-----------------------
СМЕРТНИК: 120+
Стишата
-----------------------
СОДЕРЖАНИЕ
НАПЕВЫ ОБРЕЧЁННЫХ
ПРОГУЛКИ В СРОК
ПЕСНЬ ДНЕЙ ПЛЕНЁННЫХ
ТЮРЕМНЫЙ ВАЛЬС
ЗАБЫТЫЕ ПРИГОВОРЫ
ВЕЧНАЯ ЗАДЕРЖКА
ПОСЛЕДНИЙ ПРИЧАЛ
СУД НАД БЫТИЕМ
УРОК ВРЕМЕНЩИКА
ШЁПОТ В ОКОВАХ
КАЗЁННЫЙ СОН
ЗЕРКАЛО ВЕЧНОСТИ
ГОРЕСТНАЯ ГАВАНЬ
ОБРЕЧЁННЫЙ ПАЛОМНИК
ЖИЗНЕННЫЙ КАЗЕМАТ
ШАТЁР ВРЕМЕНЩИКОВ
КАЗЁННАЯ МЕЛОДИЯ
СМОТРИТЕЛЬ ВРЕМЁН
-----------------------
НАПЕВЫ ОБРЕЧЁННЫХ
Родился — уж приговор в руке,
Поверен срок, нам дней число,
Живём, как будто налегке,
На этой Земле, в царстве зло.
В земной мы тюрьме, дней пленён,
По жизни шагаем, смиренны,
Весёлый вердикт — наш закон,
Услады земной, так изменны.
Развлечь себя, грех свой предать,
Всю нашу порчу, людской нрав,
Пред смертью, что ждёт — не сбежать,
Её, лишь прося, не взяв, не смяв.
Надеясь, что день тот придёт,
Не властным, а тихим, естеством,
Сто двадцатый год — наш полёт,
И вечный покой, добрым сном.
-----------------------
ПРОГУЛКИ В СРОК
В сей мир, как в каземат, влекомы,
За каждый вздох — долги, как есть,
Над нами рок, его ведомы,
Несём же мы земную весть.
Клеймо «смертника» — дар у нас,
На вечный срок, судьбой велим,
В отсрочку, чуткий, как прогноз,
По прихоти, чтоб жили мы.
Услады, страсти, игры, смех,
Где зло таится, где порок,
Затем, чтоб вновь, на муках тех,
Спешить к концу, свой преступив порог.
Желаем мирной, тихой всем,
Не ведать боли, не дрожать,
Чтоб к ста двадцати, как к мечтам,
В покой Господний улетать.
-----------------------
ПЕСНЬ ДНЕЙ ПЛЕНЁННЫХ
Нас в клетку, братцы, усадили,
Без права, братцы, на отказ,
И годы, будто дни, считали,
Жизнь — не свобода, это — мраз.
Но в срок, что дали, мы живём,
И кровь, вином, вином лиём,
То в злате, то в грехе живём,
Всё ждём, когда же пропадём.
А ждём кончины, так, тихонько,
Без боли, как дитя уснёт,
И будет сто, и век, и только,
Потом нас ветер унесёт.
-----------------------
ТЮРЕМНЫЙ ВАЛЬС
Мы обречённые, друзья,
Под надписью: «Кого казнить!»
Смотри, как жизнь, нетерпеливая,
Велит нам страстью возродить
Пустой, бессмысленный свой бег,
К исходу, что предрешён.
Вот каждый, каждый человек
Судьбой на смерть обречён.
И коль затвор — сей мир земной,
Где дни, как долг, взяты взаймы,
То праздной, шумною толпой,
Мы предаёмся, черти, сны
Нам видятся, что не дожить,
Что проклят рок, что мир — обман.
И учимся грешить, любить,
И верить в сладость наших ран.
Мы ждём, когда же «приговор»
Уже исполнит свой черед.
Не рвёмся в бой, где смерть, где мор,
А верим — сам придёт восход
Сто двадцатый, как мечта,
Чтоб на закате, не спеша,
Уйти, как сказка, чуть дыша,
Чтоб жизнь – как вздох – была душа.
-----------------------
ЗАБЫТЫЕ ПРИГОВОРЫ
Во свет, где каждому — клеймо,
Что время — лишь короткий срок,
Влекомы будто бы ярмо
Над нами — вечный, строгий рок.
И в этой келье, без окошка,
Где грех как воздуха глоток,
Танцуем, веселимся кротко,
Ловя свой маленький восторг.
Уж знаем: финиш — не из самых
Грядущих, но определён.
