— Проходи, чувствуй себя как дома, — сказала Кира, открывая перед Артёмом дверь своей квартиры. Её глубокий, бархатистый голос — чувственное, грудное контральто — в тишине прихожей прозвучал особенно завораживающе.
— Ага, и не забывай, что ты в гостях, — попытался сострить парень.
— Ну, типа того, — в той же ироничной манере ответила ему Кира.
Артём прошёл в комнату. Квартирка была небольшой, всего одна комната, но зато кухонька и спальная зона были отделены стенами. Артёму не нравились студии. Он сам одно время снимал подобное жильё и сыт был по горло тем, как спросонья приходится вдыхать въевшиеся запахи вчерашнего обеда. Пожалуй, это и стало основной причиной, побудившей его вернуться к родителям в их просторную трёхкомнатную квартиру на окраине города. У Киры же квартирка была совсем крошечной, но такой по-девичьи уютной, что Артёму вдруг до боли захотелось остаться в ней жить.
— Поставь чайник, я пока приму душ, — прозвучало это почти как приказ, но Артём совсем не обиделся, а напротив — поспешил выполнить поручение.
В маленьком пространстве заблудиться было нереально, вся планировка практически просматривалась от самого входа: прямо располагался зал с выходом на аккуратный балкон, направо — кухонька, а чуть ближе, по левую руку, угадывался совмещённый санузел, если судить по табличке на двери. Артём смело шагнул на кухню. Там царил идеальный порядок. Парень невольно вздохнул: как только девчонкам удаётся поддерживать такую хрустальную чистоту?
Кира появилась минут через пять. Артём едва успел заварить чай и теперь сидел на самом краешке табурета, налив себе чашку. Прямо как прилежный школьник на уроке — только что руки на коленях аккуратно не сложил.
Кира тихо усмехнулась, её низкий, обволакивающий голос заставил парня вздрогнуть:
— Гляжу, ты уже освоился! — чуть иронично прищурилась девушка.
— Присаживайся, гостьей будешь, — в тон ей ответил Артём.
Кира весело рассмеялась:
— Ну, чем будешь гостью угощать?
Она сделала короткий полушаг, и между полами её легкого халатика на миг мелькнуло гладкое, стройное бедро. Артём буквально прилип глазами к её ноге и судорожно сглотнул. Кира осталась полностью довольна произведённым эффектом.
*** *** ***
Алиса металась перед подъездом, никак не решаясь переступить порог. Таинственный, непреодолимый зов шёл откуда-то из глубины этого дома, но определить конкретную квартиру она пока не могла. Вокруг пульсировало слишком много посторонних ментальных шумов, сотни чужих голосов сбивали с толку, но потерять этот главный, притягивающий её призыв она уже не могла.
Это было поразительно. Обычно Алиса не умела так чётко концентрироваться на чём-то одном, но этот случай являлся особенным. Зов двоился. Она словно слышала два разных источника одновременно, будто кто-то произносил одно и то же, но сразу на двух языках. От этого гнетущего чувства раздвоенности у неё невыносимо раскалывалась голова.
Стоять посреди улицы в глухом чёрном одеянии означало привлекать к себе лишнее внимание. Конечно, к женщинам в никабах полиция лишний раз не совалась, но времена стремительно менялись — участились случаи, когда патрули требовали приложить палец к портативному сканеру. А что, если отпечатки её пальцев после больницы уже внесли в базы розыска?
Алиса поспешно отступила от подъезда, прошла немного вверх по улице и свернула в тёмный боковой проход между домами. Призыв стал чуть тише, смешавшись с какофонией огромного города, но не исчез, как это бывало раньше с другими голосами. Этот зов въелся в сознание, словно назойливая, зловещая мелодия: мозг выхватывал её из общего шума и неумолимо концентрировался на ней. Не пройдя и половины квартала, Алиса резко развернулась и пошла обратно к нужному подъезду.
