Третьего числа первого месяца осени вернулся Нейджарэль. Мы стиснули его по приезду в объятиях по очереди, громко выражая свою радость. Дедушка оттеснил всех, закрутил и завертел беднягу, картинно жалуясь:
— Ней, вьюночек мой! Отощал-то как! Совсем не ел там что ли? А чего грустный такой? Устал? Голодный? Как долетел? Чего не позвонил? Мы бы встретили...
— Я в порядке, правда. И ел хорошо. Землетрясение не задело жилой район слишком сильно. Сейчас я просто хочу поесть и в душ. Долетел нормально. Зачем встречать? Такси и метро же есть. И я не мог похудеть, дедушка, ты переигрываешь, — монотонно бормотал он, пока его крутил дедушка, периодически прижимая к груди от избытка чувств.
Нейджарэль, с выражением лица исполненным стоического терпения, сносил все причитания дедушки, что показывало его привычку к таким вот проявлениям натуры старшего родича и опекуна.
Он лишь опустил на пол свою спортивную сумку, чтобы она не оттягивала руки. Личину он уже снял, так что теперь выглядел, как обычно. В серых глазах застыло выражение, которое я мог бы описать, как «ожидающий стоик на грани срыва».
Мы тоже ждали, когда дедушка закончит изливать свою радость и поток слов. Лео тихо хихикал, прикрыв рот ладонью. Моргун махнул рукой и пошёл на кухню, греть ужин на всех. Нератари рассматривала Нея, сканируя его нечитаемым взглядом. Она стояла возле дивана, с которого мы сорвались, когда тот вошёл.
Ней не сразу заметил вампирессу — всё внимание занимал дедушка. Тот утащил Нея в кухонный блок, не дав даже толком осмотреться на новом месте. Заставил вымыть руки и сразу усадил за стол, продолжая закидывать его вопросами, на которые Ней не успевал отвечать.
Нератари вампирическим шагом переместилась к нам с Лео:
— Сегодня пропустим. Вижу, ваш разум не тут. Вечером, завтра, поедем к отцу Куамону. Сдам отчёт, он осмотрит вас, — её голос был полон равнодушия, а взгляд прочесть я не сумел.
Мы кивнули, и Нератари молча испарилась из квартиры — только дверь тихонько щёлкнула замком.
— Ой! А красотулечка куда ушла? — дедушка повернулся к нам; его удивление было настолько показным и неискренним, что все улыбнулись.
— Она решила не мешать нашей радости от воссоединения с родичем, — ответил я, картинно разведя руками. — Показала чудеса лояльности и тактичности в этот раз.
— О как. Засмущали мы бедняжку, — усмехнулся дедушка и поиграл бровями. — Ну ничего, главное, что Ней вернулся. Сначала ужин, потом душ, а после уже посмотрим, что ты нам привёз.
Ужин был скорым. Пачки полуфабрикатов из овощей и соевой лапши уже ждали всех на столе. А для Лео ведьмак выложил пару фруктов из запасов.
Старый урожай «кровавой феи» таял, а новый ещё не был выращен. Дедушке постоянно что-то не нравилось в кустиках, и он раздражённо выкорчёвывал их в мусорку, невнятно ворча ругательства. Потом долго что-то колдовал и высаживал новые, подпитывая их магией, чтобы они выросли быстрее.
Ней только удивился, что мы тут сами не готовим. Но, как оказалось, готовить вкусно умел только Моргун, Лео уже забыл все навыки готовки, а я... никогда этим не занимался. После первых моих неудачных опытов, все отказались их есть; у Моргуна, занятого розысками Щегла, не было времени на стряпню; а дедушка просто не хотел этим заниматься. Так что мы просто заказывали готовое и грели в микроволновке.
На эти оправдания Ней пообещал взять готовку на себя, и дедушка радостно заулыбался. Я начал подозревать, что дедушка и в Оплоте ел то, что готовил Ней. Спустя всего одну ночь, мои догадки подтвердились, но об этом позже.
А после того, как рутина была завершена, мы расселись на ковре, и Ней принялся доставать из сумки фотографии и записи. Попутно он рассказывал о своём путешествии по Парлесуэно-Сьерра.