И ищем прелестей, и жадных
До счастья — наш безумный сон.
Всё так: смеёмся, плачем, верим,
Считаем звёзды в вышине.
И нету больше в нас намерений
Бежать от той, что ждёт в окне.
А если с неба вдруг падёт
На нас приказ, жесток, суров,
То просим: пусть на сотни лет
Отсрочит гнев свои покров.
Чтоб двадцать сотню додержать,
И там, в спокойствии, понять,
Что жизнь — игра, что можно ждать,
Чтоб тихо–тихо умирать.
-----------------------
ВЕЧНАЯ ЗАДЕРЖКА
Родился — и ты «в списке» уж,
Обозначен, приговорён.
В судьбе нам — этот странный муж,
Что век для всех определён.
И вроде жизнь — темница так,
Где каждый шаг как в каземате,
Но мы, порою, так чудак,
И ждём, запутавшись в расплате.
Покуда дни бегут, летят,
Мы всё играем, смех и стон.
Пороки душу нам твердят,
И сладость их — какой закон!
А за углом ждёт нас палач,
Неся свой справедливый гнев.
Но мы, как робкий, пьяный врач,
Ждём, пока кончится сей хлев.
Желаем «казни» — без крика,
Чтоб тихо, словно сон большой.
Чтоб сто и двадцать, вот так, дико
Продлились, чтобы перед мглой
Успеть все вздохи пережить,
И в мир иной, уже в покой,
Сойти, ничуть не позабыть,
Что был — прощён, и был — герой.
-----------------------
СУДЬБЫ ТАВЕРНА
Нас, будто гостя, что без спроса,
В обитель злата привели.
А век — как счёты, как вопросы,
Несём, кому что Бог велит.
И пусть зовут сей дом — земною,
А заперт он, как гроб, зазря.
Весёлой, шумною толпою,
Здесь проживаем, чертопря.
Под звон бокалов, звон веселья,
Забыли мы, куда идти.
И страсть, и зависть, и греховейя,
Нам стелют призрачны пути.
Услада — ложная зарница,
То злато, то любви обман.
Мы — обречённые, едины,
Лишь ждём, когда пробьёт туман.
Не рвёмся в битву, что тревожит,
Где смерть — злодейка, лют резец.
Пусть кто-то правды нас итожит,
Но нам — покой, как образец.
А если можно, лет так сто,
Да плюс ещё двадцаток к ним.
И пусть утихнет всё, зато,
Покой прибудет, добрым, злым.
-----------------------
ПОСЛЕДНИЙ ПРИЧАЛ
Вся жизнь — что срок, что дан навечно,
За стенами, что не сломать.
Судьба, как рок, так безупречно,
Нас завещает умирать.
И в этой келье, без надежды,
Где грех — как воздух, как вода,
Мы кружимся, как прежде, ведь мы,
Все ждём, что будет никогда.
И радость, грусть, и боль, и мука,
Все эти игры, что несут,
Тому, кто с нами — милый друг,
Тому, кто ждёт — последний путь.
Но верим — жребий наш не скоро,
Не завтра, не в грядущий час,
А всё отложится, и скоро
Нас встретит милый, светлый Глас.
Чтоб там, у самой кромки света,
Где вечность — в бликах серебра,
Сказать: «Ждал ста, но был там где-то
Ещё сто двадцатая гора».
И там, устав, чтоб отойти,
Не слыша крика, боли, стона,
Навстречу звёздам, в тиши пути,
Без мук, без гнева, без урона.
-----------------------
СУД НАД БЫТИЕМ
Пришли, незваны, в сей земной суд,
Где вечный приговор — для нас готов.
На срок пожизненный, где дни идут
Под гнётом роковых, иных оков.
Нас, будто преступников, тут держат,
В чертогах бытия, в его тюрьме.
Но разве можем мы, пока не мёрзнем,
Не позабавиться, не утонуть в хмеле?
Грешим, играем, страстью опьянёны,
На лицах — смех, под маской — боль и страх.
Не зная, что минуты сочтены,
И вечность ждёт нас в сумрачных вехах.
И пусть палач готов, зажат топор,
Мы верим — он задержит свой удар.
Пока есть силы — жизни дивный спор
Ведём, забыв последний, роковой дар.
Желаем — пусть на сотню лет вперёд,
А может, на две сотни — без преград.
Пусть жизнь, как река, плавно течёт,
Унося страхи, даря сладкий яд.
И в сто двадцатый, как заветный сон,
Свершим полёт, как мотыльки к огню.
Без скрежета зубов, без тяжких стонов,
Закончим жизнь, навеки утонув.