Кира с тайным удовольствием наблюдала, как Артём уплетает её сырники. То ли парень искренне хотел сделать ей приятное, то ли и впрямь проголодался до безумия. Налив в чашки свежий чай, она наконец набралась смелости и задала вопрос, который мучил её весь вечер:
— Скажи, Артём... Я тебе нравлюсь?
Парень, который только что отправил в рот очередной кусок, поперхнулся и отчаянно закашлялся. На его глазах даже выступили слёзы.
— В каком смысле?! — растерянно и удивлённо выдавил он, пытаясь отдышаться.
— В прямом, дурашка. Я как женщина тебе нравлюсь? — Кира посмотрела на него своими большими, абсолютно честными голубыми глазами.
Наконец Артём совладал с эмоциями, проглотил сырник и, густо покраснев, тихо ответил:
— Что за вопрос, Кира... Конечно, ты мне нравишься. Ты очень красивая, стройная...
Он резко замолчал. Было очевидно, что делать изящные комплименты девушками он абсолютно не умел.
— Скажи, Артём… А что бы ты сказал, если бы вдруг узнал… ну… что я не совсем нормальная?
Парень уставился на неё, наморщив лоб и явно не понимая, куда клонится этот странный разговор.
— Ну-у... Скажем, если бы ты узнал, например, что я… ну… не совсем девушка? — выдав это, Кира замерла, выжидающе глядя на молодого человека.
Артём снова закашлялся. Он немного отодвинулся от стола, окинул Киру внимательным, изучающим взглядом, но, так и не обнаружив никаких подвохов в её безупречной внешности, потупился. Наконец он задал совершенно неожиданный вопрос:
— Ты что, феминистка?
Даже не сам вопрос, а то комичное выражение лица, с которым парень его озвучил, вызвал у Киры приступ безудержного, гомерического хохота. Невозможно было описать словами ту гамму эмоций, которая отразилась на лице Артёма: там смешалось всё — удивление, скрытое отвращение, мимолётное осуждение и даже какое-то нелепое сострадание. Видеть эту мимическую игру и сдерживаться Кира просто не могла.
Наконец, отсмеявшись, она снова стала серьёзной. Чуть подавшись вперёд, Кира заглянула ему прямо в душу и своим низким, гипнотическим контральто чётко произнесла:
— Я и феминизм… Артём, как ты мог обо мне такое подумать? Феминизм… фу-у.
Она брезгливо передёрнула плечами, словно проглотила что-то горькое, и медленно встала из-за стола.
— А что, если у меня есть физическое уродство? Ну, что если я не совсем женщина анатомически?
Артём так и остался сидеть с абсолютно растерянным видом. Было непохоже, что он разыгрывает непонимание — он действительно пребывал в полном неведении.
— Подожди меня тут минуту, хорошо? Скоро ты всё узнаешь.
Кира порывисто вышла в комнату. Артём сидел за столиком с совершенно офонаревшим выражением лица, даже надкусанный сырник так и остался лежать на блюдце.
Её не было около двух минут. Когда она вернулась, её летнее платье сменил длинный домашний халат. Пёстрый, совершенно сумасшедшей расцветки, усыпанный фантастическими шёлковыми цветами, он спускался гораздо ниже колен и полностью скрывал фигуру.
— Готов узнать обо мне всю правду? — Кира в упор смотрела на парня, напряжённо ловя малейшие сдвиги в его настроении.
— Да что с тобой такое-то?! — воскликнул Артём, окончательно сбитый с толку.
Кира молча развернулась к нему спиной. Парень даже в этот момент не мог не отметить про себя, как роскошно сидит на ней халат: округлые бёдра, изящный силуэт, точёные голени… Никаких отклонений он в упор не видел.
