньше дочери барона.
В заброшке заскрипел диван, какой-то мужик смачно выругался, все переворачивая в поисках своих вещей.
– Куда ты? Говорю тебе, нет здесь привидений. Ученик хозяина, этот сраный девственник, терроризирует целый район! - проворчал недовольный женский голос.
– Эх ты, Юлия, - с досадой протянул Эзра. Он узнал дородную, немного распутную горничную из дома Бенехаро. – Я, может, и третирую весь район, зато ты слишком многих утешаешь сладким местом. Как не боишься, что Рудик поставит тебя на учет по беременности и родам?
– Да мне плевать! – помятое лицо Юлии показалось в окне. – У меня нет детей.
– Причем здесь дети? – насторожился обладатель хрипловатого баса, который ублажал ее этой ночью.
– Рудик убивает детей за грехи их родителей, - пояснил Эзра. – Избавишься от эмбриона – лишишься одного из родившихся малышей. В этом доме шарахается демон и записывает, у кого был секс.
– А у нас есть это! – торжествующе провозгласила Юлия, показывая презервативы и свою обнаженную грудь. Очень большую упругую грудь.
– По ночам Рудик в аптеках протыкает резинки раскаленной иглой, и какает в противозачаточный сироп! – засмеялся юный колдун.
Из дома выскочил одевающийся на бегу крупный бородатый мужик.
– Прости, голубка моя, ты очень красивая и сексуальная, но у меня двое сыновей. В городские легенды о Рудике я не верю, но рисковать моими мальчиками не могу. Не прощу себя, если из-за моего блуда они пострадают. Не зря эта хата показалась мне стремной. Да и ты прислуживаешь экстрасенсу, ёпта.
– Вернись, милый! Не принимай всерьез этого пакостника! – взвыла неудовлетворенная молодка. Но мужик уже орлом перелетел через забор и припустил в сторону Каштановой рощи. Обозленная служанка наскоро натянула шерстяное платье и жакет, сняла со стены пыльный хлыст.
– Испортил мне свидание! Сам хочешь возлечь со мной, да еще не дорос до такой женщины, как я! Ох, и вздую я вас обоих! Шкуру спущу с тебя и твоей подружки, похожей на моль!
– Не тронь девчонку, она баронесса! – крикнул Эзра, перекидывая визжащую Изабеллу через забор.
– Тогда я пущу голубую кровушку! Из-за вас меня оставил мужчина!
Белокурая мегера, несмотря на комплекцию, быстро бегала. Даже среди цветущих каштанов не теряла их из виду. До самых огородов преследовала юную парочку, бранясь и щелкая хлыстом. Выбившись из сил, Юлия отстала и решила на сей раз ограничиться жалобой магистру. После муштры у станка и бега по пересеченной местности, Изабелла едва ни теряла сознание от усталости и боли в разбитых пальцах ног.
Усадив мученицу балета на лавочку, Эзра вынес из чужого домика стакан молока. Он тоже тяжело дышал и промок от пота, озорника заметно потряхивало от напряжения. Видимо, Юлия не шутила, угрожая выпороть их. Пока девочка пила холодное молоко маленькими глотками, юноша снял ее туфельку и присвистнул, увидев, что бежевый чулок пропитался кровью из-под ногтя большого пальца. Он залил перекисью водорода пострадавший палец и перевязал его, отчего на сердце Изабеллы потеплело. Она перестала мысленно возмущаться поведением этого красавчика, накликавшего гнев Юлии на их головы. Изабелла вздохнула, с симпатией глядя на шатена. Реакцию мамы на это происшествие она легко могла предсказать. «Разбила ноги. Так тебе и надо, нечего было носиться с хулиганом неведомо где. Вот с Диночкой такого не случилось бы, она умная девочка», - томно пропела бы Пердита.
– Отдохнем немного и пойдем. Иначе твоя мама вернется со свидания раньше нас. Ну, как тебе первая взрослая прогулка? Классно мы позабавились?
– Да, но я больше не хочу так развлекаться.
– Дело вкуса, - пожал плечами Эзра.
* Легенда о демоническом покровителе пролайфа также стара, как и сам "Вечный запрет" на аборты. Менялись лишь имена демона, его отца и бабушки-повитухи, пока в годы зрелости Эзры сказка ни стала былью. Началась охота на пролайфера-террориста Рудика, который боролся против отмены Вечного Запрета. Для удобства я использовала имя Рудика, а вот заброшка эта не принадлежала Флене. Она жила на Шорной улице.
Продолжение следует http://proza.ru/2026/02/01/2225