-----------------------
УРОК ВРЕМЕНЩИКА
Вошли, как гости, в дольный мир,
С дарами, что на срок даны.
Но в сердце — праздный, бурный пир,
Забыты прежние сутаны.
Закон — неясен, путь — петля,
А смертный час — как враг, за нами.
Но мы, что люди, что Земля,
Поём, смеёмся, мир — мы сами.
Нам всё доступно, всё — наш грех,
И право — грешным быть, дышать.
Всё терпим, вдоволь, наконец,
Чтоб потом тихо умирать.
Мы ждём, когда придёт конец,
Не рвёмся к славе, не к борьбе.
Лишь тихий вздох, души венец,
Нас уведёт к своей судьбе.
Хотим, чтоб до сто двадцати
Прошло, и после — тихий сон.
Чтоб не осталось обожгти,
Лишь мир, и вечный, светлый звон.
Уход, как песня, что споют,
И эхо — в вечности замрёт.
Без мук, без страха — нас уймут,
Наш час — свершится, нас найдёт.
-----------------------
ШЁПОТ В ОКОВАХ
Нас жребием сюда влекут,
На этот праздник обречённых,
Где дни, как листья, пропадут,
В пучинах страсти, грешных, пленных.
В тюрьме, зовущейся «Землёй»,
Порой, упившись, мы смеёмся,
Забыв, что смертною тропой
Мы все к финалу понесёмся.
Забавы нам, услад игра,
Разврат и прихоть, грех и злость,
Когда вся жизнь — сплошная дыра,
А в ней — пороков едкий мост.
Пьяны, не ведая, идём,
Исполненные всякой скверны.
И что потом? И всё потом...
Мечтая, лишь о тишине.
Хотим, чтоб день тот вдаль унёс,
Где нет вражды, где нет тревог,
Где жизнь — как лёгкий, сладкий сон,
И сто двадцатый — тот итог.
Когда, не ведая борьбу,
Покинет тело дух изранный,
Простится с сею гульбой,
Уйдя в покой, желанный, данный.
-----------------------
КАЗЁННЫЙ СОН
Приговор написан нам,
Ещё в утробе материнской.
Пленённы вечно, словно сам
Поэт, судьбой своей, не близкой.
Сей мир — наш срок, наша тюрьма,
Где дни, как узники, проходят.
Но мы, хоть это знаем, мы,
Свои услады здесь находим.
Играем, кружимся, поём,
Нам страсть туманит ум и очи.
Мы счастье ложное найдём,
Средь наших грешных, диких нОчей.
Ждём казнь, не ту, что ждёт врага,
А ту, что тихо постучится,
Без крика, как в окне снега,
Что падают, и не пронзят.
Желаем, чтобы долгим был
Наш срок, за вычетом страданий.
Чтоб до сто двадцати, допил
Весь чашу наших измываний.
И там, в спокойствии, чтоб встать,
Не к мукам, а к заветной цели.
И тихо, в вечности, уснуть,
Как в колыбели.
-----------------------
ЗЕРКАЛО ВЕЧНОСТИ
Поставлены на вечный учёт,
С отмеченной печатью: «Смерть».
И в жизни, словно водный лёд,
Плывём, греша, ища успеть
Свой путь исполнить, долг свершить,
Пока закат не даст сигнал.
И будем страсти множить, пить,
Упившись, словно скоморох.
Но где-то там, вдали, за гранью,
Ждёт тишина, покой, итог.
Не в битве, не в ночной тирани,
А так — как падает снежок.
И чтобы срок тот затянулся,
До ста, да двадцати годов,
Чтоб каждым днём я наслаждался,
Без криков, мук и лишних слов.
-----------------------
ГОРЕСТНАЯ ГАВАНЬ
Мы брошены на берег дней,
Где приговор — не слух, а весть.
И в этой пристани страстей,
Несётся лодка, где лишь жесть
Стальных сердец, и пыл греха,
Слетают маски, боль видна.
Но ждём, не злясь, не чеша
Лоб — час, когда придёт она.
Не та, что рушит, рвёт, кляня,
А та, что кротко подойдёт,
Шепнув: «Теперь пора, родня!»
И тихо тело упокоит.
Пусть век продлится — сто лет, пусть
Ещё и два десятка к ним.
Чтобы развеять эту грусть,
Уснув, покинув сей ваш мир.
-----------------------
ОБРЕЧЁННЫЙ ПАЛОМНИК
Нас путниками назначили,
Без права воли, без руля.