Он рассказал сначала о том, что нашёл старшую дочь Анахиты из семьи Карильи — Паамею-Аннаю-Марину. А уже её дочь, Анья-Марэя, узнала портрет Арвина, который Ней показывал везде, где бывал. Случайная встреча на рынке небольшого приграничного городка оказалась важной и нужной. А тогда Ней даже толком не понимал, с чего ему начать. Будто кто-то сверху привёл девушку за покупками именно в тот день, когда там был и Ней, показывавший портрет всем подряд.
До этого он больше четырёх дней впустую расспрашивал в соседнем поселении фермеров, но его отправили в город, перед этим снабдив провизией в дорогу и даже не взяли оплату, чуть не обидевшись, когда он предложил денег за их щедрые подарки. Да, именно подарки, так было принято встречать путников и туристов испокон веков. Чтобы удача пришла в семью на весь следующий год.
Удивительно, но в этой маленькой горной стране люди будто знали всё и обо всех. Сарафанное радио тут процветало везде. Если не могли рассказать или узнать, то отсылали к своим знакомым, которые могли знать больше. Местные были дружелюбны даже к незнакомцам, что Нея очень сильно шокировало поначалу. Его звали в гости совершенно незнакомые люди, сажали за общий стол, и щедро делились с ним едой и историями из своей жизни.
И снова этот обычай бескорыстного гостеприимства вогнал Нея в состояние диссонанса — он привык совсем к другому отношению. Отчасти тут сыграла роль личина, которая сделала его похожим на обычного парня, но не стоило списывать со счетов и его личное обаяние и безупречную вежливую сдержанность. Он умел располагать к себе, даже когда не улыбался.
Анья-Марэя, сразу отнеслась к Нею с любопытством и доверием, а он рассказал, что ищет потерянных родственников своего друга, потому как сам тот не имеет возможности этим заняться. Когда Ней показал фото Лео, то сразу же получил приглашение на постой. Его почти неделю не отпускали оттуда, расспрашивая о Лео и его родных.
Так ему и рассказали, что прадед и дед Лео жили в Агуаре, но прадед умер сорок лет назад, оставив многочисленное потомство. А следом умерла и прабабка Лео, совсем недолго задержавшись в мире после смерти мужа. Её тело растворилось в воздухе, спустя день после смерти, так что даже хоронить было нечего.
Дед Лео был ещё жив, здоров и бодр. Не так давно он отметил рождение ещё одной внучки и правнука. Правда бабка уже успела уйти за грань, но тот не скорбел слишком сильно, отдавая себя внукам и детям, радуясь каждому прожитому дню. После звонка Паамеи, дочери покойного, для Нея там уже была готова комната в большом доме, где жила почти вся семья.
— Просто невероятно было побывать в таком месте. Даже Оплот не сравнится с тем, что я там увидел, — мой брат выглядел воодушевлённым, его глаза горели искренним восторгом. — Только представьте себе: огромный центральный дом и вокруг целая куча отдельных двориков для семей из рода. Это было похоже на город в городе!
— Вьюночек, давай к сути, потом расскажешь о деталях. Давай-ка ты лучше повосторгаешься об этом позже. Я хочу знать самый сок, — дедушка подпрыгивал на ковре от нетерпения.
Лео жадно смотрел светящимися глазами на Нея, не сводя с него взгляда, но сжимая мою руку; его эмоции были в тот момент такими сумбурными, что я не мог их понять до конца.
— А... Ладно. В общем прадед Леонардо был ведьмаком, это точно, они признались почти сразу, что меня удивило, если честно. Но в городке никто об этом не знал, как и о том, что его жена фея. Они скрыли своё происхождение. Я не смог выяснить настоящее имя, но есть прозвище — Щегол. Он писал о нём в своих дневниках. Местные его знали, как Антонио Карильи.
— Это прозвище мы знаем уже, вьюночек, дальше давай, — дедушка махнул руками и усмехнулся на слегка обиженный взгляд Нея.
— Когда успели-то? Тогда расскажу про Арвина. Он всегда интересовался прошлым, историей. В школе получал награды за свои работы по исследованиям истории древних цивилизаций. И потом учился в национальном институте археологии. Получил красный диплом. Тогда его заметил известный археолог Рафаэль Талья и забрал с собой в путешествие по Та-Амунтису. После этого он перестал контактировать с семьёй.
— О! Я его знаю! — вскрикнул дедушка. — У него очень много научных трудов по археологии древних цивилизаций. Последняя его работа даже была отмечена наградами за вклад в изысканиях древних династий с пятой по тринадцатую.
