Клеймо Тонета*
повесть
Если у читателя достанет терпения преодолеть тернии вводной, ознакомительной главы, он будет иметь удовольствие окунуться в перипетии одной весьма загадочной истории.
Глава 1. Незнакомец
1
События, перевернувшие упорядоченную и размеренную жизнь Агаты, начались в её городской квартире. Собственно, никаких перемен она поначалу не заметила. Всё, казалось, шло своим чередом...
Французское кружево гардины затейливыми завитками проступало сквозь полотно ночной шторы. Завитки отражались на полу. Временами казалось: они приобретают подвижность Вселенной, медленно плывущей в лунном свете.
Полнолуние – это почти всегда бессонница. Пока Агата безуспешно пыталась с ней договориться, вселенная завитков успела переместиться справа налево, вползая на край стены. Значит, гелиоцентрическая теория Коперника доказана: мы все в непрерывном движении.
Замечали ли вы, что мысли в бессонницу тоже никогда не останавливаются. Они бредут нескончаемым караваном. Маршрут их всегда причудлив – караван вечно сбивается с пути. Сегодня караван Агаты двинулся от аргентинского танго Пьяццоллы, которое она слушала несколько дней подряд. Но вместо оазиса он замер перед вопросом: а какая там погода, в Буэнос-Айресе?
Затем Агату занесло в другое полушарие – на древние раскопки в Сирийской пустыне. Туда она проследовала за Агатой Кристи, чьи мемуары читала днём. Поразмыслив о выносливости королевы детектива, способной часами трястись на ослах и жить без элементарных удобств, Агата перенеслась на семь столетий назад – в замок Тиз из любимой книги «Джек-Соломинка». Как там, кстати, могли жить без водопровода?!
В итоге её караван застыл у замковых ворот на мысли о предстоящей замене счётчиков воды. Ну вот как верблюдов угораздило доставить её от танго Пьяццоллы к счётчикам? И это лишь основной маршрут каравана, без учёта малых петель и остановок Агатиных мыслей. Ах да – завтра же придёт сантехник!
Если бы существовали счётчики писательских идей Агаты, они застыли бы на отметке «ноль». Реноме автора рассказов и небольших повестей рисковало быть безвозвратно испорченным, а вера в себя – окончательно подорванной.
В отличие от знаменитой тёзки Агата имела единственное призвание: описывать романтические истории – как правило, хотя и не всегда, со счастливым концом.
Историй этих накопилось уже на книгу. Кажется, нет ситуаций или обстоятельств, в которые автор не поставила бы своих героинь. Но как донести их до читателей? Агата Панина не знала.
Вот если бы её истории услышали в авторском исполнении! Наверняка существует масса девушек и женщин – юных и не совсем, – схожих характером с её героинями. Тех, кто побывал или только мечтает побывать в изобретённых Агатой романтических коллизиях то на грани драмы, то на грани фарса. Но не станешь же декламировать своё детище посреди улицы… А потому Агата читала вслух дома.
Под эти размышления она уснула – ровно тогда, когда фонари за окном начали гаснуть.
*Михаэль Тонет – немецкий и австрийский мастер-мебельщик, создатель знаменитых венских стульев.
_______
продолжение
http://proza.ru/2026/04/17/1115