Стоя к нему задом, Кира решительно распахнула полы халата и медленно повернулась лицом. Артём застыл, его глаза широко распахнулись, а рот невольно приоткрылся. Перед ним стояла обычная, потрясающе сложенная девушка: нежная матовая кожа, идеальной формы грудь примерно второго размера в красивом ажурном красном лифчике, плоский подтянутый животик. Совершенно гладкий, аккуратный лобок и…
В этот миг у Артёма буквально зашевелились волосы на затылке. Там, где у всех женщин мира находится половая щель, между аккуратных складок половых губ, у Киры рос самый настоящий мужской член! Средних размеров, именно такой, какой был у самого Артёма в спокойном состоянии. Но это был САМЫЙ НАСТОЯЩИЙ ЧЛЕН!
Парень медленно, словно преодолевая сопротивление, поднял взгляд и, встретившись с глазами Киры, изменившимся от шока голосом спросил:
— Так ты… транс?!
Кира инстинктивно отшатнулась, её лицо болезненно исказилось, и она резко запахнула халат.
— Артём, я не транс, — отчеканила она, глядя ему прямо в лицо. — Я такой родилась.
Некоторое время парень лихорадочно переваривал услышанное. На его лице отразился сложный мыслительный процесс, пока наконец его не осенила догадка.
— Значит, ты этот… как его… гер… мер… — Артём мучительно пытался вспомнить нужное слово. — Гермафродит! Во! — наконец выдал он, и его лицо приобрело совершенно странное выражение.
— Господи... Наконец-то до тебя дошло! — вздохнула Кира слегка раздражённым тоном, однако чутко зафиксировала тот взгляд, которым теперь Артём смотрел на неё.
Она резко отвернулась к окну, делая вид, что увлечённо высматривает что-то на темнеющей улице. Вечерело.
— А ты кем себя больше чувствуешь: парнем или девушкой? — голос Артёма звучал растерянно, но в нём не было агрессии. Он спросил это так просто, словно подобное явление было для него делом обычным.
Кира никак не могла просчитать его реакцию. Судя по тону, Артёму действительно было искренне интересно. А вот то, что он отреагировал настолько спокойно, вообще поставило её в тупик. Она подсознательно ждала криков, осуждения, брезгливости, но никак не того странного, почти восхищённого взгляда, которым парень теперь её окидывал.
— Странный вопрос, — тихо ответила Кира, не поворачивая головы. — Посмотри на меня и скажи сам: на кого я больше похожа — на парня или на девушку?
— На девушку, конечно, — абсолютно уверенно произнёс Артём, подтверждая свои слова горящим взглядом. — На очень красивую девушку!
— Я и чувствую себя девушкой, — Кира наконец повернулась спиной к стеклу.
Сейчас, в лучах угасающего заката, её силуэт выглядел невероятно женственно и сексуально.
— Хотя… — её низкое контральто дрогнуло. — Иногда, когда я вижу по-настоящему красивую девчонку… — Она красноречиво опустила глаза и мягко коснулась шёлка внизу живота. — Он сам просится наружу, и тогда мне становится очень неудобно.
Артём вдруг порывисто поднялся со своего места, сделал шаг вперёд и крепко взял Киру за плечи. Заглядывая в её огромные голубые глаза, обрамлённые пушистыми, подкрученными кверху ресницами, он совершенно искренне выдохнул:
— Кира… Ты просто не представляешь, как это здорово!
Теперь пришла очередь Киры изумлённо хлопать ресницами:
— В каком смысле — здорово? — Его слова окончательно выбили почву у неё из-под ног. Она была готова защищаться от негатива. Ведь все, кто узнавал её тайну раньше, считали её то извращенкой, то уродиной, и моментально исчезали из её жизни. Но реакция Артёма не поддавалась логике. — Что тут здорового? То, что я урод?!
Артём вдруг резко притянул её к себе и, крепко обняв за талию, горячо зашептал ей прямо в ухо:
— Кира, ты себе не представляешь, как я всегда хотел познакомиться с настоящим трансом!