— Вероятно, эта работа и была той, из-за которой моего родителя назвали лжецом, — тихо произнёс Лео, опустив голову.
А в меня плеснуло такой тоской, что я чуть не заплакал. Притянув к себе друга, я ободряюще погладил его по плечу. Стало чуть легче дышать.
— Вполне может быть, вампирчик. Потому что по времени публикации эта работа подходит. Я и правда припоминаю, что там был какой-то спор из-за неё, — дедушка задумчиво потёр лоб. Когда читал твою историю, то как-то не связал, если честно. А оно вот как вышло. Мда-а-а. Бывает же.
— Вот и вся тайна раскрыта. Больше нет смысла искать, — Лео совсем поник и спрятался на моей груди после этой фразы.
— Да ладно тебе, вампирчик, — дедушка потянулся к нему и погладил по спине. — Зато без всех этих трудностей, разве встретил бы ты нас? А теперь у тебя ещё и в Парлесуэно-Сьерра есть куча родственников, которые захотят с тобой познакомиться. Разве не здорово?
Мой пульс вдруг подскочил, в ушах зашумело, а сердце заколотилось о рёбра с неожиданной силой.
— И правда, — Лео отлепился от меня, глянув на всех с улыбкой. — Я не думал раньше об этом. Но ведь если бы я не стал вампиром, не пережил всё... Я бы не встретил всех вас. И они ещё там теперь все... Это... я...
Он сбился, его лицо стало розоветь и он снова спрятался в моих объятиях, не договорив.
— В общем они совсем не против познакомиться со своим необычным внуком и родичем, — продолжил Ней. — У них некоторые предубеждения против вампиров, но я сумел убедить их, что Леонардо больше человек и фея, чем обычный вампир. Так что они пригласили его в гости, когда он решится на эту поездку.
Лео задумался, нервно перебирая пальцами по коленям. Его чувства превратились в странную смесь радости, тоски и страха, царапая меня изнутри колючим комочком. Он был не болезненным, но очень чувствительным, так что я просто гладил его по волосам, пока он прижимался к мне и пытался считать свои вдохи и выдохи шёпотом, чтобы успокоиться.
— Кхм. Я предлагаю закрыть пока что эту страницу и заняться чем-то полезным, — хмыкнул дедушка, захлопывая папку с записями Нея. — Не знаю кто как, а я собираюсь сегодня проверить свои новые гибриды и опыты по выращиванию заменителей крови. Бел, ты должен полить эти кусты: я прорастил их магией, но подпитка кровью должна исходить от тебя. Так что ты и вампирчик идёте со мной. Ней, дуй в спальню и ложись отдыхать. Моргун — идёшь с нами. Хочу чтобы ты своей магией проверил эффект нового сорта плодов на нашем вампирчике.
Ней ушёл сразу, пожелав всем Лунных снов, а мы пошли в спальню дедушки, которую он превратил в мини-оранжерею, позабыв про то, что спальня это место для сна. Весь пол был уставлен ящичками с землёй, где росли вариации «кровавой феи». Они довольно сильно отличались внешне формой листьев, зато почти все плоды имели форму человеческих сердец разной степени схожести с прототипом. Их бледная кожица была белесой, как и первых гибридов, которые выращивал я сам.
— Так, буточник, полей третий номер и девятый. Они самые удачные, на мой взгляд. Для первого раза хватит, — скомандовав это, дедушка протянул мне скальпель.
Не раздумывая долго, я надрезал запястье и пролил кровь в ящики с названными номерами. Плоды, как и в мой первый опыт, быстро начали наливаться соком. Но в этот раз созревание проходило куда быстрее, прямо глазах у нас плоды превращались в кровяные мешочки, пульсирующие алым цветом в ритме моего пульса.
А Лео жадно смотрел на мою рану, которую я не успел перетянуть.
— Можешь залечить, — я поднёс запястье к нему поближе.
Лео сначала закусил губу и нахмурился, но после бережно перехватил мою руку за локоть и ладонь, и слизал всю кровь с запястья, не забыв облизать рану. Та, прямо на глазах, начала затягиваться и спустя минуту не осталось даже намёка на неё.
— Было бы жаль, если бы остался шрам, — тихо произнёс он, глядя мне в глаза.