И дни, как камни, мы тащили,
По жизни, словно по полям.
Спеша, играя, позабывши,
Что каждый шаг — ступень к концу.
И грех, как лакомство, купивши,
Не верим, что зажгут свечу.
А ждём, конечно, вечера,
Где нет ни боли, ни тоски.
Чтоб светлая пришла пора,
Без треска, без немой доски.
Чтоб век достиг и два десятка,
Устав от бурь, от страстных битв.
Уйти, как шёпот, без остатка,
Забыв пороки и мотив.
-----------------------
ЖИЗНЕННЫЙ КАЗЕМАТ
Рождён, как будто в тишине,
Где ровный срок уже написан,
И словно птица в вышине,
Зачем-то в клети той он вписан.
Земля — вот наша темница,
Стены — из времени плотны,
И каждый миг, что словно птица,
Летит, чтоб в вечность скрыться, мглисты.
Мы предаёмся страсти бурной,
Ищем услад, чтоб заглушить
Тоску по жизни — зыбкой, хмурой,
Нам хочется грешить, любить.
И каждый вздох — как стук по сердцу,
Кровавый, тяжкий, обречённый.
А за чертой, за дверью, стёртой,
Ждёт рок, всегда благословлённый.
Желаем тихого исхода,
Не крика, боли, суеты.
Чтоб миновала вся невзгода,
Дождаться жизни высоты
Сто двадцатой — вот предел,
Пока ещё есть сил бороться,
А после, чтоб не пожалел,
Душа, что вышла, — в небо рвётся.
-----------------------
ШАТЁР ВРЕМЕНЩИКОВ
Нам в мире этом — лишь транзит,
Пожизненный, с пометкой «Груз».
И каждый день, как новый вид
Измученной, земной медуз.
Вот клетка, стены — небосвод,
А жизнь — лишь миг, что промелькнул.
И грех — знакомый нам уход,
И смех, и страсть, и сладкий гул.
Играем, кружимся, танцуем,
Напившись сладости греха.
И лишь во сне порой волнуем
Предчувствием, что ждёт, пока
Не грянет срок. И как желанно,
Чтоб день сей был не ярок, тих.
Чтоб пролетела жизнь так странно,
В сто двадцать лет, среди других.
Не нужно рвать, ломать, спешить,
Лишь медленно, в покой входить.
Где больше нечего прожить,
А только тихо, тихо плыть.
К берегам, что так далеки,
К земле, где нет тоски и зла.
Уснут земные злые реки,
Оставив лишь полёт орла.
-----------------------
КАЗЁННАЯ МЕЛОДИЯ
Мы — узники, без всякой воли,
На сроки долгие даны.
Наш крест — житейские юдоли,
И под ярмом прошли все сны.
Земля — тюрьма, забор — века,
И в ней кружимся, как в бреду.
Но пусть и наша «строка»
Приносит нам свои плоды.
Нам грех — как воздух, нам — привычно,
Нам сладко плутать во тьме.
И веселиться так, так лично,
Чтоб забыть, что ждать нас — там, где
Все приговоры — справедливы.
И нежно бьют, и не спешат.
Мы верим — дни эти игривы,
И мы им скажем: «Наш парад!»
Надеемся, что сто двадцатый
Придёт, как свет, как добрый знак.
И жизни путь, уже богатый,
Утихнет, не оставив так
И следа боли, мук, страданий.
Лишь тихо сгинет, как туман.
Без резких мыслей, без рыданий,
Во сне, что послан был им дан.
-----------------------
СМОТРИТЕЛЬ ВРЕМЁН
Назначены, словно судьбою,
Быть узниками в сей судьбе.
Нести по жизни бремя своё,
И ждать, и верить — что везде
Есть свет, есть путь, есть выход тоже.
Но клетка — есть, её не снять.
И жизнь, хоть слаще, но дороже
Уже сейчас — к концу менять.
Мы ищем в днях — смешные краски,
Услады, игры, лёгкий грех.
И прячем душу, как из сказки,
Под маской шутки, смеха, тех,
Кто не боится, кто не знает.
А знанье — есть, оно внутри.
Но ум, что страстью ожидает,
Всё позабыл — гори, гори!
Но цель есть — в даль, не к врагу,
А к миру, где всё тихо, мирно,
Где сто двадцатый – мой друг,
И ждёт, когда же, не понырну
В безмолвье, что превыше слов,
Уйти, как пар, растаять в небе,
Без гнева, муки, злых оков.
-----------------------
ПОДПИСЬ
http://proza.ru/2024/07/30/1166
2026–10–28
-----------------------