В ту же секунду Кира вспыхнула, начала яростно вырываться и с силой оттолкнула его от себя. Тяжело переводя дыхание и судорожно поправляя халат, она со злостью выкрикнула ему в лицо:
— Я не транс! Понятно тебе?! Запомни, придурок, никакая я не транс! Я, мать его, девушка! Слышишь ты?! Я — де-ву-ш-ка! — отчеканила она по слогам. — Я обычная девушка, а это… это… — её рука снова указала на низ живота, — это просто глупая ошибка природы, слышишь?!
Голос Киры сорвался, она начала задыхаться от сдерживаемых слёз. Отступив на шаг, она снова отвернулась к окну, закрыла лицо ладонями и наконец горько, безутешно разрыдалась.
Парень ошеломлённо смотрел на её вздрагивающие плечи, слушал этот полный боли звук её рыданий… И вдруг в порыве какого-то необъяснимого, ласкового чувства шагнул вперёд, сгрёб её в охапку и крепко прижал к своей груди. Теперь, обнимая её тонкое тело, он отчётливо почувствовал, как ему в живот упёрся небольшой твёрдый бугорок.
— Кира… У меня ведь тоже есть для тебя откровение, — тихо произнёс Артём. Он отвел глаза, но объятий не разомкнул.
— С тобой-то что не так? — сквозь пальцы, не отнимая рук от лица, глухо спросила Кира.
Артём глубоко вздохнул, словно собираясь прыгнуть с обрыва, и на одном дыхании прошептал ей в самые губы:
— У меня очень маленький… Собственно, я до смерти боялся тебе в этом признаться. Но раз уж ты доверилась мне… — Парень окончательно сбился с мысли, густо покраснел и просто уткнулся лицом ей в плечо.
Несколько секунд они стояли в абсолютной тишине, обнявшись посреди крошечной кухоньки. Наконец Кира тихо всхлипнула и произнесла:
— Что, совсем-совсем маленький?.. Покажи.
Артём чуть отстранился, удивлённо заглядывая ей в заплаканные глаза.
— Что показать? — спросил он и тут же понял, насколько глупо это прозвучало.
— Артёмка, ну ты и тормоз! Я же тебе себя полностью показала.
— А…
Артём сделал шаг назад, решительно расстегнул ремень и спустил брюки вместе с плавками. В расслабленном состоянии, да ещё и на фоне сильнейшего стресса, его мужское достоинство и впрямь не поражало воображение: аккуратный отросток размером всего в две фаланги его собственного большого пальца.
Кира внимательно посмотрела вниз и мягко улыбнулась, её голос всё ещё дрожал, но слёзы высохли:
— Да нормальный он у тебя… Я, поверь, и поменьше видела.
— Ты правда так считаешь? — с надеждой спросил Артём, торопливо натягивая брюки обратно.
Кира лишь пожала плечами и кивнула на стол:
— Давай чай попьём. Поговорим спокойно.
Они снова уселись друг напротив друга. Теперь Артём вовсю принялся ухаживать за ней, по-хозяйски наливая горячий чай, пододвигая варенье и конфеты. Пустое блюдце из-под сырников он поспешно убрал в раковину, явно чувствуя себя немного неловко. Кире эта перемена в его поведении неожиданно очень понравилась. Теперь, когда их «главные тайны» были раскрыты, между ними словно растаял лед и установилось абсолютное, звенящее доверие.
— В юности, когда у меня начала расти грудь, врачи хотели сделать операцию, — тихо начала свой рассказ Кира, глядя в чашку. — Хотели совсем всё отрезать… Но природа надо мной знатно поиздевалась. У меня там полноценный орган со всеми его функциями. Если его удалить, мне просто нечем будет ходить в туалет, понимаешь? Там всё завязано в один узел. Вот и решили ничего не трогать.