Цвет его глаз снова стал лиловым — так было всегда, когда он пил мою кровь. Если он пил её из пакета, то цвет был темнее, тяготея к алому.
— Через минут десять поверим, какими будут фрукты. Моргун, готовься, — дедушка от нетерпения тёр ладони и даже крылья выпустил. А они дрожали и мерцали пыльцой...
Я же задумался: а почему это дедушка так сильно ждёт этого опыта? Что вообще может стоять за его явным нетерпением? Поначалу я просто смотрел на кусты, где на глазах зрели плоды, преображаясь от воздействия пролитой в грунт крови. Они выглядели нормально в контексте специфики их назначения. Но потом к алому цвету присоединились фиолетовые и чёрные нити, окутавшие плоды полупрозрачным коконом магических сил.
Я вздрогнул и сердце ухнуло вниз:
— Он не будет это пить, — отрезал я, глядя на кустики.
— Кхм... — дедушка молча обошёл клумбы по кругу. — Любопытно. Тьма влияет даже на это. При этом прямое распитие твоей крови выглядит нормально. Почему же плоды тянут некроматическую энергию из крови?
— Без понятия, дедуль, но вряд ли это можно пить.
— Моргун?
Ведьмак кинул сканирующую сеть на фрукты; те никак не отреагировали, пропустив её сквозь себя без препятствий.
— Всё нормально. На уровне потоков точно нет аномалий, — ответил ведьмак, рассеивая сеть. — Если вспомнить опыт с дождём в сквере, то по идее никаких отклонений быть не должно.
— Бутончик, может, всё же попробуем?
— Как насчёт того, чтобы дать образцы Куамону сначала? — я категорически не хотел, чтобы Лео пил без проверок это нечто, что было мало похоже на изначальные плоды. — Я вот не уверен, что тут всё в порядке. А сквер ведь был в городе. Там сама земля вытянула тьму из растений. Тут же тридцать седьмой этаж и клумбы. Где гарантия, что тьма не исказит эти плоды? И как они тогда повлияют? Какой смысл их пить? Лучше уж из запястья дать напрямую.
— Ну-у-у, можно попробовать полить ещё парочку образцов, — он не хотел сдаваться.
Не желая вести долгий спор, я снова надрезал запястье, под осуждающим взглядом Лео, и полил ещё пару случайных клумб поблизости. И опять друг торопливо залечил мою рану, бережно слизав кровь до последней капли.
Теперь все эти плоды начали чернеть на глазах. Они всё так же пульсировали, удерживая внутри алое свечение, но их кожица темнела и покрывалась сеткой чёрных вен. Новополитые кусты проявили такие же признаки ненормальности в созревании, и дедушка тут смолчал, задумчиво стуча пальцем по лбу.
Лео стоял рядом со мной, но ему происходящее с плодами нравилось не больше моего.
— Какой странный эффект. Ладно, буточник, убедил. Отдадим Куамону половину из урожая. Пусть посмотрит своим древним взглядом. Идите уже. Мы тут сами разберёмся.
Моргун с дедом принялись срезать фрукты, а мы с Лео ушли к себе, испытывая немалое облегчение.
Искажение моей магии связью странно влияло на растения. Теперь я даже не мог сказать, получится ли из них что-то годное, или придётся отказаться от них вовсе. Чистых плодов хватит ещё на пару месяцев. Новые получить не выйдет.
Дедушкина кровь была слишком сильной, если бы Лео начал пить гибриды с его кровью, то рисковал лишиться дара провидца вовсе. А наш договор с Древним такого перфоманса не предусматривал. Он очень рассчитывал, что Лео сумеет пробиться сквозь пелену, чтобы увидеть место, где находятся глаза Агора.
Возможно, я слишком осторожничал, но цель всего этого была только одна: облегчить управление даром и не дать ему выйти из-под контроля или исчезнуть. Моя кровь напрямую не давала никаких побочных эффектов, мы уже проверяли её с Нератари. А вот плоды гибридов стали чем-то новым и странным, что требовало отдельного изучения.
Ставить эксперименты на Лео я точно не хотел и не позволил бы никому другому их провести. Так что пусть лучше Куамон проверит их на съедобность, чем что-то случится с моим другом.
13 Реконструкция и приятности: http://proza.ru/2026/08/24/803 ; 15 Тяжесть: http://proza.ru/2026/08/26/1096