Начало.....
http://proza.ru/2026/08/31/1158
Прохожий посмотрел на него с интересом. С таким интересом смотрят на говорящего попугая, который неожиданно спел «Варшавянку» и требовал аплодисментов. В глазах читалась работа: явно пытался понять — и даже, кажется, почти понял, но в последний момент смысл ускользнул, как мыло в ванной. Где-то там, в кафельном лабиринте сознания, этот несменный рядовой умывальников и последний хранитель гигиенических традиций ещё крутился в водовороте, но случайный собеседник нашего героя уже знал: не поймает. Слишком вёрткое. Слишком чужое. И главное — совершенно непонятно, зачем ему этот обмылок, когда он идёт за хлебом. Незнакомец ответил — что-то короткое, мелодичное, совершенно неузнаваемое. Ни одного знакомого слога.
Олег нахмурился. Выпускник МГУ привык, что его понимают. Не всегда соглашаются, но понимают — это уж как минимум. А тут — ни единого шанса.
— Братан, — сказал он, поднимая указательный палец с назидательностью профессора, уставшего от бестолковых студентов, — учи русский. Это язык Пушкина, Достоевского и, между прочим, меня. Требование не праздное, замечу. Мне сейчас крайне необходимо, чтобы ты его знал. Я бы даже сказал, это вопрос государственной важности.
Прохожий улыбнулся, кивнул — то ли понял, то ли просто решил не связываться — и пошёл своей дорогой.
Олег остался стоять. Палец ещё секунду держался в воздухе, потом медленно опустился.
— Диалог культур не задался, — констатировал он. — Ладно. Пойдём дальше.
Он двинулся по улице. Та петляла, уводила куда-то вглубь квартала. И чем дальше он шёл, тем меньше окружающее походило на Иркутск. Марсианская письменность запестрила так густо, будто кто-то насыпал конфетти в тарелку с супом, и оно мешало радоваться гармоничной выработке желудочного сока, а голова ещё хранила ту благородную тяжесть, при которой единственное доступное логическое заключение — «надо бы прилечь». Мысли лежали неподвижно, как картошка в погребе. Что тут думать? Надо выбираться к центру.
Местные попадались всё чаще. Олег попробовал обратиться ещё к двоим, затем к женщине с корзиной. Результат — как от включённого утюга, которым колют орехи. Тяжело, горячо, и весело, но рубахи так и остаются мятыми.
И тут накатило.
Не просто подозрение, не лёгкое беспокойство, а полноценная, холодная, как сквозняк из подворотни, догадка. Она оформилась где-то в районе позвоночника, прошлась по внутренностям, как по коммунальному коридору, заглянула в каждую почку, поднялась выше и тихо, но отчётливо сказала: «Олежа, ты не в Иркутске».
Организм, который до этого кое-как держал круговую оборону, услышал новость и облегчённо выдохнул: «Ну наконец-то дошло». Олег остановился.
— Допустим, — сказал он вслух, — допустим. Чисто гипотетически. Что мы имеем? Отсутствие соотечественников. Что из этого следует?
Пауза.
— Из этого следует, — медленно ответил он сам себе, — что не те языки ты изучал в универе.
Он не договорил. В конце улицы показалось многоколёсное чудо. Туристический автобус «ЛиАЗ». Ровесник хрущёвской оттепели выглядел так, будто его последний раз мыли к открытию Олимпиады-80. Сразу потеплело на душе. Наконец-то что-то родное. Олег прибавил шаг. Ноги, ещё недавно угрожавшие сепаратизмом, вдруг вспомнили о консолидации.
— Дружище, — начал он, подходя к водителю. — Ткни пальцем, куда идти, чтобы попасть на Карла Маркса. ...
Читать далее ....
http://proza.ru/2026/09/02/977