«Не всякий, кого причислили к еретикам, им является, и не каждый,
кто назначен или претендует на роль праведника, заслуживает этого».
_________________________________________Марина Влада-Верасень
Начало: http://proza.ru/2026/11/08/648
ГЛАВА II. БЕЗОТЦОВЩИНА.
Артюр Рембо родился в большой семье, где из пяти детей выжили четверо: два мальчика и две девочки. Первая дочь, Мари-Витали, умерла в младенчестве, и Артюр стал вторым ребёнком после старшего брата Жана Николя. Их отец, Фредерик Рембо, был профессиональным военным, капитаном пехоты. Он участвовал в покорении Алжира и был награждён орденом Почётного легиона, но семейная жизнь офицера оказалась далека от идеала. Дома капитан почти не бывал, непрерывно перемещаясь между театрами военных действий: он то воевал с русскими в Крыму, то с австрийцами в Италии, а спустя время и вовсе окончательно оставил семью, не заботясь о её материальном обеспечении. Официально родители разведены не были, но Мари-Катрин-Витали Рембо, в девичестве Кюиф, фактически оказалась в роли «соломенной вдовы».
Вся тяжёлая ноша воспитания четверых малолетних детей легла на её плечи. В мемуарах биографов, пытавшихся расположить её к диалогу, она осталась упрямой, молчаливой и замкнутой. Её помнят как властную, деспотичную женщину, отличавшуюся необыкновенной строгостью, крайней скупостью и полным отсутствием чувства юмора. В её доме господствовал дух сурового католицизма, пуританской морали, безупречной дисциплины и буржуазной добропорядочности. При этом в раннем детстве будущий поэт рос добрым, послушным и настолько ревностным католиком, что сверстники над ним подшучивали. Примечательно, что Витали не жалела средств на лучших учителей и репетиторов, поскольку мечтала видеть сына преуспевающим чиновником или юристом. И тот потрясающий фундамент знаний, который впоследствии развился в гениальность Рембо, — прямая её заслуга.
На протяжении многих десятилетий исследователи всех мастей увлечённо демонизировали мать Артюра, лишая её образ всякого человеческого тепла. Из неё сотворили безжалостного жандарма в юбке — символ домашнего деспотизма, бессердечия и слепой жестокости. Однако очевидно, что женщины, чьё сердце согрето любовью мужа, а дом защищён его заботой, никогда не превращаются в суровых тюремных надсмотрщиков.
Как бы ни стремилась мать в одиночку воспитать, вырастить и направить сына, одной женщине это было не под силу — детям отчаянно не хватало отцовской мудрости, защиты и любви. Оставшись одна, преданная мужем, с четырьмя детьми на руках, Витали понимала, что строгая дисциплина — это их единственный шанс выжить. Всю свою безотрадную материнскую любовь, страх за их будущее и завышенные требования к одарённому сыну она превратила в систему беспрекословного подчинения и жёсткий порядок — единственное, как ей казалось, доступное средство спасения. Но для юного Артюра такая защита обернулась удушающим контролем, от которого он впоследствии начал судорожно бежать.
Если бы отец Артюра остался в семье, судьба гения сложилась бы иначе. Вне зависимости от того, бежал ли капитан Рембо к гарнизонной жизни или к другой женщине, факт остаётся неизменным: мальчик лишился отца. А ведь сбалансированная отцовская огранка, его твёрдая мужская рука, безусловная родительская любовь и поддержка могли бы уберечь Рембо от разрушительных метаний и болезненного поиска отцовской заботы в хищных объятиях Поля Верлена. Возможно, мир получил бы не изломанного, «проклятого поэта», а выдающегося дипломата, учёного или государственного деятеля, избежавшего столь трагического финала.
Продолжение следует