Уезжая, Петро наказывал Анюте, если возникнут проблемы в работе или жизни, идти на Центральный, а там почти постоянно бывает мастер Лев Вениаминович, который, как привёз черноокую Лялю в тайгу, так и не расставался с ней, околдованный её страстной любовью.
Он боялся оставить её одну среди мужиков, не надеясь на её верность, и потому оставлял на времянке с Анютой, где женщины и подружились. Сам Лев Вениаминович старался скрыть свою связь с Лялей от жены, которую вдруг заинтересовало его рвение к работе.
Ляля, со своей стороны, старалась всячески афишировать свои отношения с мастером и донести слухи о них до его жены. Её усилия не пропали даром, жена узнав о измене мужа выгнала Льва Вениаминовича из дома и тот почти полгода жил в тайге, пока она не уехала «от позора» из посёлка. Только после этого Лев Вениаминович перевёз свою Лялю « в люди».
Работать он ей не позволял, слишком ревновал к другим мужчинам, но после того, как она родила ему вначале одного сына, а потом другого, ревность поутихла, да и Ляля подрастеряла свой товарный вид.
Анюта не была так искушена в сильном поле, как Ляля и поучения той, как управлять мужчиной, не доходили до неё.
Что такое любовь к мужчине она не понимала. Для неё любовь было то, что происходило в постели. Так она и жила: работала среди тайги, любуясь её красотой, испытывая за это все неудобства: мошку, жару, ливни. Но была счастлива, тайга принимала её и уже взяла под своё биополе.
На Центральном участке собирались почти все жители мастерского участка Льва Вениаминовича. Без общения в сумеречной зоне всё же скучновато, да и житейские проблемы в тайге обычное дело. Здесь узнавались все новости, под всё ту же брагу, здесь создавались новые пары, а главной приманкой была баня в субботу.
У многих вздымщиков были свои баньки, срубленные на берегу речки, но центральная баня была ритуалом.
Сначала мылись и парились мужчины, после них баню занимали женщины. Отпаривалась и отмывалась вся налипшая на тело и волоса смола.
- Эх, как снова родился - говорили мужики после бани, опрокидывая в себя кружку с брагой.
Кроме бани и разговоров, сюда в основном мужиков приманивала игра в карты. Что такое игромания стране ещё предстоит испытать в после перестроечные времена, а тогда игры, в основном карты, занимали не такое, уж большое число людей. И власти небрежно глядели на это мелкое зло - нельзя же запрещать всё, а то толпа взбунтуется.
Самым заядлым картёжником в сумеречной зоне был Сеня Игрок. Этот человек безоговорочно и фанатично верил в Случайность.
- Выигрыш - это случайность. Кому выпадет счастливая карта. Знал бы прикуп жил бы в Сочи. Меня много раз судьба баловала, выигрывал столько, что покрывал все свои проигрыши. Вся загвоздка здесь в остановке. Кондуктор нажми на тормоза - так говорил он.
Сеня проигрывал огромные суммы, а после судьба вновь ему улыбалась. Однажды он поставил на кон свою законную жену и проиграл. После, через неделю, он вновь отыграл её, но она отказалась вернуться к нему. Больше он не женился, а женщины, жившие с ним, перед любой игрой заявляли, что они не его собственность.
Однажды он проиграл всю зарплату и всё что при нём было сборщице живицы, живущей у Профессора, Нинке Чижику. Нинка, женщина прошедшая большую жизненную школу, играла со спокойствием и внимательностью. Сеня, разгорячённый первыми успехами, даже не заметил, что фортуна перешла к другому игроку, а именно к Нинке.
Он блефовал, шёл на намеренный риск и проигрывал сотню за сотней. Чижик опустошила карманы многих вздымщиков в тот вечер. На предложение Сени Игрока отыграться, она согласилась и предложила поставить на кон месяц работы за неё, собирать живицу у Профессора.