— Ты говоришь — полноценный… Значит… — Артём не договорил, лишь красноречиво посмотрел на неё.
— Да, Артём, он работает, и у меня даже есть семя, — последнее Кира произнесла настолько тихо, что парень скорее догадался по губам.
— Но как?! — искренне удивился он. — Ведь для этого же нужны… ну… яйца?
— Они у меня внутри, — Кира мягко коснулась паха. — Спрятаны в брюшной полости.
— Охренеть… — ошеломлённо прошептал парень. — Значит, ты технически можешь стать отцом?
— Наверное, — Кира пожала плечами. — Я не проверяла, не с кем было.
Эта тема ей явно была не по душе, но Артёма уже захлестнула волна любопытства:
— А мамой? Мамой ты тоже можешь стать?
— Могу, скорее всего. По-женски у меня внутри всё есть и исправно работает. Матка на месте, даже месячные с четырнадцати лет идут как по часам. Только вот родить сама, естественным путём, я вряд ли смогу — у меня очень узкое и маленькое влагалище.
— С ума сойти! — продолжал восторгаться Артём. — Слышай, а вдруг ты забеременеешь от самой себя? Твой ребёнок тогда что — будет твоим стопроцентным клоном?!
Этот абсурдный вопрос мгновенно поставил Киру в тупик. Похоже, о таких генетических кульбитах она никогда в жизни не задумывалась.
— Ты что, идиот? — шутливо воскликнула она.
Артём смущённо улыбнулся, но по его глазам было видно, что его фантазия уже разыгралась на полную мощность.
— А с парнем… Ты можешь как обычная девушка? Или ты только в… — Он деликатно намекнул глазами на «чёрный ход».
— Могу, конечно, — уже спокойнее ответила Кира. — Только очень осторожно. Я же говорю — анатомия специфическая, всё очень миниатюрное.
— Кира… — Артём вдруг перехватил её руку через стол. — Кира, это же настоящая судьба!
— О чём ты? — девушка нахмурилась.
— У нас у обоих очень маленькие органы… Мы просто созданы друг для друга! Судьба!
Кира на секунду опешила от такой железной логики, затем медленно приблизила своё лицо к его лицу и прошептала своим чувственным контральто:
— Ты чёртов извращенец, Артёмка.
— Ты даже не представляешь, насколько! — горячо выдохнул парень и вдруг крепко впился в её губы поцелуем.
Кира растерялась, секунду пыталась для приличия сопротивляться, но затем полностью расслабилась и ответила на этот порыв. Их языки сплелись в поцелуе. Артём легко подхватил её на руки и унёс в спальную зону. Уложив её на кровать, он принялся торопливо расстёгивать домашний халат. Когда полы шёлка разошлись, Кира осталась лежать перед ним в одном лишь кружевном красном лифчике.
— М-м-м… — со стоном выдохнул Артём, припадая губами к нежной ложбинке между её грудей.
События развивались с такой бешеной скоростью, что Кира даже не успевала осознавать происходящее, полностью растворяясь в его ласках...
— С ума сойти! — тихо прошептала Кира, какое-то время спустя когда её бурное дыхание наконец немного успокоилось. — У меня… у меня никогда в жизни такого не было.
— У тебя вообще не было парней? — со странным, благоговейным выражением спросил Артём, приподнявшись на локте.
— Нет. Никогда. Ни одного мужчины до тебя. Сам, наверное, теперь понимаешь почему.
— Значит, ты… — Артём заглянул в её счастливое лицо, и его осенила ошеломляющая мысль: — Значит, ты была девственницей?
— Если ты имеешь в виду, что ты у меня самый первый во всех смыслах, то да — я была девственницей.
Артём замер, чувствуя, как внутри него разливается невероятное, законное тепло. Кира только что доверила ему самое сокровенное, окончательно вручив свою судьбу в его руки.
Продолжение следует -- http://proza.ru/2026/07/11/189