Сеня рискнул и проиграл. Целый месяц он работал за себя и Нинку Чижика, а та жила в посёлке, где за это время познакомилась со шкипером катера, за которого вышла зимой замуж.
- Вся наша жизнь - игра! - любил повторять Сеня. Однажды он в споре победил самого Профессора, доказав, что вся история человечества есть игра.
- В этой игре играют цари, президенты, сенаторы и другие сильные мира сего, а мы простые пешки, разменная, так сказать, монета.
Сеня не дожил до расцвета и победы игры в стране, до казино, рулетки, «одноруких бандитов» и других способов цивилизованного отъёма денег у простых граждан, его зарезали в пьяной игре. Рассказывали, что последние его слова были:
-Игра она и есть игра, а кому повезло ещё разобраться надо.
Кроме бани и карт на Центральном собирались заядлые рыбаки и охотники. Здесь обдумывались и решались планы охоты на шалуна-медведя, или на сохатого, когда кончалось мясо.
Заводилой среди них был Колька Лысый. Это был, как говорят , «кипучий лентяй». Работа его интересовала мало, для него главным было пошататься по речке или по тайге с ружьишком. К нему не шли работать сборщицы, потому что хватало Лысого на один обход.
Иногда, выйдя на участок с твёрдым намерением поработать, Колька вдруг вспугивал глухаря и бегал за ним, пока не застрелит.
Конечно, живицы у него не было и зарплаты тоже. Поэтому он сам резал иногда, и сам собирал, а в основном ему помогал его друг Саня Чуваш. У того участок находился рядом, вот он и работал иногда за Лысого. Мог бы полностью отрабатывать сезон, но Колька не давал ему:
- Брось ты эту грязную работу, пошли к речке, на яме ленков и харюзей надёргаем. Я после сам пробегусь с хаком.
Но сам он пробегал только с ружьём за глухарями, потому вскоре на его участке не осталось, ни одного глухаря, сохатые и медведи обходили участок Лысого стороной.
Колька подвижный, с лысиной, за которую и получил прозвище, невысокого роста и вечно размахивающий руками.
- Перестань крыльями махать, а то уже холодно стало - говорил ему Чуваш. Но тот через минуту, забывшись, продолжал снова жестикулировать.
Лысый хвастался своими зубами и желудком. Он сидел за столом и перемалывал зубами глухариные кости. Это было потрясающее зрелище. Ещё он любил сахар. Он насыпал полкружки сахару, доливал чистой заваркой и выпивал не морщась.
- И как ты можешь такой чефир пить? - удивлялся Чуваш, а другие мужики матерились, взяв кружку с присохшим сахаром:
- Бля, он все кружки засрал, надо ему как на зоне дырку просверлить в его посуде - говорил Сланчевский и кидал кружку в Лысого.
Но когда мужики собирались на охоту, то тут беспрекословно лидерствовал Лысый. Его даже называли в это время Николай. Он точно знал, где сейчас находиться сохатый и как лучше подойти к нему.
Здесь, на охоте, Лысый отводил душу, приказывал, командовал, и все его слушались. Выстрел Лысого всегда был последним, стрелял он без промаха. В остальное время он мог разве только покомандовать своим дружком Чувашом.
Чуваш приехал в Сибирь по оргнабору, остался жить в ней, перевёз к себе всю свою семью: жену и шестерых чувашат. Они жили в посёлке, жена бегала постоянно в контору и выбирала зарплату мужа, которая была хотя и большая, но чувашке не хватало. Она не умела вести хозяйство, да ещё была ленивая и неопрятная.
Чувашу в тайге иной раз приходилось туго без продуктов, но выручал Лысый, приносил дичь, рыбу, съедал у друга весь сахар и уходил.
Чуваш мог обходиться без сладкого, но без мяса нет. Поэтому он стал держать на времянке собак, которых ел с удовольствием. Лысый презирал его за это, но дружбу не прекращал.
продолжение http://proza.ru/2026/06/15/229